Акулов Анатолий. Кубинские очерки. 1965-1966 гг.

28.07.2020 Опубликовал: Гаврилов Михаил В разделах:

Первоисточник:



Часть 1 - https://selgazeta.ru/a.-akulov/kubinskie-ocherki.-pervaya-glava.html
Часть 2 - https://selgazeta.ru/a.-akulov/kubinskie-ocherki.-vtoraya-glava.html
Часть 3 - https://selgazeta.ru/a.-akulov/kubinskie-ocherki.-tretya-glava.html
Часть 4 - https://selgazeta.ru/a.-akulov/kubinskie-ocherki.-chetvertaya-glava.html

1 | 2 | 3 | 4



Переход Таллинн – Гавана
Прибытие в Гавану
Первая вылазка на берег
"Очи черные"
Путешествие в тропики
Заключение контракта
Береговые хлопоты
Экспедиция в Лабрадор
Поход к берегам Патагонии
Карнавал
Выборы королевы красоты
Кабаре "Тропикана"
Пещера
Тысяча и одна ночь
Дома встреч
Капитолийские кафе
Обед с десертом
Праздники
О кубинцах - разное


ЧАСТЬ 1

Переход Таллинн – Гавана

Всё началось в сентябре 1964 года, когда я получил назначение вторым механиком на один из средних рыболовных рефрижераторных траулеров, короче СРТР–9122 "Клоога", который был построен на немецкой судостроительной верфи и уже успел поработать в Северном и Балтийском морях, добывая рыбу для Эстонской республики и был приписан к порту Таллинн, а предстояло ему сделать морской переход через океан, для работы в Мексиканском заливе. Очень странное решение, посылать такой небольшой траулер за 7 вёрст киселя хлебать! Но функционеры рыболовного административного корпуса из Эстонии мыслили глобальными категориями и нас, морячков с маленького траулера, о том, куда и зачем посылать – не спрашивали! Я никогда не работал на таких небольших судах и после БМРТ этот траулер казался мне просто шлюпкой.
Экипаж траулера был относительно молодой, самому старшему (старшему механику) было где-то около 35 лет, капитан – красивый, высоченного роста эстонец, спокойный, обходительный человек 30-ти лет.
Комиссаром был бывший военный, капитан 3-го ранга, фамилии уже не помню, въедливый, скучный, несимпатичный человек и мы его всем экипажем, мягко сказать, дружно не любили. Он вёл свои записи, относительно всех членов экипажа, в свою особую тетрадь, которую мы мечтали конфисковать и узнать, что он там пишет (что впоследствии мы и сделали!).
Итак, мы готовились к рейсу, делали небольшие профилактические ремонты, запасались запчастями, топливом и маслом. Осень стояла тёплая, много солнечных и ясных дней, гуляли по парку Кадриорг, засыпанному опавшими жёлтыми кленовыми листьями, кормили хлебом белых лебедей в парковом пруду. Вечерами всей судовой компанией посещали Таллиннские рестораны – Глорию, Асторию, Европу.
Денег было в обрез, но мы были молоды, и довольствовались алкоголем, который был тогда не особенно дорог, а закусывали в основном дешёвыми бутербродами.
Днём ходили в заводскую столовую, заказывали первое блюдо, а хлеб и горчица всегда стояли в неограниченном количестве на всех столах бесплатно, и мы наедались этими "деликатесами" до отвала.
22 сентября 1964 года наш траулер вышел из Купеческой гавани Таллиннского торгового порта, прошли Балтику, проливы, Северное море и у Шетландских островов взяли курс на Остров Свободы – Кубу.
Если рассказывать о переходе, то он был достаточно спокойным, но один раз попали в довольно большой шторм и надо отдать должное мореходным качествам нашего кораблика. Немцы очень хорошо рассчитали остойчивость, траулер взмывал вверх на любую высокую волну и потом плавно проваливался в морскую пучину, в общем держался очень уверенно на плаву.
Конечно, такая качка создавала неудобства всем членам экипажа – и спать было невозможно, и готовить еду было очень проблематично, и обеды и ужины тоже требовали от каждого хороших навыков эквилибристики, но все понимали, что когда-нибудь это всё закончится и мы ещё пройдём по хорошей воде.

Прибытие в Гавану

Так оно всё и случилось, через 18 дней перехода мы увидели силуэт Гаваны, запросили лоцмана и почти без задержки вошли через узкий морской пролив в порт Гаваны, столицу свободного острова Куба.
(Примечание А.С. Воропаева: "Тогда говорили: Куба - свободная территория Америки – Cuba, el Territorio libre de América".)
На Кубе всего лишь несколько лет назад произошла революция, и город ещё жил по старым законам, которые были довольно свободными, и для советских моряков непонятными, но приятными для молодых ребят, а в основном у нас были совсем молоденькие морячки: от 19 до 25 лет, и мы были в восторге, что попали в такую красивую и полную соблазнов страну! Соблазнов было много, а денег было мало, кубинки были очень красивы и доброжелательны, город был полон романтики, таинственной старины и современных красивых отелей, ресторанов, старинных театров и старинной архитектуры зданий. Обо всём этом надо писать отдельный очерк или рассказ.
Наш траулер поставили в Рыбном порту – Флота Кубана де Песка, район Регла, рядом находился холодильник порта и там кубинские девушки и женщины сортировали рыбу и укладывали её в какие-то ящики со льдом, а мы не сводили с них глаз, до того всё это было и интересно, и заманчиво. Все пытались как-то завязать разговор, но испанского языка тогда никто из нас не знал, вот и обменивались мимикой, улыбками и жестами.
Вечером пошли в город, получили массу впечатлений, по совету "бывалых" прихватили по 1-2 флакона одеколона, благополучно их реализовали и вдоволь попили пива.
В дальнейшем эта практика процветала, и мы продали всё, что было возможно: мыло, одеколоны, зубную пасту, шапки, тапки, носки и прочую лишнюю, как нам казалось, галантерею, а что было делать? Ребята молодые, вокруг столько интересного, нового, а денег (т.е. кубинских песо) нет, и не предвиделось в ближайшем будущем.
Через два дня отчалили от причала и пошли на промысел в Мексиканский залив, район банки Кампетче (Campeche). Нам был спущен план по добыче рыбы, но ловили мы мало.
Рыбу пересыпали льдом и складировали в охлаждённом трюме, в ящиках, а потом надо было её сдать на перерабатывающую базу. Были на промысле две или три базы, но флота было немеряно, из всех северных и балтийских портов, в основном СРТР.
Ловили рыбу под названием "ронка" - серенькая, невзрачная, невкусная, издающая хрюкающий звук, когда её брали в руки.
Мы все искренне удивлялись, зачем промышлять эту мусорную рыбу, когда в сети попадалась прекрасная на вид и вкус рыба, большая и не очень, но мы не могли её перерабатывать и сдавать, так как этих пород рыб не было в перечне выловленной для сдачи рыбопродукции. Глупость, которой нет названия!
Мы эту великолепную по виду и по вкусу рыбу с удовольствием употребляли в пищу: жарили и парили. Но я даже не помню, пробовал ли кто-нибудь из нас на вкус рыбу, под названием "ронка"!

Первая вылазка на берег

Пришел день, когда все трюма были забиты ящиками, а очередь для сдачи рыбы на плавбазу еще не подошла, и в ближайшие 3-4 дня, а может и больше, надеяться на сдачу не приходилось. Мы оказались в глубоком отстое, и капитан ушел из района промысла поближе к берегу Кубы, в бухту Гуане.
Красоту острова Кубы описать невозможно, все это нужно было видеть, и мы были очарованы открывшимся пейзажем, морской бухтой, с пронзительно синей водой, буйной тропической зеленью на берегу и совершенно безлюдной – только наш корабль и кое-где небольшие шлюпки местных рыбачков.
Провели "военный совет" старшего комсостава (исключив из него комиссара) и решили для начала сойти на берег в цивилизованном месте, заправиться пивом или еще каким-нибудь алкоголем, добравшись туда на своей спасательной шлюпке. В дальнейшем она так и будет у нас в постоянной готовности, на ней мы совершим не один поход на берег и по устью реки, впадающей в залив.
Спустили шлюпку, проверили двигатель, и все заняли свои места – капитан, стармех, 2-й механик, 2-й штурман, 3-й штурман и два матроса. Комиссар стоял у борта с мрачным лицом, но капитан не собирался его информировать о том, куда и зачем мы направляемся. На судне оставался старпом, 3-й механик и остальной экипаж.
Капитан выглядел очень импозантно – в вельветовых шортах, с большим потрепанным кожаным портфелем, а для чего он его взял, мы сначала даже не догадывались. Затарахтел мотор шлюпки, и мы двинулись к неизведанным берегам!
До подхода к берегу заглушили мотор и выпрыгнули в воду, взяли шлюпку на буксирный конец и частично вытащили ее на берег. Оставили матросов сторожить шлюпку и двинулись в поселок. Впереди шагал здоровенный 2-х метровый капитан, с большим потертым портфелем руках, а за ним мелкой рысцой выдвигалась наша группка. Никаких пограничных властей, а встретившиеся полицейские, узнав, что мы русские рыбаки с траулера на рейде, дружески нас встретили и никаких вопросов о том, как мы здесь оказались – звучали только приветствия: амигос, амигос (друзья)! Не надо забывать, что только в октябре 1962 года благополучно закончился Карибский кризис, где мы выступали защитниками Кубинской свободы, поэтому русские были везде очень уважаемы и "неприкосновенны" (насколько это было возможно).
Мы зашли в один из местных баров с открытой верандой и уселись за один из столиков, заказали по бутылочке Колы и капитан разрешил дополнительно, за свой счет, заказать по порции кубинского рома. Было очень жарко, солнце палило немилосердно и, конечно, нас сразу же развезло, к тому же на закуску денег у нас не было. Бармен был очень приветлив, как и все кубинцы к русским, и предложил повторить еще. Мы на пальцах и мимикой объяснили, что денег нет, но нам ответили, что нас любят и предлагают выпить бесплатно. Мы поразились такой щедрости, повторили по несколько раз и через полчаса или даже меньше стали вдрызг опьяневшими. Кубинцы были в восторге и страшно удивлены, что русские могут выпить так много за такое короткое время! Солнце, большое количество выпитого рома и отсутствие элементарной закуски сделали свое дело.
Мы внешне выглядели нормально, но встать и уйти у нас не было сил. В общем, откуда-то подъехавшие полицейские аккуратно погрузили нас в свой джип и отвезли к нашей шлюпке, где должны были дожидаться нас наши матросы. К нашему общему удивлению матросы оказались в таком же "разобранном" состоянии, как и мы! Где и как они успели подзарядиться, за какие деньги набраться алкоголя, мы не знали, но мы долгое время провели на берегу, отмокая в морской воде и приходя в чувство, пока смогли загрузиться в шлюпку, завести двигатель и начать движение в сторону нашего судна. Нас с почетом сопровождал военный кубинский катер и помогал нам швартоваться. Перед подъемом шлюпки была операция по выгрузке тел под русский сопроводительный мат, грозные комиссарские взгляды и прощальные возгласы наших друзей кубинцев!
Утром мы проанализировали нашу поездку и спрашивали капитана: зачем он брал с собой свой обшарпанный портфель? Он ответил, что брал его для солидности, но никто из нас в это не поверил, знали, что в портфель должны были затариться выпивкой, да не срослось, злую шутку сыграл с нами алкоголь!
В эту ночь мы и похитили знаменитую черную тетрадь комиссара, выманив его в рулевую рубку. Прочитав записи в тетради, узнали много интересного о себе и о последней поездке на берег. Тетрадь была торжественно утоплена и после этого комиссар понял, что с экипажем нужно жить дружно и действительно, впоследствии, он никому больше хлопот не доставлял.

"Очи черные"

Изредка мы заходили в порт Гавана, посещали загородный бассейн, интерклуб.
Интерклуб был очень популярным местом, в Гавану заходили корабли из самых разных стран и там можно было встретить моряков с этих кораблей. Мы очень охотно его посещали, здесь можно было выпить пиво по самой низкой цене, обменяться впечатлениями с другими моряками, с открытой террасы полюбоваться красивыми кубинками, которые стаями ходили вокруг этого веселого заведения и, по желанию, при наличии денег, можно было договориться с ними, чтобы провести вместе время.
Прошло всего два года после революции и в этом порту царили самые свободные нравы, которых революция не коснулась. Это потом, по указу Фиделя Кастро, собрали всех женщин легкого поведения и отправили их на остров Пинос (остров Молодежи), где они начали принудительно-активно заниматься разведением фруктов и овощей.
В один из вечеров мы с 3-м штурманом прошлись по ночным улицам Гаваны и, проходя мимо отеля "Гавана Либре", зашли в фойе, на лифте поднялись на 25-й этаж и попали в роскошный ресторан. Как у нас хватило наглости и нахальства сделать это, я уже не помню, но к нам так хорошо относились, что лифтеры (а они были в каждом лифте) услышав нашу русско-испанскую речь, только улыбнулись и подняли нас на самый верх отеля. Сели за столик, заказали по кружке пива, с изумлением и любопытством осматривали роскошный зал, присутствующих великолепно одетых мужчин и женщин. На нас тоже смотрели, но как на бедных, случайно попавших сюда неизвестно зачем мальчишек. Вдруг мы услышали негромкую знакомую мелодию. Это были "Очи черные". Откуда у нас тогда появилась смелость, или это чувство присуще всем молодым, но мы поднялись, подошли к небольшой сценке, взяли микрофон и стали напевать слова песни. Сначала робко, но, когда музыканты заиграли в полную силу, мы тоже поддали жару и запели про "Очи черные" в полный голос. Было ли это профессионально пропето или нет, не нам судить, но после исполнения нам бурно аплодировал весь зал, а на столе уже стояли полные кружки свежего пива! Мы не испытывали больше судьбу и терпение администратора, выпили свое честно заработанное пиво и спустились вниз, в фойе отеля.
Когда мы вернулись и на нашем маленьком рыбачке рассказывали, как мы сегодня пели на 25 этаже в "Гаване Либре", нам никто не верил и все думали, что это все вранье. Ну и бог с ними, мы не очень переживали, нам было достаточно той "минуты славы" которую мы получили.

Путешествие в тропики

Продолжались наши рыбацкие будни, и вот очередной отстой и мы снова в бухте Гуане.
Делать очередную вылазку в морской поселок мы уже не рискнули, поэтому решили изучать местную фауну. Запасшись продуктами, пресной водой и прочими атрибутами, спустили шлюпку и небольшой группой, 6-7 человек, отправились к берегу.
Это было неповторимое путешествие. Мы зашли в устье небольшой речки, достаточно глубоководной для прохода шлюпки, и направились вглубь тропических зарослей.
Неизвестная нам растительность, деревья, свисающие лианы, чудесные цветы и запахи, запахи, неповторимые запахи, нам никогда ранее не приходилось видеть подобное, ощущать подобное, все были в восторге. Нам было жалко рвать эти цветы, и мы не стали этого делать, а вот банановых гроздей мы наломали на весь экипаж и угощали потом наших товарищей на борту своего траулера. На деревьях и кустах щебетали неизвестные нам птицы, а самое неприятное было слышать резкие крики попугаев, которые вносили диссонанс в прелесть окружающей нас природы. От обилия ощущений, наблюдений кружилась голова, но это было приятно, странным образом не напрягало, а вносило элемент познания неизведанного. Как сейчас, в зрелом возрасте, часто не хватает этого чувства, чувства познавания неведомого!
Вернулись по реке к отправной точке начала нашего похода в тропические заросли и после приглушенного света в зарослях нас встретила неповторимая голубизна великолепной бухты, соленый свежий легкий бриз и яркое, горячее солнце…
Шлюпку поставили на якорь, выгрузили продукты на берег, развели костерчик, приготовили еду из того ассортимента, что выделил наш кок. Обследовали всю береговую полосу, ныряли, доставали самые разнообразные ракушки, которых здесь было видимо-невидимо, вероятно по причине того, что здесь редко кто высаживался и так тщательно все обшаривал под водой и на берегу, как это сделали мы!
Мы чувствовали себя "Робинзонами", бегали наперегонки, ныряли в голубую чистейшую воду и как дети радовались жизни, свободе.
Наверное, это было действительно погружение в природу, и она, природа, нам в этом помогала. Был штиль, волны лениво лизали береговой песок и наши тела, растянувшиеся на песке, прямо на линии встречи моря и берега! О боже – это чувство полного слияния с природой я никогда и нигде больше не испытывал! Спасибо тебе, жизнь, что ты подарила мне эти волшебные минуты!

Заключение контракта

Так прошли первые 3 месяца нашего рейса. План по добыче и переработке рыбы был благополучно провален, так как не было организована сдача рыбы, снабжения и всего того, что сопутствует хорошо организованному промыслу. Это только потом, спустя годы, стало понятно, что никому не была нужна мусорная рыба "ронка", а нужно было присутствие нашего флота и, как можно в большем количестве.
В очередной раз мы зашли в порт и предстоял плановый профилактический ремонт Главному двигателю с выемкой поршней. Работа довольно объемная, нас 4 человека вместе со стармехом. Жара стояла необыкновенная, хотя для этого времени года вполне обычная. Мы вытащили очередной поршень из машины на палубу и лежали под самодельным тентом на палубе, как вытащенная рыба из воды. Рядом с нами стояла 30-литровая кастрюля с холодной водой и выжатыми в нее лимонами, слегка подсахаренной. Ничего нет прекрасней, чем выпить 1-2 кружки ледяной воды с лимоном и сахаром после тяжелой работы в машинном отделении.
Наблюдаем, как по судовому трапику с берега на борт спустился плотненький, небольшого роста, седовласый мужчина, лет 65-ти, бодренький, улыбчивый, с веселыми, живыми глазами. Он подошел к нам, поздоровался, представился, что он из советского офиса (какого офиса, он не объяснял), зовут Игорь Александрович.
Присел на рядом стоявший ящик, заговорил и уже через 5 минут нам казалось, что мы его давно и хорошо знаем. Он как-то ненавязчиво задавал нам вопросы: о родителях, семье, кто, где и как учился, какие у кого планы на будущее. Мы разговорились, жалуясь на жару и на прочие рядовые неудобства, на отсутствие кондиционеров в жилых помещениях и прочее, прочее…Очень оживился, когда я рассказал, что мой папа воевал на Курской дуге и там погиб. Игорь Александрович сказал, что он тоже там воевал, был ранен, расспрашивал подробности о тех местах, где папа погиб. Я там никогда не был, многого не знал, а братскую могилу папы нашел только по возвращению с Кубы.
Спросил о желании поработать здесь на кубинских траулерах, которые СССР подарил Кубе. Это были суда типа СРТР, но их нужно привести в порядок, отремонтировать, к тому же у кубинцев нет специалистов на эти корабли. Мы уже знали, что со всех траулеров, которые здесь работали (а их было не менее пяти десятков), многие специалисты писали заявления с просьбой оставить их работать по контракту на этих траулерах. Я видел этих колоритных, в зрелом возрасте, опытных рыбаков, а некоторые из них были орденоносцами, поэтому у меня даже не возникало мысли писать какие-нибудь заявления, которые заранее были обречены на неудачу. Об этом я и сказал, что мечты должны быть реальными, он улыбнулся и спросил: " А ты хотел бы здесь работать?"
Мне оставалось только промычать: "Хочу, да только не мне здесь оставаться!", на что Игорь Александрович улыбнулся и ничего мне не ответил, попрощался и поднялся в рулевую рубку беседовать с капитаном.
Наш ремонт продолжался, а через 2 дня капитан вызвал меня к себе и сказал, что меня вызывают в офис, где работали советские торговые и другие представители различных отраслей промышленности, включая рыболовную. Он меня спросил, не натворил ли я где-нибудь или что-нибудь нехорошего, так как причину моего вызова ему не сообщили.
Я был в недоумении, лихорадочно напрягал память – что и где могло произойти?
Ничего не вспомнив, я удрученно появился в офисе и спросил, кто и зачем меня вызывал?
Мне показали на одну из дверей, я с робостью подошел, прочитал вывеску "Отдел кадров", открыл дверь и увидел за столом улыбающегося Игоря Александровича. Не буду утомлять подробностями нашего разговора, а предложил мне Игорь Александрович остаться работать на кубинских судах в память о моем отце, которого он считает почти своим однополчанином и предлагает оказать мне свое покровительство! Я был в шоке, очень рад, не мог вымолвить даже слов благодарности, а мой покровитель отправил меня на борт судна, велел доложить капитану и собирать свои вещи, так как через несколько часов за мной придёт машина и меня увезут на мое постоянное местожительство.
Игорь Александрович, с которым мы потом встречались в Москве, после окончания моей работы на Кубе, оказался генералом КГБ, и у него это была служебная командировка по отбору специалистов на суда Кубинского Флота.
На судно я летел птицей, мне не верилось, что такое бывает, но вот у меня это чудо случилось и за все это я должен благодарить своего отца, он помогает мне в жизни из своего небесного далека.
На траулере были в полной прострации от новости, что я остаюсь работать по контракту на Кубе и нужно отдать должное моему стармеху, который не встал в позу, требуя подменного 2-го механика, а взял эти обязанности на себя, и, как говорится, отпустил меня с богом, за что я ему до сих пор бесконечно благодарен!
Через время подъехала машина и меня увезли в район Мирамар, в дом, на временное местожительство на время моего контракта.
Контракт на 2 года я подписал в офисе на следующий день!
Был февраль 1965 года.

ЧАСТЬ 2

Береговые хлопоты

Поселили меня в хорошем двухэтажном доме, в престижном и богатом районе Гаваны - Мирамар. В этом районе жили богатые и обеспеченные жители города, у которых эти дома конфисковали, а часть этих жителей уехала в США или Испанию, другие латиноамериканские страны.
Дело еще в том, что после революции на Кубе владельцев сахарных плантаций, заводов, фабрик и прочих владельцев недвижимости не убивали и не расстреливали.
Их обеспечили деньгами, которыми была оценена их собственность и предложили: или продолжайте жить в Гаване на свои кровные денежки, но не в своих домах, а в отелях, а кто хотел покинуть страну – им не препятствовали, создавали зеленую улицу – уезжайте куда хотите. Я не знаю точного процента, но большая часть богатых кубинцев (по информации местных жителей) осталась на Кубе и прекрасно себя здесь чувствовала.
В покинутых домах селили нужных республике специалистов из СССР, Чехословакии, ГДР и прочих стран.
В доме мы жили с одним из Таллиннских старших механиков, Севой, каждый на своем этаже, с тремя обставленными полностью комнатами и отдельным туалетом. На первом этаже отдельная кухня, а во дворе дома был небольшой бассейн, летний столик и четыре стула. Все это великолепие было предоставлено двум советским моряками, в это первое время не верилось, казалось, что это происходит во сне. Но человек быстро привыкает к хорошему и через месяц такая жилая обстановка казалась уже нормой.
Нас, самых первых специалистов, оставленных на Кубе, первое время было 8 человек, и только потом, с получением новых траулеров из Испании, количество специалистов резко увеличилось, к тому же ко многим из нас приехали жены с детьми. Часть из них поселили в поселке под Гаваной (Гавана-дель-Эсте), выделив им новейшие дома, часть в жилом районе под Гаваной (поселок Аламар), выделив 4-х комнатные квартиры. На работу их возили в большом, крытом брезентом, фургоне, а обедали они уже в портовой столовой вместе с японскими специалистами-тунцеловами.
Но это будет потом, а пока мы пожинали первые плоды гостеприимства и заботы кубинских властей – на работу утром нас возили в черных, старых американских кадиллаках к 8 утра. На траулерах мы занимались ремонтом, после 11 часов утра нас везли в этих же машинах обедать в один из фешенебельных ресторанов "Фокса".
Плотно и разнообразно кормили, а потом целый час мы отдыхали после обеда в фойе отеля, дремали на мягких диванах, в 13 часов нас снова загружали в машины и везли на работу. Заканчивали работу в 17 часов, загружались в машины и нас развозили по домам. Утром и вечером мы готовили себе сами, а продукты закупали в магазине советского посольства в Гаване. Там же закупали и галантерею и прочие, необходимые нам товары.
В субботу или воскресенье, по выбору, с утра приезжала одна из машин, и мы ездили отдыхать на пляжи, в основном на Варадеро, это 25-30 км от города, один из самых любимых кубинцами пляжей. После 17 часов нас привозили домой, а предстоящий отдых вечером каждый организовывал себе сам.
(Уточнение А.С. Воропаева: "Варадеро находится в более, чем ста километрах от Гаваны. По-видимому, речь идет о пляже Санта-Мария.")
У кубинского рыболовного флота было 4 траулера, типа СРТР, не совсем новых, требующих постоянного ремонта и хорошего ухода. Кроме наших специалистов: капитана, старпома, стармеха, тралмастера, остальные члены экипажа: матросы, мотористы и прочие специалисты, были из местных кубинцев, часто не умеющих даже читать и писать, а многие из них пришли просто с улицы – это были бывшие чистильщики обуви, официанты, уборщики и т.д, и т.п.
Относительно знания и изучения испанского языка - это было чисто индивидуально для каждого из оставшихся здесь специалистов. Мне не составляло труда через 4 месяца довольно сносно говорить по-испански, а со временем я уже говорил бегло, но вот многие мои товарищи не могли освоить этот легкий, на мой взгляд, язык и часто изъяснялись на дикой смеси русско-испанских слов, а то и прибегая к элементарным жестам и мимике.
Но все же они находили какое-то понимание между собой и делали все, что от них требовалось и многие из них к концу контракта понимали по-испански достаточно много.
Три траулера постоянно ходили на рыбалку в море, максимум на неделю, ловили там самую разнообразную рыбу, но не "ронку", а кальмары, креветки и другие морские деликатесы, одним из которых была морская черепаха. Они часто попадали в сети и когда их вытаскивали на борт, начиналась свалка. Черепаху переворачивали на спину для определения пола. Зрелище было не для слабонервных. Если это была черепаха мужского рода, то ей немедленно отрезали член (вот за него то и была основная борьба), а если это была самка, то ей вскрывали панцирь и выгребали из внутренностей желтки черепашьих яиц, иногда их бывало много, до 70-90 штук. Желтки кубинцы засаливали и продавали на черном рынке для каких-то медицинских целей. Панцирь черепахи хорошо зачищали, выскабливали и этот материал продавали мастерам, которые изготавливали из него различные поделки: гребни, браслеты и прочее.
Самым счастливым становился обладатель черепашьего члена, так как, высушенный на солнце, он стоил больших денег на черном рынке в Гаване. Его стругали мелкой стружкой и пили с пивом, утверждая, что это повышает мужскую потенцию.
Меню кубинцев составлял в основном фасолевый суп, преимущественно из черной фасоли, рис, рыба, кальмары, креветки, свинина, овощи, фрукты, мороженое, которого брали в рейс на 45 суток не менее тонны, самых разных сортов: ананасового, бананового, апельсинового, лимонного, арбузного – всего не перечислить, но я запомнил, что было 16 сортов. Кальмары готовили по особому рецепту в чернильной кальмарной жидкости, используя ее как соус с большим количеством лука, и заливали все это сладким банановым вином. Утром пили горячий черный шоколад с молоком и великолепный черный кофе, тоже заваренный особым способом, запивать рекомендовалось холодной водой. Очень вкусно!
Из мяса черепахи готовили прекрасное рагу или котлеты, так как по вкусу это мясо очень похоже на говядину, и жесткость мяса зависит только от возраста черепахи.
Однажды в рейсе мы с капитаном решили проверить действие члена черепахи на себе. Капитан знал, что боцман завялил этот член и готовил его для продажи. Боцман был вызван, дана команда выделить капитану и стармеху часть вяленной продукции. Боцман с кислым видом кивнул головой и пошел выполнять задание!
Короче, сжевали мы по кусочку этой вяленной гадости, запив несколькими бутылками пива, рассказывали друг другу самые скабрезные анекдоты, но, как говорится, "ни в одном глазу", эффект был нулевой, и мы окончательно перестали верить в эти сказки, а поняли, что нужно надеяться только на себя!
Кубинцы нам нравились, очень хорошие люди, веселые, хорошие друзья, но вот работать они не любили, может быть они любили рубить сахарный тростник, но вот на корабле они особой прыти не проявляли. Они любили нам говорить: "На первом месте у нас любовь, на втором месте песни и пляски, на третьем месте еда, и, если еще останется время – можно и поработать". Взахлеб рассказывали нам о своих женщинах, учили нас своим коронным кубинским методам любви и видно были правы, когда после некоторого времени пришлось отправлять в СССР некоторых жен советских специалистов, познавших радость любви от встреч с кубинцами.
Первое время такая концепция вызывала наше явное неприятие, но перевоспитать их или убедить в том, что труд должен быть на первом месте, как нас всегда и везде учили, нам не удалось, и за все 3 года моей работы в кубинском флоте – это не удалось никому, и слава богу, они остались в моей памяти как чудесные, добрые друзья и оставили о себе только хорошие воспоминания

Экспедиция в Лабрадор

Начало
Через некоторое время стали формировать экипажи для получения новых траулеров, строящихся в Испании, на верфях в Виго, Бильбао. На приемку брали только капитана, стармеха, а остальные члены команды были сформированы из кубинцев.
К сожалению, первого разряда и опыта работы в должности стармеха у меня не было, и на приемку новых судов в Испанию я не попал.
Вскоре стали приходить первые траулеры, построенные в Испании, они были совершенно другой постройки, чем наши БМРТ, но мощность главного двигателя была примерно такой-же - 2000-2500 э.л.с. И оборудованы были более совершенной автоматикой, вспомогательным оборудованием. Можно было считать, что классом выше, а вот жилые помещения, столовые и прочее было намного хуже, чем у наших траулеров. Мы придирчиво все инспектировали, обсуждали, спорили, но работать на них предстояло нам, а надеяться на помощь было неоткуда, да и помощнички у нас были совершенно далеки от техники, а ближе к танцам и музыке.
Самый первый траулер носил имя "Манхуари", это одна из разновидностей рыб, живущих в Мексиканском заливе. После появились траулеры "Черна", "Камарон", "Тибурон", "Гуаса", "Биахайба", тоже названия рыб, представляющих Мексиканский залив и воды, окружающие Остров Свободы.
Я пока работал на "Манхуари", мы проводили осмотры, настраивали механизмы в рыбном цеху, так как предстояла первая в истории Кубы экспедиция траулера в холодные северные воды Лабрадора. Командный экипаж был сформирован: капитан – Хорохонов Сергей Владимирович (Таллинн), стармех – Абдуллаев Шевкет Манонович (Таллинн), остальные члены комсостава были калининградцы, рядовой состав из кубинских моряков.
На траулер нужен был электромеханик, такого специалиста среди наших спецов не было. Старший механик, который хорошо меня знал, предложил идти в рейс в должности электромеханика. Я уже долго находился на берегу, было непреодолимое желание выйти в море на траулере испанской постройки. В своих знаниях, как судовой электромеханик, я очень сомневался, но стармех заверил меня, что всегда поможет, если будут трудности, и я принял решение идти в рейс.
Подготовка к рейсу была тщательная, устанавливали в рыбцеху всевозможные разделочные машины и прочее спецоборудование, так как мы должны были вылавливать треску, делать из нее филе, засыпать солью и складировать в трюмах, емкостью 500 тонн. К нам на борт привезли киносъемочную группу, которая должна была отснимать каждую рабочую операцию для истории Кубы. Еще никогда такой большой кубинский траулер не выходил в такой рейс, в такие широты, как Лабрадор.
И вот пришел день, 19 марта 1966 года, когда все было готово: загружено все промысловое вооружение, топливо и масло, продукты, сформирован весь экипаж.
На берегу, кроме наших родных и знакомых, много официальных представителей Кубинского рыбного флота, военные и полиция. Взяли лоцмана, отдали швартовы, дали прощальные гудки – нам ответили со всех судов, стоящих в это время в порту. Защемило как-то на сердце, давно не покидал берег, да еще и работу себе выбрал не совсем профильную. Ничего, прорвемся!
Даешь, Лабрадор!
Траулер очень бодро шел к берегам острова Нью-Фаундленд, куда мы должны были зайти и загрузиться солью, получить какие-то специальные тралы и еще что-то. Кинооператоры хотели получить какое-то спецоборудование и киноматериалы.
Зашли в порт Сент-Джонс, простояли там около двух суток. За время стоянки траулера в порту эмигрировал один из членов экипажа, матрос. На траулере был легкий шок у кубинцев, так как это грозило большими неприятностями семье сбежавшего, но он, видно, к этому был готов, а в городе даже не прятался от своих товарищей.
Наконец мы закончили все погрузки и покинули Сент-Джонс, взяв курс на Лабрадор!
Переход был довольно спокойным, только по изменению температур воздуха и забортной воды, чувствовалось, что мы заходим в северные воды. Участились туманы, шли очень осторожно и вот однажды утром услышали крики: "Айсберги, айсберги!". Когда видишь один айсберг, и он от корабля вдалеке, испытываешь чувство удивления, но, когда они появились со всех сторон, самых разных размеров, было немножко не по себе, ведь никто из нас никогда не видел эти плавающие ледяные горы, а кубинцы и подавно, смотрели огромными глазами на такое северное чудо. Им было особенно трудно. Теплолюбивые, выросшие под тропическим солнцем люди – и на тебе, Лабрадор, льды, холод. Они все были экипированы теплой одеждой, но самое смешное – были у них теплые, шерстяные колпаки, или шлемы, с прорезями для глаз. Когда они все надели их и вышли на палубу – это был отряд морских ку-клукс-клановцев! Кстати, эти колпаки были лучше любых наших шапок и прочих тогдашних головных уборов, хорошо грели голову и защищали лицо. Скоро бросили первый трал, на это потребовалось не менее 5-6 часов, пока кубинцы начали разбираться в концах и прочих снастях, хорошо, что тралмастера, наши калининградские ребята, были классные и терпеливые ребята. Вытащили первый трал, но рыба была один мусор, и так продолжалось неделю, а может и больше.
Палубным морякам позавидовать было нельзя, можно было только похвалить их за самоотверженность и выдержку, так как голыми руками (хоть и в спецрукавицах) на палубе при минусовой температуре долго не поработаешь. Кубинцы с честью выдержали проверку на холод!
Первый трал с треской был встречен громким "Ура", и хоть было не больше 5-ти тонн, радость была неподдельной. Это была первая рыба, которую кубинцы выловили в северных широтах, среди льдов и айсбергов. Кстати о кинооператорах: ребята были классные, все и всегда оперативно снимали, ненавязчиво и профессионально! После возвращения в Гавану они смонтировали фильм с названием "Кубинские герои у берегов Гренландии", и фильм был действительно красивый и очень интересный, ну а мы там, хотя и не главные герои, но и статистами не были.
Треска ловилась стабильно, моряки научились ее быстро и хорошо разделывать на филе и груз в трюмах увеличивался день ото дня, а план у нас был один - нарезать и засолить 500 тонн трески (бакалао). Все механизмы работали нормально, а вот электричество видно не было рассчитано на работу при низких температурах и часто выходило из строя. Один раз, когда вытягивали полный трал, отказала траловая лебедка – перегорел контакт в одном из ящиков управления лебедкой и, чтобы вытащить трал, нам со стармехом пришлось открыть ящик управления траловой лебедкой. Стармех манипулировал рукояткой управления, а я держал упорным деревянным брусом здоровенный контакт, который был под напряжением, искры и огонь летели в разные стороны, контакт горел, но барабаны лебедки крутились и через полчаса трал был на палубе. Страха не было, он появился потом, когда все уже было позади.
Всему приходит время, мы уже привыкли к айсбергам, холоду, и промозглым каютам, так как они совершенно не были предусмотрены для нормального в них проживания.
Спасибо кинооператорам, они скрашивали наше свободное время и показывали нам и свои, уже снятые эпизоды, которые мы бурно обсуждали, и другие, хорошего вкуса кинофильмы, которые они взяли в рейс в достаточном количестве.
Наконец грузовые трюма были забиты треской, и мы стали готовиться к обратному переходу домой, в теплую, солнечную Гавану.
Нет ничего лучше того времени, когда все мысли о том, что конец рейса приближается, что через пару недель мы снова придём к берегам, где нет льдов, айсбергов, холода и промозглого северного ветра.

Окончание

Была середина мая 1966 года, дни перехода пролетели очень быстро и вот показались знакомые очертания Гаваны, нас встретил лоцман и мы стали втягиваться в узкий пролив Гаванской огромной бухты.
Мы высыпали на палубу, и вдруг нас буквально оглушили звуки гудков, которые раздавались со всех судов, находящихся в бухте – маленькие и большие корабли, все приветствовали нас. Мы были героями, которые для героической свободной республики сделали ЭТО, отработали во льдах, в Лабрадоре, у берегов ледяной Гренландии, привезли груз, обожаемой кубинцами бакалао, и это все для них было круто!
На причале было полно встречающих, родных и разных представителей кубинского официоза. Было много цветов, гремела музыка, капитан при параде швартовал траулер.
Подъехало несколько новых черных машин и на причале выстроились военные и гражданские, они встречали важного человека, который, как мы потом узнали, был президент республики Куба – Освальдо Дортикос. Корабль пришвартовался, спустили трап, президент и часть свиты поднялись на борт, где мы выстроились для торжественной встречи президента. Капитан доложил президенту о выполнении задания, а Дортикос обошел наш строй, пожал каждому из нас руку и поблагодарил за "выдающееся" достижение и выполнение правительственного задания! После этого президент и свита удалились на берег, а на борт принесли среднего размера жаренного поросенка, ящики с ромом и пивом, прочими напитками и закусками. Гремела музыка, кубинцы радовались, как дети и действительно чувствовали себя героями.
Всем иностранным специалистам выделили по правительственному автомобилю (на поездку) и отвезли по домам.

Поход к берегам Патагонии

После возвращения "Манхуари" из рейса я опять ушел работать в ремонтную бригаду и делал иногда короткие рейсы на местных СРТР, на "Макарелле", на "Салеме". Кубинские власти создавали резерв механиков на приемку новых испанских БМРТ.
Пришел новый БМРТ "Биахайба" и меня направили туда вторым механиком.
Капитаном был Крайнюков Иван Степанович, стармехом Бурган Юрий Андреевич – заслуженные и опытные калининградские рыбаки, так что мне было почетно стать помощником у таких замечательных специалистов, которые были старше меня на 15 -20 лет. Первые рейсы мы делали на банку Кампетч, в Мексиканском заливе.
Рейсы были максимум 40-45 дней, для набора груза (450-500 тонн). Рыбу ловили всякую, морозили в брикетах в морозильных камерах, а потом загружали в трюма мороженную продукцию и везли ее на сдачу в Гавану.
Через несколько рейсов, в сентябре 1966 года, старший механик ушел работать в ремонтную бригаду и встал вопрос о замене стармеха. Кубинцы предложили мне принять дела старшего механика, так как у меня был уже диплом механика 2-го разряда, и власти кубинского флота посчитали, что для стармеха этого достаточно. Я конечно был очень рад такому стечению обстоятельств, мне в апреле исполнилось 24 года, а я уже работаю старшим механиком на БМРТ. Сыграло еще и то обстоятельство, что к этому моменту я уже довольно бойко говорил на испанском языке, а при наличии почти всего испаноязычного экипажа – это было одним из решающих фактором.
В октябре 1966 года наш траулер стали готовить в очередную далекую экспедицию – к берегам Аргентины и Уругвая или по-старинному Патагонии, там ловилась "испанская мерлуза", а мы ее называли просто "мерлузой". Траулер снабдили промысловым вооружением, топливом, маслом, продуктами, овощами, фруктами и, естественно, тонной или больше, различных сортов мороженого!
Траулер вышел в рейс 5 октября 1966 года, сопутствующая погода была прекрасной, ведь мы шли в теплые моря, к берегам традиционно теплых стран – Аргентины и Уругвая, и я был счастлив, что мне пришлось быть участником этих "эпохальных событий" для такой маленькой, свободолюбивой республики.
Когда проходили экватор, то организовали праздник встречи морского бога Нептуна.
Был и Нептун, и морская купель, которую никто не миновал, и крещение доброй чаркой вина с выдачей диплома о пересечении экватора. Дипломы нарисовали сами, красочно их разукрасили, и они получились очень даже симпатичными и "солидными".
Пришли в район промысла, и только благодаря чутью и рыбацким знаниям капитана вышли на мерлузу. Вокруг нас чистое море, никого, лови-не хочу! Вот мы и старались!
Рыба здесь была явно "не пугана" и мы ее просто гребли тралами столько, сколько могли заморозить. Капитан был настоящий рыбак, не жадничал, а вылавливал только необходимое количество мерлузы для заморозки. Мерлуза была отменная, крупная, в среднем до 50-60 см длины, попадались и более крупные экземпляры. Мелкую рыбешку мы выбрасывали, так как мукомолки на траулере не было, но бакланы честно делали свою работу и по большому счету хватало всем!
Груз мы набрали достаточно быстро, 450 тонн, а по кубинской информации – один этот груз равнялся полугодовому вылову всей страны! Вот такие были цифры!
Закончили промысел, погудели на прощанье Патагонским берегам и взяли курс на Гавану.
6000 миль от Гаваны к берегам Патагонии и обратно, так писали потом о нашей экспедиции кубинские газеты.
Пришли в Гавану 13 декабря 1966 года, где нас также встретили приветственными гудками стоящие в бухте корабли, снова на причале был президент Освальдо Дортикос. Пришвартовались, капитан доложил президенту и меня, (членов команды тоже), во второй раз поздравил президент Кубы с выполнением правительственного задания!
На борт был поднят и жаренный поросенок, и ром, и пиво, и цветы, и танцы с музыкой.
Только на этот раз домой добирались не правительственным, а первым подвернувшимся транспортом. Не всегда моряку "масленица"!

ЧАСТЬ 3

Карнавал

Теперь я расскажу о различных местах отдыха, где мы проводили время и о других достопримечательностях этого удивительно красивого Острова Любви и Свободы.
Вообще, когда начинаешь вспоминать о Гаване, на память приходит все в ярких, цветных тонах, праздничное и веселое, с обширными морскими горизонтами и красивейшими пляжами с белоснежным песком, голубые прозрачные воды Карибского моря, девственной тропической природой, упоительным ароматом экзотических цветов, ритмами зажигательной музыки, обжигающим терпким вкусом кубинских ромов, очень красивых, необыкновенно притягательных женщин, большим количеством только радужных, только приятных воспоминаний.
Наверное, это и потому, что все было в молодости, когда душа еще нараспашку для всего хорошего, когда она еще не зачерствела и так благодарна тебе, если ты ее не часто опечаливаешь!
Помню, как мы с приятелем прилетели в Москву из Гаваны (первый раз в отпуск в 1966 году после годичного контракта) и были просто поражены серым, блеклым и невыразительным обликом нашей столицы, неприветливыми и угрюмыми, чем-то озабоченными лицами вечно куда-то спешащих людей, грубостью обслуживания и прочими, всем нам до боли известными, пороками нашей страны.
Но вернемся в Гавану! Одним из самых ярких впечатлений для меня, да и для моих друзей, были кубинские карнавалы! Они обычно устраивались после окончания рубки сахарного тростника и совпадали по времени с католическими праздниками, это происходило в течении последних 2-х недель июля и 1-й недели августа.
Куба в это время была охвачена песнями, танцами, всевозможными развлечениями и фейерверками.
К карнавалам очень тщательно готовились, причем каждый район города должен был представить такое представление, чтобы оно отличалось от представлений других районов города. И все жители района старались, от мала до велика, дети и взрослые – все вносили посильную лепту в подготовку к представлению на карнавале!
И как же здорово это все происходило! Для того, чтобы понять всю прелесть этого праздника, нужно влиться в него, нужно пропеть и проплясать вместе с толпой по набережным и улицам города, прочувствовать красоту и заразительность карнавального опьянения!
Карнавалы стали воплощением Свободы и Независимости Кубы!
Карнавальные шествия проходили вдоль набережной Малекона, которая тоже создавала неповторимый природный фон. Карнавал открывался проездом колесницы, на которой восседала выбранная перед праздником королева красоты и две принцессы. Празднично наряженные представители районов города на разных платформах, колесницах и на любом моторном и немоторном транспорте, двигались один за другим в сопровождении собственных оркестров, с грохотом барабанов и пронзительными звуками труб, которые создавали такую музыкальную атмосферу, что только слушать и не участвовать в этих плясках и песнях было ну просто невозможно! Шествия огромных кукол, изображающих и политиков, и певцов, и принцев с принцессами, и красавиц со страшными чудовищами, и исторических персонажей, и драконов, и рыцарей – выдумка была безгранична, воплощение в костюмах – гениально! Все это сооружалось на огромных платформах, колесницах, повозках и сопровождалось танцовщиками, молодыми, пожилыми и возрастными, хотя по исполнению трудно было определить возраст, разве только по вызывающе обнаженным телам молодых кубинок! Это было такое зрелище, которое по праву можно назвать незабываемым, и надо понимать, что мы были так молоды: 24-25 лет, а разве в этом возрасте не оценишь всей этой обнаженной прелести и зажигающих мелодий, быстрых танцев, исполняемых красивыми кубинскими девушками и женщинами. Всеми нами правил бал "карнавальный психоз", а если ты попал в эту веселящуюся толпу, ты не сможешь, да и не захочешь выбираться оттуда. Все это сопровождалось большими бумажными стаканами с пивом и ромом, куда также предусмотрительно бросали где одну, а где и две пригоршни мелкого льда, и это количество стаканов регулярно возобновлялось!
Карнавал шествовал, и по дороге разыгрывались целые спектакли, которые изображали танцовщики. Вдоль шествующей колонны карнавальщиков, на тротуарах шпалерами стояли кричащие, танцующие и поющие люди и если кто-то из них попадал в карнавальную толпу, то все, пропал, с этой толпой его понесет по улицам (из толпы невозможно вырваться) вместе со всеми на праздничный и веселый карнавал!
В карнавале всегда принимала участие группа профессиональных танцовщиков из кабаре "Тропикана", они давали просто феерическое представление на радость всем участникам.
По сторонам дороги встречались ночные клубы-отели, куда выстраивались большие очереди молодых пар, стремящихся попасть туда хотя бы на 30-40 минут, предаться любви, и снова слиться с праздничной, веселящейся толпой на все оставшееся время, до раннего утра.
Площади были наполнены веселящейся толпой, там пели, танцевали, знакомились, пили пиво и ром. Все были рады друг другу, счастливо улыбались.
Так несет тебя несколько часов, потом толпа редеет, все постепенно отрезвляются, проходит карнавальный угар, и вдруг ты обнаруживаешь себя далеко на окраине города. Музыка гремит, но уже как-то надломлено, устало – все понимают, что силы на пределе, но эмоции еще сильны, не остыли, и с сожалением думаешь, что ночь проходит, но греет мысль, что завтра вечером все повторится.
Да здравствует Кубинский карнавал – это и есть душа Кубы!

Выборы королевы красоты

Попытаюсь рассказать о выборах королевы красоты на Кубе, хотя не уверен, что смогу рассказать об этих событиях теми, доступными мне словами и воспоминаниями, которые не смогут все равно полностью отобразить эти волнующие и прекрасные события, которые происходили при выборе красавиц, это очень и очень трудно, но попытаюсь.
Первые выборы красавиц происходили по территориальным подразделениям острова, а точнее, в мелких и крупных городах, крупных районах города Гаваны.
Там кипели такие страсти и возникали такие коллизии, что "мама, не горюй"! Эти пылкие, страстные, темпераментные люди не всегда понимали, что есть пределы, а пределов в любви к женщинам у кубинцев не было! Иногда в разговорах с нами о женщинах они доказывали, что на Кубе нет некрасивых женщин, есть только более или менее темпераментные, а все кубинки красавицы. Нужно было только преклоняться перед их неизмеримой любовью к своим женщинам! Действительно, девушки и женщины в большинстве своем были красивые и почти у всех кубинских женщин была великолепной формы попа! Объяснялось это очень просто – с самого первого дня рождения девочек укладывают в кроватках на животик и, пока косточки молоденькие и гибкие, формируется попочка девочки! Вот и весь секрет! Нам так рассказывали!
Когда заканчиваются выборы красавиц по районам, городкам, городам и в самой Гаване, наступает самый главный праздник – выборы королевы красоты.
Во дворце спорта, одном из самых больших в Гаване, собираются все отобранные для проведения конкурса девушки и их фанаты-болельщики, со своими оркестрами, барабанами и трубами. Болельщики располагаются на трибунах по секторам, разворачивают плакаты с именами своих любимых девушек, яростно скандируют их, и другие сектора проделывают такие же действия. Все это сливается в такой невообразимый шум, что не слышно ни имен, ни мелодий, а атмосфера так накалена, что кажется: брось спичку и произойдет взрыв! Наконец, начинается церемония выборов. Под великолепный оркестр и красивую мелодию на подиум арены дворца спорта выходят девушки.
Все они так красивы, так нарядны, что просто не представляешь, что же было бы с нами, мужиками, если бы не существовало женщин, не было бы этой неземной красоты!
Они выстраиваются на сцене дворца, а зал беснуется в прежнем режиме, все хотят победы только своей избраннице. Я первый раз присутствовал на таком празднике красоты и был ошеломлен происходящим.
Все девушки ушли со сцены, и потом их стали вызывать под порядковыми номерами, а номеров было 80, не меньше.
Ну вот как рассказать, что творилось в зале, после вызова любой из соискательниц титула королевы красоты Острова Свободы?
Гром барабанов и звуки труб, крики болельщиков, знакомых и родных, этот адский шум и гам, а на подиуме сверкает красотой, улыбкой, волнующей походкой дефилируют самые красивые девушки Кубы. Мне казалось, что можно было закрыть глаза и просто указать пальцем на любую из них, и она была бы достойна титула королевы! Но не все так просто, девушки проходят и сменяют друг друга, комиссия выставляет оценки, зал беснуется. Из 80 девушек осталось семь. Что же это творится? Выбыли самые лучшие, на мой взгляд, а оставшиеся еще поборются за звание лучшей…
Девушек осталось только трое. Комиссия опрашивает их, задает кучу вопросов: и по хозяйству, и по учебе, и политические. Потом началось совещание комиссии. Через некоторое время был вынесен вердикт. В зале стало немного тише, потом повисла тишина, все замерли. Вышел ведущий шоу и объявил имя победительницы конкурса на звание королевы красоты Кубы и двух принцесс!
Зал взорвался, гудели и били в барабаны все, и болельщики победительницы и болельщики побежденных, все орали в едином порыве, страсти слились в единый крик радости и выражения любви к женской красоте.
Следующий карнавал будет открывать вновь избранная королева красоты и она, с двумя принцессами, на отдельном постаменте, будет возглавлять церемонию открытия.
Победила красота, и теперь уже все расхваливали королеву и принцесс, они ведь были кубинцами, а у них не бывает некрасивых женщин!

Кабаре "Тропикана"

Теперь пришла очередь рассказать о жемчужине кубинского шоу, о кабаре под названием "Тропикана". На Кубе была очень популярна песня "Тропикана", отсюда и название кабаре. Полная вместимость кабаре где-то 1750 человек, это самое большое кабаре в Латинской Америке и даже в США!
Представьте себе парк с тропическими пальмами и другими диковинными деревьями, кустами и цветами, и все это под стеклянным куполом. Дождь идет, а здесь тепло и всегда сухо, ни дождинки! Ботанический сад под стеклянным колпаком!
Помещение разделено на две части: "Стеклянные арки" – под стеклом, а "Под звездами" - на открытом воздухе. Летом принимали до 500 человек в один из залов.
Количество участников шоу достигало двухсот человек – это певцы, танцоры, музыканты.
Кухня великолепная, национальная и по выбору посетителей кабаре.
В джинсах, рубашках и кроссовках входить не рекомендовалось, а в остальном все достаточно демократично.
Зал под арками расположен террасами, столики разные, но не менее, чем на четырех человек. Очень интересно было то, что в стоимость билета, который следовало купить заранее, входила стоимость полбутылки рома на брата. Заканчивая вечер, официант поднимал бутылку рома и смотрел, сколько выпито: больше полбутылки или нет, отсюда и стоимость окончательного счета за вечер.
Представления начинались в 22 часа вечера и состояли из двух частей с перерывом на полчаса, когда можно было потанцевать со своей девушкой или дамой под музыку оркестра, который обслуживал все представления в кабаре.
Несколько слов об оркестре. Кубинцы музыкальны от природы, им присуще чувство вкуса и такта, и эти оркестранты не были исключением.
Когда раздались первые звуки и оркестр начал свое первое вступление, меня буквально пробрала дрожь. В оркестре было около 50-ти человек, основную массу составляли саксофонисты, потом частично тромбонисты, трубачи, ударники и остальные оркестранты. 95 процентов музыкантов были темнокожие. Музыка была настолько захватывающей, полной, проникающей до глубины души, возникало такое ощущение, что это какая-то нереальная, божественная музыка – мы были очарованы и ошеломлены, не верилось, что это в кабаре, а не в филармонии, вероятно и акустика в зале была очень хорошая и наше настроение тоже.
Мы с приятелями сели за столик, нам поставили бутылку старого кубинского рома.
На столике в специальных подсвечниках горели свечи, принесли сигары! Гуляем!
И вот на сцене появляются танцовщицы, 40 или 45 девушек, красивые, высокие, стройные, разного цвета кожи: и темные, и шоколадные, и белые, полуобнаженные, одеты в великолепные, нарядные, карнавальные костюмы.
И вот после музыкального вступления оркестра начинаются сумасшедшие, яркие и необыкновенно зажигательные танцы. Девушки такое вытворяли на сцене, что мы сидели "с открытыми ртами и горящими глазами". Естественно, мы, молодые ребята, никогда не видели и не слышали таких ярких, таких музыкальных представлений, к тому же мы уже и "заправились" по чуть-чуть старым выдержанным кубинским ромом!
В воздухе просто царила чувственность, а когда танцовщицы пошли в зал и стали танцевать между столиками, мы сидели как на иголках, хотелось вскочить и танцевать вместе с ними, нас просто завели! И ведь не только мы сидели такими заведенными, так же себя чувствовала большая часть зала.
Танцы менялись, ритмы тоже были разные, но исполнение танцев было очень профессиональным, они были великолепны, они были очень хороши!
Большая часть представления состояла из танцев, в перерывах между танцами выступали певцы, женщины и мужчины. Песни исполнялись на высоком профессиональном уровне, мы все были просто в восторге и наслаждались музыкальной феерией!
Как один миг пролетела первая половина представления, начались танцы. Перед музыкантами каким-то образом приподнялся пол и образовалась площадка, снизу подсвеченная светильниками. Можно было приглашать девушек, дам и танцевать под звуки этого божественного оркестра, что мы и делали.
Второе отделение прошло в том же ритме, мы уже почти почувствовали себя "хозяевами жизни", да и ром давал нам такую уверенность. Девушки раскрепостились, и у многих "нечаянно" обрывались бретельки, мелькали голые груди, ноги, музыка нас тоже доводила до экстаза, но он был контролируем, мы понимали, что это кабаре, что завтра нужно будет идти на работу…
Был выпит ром, выкурены сигары, официант подал счет, мы расплатились и нам подали такси прямо к выходу из кабаре.
Я рассказал о проведенном вечере в кабаре "Тропикана", который посещал потом не один раз, а вот каждый, кто будет когда-нибудь на Кубе, посетите это кабаре, не пожалеете!

ЧАСТЬ 4

Остров Кубу нередко сравнивают с ящерицей, протянувшейся с Запада на Восток на 1250 км. Туловище обращено к Атлантике, а хвост находится у входа в Мексиканский залив. На юге Кубу омывают воды Карибского моря.

Пещера

Основательно узнав Гавану, мы начали методично посещать в каждый свободный вечер какое-нибудь неизвестное кафе, бар и другие увеселительные заведения, которые иногда были очень оригинальными. Одно из них мы обнаружили в самом центре Гаваны, на 23 улице, оно называлось "Пещера".
Это было кафе, расположенное в подвальном помещении высотного дома, дизайн был выполнен в виде пещеры со сталактитами, стены тоже были в трещинах и выступах, полнейшая имитация древней пещеры. Между сталактитами и у стен были установлены столики и оборудованы ночниками, дистанционными платными минипроигрывателями: бросил монетку, выбрал мелодию, нажал клавишу и наслаждайся музыкой.
Громкость была отрегулирована и слышимость была допустимой, и никому не мешала. Темнота в пещере была сплошная, к свободному столику можно было подойти только с официантом, который освещал путь фонариком. Здесь был рай для влюбленных, полнейший интим и определенная вседозволенность.
Обычно заказывали пиво. Кстати, девушки и женщины, в то время, когда я там работал, пили исключительно пиво, и только если шли в кабаре, могли выпить ром, но это было очень редко, они все же предпочитали холодное пиво.
Атмосфера в пещерах была спокойной, расслабленной, кондиционер нагнетал прохладный воздух, официанты были вежливыми, ненавязчиво обслуживали.
В эту пещеру ходила только молодежь, рассказываю для информации, может кого заинтересует, если полетит на Кубу!

Тысяча и одна ночь

Заглянули на огонек в бар, чтобы узнать, как отдыхают здесь восточные люди.
Приглушенный свет, вдоль стен расставлены очень низкие диванчики с массой всевозможных подушек, разумеется, что все это выполнено из натуральной кожи и пропитано какими-то особыми ароматами. Желающие могли заказать кальян.
Спиртное здесь пили так же, как и в других питейных заведениях, приходящие занимали здесь самые разнообразные расслабленные позы – и, честно говоря, нам здесь тоже совершенно не нравилось, особенно восточные ароматы, нужно было жить на Востоке, чтобы наслаждаться этими запахами.

Дома встреч

Наши кубинские моряки очень любили в свободное время, собравшись на палубе, обсудить всевозможные случаи, произошедшие с ними на любовном фронте. Рассказчики они были веселые и темпераментные, все сопровождалось такой мимикой и набором жестов, такими эмоциями, что не заслушаться было нельзя.
Все походы с любимыми девушками совершались в небольшие ночные отели, где был минимум сервиса, чистая постель, холодное пиво или ром по заказу, и все это удовольствие входило в часовое посещение за весьма небольшую, по кубинским меркам, плату. Если посещение затягивалось, по телефону сообщали, что пора покинуть помещение или внести доплату за следующий час. При оформлении посещения отеля не спрашивали никаких документов, удостоверений личности или билета партии или члена профсоюза. Во время проведения карнавалов эти заведения пользовались сумасшедшей популярностью, туда выстраивались огромные очереди, а время сокращали до 30 минут. На карнавале время не ждет, надо еще и поплясать, и попеть от души!

Капитолийские кафе

В Гаване, в самом центре, в старинном историческом районе, построен Капитолий, точная копия Вашингтонского, и в нем теперь музей флоры и фауны Кубы и Карибского бассейна. В остальных помещениях Капитолия располагались исторические залы, залы воинской славы, оружия, морские музеи.
Вокруг Капитолия были разбиты великолепнейшие парки с тропическими пальмами, другими деревьями, кустами и превосходными цветниками!
Но особо хотелось бы рассказать о кафе и барах, окружающих Капитолий. Они не были похожи друг на друга, кроме наличия в каждом из них пива разных сортов, кубинского "Бакарди" различной выдержки, колы, крепчайшего кофе и холодной воды со льдом.
На Кубе ром производят с 1878 года из сахарного тростника. Дистиллированный спирт проходит выдержку в дубовых бочках, после чего его купируют, и он различается по цвету и разности запаха букетов. Кстати о "Бакарди": в середине 19 века на Кубу из Испании приехал виноторговец Факундо Бакарди, который попробовал местный ром и нашел его слишком резким, грубым и обжигающим. Он решил создать свой сорт и использовал черную патоку и специальные дрожжи. Ему удалось разработать способ очистки рома путем фильтрации через уголь, а его выдержка потом в дубовых бочках позволила варьировать оттенки цветов и вкуса. Итогом его работы стал мягкий, чистый ром темного цвета с насыщенным ароматом. Бакарди известен, как новатор, который изменил мир спиртовых напитков, создав свой ром в 1862 году.
На основе этого рома были созданы легендарные коктейли: мохито, дайкири, Куба либре, пинья-колада. Золотой или старый ром лучше было пить неразбавленным, а белый ром лучше использовать в коктейлях. Ром в зависимости от выдержки был от 2-х лет до 18 лет выдержки.
Я к чему так пространно расписываю все прелести кубинского рома? Просто мы распробовали этот прекрасный напиток и частенько употребляли его с друзьями, разумеется в разумных количествах! Пьяных мы не встречали ни на улицах, ни в барах, ни в кафе. Культура распития спиртных напитков была на достойном уровне!
Все эти великолепные напитки и коктейли можно было найти в любом из баров и кафе, окружавших Капитолий. Возле каждого из них, на улице, был свой небольшой оркестрик, который почти беспрерывно исполнял танцы (по заказу или по своему выбору), а песню мог исполнить любой желающий из посетителей, и их было предостаточно.
За столиками усаживались порой целыми семьями, отмечали праздники, дни рождений. Мужчины любят покурить сигару, это даже не для шика, нет, они так привыкли. Сигары здесь курят многие, сигары производят из местного великолепного табака. Нередко можно было увидеть заправщика на бензоколонке с сигарой во рту! Сигареты были довольно низкого качества, но некоторые, например, Кампесинос (крестьянские), очень крепкие и с неприятным дымом.
Самое интересное, что музыканты не мешали играть друг другу, а создавалась такая иллюзия, что музыка не прерывается и звучит постоянно. Здесь были изобретены три самых известных в мире латиноамериканских танца: сальса, мамбо и ча-ча-ча.
Здесь встречались, знакомились, назначали свидания – это было бьющееся сердце Гаваны, и оно стучало с 6 часов вечера до 3-4 часов утра.
Куба – это атмосфера с привкусом рома и мохито, ароматом кубинских сигар и зажигательными ритмами сальсы!

Обед с десертом

Одним из самых известных ресторанов в Гаване был "Варадеро", по имени самого великолепного и самого длинного пляжа (20 км) на Кубе. В ресторане было 4 зала: цветочный, королевский, официальный и зал путешественников. В зале плетенные кресла, позеленевшие от времени люстры, запах ароматных сигар.
Когда заказываешь меню и сидишь в ресторане, словно перелистываешь страницы удивительной истории острова, погружаешься в самые невероятные названия, от которых так и веет горячим ветром, южными ночами, нежными гитарными переборами, рисуются силуэты пиратских кораблей и сундуков с сокровищами!
Кубинская кухня – это смесь испанской, африканской и индейской кухонь!
Можно заказать на первое густой суп из черной фасоли, на второе блюдо из жареной свинины или курицы с соусами, лангусты или креветки с тропическими фруктами, черепашье мясо.
На десерт можно было заказать всевозможные сладости (все невозможно перечислить), шоколад, жаренные бананы, любого сорта мороженое (до 10 сортов) или фруктовые соки. Заканчивать обед желательно черным кубинским кофе в звездочках горящей корицы, и, конечно, пахучим ромом с сигарами!
Вообще кубинцы ужасные сладкоежки. Завтраки, обеды и ужины они всегда заканчивали сладкими десертами. На корабле, в рейсе, по утрам горячий шоколад с молоком и кофе с ледяной водой. Без тонны мороженого, самых разнообразных сортов (до 16-ти) в рейс на 40-45 суток кубинцы не выходили. Капитану было положено три коробки сигар, несколько блоков сигарет Дорадос, Аромас или Кампесинос (крестьянские, очень крепкие), два ящика рома и два ящика чистого спирта.
Мне, как старшему механику, полагалось две коробки сигар, несколько блоков сигарет, ящик рома и тоже два ящика чистого спирта. Перед отходом в рейс все это привозилось с каких-то особенных складов, под роспись капитана и старшего механика.

Праздники

Кубинцы очень любят праздники, не только связанные с танцами и плясками, а все, что их объединяют в большие сообщества. Много праздников этой страны связаны именно с революцией и важными историческими датами.
Они называют праздниками даты, которые привели их к нынешним дням.
1 января – годовщина победы революции 1959 года, 19 апреля – годовщина победы на Плайя-Хирон, 26 июля – день начала революции на Кубе и еще 8 марта, 1 мая, а 25 декабря празднуется католическое рождество.
Это основные государственные праздники, и есть еще масса неназванных мной праздников, которые кубинцы отмечают с большим удовольствием и вдохновением.
Нас, специалистов из СССР, очень часто приглашали на эти праздники вместе с семьями, детьми. За время работы на Кубе я дважды приглашался на празднование 1 января и 26 июля на трибуну, сооружаемую на площади имени Хосе Марти.
На самом верхнем ярусе трибуны стоял Фидель Кастро и его соратники, члены правительства, а под ними располагались гости и приглашенные иностранцы.
На одном из праздников я сидел на трибуне прямо под Фиделем Кастро и при желании, приподнявшись, я мог дотронуться до его ботинка, но благоразумно не сделал этого!
Фидель Кастро произносил свои пламенные речи по несколько часов, и мы были вынуждены сидеть на жаре все это время и покорно слушать, а тысячи кубинцев, собранных на площади, с восторженными криками и аплодисментами внимали страстным речам своего вождя!
Со вздохом облегчения мы покидали трибуны и возвращаться сюда в следующий раз уже не было никакого желания.

О кубинцах – разное

Мы уже достаточно долго работали среди кубинцев и уже могли составить свое мнение об этом народе. Это был очень живой, музыкальный, с насмешливым характером, обладающий природной веселостью и темпераментом народ. Иногда они говорили о себе: "Мы все сошли с кораблей…" и в этом было трудно усомниться.
Самое интересное – у них совершенно отсутствовала расовая ненависть, это было просто поразительно: черные, белые, креолы и мулаты – они не акцентировали цвета кожи – они все были один народ, народ Свободной Кубы! Смешанные браки были повсеместны, и никто не обращал на это внимания, а нам было удивительно смотреть, когда черный кубинец обнимал белую девушку или наоборот, но мы быстро привыкли, и в дальнейшем исповедовали эту же модель поведения. Кубинцам это очень нравилось!
Хочу отметить еще одну деталь – у кубинцев был культ чистой обуви. Я не видел ни одного мужчину в городе с грязными, нечищеными ботинками. Даже старая, видавшая виды, обувь была начищена, надраена до глянца, до блеска, хоть смотрись в нее, как в зеркало! Да, это чистая правда, и мы переняли эту прекрасную привычку и с удовольствием начищали свою обувь у чистильщиков на улицах, благо, что стоило это совсем недорого.
Любимым местом вечерних прогулок кубинцев была набережная Малекон.
Малекон – это место, где прогуливались девицы легкого поведения и гомосексуалисты, которых было тоже очень много. Через каждые 50-70 метров можно было услышать "п-сссс", это был скромный призыв для проституток и мариконов (так по-испански зовут гомосексуалистов).
На Кубе нет сутенеров, все выходы девицы совершают на свой страх и риск, но полицейских очень боятся. Если появились полицейские, девицы никогда не будут контактировать с иностранцами, а тем более, снимать их.
Мы довольно часто посещали семьи наших товарищей по работе. Принимали нас очень радушно, угощали, чем могли, но мы обычно брали с собой консервы разные, колбасы, сыр – все эти продукты мы могли свободно приобрести в советском посольстве по нормальной цене, чему наши хозяева были очень и очень рады, так как в их магазинах ничего не было, кроме фруктов и рома, а все продукты выдавались по карточкам и в небольших количествах, да и заработная плата была у них низкой.
В домах, на самых видных местах лежали альбомы с эротикой и все, включая малышей, имели свободный доступ к ним и регулярному просматриванию.
Нас это тоже сначала очень удивляло, но у них так принято! Часто наблюдали такие картинки, когда все мы, вместе с хозяевами дома смотрели телевизор, а позади всех, на диванчике, сидела молодая парочка, целовалась и обнималась, невзирая на присутствующих! Объяснение простое: все должно быть на глазах, все нормально, все под контролем.
Если незамужняя девушка шла в кино, то ее обязательно сопровождали брат или сестра. Короче: до свадьбы никаких вольностей; и это в стране, где так кипела свободная жизнь!
Кубинцы танцуют и поют не для того, чтобы развлекать иностранцев и прочих зевак, а потому что это – жизнь! Они наряжаются в южные, яркие, сверкающие одежды просто потому, что им так нравится!
На Кубе все приправлено таким горячим соусом из радости, музыки и непобедимой любви к жизни, которую ты ощущаешь здесь всей своей кожей!
Вы заметили, наверное, что я почти не касаюсь политической и общественной жизни на Кубе? В моем понимании, вся эта революция и все перемены, которые произошли в жизни кубинцев, ничего хорошего им не принесли, кроме почти всеобщей нищеты и прочих неудобств, и страданий, сопутствующих всем странам, где начинали строить социализм и, не дай бог, коммунизм!

2 комментария

  • Гаврилов Михаил:

    Подробный рассказ советского моряка рыболовецкого траулера о его работе и жизни на Кубе в 1965-1966 годах

  • Горенский Александр:

    Повествование А. Акулова очень эмоциональное и красочное. Чувствуется , что автор очарован и пленён Кубой, как многие (если не все), кто там побывал. С большим чувством описаны карнавалы и выборы Королевы красоты (мисс Кубы?). А походы на добычу рыбы в Гренландию и Патагонию вообще для всех читающих открытие.

    Но всё же позволю не согласиться с автором в одном месте: звук "п-ссс-т" кубинцы издают не только, когда хотят привлечь партнёра по сексу, а когда хотят привлечь чьё-то внимание, например, официанта, продавца, бармена и т. п., или когда хотят обратить внимание на себя. Этот звук на Кубе очень распространён и имеет очень много назначений.

    А в целом мне воспоминания очень понравились!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *