Розин Александр. Боевая служба ВМФ СССР в районе Кубы

07.11.2023 Опубликовал: Гаврилов Михаил В разделах:


Первоисточник
См. также: Розин Александр. Советские суда в операции "Анадырь"

Оглавление

Начало посещения Кубы советскими боевыми кораблями в конце 60-х годов
Базирование плавбаз для обслуживания подводных лодок в Сьенфуэгосе
Посещение Кубы субмаринами с баллистическими ракетами
Демонстрационные походы в Мексиканском заливе
Совместная боевая учеба с ВМС Кубы
Оценки деятельности советского ВМФ в Карибском бассейне
Литература

Боевая служба

I (июль–август1969) | II (май 1970) | III (сентябрь–октябрь 1970) | IV (декабрь 1970) | V (февраль 1971) | VI (май–июнь 1971) | VII (октябрь 1971 – январь 1972) | VIII (февраль–май 1972) | IX (ноябрь 1972 – февраль 1973) | X (август–октябрь 1973) | XI (апрель–июнь 1974) | XII (сентябрь–ноябрь 1974) | XIII (февраль–апрель 1975) | XIV (май–июнь 1975) | XV (август–сентябрь 1976) | XVI (июнь 1977) | XVII ( декабрь 1977 – январь 1978) | XVIII (март–май 1978) | XIX (сентябрь–декабрь 1978) | XX (август 1979) | XXI (апрель – май 1981) | XXII (ноябрь 1982 – февраль 1983) | XXIII (март–май 1984) | XXIV (декабрь 1984 – февраль 1985) | XXV (октябрь 1985) | XXVI (октябрь 1986) | XXVII (октябрь–ноябрь 1988) | XXVIII (19??) | XXIX (июнь–июль 1990)

Деятельность советского ВМФ в регионе Карибского моря и Мексиканского залива до 80-х годов носила особенный характер. В отличие от других регионов там действовали не отдельные корабли, а целые эскадры. Кроме того с апреля 1970 г. самолеты дальней морской разведки Ту-95РЦ начали периодические полеты над Атлантикой, используя в качестве базы аэродромы на Кубе. В это же время начинается активная деятельность в водах вокруг Кубы советских океанографических судов, которую западные исследователи связывали с ведением разведки в интересах ВМФ СССР. Совокупность всех этих действий оценивалась западными исследователями совершенно однозначно. "Факты не оставляют сомнений, – заключал швейцарский исследователь Курт Гастейгер. – Никто, ни Вашингтон, ни Москва, не могут более отрицать, что советскому ВМФ удалось установить более или менее постоянное присутствие в Карибском регионе". Установление советского военно-морского присутствия в этом регионе профессор Дональд Митчелл поставил в один ряд с такими событиями в истории отношения СССР и США послевоенного периода, как "быстрое создание ядерного и термоядерного оружия, запуск спутника", охарактеризовав его как "самое неожиданное и, определенно, самое тревожное для многих американцев".


Начало посещения Кубы советскими боевыми кораблями в конце 60-х годов

В конце 60-х годов корабли советского флота становились все активнее на просторах Мирового океана, теперь боевые корабли западных стран все чаще находились под контролем советской стороны. Такой рост активности ВМФ СССР вызвал негативную реакцию в США. Их ВМС начали противодействовать советским кораблям в выполнении поставленных задач, что выражалось в опасном маневрировании западных кораблей вблизи от них, в полетах их самолетов и вертолетах на малых высотах над нашими кораблями, в демонстративных приготовлениях к использованию оружия, в имитациях атак и тому подобное. В то же время они все больше приближали районы своих маневров и учений к территориальным водам СССР. Только в 1970-1971 годах их корабли 5 раз заходили в Балтийское море (10 единиц), 6 раз – в Черном море (15 единиц), 48 раз – в Японское и Берингово моря (112 единиц). Все это не могло оставаться без внимания советского руководства. В своем выступлении 14 апреля 1970 г. Генеральный секретарь ЦК КПСС Л.И. Брежнев сказал: "…на любые попытки с чьей-либо стороны обеспечить себе военное превосходство над СССР мы ответим должным увеличением военной мощи, гарантирующим нашу оборону. Иначе мы поступить не можем". В качестве ответных мер Главнокомандующий ВМФ приказал увеличить число поисковых операций в Норвежском море, Северо-Восточной Атлантике, Средиземном море, совместно с ВМС Кубы провести учения в Мексиканском заливе, осуществить проход с отработкой тактических задач кораблями СФ вдоль восточного побережья США на удалении 100-200 миль от него, кораблям ТОФ совершить поход по Тихому океану с отработкой тактических задач, проводить отработку задач в районах Бахрейна и Диего-Гарсия. Но на пути активизации действий советского флота встала проблема базирования.
Куба, являясь единственным союзником СССР в Латинской Америке, идеально подходила для базирования советских кораблей в этом регионе. Но перед Советским Союзом встала проблема: согласно договоренности, достигнутой в послекризисном урегулировании 1962 г., СССР обязался не размещать на острове наступательное оружие или его компоненты, а новейшие корабли как раз и являлись носителями подобного вооружения, и было неизвестно, как американцы прореагируют на это. Проанализировав ошибки первого "кубинского кризиса", в Москве пришли к выводу, что действовать с "налета" в прибрежных с Америкой районах не получится. Учитывая явное превосходство американского флота у его берегов и понимание того, что агрессивные шаги только приведут к новой конфронтации с Соединенными Штатами, было решено действовать по-другому. Новой линией поведения была выбрана политика постепенного внедрения в этом регионе. СССР начал действовать, не спеша, маленькими шагами и каждый его шаг закреплял достижения предыдущего для закрепления на Кубе. При этом конечной целью было создание на Кубе постоянного пункта для советских вооруженных сил в частности для ВМФ.

I БС (Боевая служба)

Первый после неудачи 1962 г. поход на Кубу советского ВМФ был задуман очень солидно. К его участию привлекались корабли трех флотов Черноморского (РКР пр.58 "Грозный", БПК пр.61 "Сообразительный", БРК пр.56Э "Бедовый", танкер "Карл Маркс"), Северного (плавбаза пр.1686 "Тобол", 2 ДЭПЛ пр.641 "Б-400" и "Б-413") и Балтийского (танкер "Лена"). Кроме того, с отрядом действовали ПЛАРК пр.670 и АПЛ пр.627А "К-159" Северного флота. Руководить походом поручили командиру 30 дивизии НК ЧФ контр-адмиралу Степану Степановичу Соколану. Привлеченные к визиту "Грозный" и "Сообразительный" ранее специально готовились для показа на Всемирной выставке в Монреале (куда они, к сожалению, не пошли), и имели образцовый внешний вид и отличный интерьер. На время похода планировалось много встреч, посещений корабля, в том числе и визит Фиделя Кастро и его соратников. Накануне выхода черноморского отряда кораблей в Севастополь прибыл Главнокомандующий ВМФ Адмирал Флота Советского Союза С.Г. Горшков, он проверил готовность кораблей к походу. В Атлантике отряды встретились и провели ракетные стрельбы, затем выполнили демонстративный поход вдоль американского побережья до Канады и обратно. В Мексиканский залив дизельные подводные лодки было принято проводить скрытно, через Флоридский пролив они шли, одна под плавбазой, а вторая под крейсером. После того как наши корабли встали на якорях в самой середине Мексиканского залив,а их буквально оцепили вертолеты США с телерепортерами, на все лады комментирующие заход советских кораблей в полигоны боевой подготовки ВМС США. А когда на следующий день по приказу всплыли в надводное положение, американские телерепортеры просто "с цепи сорвались". Такая реакция позволила сделать вывод, что скрытный проход подводных лодок удался. После демонстрации флага отряд приступил к основной цели задания – визиту на Кубу.
20 июля 1969 г. в 10 часов утра отряд в кильватерной колонне: РКР "Грозный" (бортовой 859) под флагом младшего флагмана, далее БПК "Сообразительный" (бортовой 524), БРК "Бедовый" (бортовой 365), плавбаза "Тобол", 2 ПЛ пр.641 "Б-400", "Б-413" и танкер "Лена" – вошли в порт Гавана. Как сообщают американцы торпедная АПЛ пр.627А (класс Ноябрь) "К-159" (к-2р. Зайцев Виктор Федорович, старший на борту ВРИО зам. ком. 3 ДиПЛ капитан 1 ранга Владимир Алексеевич Каширский), сопровождавшая отряд осталась в нейтральных водах и не входила в кубинский порт.
Сотни тысяч кубинцев вышли встречать советские корабли. С визитами на кораблях побывали высшие должностные лица страны: премьер-министр Фидель Кастро, президент Освальдо Дортикос, министр ВС Рауль Кастро Рус, он среди прочего побывал на ПЛ "Б-400", командующий ВМС Альдо Санта-Мария. За время визита кроме различных мероприятий было проведено и совместное учение кубинского флота и наших кораблей с выходом в море. Присутствие современных судов способных нести ядерное оружие на своем борту в Карибском море и их посещение кубинского порта являлось первым шагом в направлении открытия этих вод для нашего флота, после кризиса 1962 г. Никакого резкого ответа от американцев не последовало. Отряд выполнив поставленную задачу 27 июля покинул Гавану и проложил свой поход. В период с 6 по 8 августа РКР "Грозный" с командиром командира отряда контр-адмиралом С.С. Соколаном осуществили заход в порт Форде-Франс (о. Мартиника). А 9-11 августа БРК "Бедовый" и танкер "Лена" посетили с визитом порт Бриджтаун (о. Барбадос). После этого отряд покинул Карибский бассейн.
Спецвыпуск журнала о визите советских ВМФ на Кубу в 1969 году, лист 9
(Все фотографии с этого визита можно увидеть здесь.)
**
Почти сразу после визита отряда на Кубу, советские разведывательные корабли водоизмещением в 750 тонн, переоборудованные из рыбопромысловых траулеров проекта "Океан", начали регулярное патрулирование восточного побережья США. С 12 августа по 1 ноября 1969 г. это был "Теодолит", с 28 октября 1969 г. по 3 января 1970 г. – "Кренометр", с 20 января по 2 апреля 1970 г. – "Лотлинь", с 31 марта по 13 июня 1970 г. снова "Теодолит", и с 2 июня 1970 г. ОИС пр. 850 "Харитон Лаптев".
Успех похода окрылил командование ВМФ и оно решило продолжить закрепление в этом регионе. В ноябре 1969 г. Кубу с визитом посетил Министр Обороны СССР А. Гречко. По иностранным данным, решение построить постоянную советскую базу было принято уже в ноябре 1969 г., спустя всего три месяца после того, как первые советские субмарины посетили кубинский порт. Но по советским данным решение использовать кубинские порты для отдыха и ремонта советских подводных лодок, действующих в Атлантике, было принято несколько позднее. В 1970 г. советские гидрографические суда (ГС) начали работы на Кубе, начальником экспедиции являлся капитан 1 ранга С.И. Вартаньян. В апреле 1970 г. группа моряков во главе с главным штурманом ВМФ А.Н. Мотроховым (в группе заместитель командира ДиПЛ капитан 1 ранга Кузнецов, 4 командира АПЛ во главе с капитаном 1 ранга Шауровым и 2 штурмана подводника) на ГС "Айтодор" обошли Кубу, ведя поиск удобных мест для стоянки ПЛ. И такое место было найдено в районе порта Сьенфуэгос провинция Лас-Вильяс на Карибском побережье. Сьенфуэгос, являлся активным торговым портом, имел превосходную естественную гавань примерно 10 миль в длину и 5 миль в ширину. Политическое руководство страны приступило к дальнейшим действиям. По дипломатическим каналам в 1970 г. была достигнута договоренность о заходах советских кораблей в порты Кубы.
Поощренные успехом первого визита, советское руководство решило использовать Кубу в первых глобальных военно-морских маневрах "Океан". Роль Кубы была в предоставлении аэродромов для приземления советских бомбардировщиков "Ту-95", переоборудованных для ведения разведки, но способных к доставке ядерных бомб или запуску ядерных ракет. 18 апреля 1970 г. впервые в ходе решения задач боевой службы был осуществлен трансатлантический перелет двух экипажей Ту-95РЦ ВВС СФ с аэродромов Кольского полуострова на Кубу. Эта акция создала новый прецедент, СССР использовал кубинскую территорию для временного базирования ударных самолетов, и никакого американского ответа не последовало, хоть это и могло трактоваться как нарушение договоренности 1962 г. Всего в апреле-мае 1970 г. было три перелета пары самолетов разведчиков из СССР на Кубу – 18 и 25 апреля и 13 мая. Флот тоже включился в это рискованное, но необходимое предприятие, при этом секрета из этого не делали, информацию о посещениях помещали в центральных газетах.

II БС

С 14 по 27 мая 1970 г., после завершения маневров в кубинские порты Гавана и Сьенфуэгос совершил заход отряд кораблей, участвовавший в учениях "Океан" под командованием контр-адмирала Я.М. Куделькина. В состав отряда входили БПК "Вице-адмирал Дрозд" (бортовой 553), ЭМ "Гремящий" (к-2р. Пунтус), плавбаза "Волга", танкер и подводные лодки Северного флота – 2 дизельные ПЛ пр.641 (в том числе "Б-413") и атомоход: ПЛАРК пр.675 "К-135". Как сообщалось, визит был вызван необходимостью пополнения запасов топлива, продовольствия и выполнения ремонтных работ. Американцы с самого начала вели слежение за советским отрядом. Так 10 мая американский эсминец "Wainwright III" (DIG-28) вышел в море, чтобы перехватить советский отряд из 6 судов. Той ночью, он обнаружил два советских корабля БПК "Вице-адмирал Дрозд" и ЭМ "Гремящий", а на следующий день и остальные корабли отряда две субмарины, танкер и плавбазу которые соединились с первыми двумя, "Wainwright III" сопровождал отряд до их входа в Сьенфуэгос 14 мая. Впервые кубинский порт посетила атомная подводная лодка, событие само по себе неординарное. Впервые советская атомная подводная лодка "К-181" пр. 627А посетила иностранный порт всего полтора года назад – с 27 декабря 1968 г. по 3 января 1969 г. египетский порт Александрия, и с тех пор немного стран, дружественных СССР, удостаивались чести принимать у себя атомные субмарины. Выбор для кубинского визита подобной атомной субмарины был неслучайным, лодка несла 4 крылатые ракеты ограниченной дальности с ядерными зарядами, которые могли достать территорию США. Таким образом, уровень советского военного присутствия здесь был продвинут вперед. Этот визит явно нарушал дух и сущность соглашения 1962 г., и снова не последовало никакого существенного американского протеста.
24-27 мая БПК "Вице-адмирал Дрозд" и ЭМ "Гремящий" оставив остальные корабли в Сьенфуэгос, совершили переход и находились с визитом в Гаване.
Для наших моряков этот визит был необычен, так как это был не официальный визит для демонстрации флага, а деловой заход для отдыха экипажей. Как он проходил, видно из рассказа участника визита Шульманна Игоря Олеговича. Капитан 2 ранга в отставке Шульманн Игорь Олегович, в ту пору курсант противолодочного факультета ВВМУ им. Фрунзе, проходивший весной-летом 1970 г. с группой курсантов практику на БПК пр.57А "Гремящий" Северного флота, вспоминал: "9 мая вошли в Карибское море. Слева о. Пуэрто-Рико, справа о. Гаити. Жарища ужасная. Старпом упразднил вахту и мобилизовал всех на покраску. Плечи болят, кожа на груди в нескольких местах слезла, и от соленой воды жжет. Пытаемся закрыть экзаменационные листы на вахтенного штурмана и на вахтенного офицера, пока безуспешно. Вокруг корабля кружат американские самолеты. Рядом пристроился их фрегат. … У Ямайки встретилась вся армада: "Дрозд", "Волга", две лодки, транспорт, эм. "Гремящий" и два американских корабля. На радостях нам почти закрыли экзаменационные листы. 14 мая, утром на горизонте выступили очертания о.Эспаньелла. … С острова веяло таким ароматом земли, что с непривычки кружилась голова. Вскоре подошел катер с лоцманом и старый сторожевой корабль с выстроившимися в приветствии кубинскими моряками.
Порт Сьенфуэгос расположен на берегу залива, скорее большой лагуны, в которую ведет узкий пролив, берега которого покрыты тропической зеленью и экзотическими постройками. Справа возвышается горный хребет, окутанный голубой дымкой. Над водой носятся пеликаны и еще какие-то твари, похожие на птеродактелей. Заход был спланирован, не как официальный визит, а для отдыха личного состава. Ранее таких мероприятий не проводилось, и кубинские товарищи, недолго думая, решили организовать отдых по программе отработанной еще при Батисте (а то и ранее) на американских моряках. Командованию и политическим органам отряда Советских кораблей была предложена схема, по которой весь личный состав пропускался через отели, из которых предварительно уже были изгнаны все иностранцы и прочие контрреволюционные элементы. По замыслу – советского моряка ожидали кубинка, бутылка рома и ароматные сигары. Кроме того, в целях профилактики из Сьенфуэгоса были депортированы 700 женщин легкого поведения. Отныне их родиной становился остров Пинос, где заблудшие могли приобрести профессию возделывательниц сахарного тростника. Против сахарного тростника наши лысые политработники ничего не имели, но остальная программа ввела их в состояние ступора. Почесав затылки и учтя международную обстановку, (недавняя высадка "контрас" на Плайя-Хирон), порешили: максимально развлекать, но в коллективе и под охраной. Ошвартовались к "Дрозду". На пирсе толпа кубинцев, духовой оркестр. Встречал Командующий Кубинским флотом. Жарко, но в общем-то, как у нас на Кавказе. На инструктаже нам сообщили, что у кубинцев ценится одеколон и "Столичная". Время проводят на пляжах и в ночных клубах (в настоящее время закрытых в связи с грандиозной сафрой (уборка сахарного тростника)), фрукты есть не рекомендуется (а если уж придется, полоскать … в растворе хлорной извести), ни под каким предлогом не пить ром. Самоволка приравнивается к нарушению Государственной границы и измене Родине. … Вечером того же дня нас посадили в автобусы и повезли в местный театр на концерт. Темнеет здесь рано. Вместе с темнотой приходит прохлада. Дома в городе в основном двухэтажные. Двери и окна распахнуты вся обстановка, и жизнь как на экране. Зачастую, между телевизором и кровать можно увидеть мотоцикл. Нас бурно приветствовали, особенно дети (на Кубе семьи человек по 12). После концерта они облепили автобусы, прося расчески, значки и сигареты (Амиго! Уна сигарета пара-мама!). В концерте участвовал квартет "Лос Папинос" – четверо здоровых негров, одетых в красные штиблеты, кремовые брюки, желтые рубашки и зелено-малиновые куртки, виртуозно стучали на длинных маленьких барабанах с импровизацией и пантомимой. Затем пела знойная женщина в красном, и выступил ряд артистов.
16 мая подъем состоялся в 05.40. А в 6 часов, нас, одетых в робы, уже рассадили по английским автобусам и повезли на плантации. В тот год правительство Фиделя поставило задачу собрать 10 миллионов тонн сахарного тростника (в итоге собрали восемь с половиной), пошли на невиданные жертвы. На период сафры были закрыты ночные бары, публичные дома и другие увеселительные заведения. Свою лепту должны были внести и мы, как молодежь Страны Советов. За городом ландшафт самый экзотический – пальмы, горы, плантации. Дома в большинстве ветхие, часть стен заменяют решетки. У дверей стоят целыми семьями. Часто члены семьи имеют различные оттенки кожи (некоторые девушки белее нас). На плантации каждому выдали мачете (китайского производства), самбреро, очки из проволочной сетки и перчатки. Тростник имеет длину метра 2-3, причем, половина стелется по земле. Ствол и листья покрыты какой-то очень не приятной стекловатой, листья режутся. Как ни жарко, приходится терпеть. Короче, неграм на плантации не позавидуешь. Через 2 часа перерыв. Девушки разносят пиво и кока-колу. Еще час работы. Раздают плоды манго и кокосовые орехи. Едем в сторону горного хребта, к морю. Работой на полях заняты исключительно мужчины. Женщины стоят возле домов с целой ватагой ребятишек. Останавливаемся на небольшом пляже. Волны пенятся у коралловых рифов. Лезу в воду, она плотная от соли и хорошо держит, но соль разъедает глаза. Под водой ветвятся кораллы. Многие обдирают ноги и лбы, но в маске нырять здесь отлично. На берегу современные павильоны, где нам уже приготовлен небольшой банкет. В дальнейшем, куда бы мы ни ездили, повсюду нас сопровождали ребята в форме "барбудос" со здоровенными пистолетами у пояса. Они представлялись нам, как чекисты. Многих уже знаю в лицо. На Кубе карточная система, хлеба выдают по 100 грамм в сутки, сигареты тоже ограничены, идут на экспорт. На банкете последовательно подавали: стакан воды, стакан красного вина, салат из огурцов, салат из омаров, что-то типа галет, бифштекс, сыр в соусе из манго, кофе с пачкой сигарет и по две сигары. На обратном пути обращаем внимание на участки с обгорелым кустарником. Рядом зеленые заросли – переплетение из колючек и листьев. Нам объясняют, что это национальное бедствие для Кубы. Одной богатой женщине при поездке в Австралию понравилась изгородь из этого кустарника. Она вывезла несколько саженцев, моментально распространившихся по всему острову. Вечером на пирсе концерт. Артисты подъезжают на мотоциклах, такси, пожарных машинах под вой сирен. На следующий день с утра, часть наших ребят – спортсмены, едут на встречу с местными командами по волейболу, футболу и плаванию. Я записан как представитель судейской коллегии по плаванию(вышел в международные арбитры). Подъезжаем к красивому белому зданию на берегу залива, вокруг которого раскинулись спортивные комплексы. Это – бывшая вилла Рузвельта. Бассейн открытый, с морской водой. Часть залива отгорожена, там вышка для прыжков. Здесь же зал для настольного тенниса, для шахмат, холл с баром, в котором угощают пивом типа "портера" и бутербродами. Команда наша заранее обречена на поражение. Против нее выставили ребят из студенческого центра в Санта-Кларе. Плаванием они занимаются с 4-х лет, и такого чистого "дельфина" я еще не видел. Подходит группа студентов. Девушка спрашивает, нет ли духов (Здесь все просят духи и расчески – страшный дефицит). Ребята указывают на одного из наших, барахтающегося за изгородью в заливе в поисках крабов. Рядом здоровенная медуза, может обжечь. Поздно. Любитель экзотики выскакивает с красными ожогами. Волейболисты наши тоже проиграли.
Вечером того же дня человек 400 моряков везут на танцы. Уже стемнело. Подъезжаем к павильонам на берегу моря. Здесь нас уже ждут 600 студенток из университета "Санта-Клара". Участок огорожен. В двух павильонах играют 2 оркестра. Рядом бассейн с битым льдом, заполненный бутылками с чешским пивом. Здоровенный негр, улыбаясь из ямы, раздает выпивку по потребностям. Девушки очень симпатичные. Вообще их манера держаться, одежда, мода – все очень похоже на наше. Один из кубинских моряков (они в качестве распорядителей), подводит ко мне девушку, предлагая танцевать. Она совсем белая, с испанским типом лица. Девушки танцуют темпераментно, совсем загоняли наших ребят. Идем с Мигелиной к берегу лагуны. Рядом забор и одинокая пальма. Вдруг с забора скатывается целая ватага мальчишек. Облепили со всех сторон, требуют значки, расческу, сигареты. Внезапно с пальмы соскакивает "барбудос" в хаки, пинками разгоняет толпу, дружески подмигнув, снова лезет на пальму. Возвращаемся на веранду, где кубинские гардемарины, раздобыв бутылку рома, угощают наших. Кубинцев развезло, наши – закаленнее. Собираемся обратно. По кустам мичмана и сверхсрочники отлавливают и вытаскивают советских моряков. На следующий день подъем в 5 часов. Везут на Плайя-Хирон, это километров 250 от Сьенфуэгоса. По дороге останавливаемся возле крокодильего питомника. Территория огорожена сеткой. Из-под воды пучат глаза будущие портфели. Для иностранных туристов на заказ могут проволочной петлей отловить небольшого "кокадриллу", освежевать и зажарить. Часа через два останавливаемся на оборудованном пляже. Ныряем, ищем раковины. На берегу в лотках пиво и фрукты. Как нам объяснили, сами кубинцы эти фрукты едят редко, даже в нашем посольстве они не в изобилии. Снова часа два езды. Плайя-Хирон. Музей, площадь, домики для туристов, плавательный бассейн. В 1961 году здесь высадился десант, 1500 человек – бывшие помещики, домовладельцы, капиталисты и человек 100 наемников. Целью было захватить плацдарм, перевезти эмигрантское правительство и утвердиться на территории Кубы. В музее фотография парня, лет семнадцати, с ручным пулеметом. Один из сопровождающих нас лейтенантов ВМФ, говорит, что это он. Учился в Союзе. Рассказывает, что первым делом выучил ругательства. Проходим торжественным маршем мимо памятника погибшим защитникам. Обед в открытом павильоне. Играет ансамбль гитаристов. Едем обратно, попутно разучиваем кубинские песни. Следующий день проводим в спорткомплексе на вилле Рузвельта. Беседуем с кубинским лейтенантом. Все, учившиеся в СССР, хорошо говорят по-русски. Существует приказ министра, по которому они должны непрерывно совершенствовать знания языка. В ходе беседы узнаем, что первое время в кубинской армии имелось громадное количество высших и старших офицеров, в то время, как сама армия была весьма незначительна. Фидель оригинально покончил с этой проблемой. Все чины, выше майора, были упразднены и должны были вновь дослужиться до майора. Майоры же остались майорами. Продвинуться по службе очень трудно. Этот парень уже десять лет служит, из них 6 лет лейтенантом, но зато теперь он командует другими лейтенантами. В первый день встречал нас тоже лейтенант – начальник тыла флота. Вечером, пожалуй, самое экзотическое из всех предложенных нам мероприятий. Везут в ночное кабаре. Вчера здесь были офицеры, сегодня привозят нас. Отель "ЯГУА" остался от проклятых "янки". Пальмы, бассейн, кондишн. Столики на четверых. Официанты разносят напитки, закуски, сигареты. Полумрак. Перед нами звезды кубинского варьете. Все в испанском стиле с американским акцентом. Никакой вульгарности. Интересный номер показывает мим. Под записи из известных опер исполняется ряд сцен. Дирижер, у которого при исполнении увертюры спадают брюки. Сивильский цирюльник, С громадными деревянными ножницами, под вопли из "Фигаро", долго выбирает жертву, через столы прыгает в зал, где выбирает самого лохматого офицера и обхватив беднягу, стремительно орудует ножницами. В зал летят клочья волос. Та же манипуляция с бритвой. Жертвы минут десять приходят в себя. Затем что-то испанское и надрывное под гитару. В заключение девушки в бикини танцуют между столиками. Отовсюду летят ленты серпантина. Все в паутине бумажных лент. В полшестого подъем. Едем на автобусах в горы, в университетский центр. По дороге пересадка. У английских автобусов тормоза слабоваты. Рассаживаемся по старым, маленьким. Такую дорогу встречаю первый раз. Вместо знаков поворота стоило бы рисовать восьмерки, или спирали. Горы самых резких очертаний, сплошь покрыты пальмами и прочей тропической зеленью. Здесь шли бои. Дорожные знаки прострелены. Подъезжаем. Нас встречают выстроившиеся вдоль дороги студенты и школьники. Суют сомбреро, флажки. Главное здание на вершине напоминает Московский университет, но без шпиля. Здесь готовят преподавателей. Учатся дети, начиная с класса пятого, и выпускаются, имея законченное высшее образование. Места чудесные. Спальные корпуса и спортплощадки внизу. В русле реки выложен бассейн. Во время обеда угощают национальным блюдом. Свинина, жареная в углях с гречневой кашей и черной фасолью, сок какого то растения. Что-то исполняют гитаристы. Под кофе пытаемся с Мишей выкурить по сигаре. Сперва голова кружится, как от бутылки водки, затем внезапно зеленеем, вскакиваем и бежим за угол. Нас не просто тошнит, а выворачивает под дружный смех кубинских малолеток. Девушки показывают нам классы, пишут автографы на воротниках форменок. Фотографируемся. Возвращаемся вечером.
Наши корабли уходят в Гавану, а мы остаемся на плавбазе до их возвращения. По просьбе Фиделя наш визит продлен еще на неделю. Кокосовые орехи для нас привозят на грузовиках и сваливают у трапа. Вечером в отеле всем демонстрируют документальные фильмы и хронику. Извержение вулкана, рождение теленка, американский деятель, забрасываемый тухлыми яйцами, ку-клукс-клановцы, жгущие негров в Алабаме, все под Хава Нагилу. Разносят сигареты, бутерброды, напитки. Затем концерт местных гитаристов. Утром следующего дня едем на ранчо "Луна". Загораем, ловим крабов в рифах, а на берегу в кустах залегли наши телохранители со своими кольтами и смитт-вэссонами. В баре для жаждущих пиво в неограниченном количестве Вдали видны горы. Уголок почти девственный, если не считать павильонов, в которых нам накрывают обед. К обеду, как всегда вино и кофе с сигарой. Едем в ботанический сад. Это не сад, а скорее, лесопарк с завезенными сюда в начале века экзотическими растениями. У Кота (Сережи Самохина) пропал фотоаппарат. Бродим под бамбуками и бананами. Кот переживает, и время от времени орет: "Фотоаппарат сперли!" Духота. Жуем плоды манго и вытираемся одним платком на троих (моим). Самохин с горя залез в дебри и потерялся, а Миша нашел какие-то плоды на дереве, похожем на акацию, и попробовал их. К счастью, доза оказалась несмертельная. Гастрономические достоинства этих фруктов эксцентрично описали кубинцы при помощи вытаращенных глаз и выразительных жестов. На другой день, по дороге в университетский центр в Санта Кларе, посетили сахарный завод. Оборудование конца 19 века. С разной скоростью вращаются громадные шестеренки и маховики. Кругом паровозные поршни и регуляторы Уайта. В громадных чанах закипает густая черная жижа. Техники безопасности абсолютно никакой. На пирсе расстелили ковровую дорожку, выставили пальмы в кадках. Должен прибыть Рауль Кастро. Никто не приехал. Вечером каждому моряку вручили подарок от Кубинского правительства: открытки с видами, флакон лосьона, бусы из раковин, коробка сигар, маленький сувенирчик и бутылка рома. Ром тут же был конфискован в пользу кают-компании. Как только стемнело, прямо на пирсе организовали концерт. Артисты подъезжают по ходу действия. Подошли семьи и персонал нашего представительства. Уже знакомого нам мима вытаскивают из скорой помощи. К причалу подлетают катера и устраивают фейерверк. Артистов приглашают на ужин в офицерскую кают-компанию. До трех ночи слышен визг и топот. Офицеры гоняются за девицами из мюзик-холла. Домой будем возвращаться на "Дрозде". 29 мая начато приготовление к бою и походу. На пирсе масса провожающих. Девушки машут руками и флажками. Наши ребята бросают с борта все, что осталось: гюйсы, значки, звездочки. В ботаническом саду мы с Мишей оставили запись: "Прекрасная страна, прекрасная природа, прекрасные девушки". Сьенфуэгос скрывается за кормой"
.
**
Раньше на Кубу приходило немало иностранных военных кораблей, главным образом американских. Сравнивая визиты этих судов в порты дореволюционной Кубы с визитами советских кораблей, Фидель Кастро говорил: "...Какое глубочайшее отличие в целях визитов, самом смысле, заложенном в них. Корабли янки приходили в кубинские порты с единственной целью – запугать своей мощью кубинский народ. Они защищали интересы эксплуататоров, интересы империалистических монополий. Американские моряки, высаживаясь в кубинских портах, попирали честь и достоинство кубинских граждан, вели себя, как оккупанты".
Наши разведывательные корабли продолжали активно работать у восточного побережья США, с 2 июня 1970 г. там действовал ОИС пр. 850 "Харитон Лаптев" (капитан 3 ранга А.В.Афонин). 24 июля "Харитон Лаптев" прибыл к мысу Кеннеди, где планировалось проведение подводных ракетных пусков ракеты "Посейдоне" с борта американской ПЛАРБ "Джеймс Медисон". Корабль оставался там до окончания пуска Посейдона 3 августа. Задачи по вскрытию радиоэлектронной обстановки в районе подводного пуска ракеты с ПЛАРБ "Джеймн Мэдисон", по записи гидроакустических шумов подводной лодки и телеметрической информации о запуске и полете ракеты успешно были решены. За умелое руководство личным составом, грамотные и решительные действия при выполнении задания командования командир корабля Афонин А.В. досрочно получил звание капитана 2 ранга, был награжден орденом Красного Знамени. Заместитель командира по политической части капитан 3 ранга Мариин С.И. за этот поход награжден орденом Красный Звезды, а командир БЧ-5 капитан 3 ранга Романкевич Б.П. медалью "За боевые заслуги".


Базирование плавбаз для обслуживания подводных лодок в Сьенфуэгосе

Руководство флота высоко оценило итоги делового захода на Кубу, было решено активизировать деятельность нашего флота в регионе, опираясь на кубинские порты. Не желая попасть в сложную ситуацию? было проведено зондирование ситуации на дипломатическом фронте. 4 августа 1970 г. Юрий Воронцов (в отсутствии посла Анатолия Добрынина), будучи временным поверенным в США, встретился с советником по национальной безопасности Генри Киссинджером и поднял вопрос о новом подтверждение договоренности о понижении взаимной опасности, который заключили после разрешения в 1962 г. кубинского ракетного кризиса. В соответствии с ними, Соединенные Штаты уверили Советский Союз, что они не будет вторгаться в Кубу, а СССР, в свою очередь, согласился удалить ракеты с Кубы и пообещал не размещать какое-либо наступательное оружие или его компоненты на ее территории. Официально никакого межправительственного договора после кризиса 1962 г. заключено не было, все базировалось на совместной договоренности между Кеннеди и Хрущевым. Но, после гибели первого и отставки второго, приверженность новых лидеров США и СССР к достигнутым компромиссам время от времени поднималась для подтверждения другой стороной. 7 августа Киссинджер встречается с Воронцовым, и подтверждает, что договоренности остаются в силе. Это был первый раз, когда американский лидер президент Никсон недвусмысленно принял взаимные обязательства, предложенные в 1962 г.
Международная ситуация для американской администрации в это время постоянно усложнялась. 4 сентября представитель левых сил Сальвадор Альенде, выиграв выборы, стал президентом Чили, и почти сразу администрация Никсона начала рассматривать способы свержения Альенде. Кроме того, кризис на Ближнем Востоке продолжался, в него вовлекались новые страны. 7 сентября возобновились секретные переговоры Киссинджера в Париже о заключение мира во Вьетнаме. А еще к середине сентября оценка популярности Никсона упала ниже 50%, впервые с тех пор как он занял свой пост. Видимо, основываясь на том, что американцы заняты другими делами, было решено попытаться создать на Кубе некое подобие пункта материально-технического снабжения для ремонта, заправки и снабжения советских кораблей, в том числе и подводных лодок, дизельных и атомных.
26 августа 1970 г. самолет-разведчик ВВС США "У-2" сфотографировал на кубинском островке Кайо-Алькатрас в окрестностях порта Сьенфуэгос некое подозрительное строительство – новый причал и два строения – видимо, казармы (одно 55 на 18 метров, второе 43 на 17 метров), которых одиннадцать дней назад не было. В это время к острову двигалась эскадра ВМФ СССР, в составе которой была плавбаза того класса, который обычно использовался для обслуживания подводных лодок. Как было сообщено через советские информагентства, отряд кораблей под командованием контр-адмирала Н.В.Соловьева следовал для отдыха в порт Сьенфуэгос.

III БС

2 сентября килекторное судно и океанский спасательный буксир пр.733С "СБ-11" СФ прошли проливом Кайкос на пути к Кубе, 3 сентября к ним присоединилось десантное судно БДК пр. 1171 (Alligator-class) "БДК-62" (бортовой номер 454), который нес на палубе две баржи специального назначения, с Северного флота. Все три судна прошли вдоль северного побережья Кубы и 6 сентября пришли в Гавану.
5 сентября отряд в составе ракетного крейсера пр.1134 (Kresta-class), ракетного эсминца пр.57 (Kanin-class), плавбазы и торгового танкера "Карл Маркс" вошел в Карибское море через пролив Мона, разделяющий острова Гаити и Пуэрто-Рико. Танкер "Карл Маркс" оставил группу во главе с крейсером и 7-8 сентября сделал заход в порт Кингстон (Ямайка), в Сьенфуэгос он прибыл 10 сентября. 9 сентября советская флотилия вошла в порт Сьенфуэгос.
Выгруженные в Гаване с борта "БДК-62" две металлические несамоходные баржи (26 метров в длину и 4,5 метра в ширину), были отбуксированы килекторским судном и океанским спасательным буксиром "СБ-11" в Сьенфуэгос, куда они прибыли 9 сентября. Обе баржи сперва были доставлены в кубинскую ВМБ Кайо Локо (Cayo Loco), а позже переведены в порт Кайо Окампо (Cayo Ocampo) до декабря 1970 г. Американцы считали, что эти баржи, очевидно предназначены для обслуживания ядерных субмарин. Присутствие килекторного судна в порту тоже было значимым фактом, суда этого типа используются для подводных грузовых работ: постановки мертвых якорей, бонов, расчистки фарватеров, подъема затонувших объектов и т. д. Так что все указывало на создание пункта по обслуживанию советских кораблей.
С 9 сентября американские разведывательные самолеты U-2 начали постоянно следить за советской деятельностью на Кубе. При этом они столкнулись с тем, что при их появлении в небо немедленно поднимались кубинские истребители. 16 сентября аэрофотосъемка показала, что строительство в гавани в Сьенфуэгосе идет полным ходом, плавбаза была поставлена на якорь к четырем бакенам в глубоководном бассейне в миле к северу от острова, подводные сети натянуты поперек гавани. Большой комплекс бараков, административных зданий и средств обслуживания отдыха (футбольное поле, баскетбольная площадка и теннисный корт) был почти закончен на острове Кайо-Алькатрас.
18 сентября два советских вспомогательных судна прибыли в Карибское море, гидрографическое судно и военный танкер "Лена".
В свою очередь, 15 сентября отбыли из Сьенфуэгос крейсер и эсминец, на следующий день танкер "Карл Маркс", они покинули Карибское море 22 сентября. 26 сентября ушли БДК и килекторское судно. В Сьенфуэгос остались плавбаза, буксир "СБ-11" и военный танкер "Лена", гидрографическое судно работало к югу от Кубы.
18 сентября информация о "строительстве" советской базы в Сьенфуэгосе и прибытии туда для обслуживания подводных лодок плавучей базы была доведена до президента Никсона, при этом подобные выводы базировались на искаженных фактах. В этот день в Вашингтоне созданная администрацией специальная группа встречалась относительно ситуации в Иордании. После встречи директор ЦРУ Ричард Хелмс сообщил Киссинджеру о "довольно большом средстве обслуживания" в Сьенфуэгосе. Между прочим, Хелмс сообщил Киссинджеру, что оно включало и футбольное поле. Аналитик ЦРУ отмечая, что кубинцы почти не играли в футбол, сделал вывод, что футбольное поле должно "предоставить отдых советским морякам". Данное заявление было абсолютно неверно, кубинцы, как все, играли в футбол, и неверный вывод был полностью на совести аналитика ЦРУ. Но этот неверный вывод отлично подошел к другим фактам. Так что, соединив поставленную там, на якоря плавбазу по обслуживанию подводных лодок и футбольное поле, советник по национальной безопасности Генри Киссинджер однозначно сделал вывод – что СССР строит базу для подводных лодок на Кубе. Киссинджер немедленно направился к руководителю аппарата сотрудников Белого Дома Гарри Робинсу “Боб” Холдеману (H.R. Haldeman), чтобы сообщить президенту об этом.
Вот как этот эпизод воспоминал Холдеман:
"Генри Киссинджер ворвался в офис с толстым файлом в руке. Он бросил файл на стол Холдемана и сказал:
– Боб, смотрите на это.
Это был ряд фотографий воздушной разведки.
– Хорошо? Хорошо? – спрашивал он.
– Хорошо что? – спросил в ответ Холдеман.
Киссинджер объяснил, что это фотографии Сьенфуэгоса, на южном берегу Кубы.
– Это – кубинский морской порт, Холдеман, и эти фотографии показывают, что кубинцы строят футбольное поле, – сказал Киссинджер. – Прямо сейчас я должен видеть президента. Кто находится там с ним?
Холдеман ответил, что встреча Джона Эхрличмена (John Ehrlichman) с президентом только что закончилась, и теперь Киссинджера могут принять, если это срочно.
– Какова цель визита? – спросил Холдеман
Тогда Киссинджер доставал фотографии, и, насколько мог, начал терпеливо разъяснять их содержание.
– Те футбольные поля могут означать войну, Боб.
– Но как футбольные поля могут означать войну?
– Кубинцы играют в бейсбол, в футбол играют русские"
.
В итоге, Киссинджер сообщил Никсону, что присутствие советской плавучей базы, способной обслуживать новые атомные ракетные подводные лодки проекта 667А с баллистическими ракетами, которые недавно начали патрулировать в Северной Атлантике, в комбинации с другим строительством в Сьенфуэгосе, было "зловещим"; и увеличивало возможности Советского Союза в стратегическом противостоянии с США.
В течение следующих нескольких дней, проведенная дополнительно самолетами U-2 разведка показала, что советская плавбаза стоит на якорях в Сьенфуэгосе. При этом ЦРУ доложило, что "средство поддержки" увеличивает на 33% время, которое советские субмарины могут патрулировать в пределах досягаемости их ракетами США.
В основе нервной реакции американской администрации на первые сведения о возможном начале строительства советской базы подводных лодок на Кубе, по мнению американского историка Николаса Шадрина, было "подозрение в том, что Советы стремятся получить возможности, аналогичные возможностям флота США, имеющего базы атомных субмарин Холлн-Лох (Шотландия) и Рота (Испания)".
Никсон и его главные советники имели различные мнения о том, как поступить. Никсон не хотел нового витка обострения отношений, а Объединенный комитет начальников штабов требовал удалить плавбазу, Киссинджер также полагал, что подобные действия не должны игнорироваться. Никсон определил проблему в Сьенфуэгосе как важную, но не настолько, чтобы вновь балансировать на грани войны и пробовал разрешить ее дипломатическим путем. Никсон предупредил Министра иностранных дел СССР А. Громыко, что США внимательно следят за ситуацией.
Нежелание Никсона обострять отношения с СССР из-за присутствия плавбазы на острове было не по душе ряду политиков, которые постарались раздуть скандал, действуя в собственных интересах. Председатель сенатской комиссии по иностранным делам сенатор Фулбрайт заявил, что "правительство Никсона обманывает американский народ", выступая с заявлением о строительстве базы для советских подводных лодок на Кубе, и делает это для того, чтобы помочь Пентагону протащить через конгресс раздутые заявки для закупки новейших вооружений. Так была организована в США в 1970 году антисоветская кампания, построенная на фальшивой информации о строительстве советской военной базы на Кубе.
Как сообщила позднее газета "Нью-Йорк таймс" (15 ноября 1970 г.), впервые упоминание об этом появилось 16 сентября в бюллетене Центрального разведывательного управления. Заинтересованные лица допустили утечку информации и 25 сентября в колонке обозревателя газеты "Нью-Йорк таймс" появилась заметка Сульцбергера (C.L. Sulzberger), который писал, что "на Кубе сооружается советская база для подводных лодок и этот шаг равноценен размещению ракет на Кубе в 1962 году". В тот же день в министерстве обороны группа журналистов была ознакомлена с информацией ЦРУ о строительстве на юге Кубы советской базы подводных лодок. Никсон от комментариев отказался и поручил это сделать Киссинджеру, который на пресс-конференции заявил, что Соединенные Штаты "рассмотрят учреждение стратегической базы в Карибском море с предельной серьезностью". И подчеркнул, что все "наступательное оружие" должно быть удалено с Кубы. В конце дня Киссинджер встретился с послом Добрыниным и сказал ему, что создание базы недопустимо и что "Москва не должна тешить себя никакими иллюзиями".
А на следующий день началась шумная пропагандистская кампания во многих газетах, на телевидении и радио. Угроза звучала не только со страниц газет и с экранов телевизоров, но и из уст сенаторов, известных своими антикоммунистическими взглядами, таких как Томас Додд, Барри Голдуотер, а также видного обозревателя Дж. Рестона. На основе лживой информации через несколько дней империалистическая пропаганда перешла к более широким действиям и призвала к переоценке отношений Соединенных Штатов с Россией и к "принятию дипломатических и, если потребуется, военных мер".
В ответ Добрынин 27 сентября заявил, что не было нарушений соглашения 1962 года, так как никакое наступательное оружие не было установлено в Сьенфуэгосе. На другой встрече с Киссинджером 5 октября Добрынин вновь подтвердил законность соглашения 1962 года, и заявил, что он готов от имени советского правительства подтвердить, что субмарины с баллистическими ракетами никогда не будут базироваться в портах Кубы. Киссинджер заявил, что если СССР немедленно выведет плавучую базу, то США будут рассматривать все случившееся, как обычную боевую учебу.
9 октября Генри Киссинджер передал Анатолию Добрынину заявление от Президента Никсона, приветствующего советские гарантии, но предлагающего американскую интерпретацию договора 1962 г. Так, по их версии, СССР не должен устанавливать и использовать на Кубе средства для базирования или ремонта советских военно-морских кораблей, способных нести наступательное оружие, то есть, субмарины или надводные суда, вооруженные ядерными ракетами класса "земля-земля". Примечание имело список из пяти определенных действий, которое американское правительство сочло бы нарушением соглашения 1962 г. Добрынин выступил с возражениями против расширения толкований соглашения, ущемляющего советские интересы.
10 октября 1970 г. плавбаза и спасательный буксир покинули Кайо-Алькатрас, перейдя в порт Мариель на северном побережье, где они оставались до 31 октября.
13 октября было опубликовано "Заявление ТАСС", в котором говорилось, что сообщение о строительстве на Кубе советской военно-морской базы представляет собой вымысел от начала до конца. "Хорошо известно, – подчеркивалось в заявлении, – что Советский Союз вообще осуждает создание военных баз одних государств на территории других государств". Американские источники подтвердили, что плавбаза оставила Сьенфуэгос. 22 октября Громыко на встрече с Никсоном вновь подтвердил действие соглашения 1962 года. Фотографии, доставленные самолетами разведчиками U-2, показали приостановку, а позже и прекращение строительства. 23 октября американская администрация посчитала, что кризис закончился, после того как Вашингтон получил гарантии от СССР, что строительство было приостановлено, и что советская плавучая база покинула Сьенфуэгос. ООН оставался в стороне в этого кризиса. Но? как оказалось, до конца было еще далеко.
7 ноября в районе Сьенфуэгос вновь оказывается та же плавбаза, она из порта Мариель прошла вдоль Кубы и Гаити, прошла проливом Мона и вернулась в Сьенфуэгос. 19 ноября плавбаза перешла из Сьенфуэгоса в порт Касилда (Casilda) в 30 милях, там она заправилась и 24 ноября вернулась в Сьенфуэгос. Спасательный буксир "СБ-11" базировался на Сьенфуэгосе, периодически выполняя рейсы в другие порты, дважды в порт Касилда, и по разу в Мариель в ноябре и в Антилья в июне.

IV БС

В начале декабря центральные советские газеты сообщили что в декабре 1970 г. отряд кораблей в составе БПК, ПЛ и танкера посетит Кубу с деловым заходом. 8 декабря 1970 г. БПК пр.61 (Kashin-class), дизельная ПЛ пр.641 (Foxtrot-class) прибыли в порт Антилья (Antilla). Плавбаза которая была в Сьенфуэгосе, присоединилась к ним. 14 декабря корабли вышли из порта и провели упражнения с кубинцами на пути к Гаване. 21 декабря они покинули Гавану и перешли в Сьенфуэгос, где находились до 27 декабря. Реакция США была однозначной: "Продолжение пребывания в кубинских портах атомных подлодок будет означать самое тяжелое осложнение советско-американских отношений". Плавбаза покинула Кубу 31 января 1971г.

V БС

А уже 14 февраля 1971 г. на ее месте находилась аналогичная плавбаза. Как было объявлено, прибыл очередной отряд советских кораблей. С 9 по 25 февраля 1971 г. отряд кораблей, совершавший учебное плавание в Центральной Атлантике, в составе БПК "Вице-адмирал Дрозд", АПЛ пр.627А "К-181", плавбазы и танкера в соответствии с договором осуществил заход на Кубу. 10 февраля РКР пр.1134 "Вице-адмирал Дрозд" (Kresta-class) и торговый танкер прибыли в Гавану. Крейсер отбыл из Гаваны 15 февраля, он выполнил поход по Мексиканскому заливу, двигаясь в 50 милях от побережья Луизианы. После этого крейсер присоединился в порту Сьенфуэгос к прибывшим туда 14 февраля плавбазе и АПЛ пр.627А (Norember-class) "К-181".
Все передвижения кораблей находились под американским надзором. 16 февраля 1971 г. американские корабли "DAVIS" (DD-937), "CECIL" (DD-835) и "CALCATERRA" (DER-390) вышли из Гуантанамо, чтобы контролировать и идентифицировать советские корабли, пришедшие в Сьенфуэгос. В марте эсминец "DAVIS" (DD-937) был сменен "MULLINNIX" (DD-944), который продолжил слежение за советскими судами.
И снова американская реакция на наличие советских кораблей была крайне негативной. Но она относилась к присутствию на Кубе плавбазы, а на наличие в порту атомной подводной лодки внимание не акцентировали. Киссинджер – Добрынину, 22 февраля 1971г.: "Пребывание на протяжении 125 из последних 166 дней советских плавучих баз для атомных подлодок не соответствует договоренностям 1962 года".
Советский посол Анатолий Федорович Добрынин вспоминал: "В середине февраля Киссинджер заявил мне, что президент с растущей озабоченностью наблюдает за расширением деятельности советского подводного флота и обслуживающих его судов, которые пользуются портами Кубы. Дело в том, что в порту Сьенфуэгос была поставлена на стоянку советская ремонтная плавбаза для подводных лодок и несколько барж для хранения ремонтных материалов. Для меня это было новостью, т.к. Москва, как и раньше, не информировала наше посольство о своей деятельности на Кубе. Под нажимом американцев мы постепенно свернули на острове ремонтное обслуживание наших подводных лодок".
28 февраля 1971 г., кроме плавбазы, все, выполнявшие заход, суда отбыли к месту базирования на Северном флоте. Плавбаза осталась в порту, 10-15 марта она была в порту Антилья, 18 марта вернулась в Сьенфуэгос откуда 2 апреля ушла в СССР.
**
В Карибском бассейне продолжалась активная работа судов гидрографической экспедиции под командованием капитана 1 ранга С.И. Вартаньяна. Так в марте 1971 г. там работали ЭОС "Николай Зубов" (к-р. Юрий Алексеевич Осипов) и "Андрей Вилькицкий".

VI БС

В мае 1971 г. на Кубу состоялся очередной визит плавучей базы и атомной ракетной субмарины. Как сообщалось, отряд кораблей в составе 1 ПЛ и вспомогательного судна, совершавший учебное плавание в Центральной Атлантике в соответствии с договором, посетил Кубу для пополнения запасов и отдыха экипажа. 25 мая в порт Антилья прибыла плавбаза и ПЛАРК пр.675 (Echo II-class) с крылатыми ракетами. Из Сьенфуэгоса туда прибыл спасательный буксир "СБ-11". Утром 4 июня плавбаза и ПЛАРК вышли из гавани, после чего подлодка погрузилась. Плавбаза вернулась в порт Антилья, 5 июня. 6 июня к плавбазе присоединился разведывательный корабль пр. 861 "Архипелаг" (Moma-class), который работал у восточного побережья США. Это было первое посещение разведывательным судном кубинского порта. 9 июня оба корабля покинули порт. Этот визит не вызвал никакой американской реакции. После этого плавучие базы для советских атомных субмарин, изрядно потрепав нервы американцам, больше в Кайо-Алькатрас не появлялись. Но другие корабли флота частоту посещений кубинских портов не снижали.

VII БС

С 30 октября 1971 г. по 20 января 1972 г. седьмой отряд советских кораблей, совершавший плавание в Атлантике в составе РКР пр.1134 "Севастополь" (Kresta I-class), эсминца пр.56ПЛО "Смышленый" (Kashin-class), 2 ПЛ пр.641 "Б-435", 1 РЗК и торгового танкера, работал в Карибском бассейне. С 31 октября по 9 ноября 1971 г. отряд под командованием контр-адмирала Н.В. Соловьева, в составе РКР пр.1134 "Севастополь" (Kresta I-class), эсминца пр.56ПЛО "Смышленый" (Kashin-class), 1 ПЛ пр.641 "Б-435" и танкера, совершил официальный визит в порт Гавана. По крайней мере, в 12 случаях в декабре и 1 января 1972 г. советские подводные лодки работали с кубинскими противолодочными кораблями. В середине января спасательный буксир и танкер ВМФ прибыли в порт Мариель. Пришедший буксир сменял спасательный буксир "СБ-11", который работал на Кубе с сентября 1970 г. 20 января 1972 г. эсминец, субмарина, танкер и спасательный буксир ушли с Кубы.
**
31 января 1972 г. "Тайм" вновь писал о деятельности советского флота в Карибском море. Как отмечал журнал, русские построили современную базу в Сьенфуэгосе, которая включает три больших дока, причалы, средства обслуживания, ремонт и радиомачту для того, чтобы поддержать связь с субмаринами. В течение последних двух лет советские ударные группы, совместно с кубинскими военно-морскими силами, провели противолодочные учения в Мексиканском заливе, в ходе которых действовали в 30 милях от американской береговой линии. Советские рыболовецкие суда и гидрографические суда работают из кубинских портов. Как заявил Роберт А. Килмаркс из Центра Джорджтаунского университета Стратегических и Международных исследований: "В 1970-х мы можем ожидать увидеть советское военно-морское присутствие в Карибском море, сопоставимое тому, которое Советский Союз теперь развертывает в Средиземноморье".
Активная деятельность флота в этом регионе должна была, кроме прочего, обезопасить возросшее торговое судоходство наших кораблей. Только в 1972 г. суда под советским флагом совершили свыше 1700 рейсов в 33 порта Кубы, это составило 42,5% всех рейсов совершенных советским торговым флотом в порты социалистических стран. Ими перевезено около 11 млн. тонн грузов. Помимо этого, наши суда перевезли свыше 1,5 млн. тонн грузов между кубинскими портами и еще 1 млн. тонн из Кубы в третьи страны.


Посещение Кубы субмаринами с баллистическими ракетами

VIII БС

Восьмое развертывание началось в конце февраля 1972 г. оно состояло из эсминца пр.56А (Kotlin-class) "Скромный" СФ, субмарины пр.641 (Foxtrot-class), торгового танкера и военно-морского танкера. В течение марта и апреля эсминец и субмарина провели учения к югу от Сьенфуэгоса с кубинскими торпедными катерами и противолодочными кораблями. В середине апреля эсминец, субмарина и танкер ВМФ перешли в Гавану. Работая из Гаваны и из Мариэля они продолжили проводить упражнения с кубинскими кораблями. 29 апреля к отряду в Гаване присоединился РЗК, он остался там до 5 мая, после чего возобновил патруль вдоль восточного побережья США.
Конфронтация вокруг Сьенфуэгоса была опасным предприятием, но ее результаты оказалась важными для выработки дальнейшей линии поведения. В Москве поняли, что могут продолжать свою стратегию, как только американское внимание будет отвлечено. В СССР ждали почти год для очередного шага. Посещение Президентом США Никсоном Москвы в мае 1972 г. для подписания Договора ОСВ I обеспечили идеальную ситуацию для следующего испытания. США стремились поддерживать спокойствие в течение переговоров, поэтому администрация посоветовала американскому военно-морскому командованию избегать конфронтации с СССР на море.
Так что весной 1972 г. было решено выделить для захода в кубинский порт подводную лодку с баллистическими ракетами. Для этих целей была выбрана дизельная ракетная подводная лодка проекта 629А (Гольф II класс). Это была не современная подводная лодка, но она несла (хоть и не новые) три баллистические ракеты "Р-21" подводного старта с дальностью стрельбы 1400 километров. Таким образом, эта подлодка хорошо подходила для проверки американской реакции. В виде дополнительной предосторожности для визита "Гольфа" был выбрана тихая гавань в Баия-де-Нипе (Bahia de Nipe) на Атлантическом побережье, на противоположной стороне от американской базы Гуантанамо. 27 апреля 1972 г. в залив Нипе пришла из Средиземноморья плавбаза пр.1886У (Ugra-class), а фактически учебный корабль "Гангут". Там ее ждал эсминец "Скромный" из состава отряда, пришедшего на остров в феврале, а в Баия-де-Нипе он пришел накануне 26 апреля. 28 апреля эсминец покинул порт, отправившись на восток. В море он встретил ракетную подводную лодку и утром 29 апреля с ней прибыл в порт Баия-де-Нипе. Это был первый раз, когда советская подводная лодка с баллистическими ракетами посетила иностранный порт. Это был ракетоносец "К-96" Северного флота, в марте-августе 1972 г. выполнявший задачи боевой службы с 283-й экипажем, под командованием к-2р. Огнева С.А., старший на борту НШ 16-й ДиПЛ к-1р. Абрамов К.К.
"Гангут" фактически являлся учебным кораблем, выполнявшим рейс с курсантами 4-го курса Каспийского ВВМКУ по маршруту: Севастополь – бухта Нипе (Куба) – Кронштадт. Участник похода капитан 1 ранга Портнов Юрий Андреевич, тогда преподаватель Каспийского ВВМКУ вспоминал: "Кроме обеспечения практики курсантов, УК "Гангут" во время его стоянки в бухте Нипе (Куба) пополнил запасы дизельной подводной лодки проекта 629 и организовал отдых ее экипажа. Все это время лодка была отшвартована у борта УК "Гангут", стоящего на якоре.
Отдыхали экипажи и курсанты на пляже в Антилье. Перевозили туда и обратно на автобусах в сопровождении армейских мотоциклистов. На память у меня сохранились кокосовые орехи, кораллы, раковины, добытые собственными руками. Увольнений в город и свободного общения с кубинцами не было, денег не выдавали.
Группе офицеров, в том числе и мне, была организована экскурсия автобусом до военно-воздушной базы Ольгин, далее на личном самолете Рауля Кастро в Сантьяго-де-Куба – колыбель Кубинской революции. Там мы посетили исторические места от пункта высадки с "Гранмы" Фиделя Кастро с группой революционеров до гор Сьерра-Маэстро. Побывали мы в коттедже, где скрывались революционеры перед штурмом казармы Монкадо.
В казарме Монкадо посетили музей революции, где кубинские пионеры вручили нам бело-голубые галстуки. Обедом нас угостили в ресторане, расположенном в горах, откуда начинался поход кубинских повстанцев на Гавану.
Вечером того же дня мы были приглашены на прием в честь Дня Победы в Академию кулинарного искусства. Есть такая Академия в Сантьяго-де-Куба. В такой изысканной обстановке я больше никогда не находился, начиная от сервировки стола и кончая обслуживанием.
За креслом каждого приглашенного стояла чернокожая официантка, мгновенно убирающая со стола все, к чему уже коснулась рука. После приема нас доставили на автобусе к месту стоянки УК "Гангут".
Скрытно проводили подводную лодку. Американский фрегат "своевременно" отошел от выхода из бухты Нипе.
А мы продолжили путь на Кронштадт
".
Субмарина оставалась в порту в течение пяти дней и 6 мая покинула порт, чтобы присоединиться к сопровождавшим ее кораблям. Посещение не осталось незамеченным кораблями американского флота – 18 эскадроном эсминцев (U.S. destroyer Squadron 18), назначенными контролировать советские действия на Кубе. Эскадрон состоял из шести судов: три базировались в Mayport и три в Ки-Уэсте (Флорида). Он работал преимущественно во Флоридском проливе и на западе Карибского моря. После того как советская субмарина оставила гавань, американские военные корабли установили с ней акустический контакт и следовали за субмариной в течение трех дней. В течение этого времени "Гольф" неоднократно предпринимал попытки оторваться от преследования, но американские эсминцы, направляемые самолетами ПЛО P-3 Orion, действующими с авиабазы в Ки-Уэсте (Флорида), устойчиво поддерживали контакт. При этом американские военные корабли были вовлечены в морское противоборство с советскими военными кораблями, пытающимися помочь уйти подводной лодке от слежения американцев. Никакого официального заявления администрацией Никсона сделано не было. Ни относительно присутствия советской субмарины с баллистическими ракетами в Карибском море и использования кубинского порта для обслуживания судна, ни по факту конфронтации между американскими и советскими военными кораблями в нейтральных водах у кубинского побережья. Устойчивое, терпеливое преследование ограниченных целей Советским Союзом привело к желательным результатам, возможность использования кубинских портов для обслуживания субмарин с баллистическими ракетами уже не вызывала резкой реакции Соединенных Штатов, как двумя годами ранее в сентябре 1970 года.

IX БС

Девятое развертывание прошло с 24 (26) ноября 1972 г. по 16 (21) февраля 1973 г. В составе действующей эскадры находился 1 ракетный крейсер пр.1134 (Kresta I-class) "Севастополь", 1 БПК пр.57 (Kanin-class), 1 ПЛАРК пр.675 (Echo II-class) "К-172" и 1 ДПЛ пр.641 (Foxtrot-class), 1 ПБПЛ пр.1886У (Ugra-class) "Бородино", 1 танкер и разведывательный корабль. Все корабли, кроме плавбазы, работали и отдыхали в порту Сьенфуэгос. ПЛАРК "К-172" оставалось в Сьенфуэгосе до отъезда из кубинских вод в начале января. 25 декабря 1972 г. вертолетный экипаж корабельного противолодочного полка ВМС СФ капитана Миронова В.И. на Ка-25, базировавшегося на "Севастополе", впервые выполнил полет в Сьенфуэгосе, проводя воздушную разведку в районе военно-морской базы.
Плавбаза – учебный корабль "Бородино" – не входил в состав отряда и осуществлял учебный поход с курсантами военно-морских училищ в период с 21 ноября 1972 г. по 29 января 1973 г. по маршруту Кронштадт – п. Рио-де-Жанейро (Бразилия) – Сьенфуэгос – Гавана (Куба) – Балтийск. Руководил походом вице-адмирал Г. Ф. Степанов. Плавбаза прибыла в Сьенфуэгос в начале января, где и оставалась до середины января. Она не участвовала ни в какой деятельности в Карибском море. Остающиеся единицы, после проведения объединенных упражнений с кубинцами, отбыли в феврале.

X БС

Визит десятой эскадры на Кубу ознаменовался серьезным инцидентом с участвовавшей в заходе атомной подводной лодкой с крылатыми ракетами. Отряд в составе 1 БПК пр.1134А (Kresta II-class) "Адмирал Исаков", 1 БПК пр.57А (Kanin-class) "Дерзкий", 1 ПЛАРК пр.675 (Echo II-class) "К-1", 1 ДПЛ пр.641 (Foxtrot-class), 1 ПБПЛ пр.1886 (Ugra-class) и 1 танкер оперировал у кубинских берегов с 2 августа по 16 октября 1973 г.
Надводные корабли сначала посетили Гавану, затем выполнили поход в водах Мексиканского залива, после чего пришли в Сьенфуэгос. Дизельная торпедная подводная лодка присоединилась к группе в Сьенфуэгосе.
20 августа 1973 г. ПЛАРК пр.675 "К-1" (к-2р. Дмитриев Юрий) во время БС в Карибском море и, следуя для делового захода в порт Сьенфуэгос на Кубе на глубине 120 м и скорости 16 уз., ударилась о юго-восточный склон банки Хагуа. Авария произошла вследствие навигационной ошибки. Командовавший тогда 1-й Краснознаменной флотилией подводных лодок Северного флота контр-адмирал А.П. Михайловский вспоминал: "Командир лодки капитан 2-го ранга Ю. Дмитриев, плавая в слабо изученном, изобилующем рифами и банками и представляющими серьезную опасность районе, проявил беспечность и не выполнил ни одного требования Корабельного устава по обеспечению безопасности. Эхолот и гидроакустический комплекс не использовал. Место определял только по американской радионавигационной системе "Лоран-А", при этом оценки точности счисления пути от штурманов не потребовал и определяться другими способами не заставил. В результате, имея фактическую неувязку 8 миль, напоролся на банку". На Кубе при осмотре выяснилось, что субмарина получила значительные повреждения носовой оконечности с торпедными аппаратами и торпедами в них по левому борту. Передняя часть аппарата, где находилась торпеда с ядерным боеприпасом (ЯБП), была смята и свернута в сторону на 30-40 градусов. Обследовать ее и, тем более предпринять какие-либо ремонтные работы на Кубе, было невозможно. В то же время энергетическая установка лодки была исправна, и лодка была способна самостоятельно вернуться на базу. В этих условиях командующий Северным флотом принял решение возвращать "К-1". Лодка своим ходом, в сопровождении спасательного судна в сентябре пересекла Атлантический океан и прибыла в Малую Лопатку. Для извлечения торпед пришлось вырезать торпедные аппараты. Заряд ЯБП с вырезанным торпедным аппаратом после извлечения погрузили на баржу и вывезли на Новую Землю и там взорвали. Командира сняли с командования.

XI БС

Следующее действие эскадры советских кораблей в кубинских водах сопровождалось вторым заходом в кубинский порт советской субмарины, вооруженной баллистическими ракетами. Это одиннадцатое развертывание прошло с 28 апреля по 2 июня 1974 г., отрядом командовал капитан 1 ранга Ю.И. Можаров. В составе были 2 СКР пр.1135 (Krlvak-class) "Бодрый" (командир капитан 2-го ранга Э.А. Попеко), "Сильный" (капитан 2-го ранга В.А. Егоров) БФ, 1 дизельная подводная лодка с баллистическими ракетами (ДПЛРБ) пр.629 (Golf-II-class) "К-88" СФ и средний морской танкер (СМТ) "Олекма" БФ.
14 апреля 1974 г. "Бодрый", "Сильный" и танкер вспомогательного флота ВМФ "Олекма" взяли курс в Средиземное море. После выполнения задачи по поиску и сопровождению ("уничтожению") АПЛ США, выйдя через Гибралтарский пролив, эскадра взяла курс к острову Куба с задачей: "Обучение и совместное взаимодействие с ВМС Республики Куба". Эскадра кораблей Балтийского флота впервые привлекалась к действиям в этом регионе. В Атлантике к ним присоединилась ДПЛРБ пр.629А "К-88" (к-2р. Ильин В.Д., старший на борту ЗКД 16 ДиПЛ к-1р. Магаршак М.Б.), которая в марте-июле 1974 г. выполняла 135-суточную БС в северо-восточной Атлантике. 30 апреля 1974 г. в наших газетах была опубликована небольшая заметка, что с 29 апреля по 7 мая 1974 г. в Гавану с деловым визитом совершит заход отряд кораблей, совершавший учебное плавание в Западной Атлантике в составе 2 СКР, 1 подводной лодки и танкера. 30 апреля 1974 г. объединенная эскадра вошла в порт и пришвартовалась к стенке набережной Малекон в Гаване.
29 апреля присоединился к отряду в Гаване и остался там до 5 мая, разведывательный корабль, после чего он возобновил патрулирование вдоль восточного побережья США.
После двухнедельной стоянки в Гаване эскадра перешла в порт Мариэль, а через неделю 15 мая группа с ДПЛРБ пр.629А "К-88" прошла транзитом Юкатанский пролив, и все достигли Сьенфуэгоса. В Съенфуэгосе, как и в прибрежной зоне порта Мариэль, проводились совместные учения и отработка задач по взаимодействию с кубинскими военно-морскими силами. 1 июня отряд отбыл из Сьенфуэгоса и, пройдя транзитом Наветренный пролив, вышел из Карибского моря 2 июня. Больше после этого визита советские подлодки с баллистическими ракетами кубинские порты не посещали. Более того, в течение трех лет подводные лодки не включались в состав отрядов, посещавших Кубу.
**
Посещения кубинских портов советскими субмаринами с баллистическими ракетами стали предметом самостоятельного исследования, проведенного аналитиками Брукинского института в Вашингтоне Бэрри Блечманом и Стефани Левинсон, обратившими внимание на экстраординарность этих действий. Для визитов в иностранные порты советский флот, как и другие флоты, обычно использовал надводные корабли. В поисках объяснений американские исследователи сопоставили визит советской субмарины с фактом захода в турецкий порт Измир американской атомной ракетной подводной лодки "Patrick Henry". Этот визит "последовал вскоре после завершения вывода из Турции американских баллистических ракет “Юпитер". Совершенно очевидным было стремление продемонстрировать всем заинтересованным государствам, что... США верны своим обязательствам по защите Турции и в действительности сохраняют свои стратегические возможности в этом регионе". Поместив данную аналогию в контекст советско-американских и советско-кубинских отношений, Б. Блечман и С. Левинсон пришли к выводу, что целью советского руководства было "стремление к получению военных преимуществ" на фоне эскалации действий американского флота во Вьетнаме. Роберт Веннланд объяснял визит на Кубу советской ракетной подводной лодки "Гольф" в апреле 1974 г. "попыткой поддержать Северный Вьетнам путем отвлечения внимания США в период "Пасхального наступления" вооруженных сил Северного Вьетнама", а также "стремлением" усилить позиции советской делегации на завершающем этапе переговоров по заключению очередного договора ОСВ".


Демонстрационные походы в Мексиканском заливе

XII БС

Двенадцатое развертывание отряда советских боевых судов в Карибском регионе было с 24 сентября по 11 ноября 1974 г. Командиром отряда был заместитель командира 7-й ОпЭск капитан 1 ранга Г.В. Егоров, в составе отряда были 2 БПК пр.1134А (Kresta II-class) "Адмирал Макаров", "Адмирал Нахимов" (к-2р. Воробьев Владислав Алексеевич) и 1 военный танкер. 24-29 сентября корабли находились в Гаване, 30 сентября они покинули порт для проведения в течение трех дней упражнений в Мексиканском заливе. 4 октября они возвратились в Гавану. 24 октября оба БПК и танкер вышли из Гаваны и отправились в Сьенфуэгос, куда прибыли 4 дня спустя. Группа оставалась там до 11 ноября, после чего покинула кубинские воды через Наветренный пролив.
**
Помимо этого отряда кубинские порты посетили еще несколько кораблей советского ВМФ.
В конце сентября – начале октября в Гавану заходила плавбаза – учебный корабль пр.1886У (Ugra-class) "Бородино". Корабль выполнял учебный поход по маршруту: Кронштадт – Веракрус (Мексика) – Картахена (Колумбия) – Гавана (Куба) – Кронштадт. В этом походе участвовали курсанты Каспийского ВВМУ, училищ имени Фрунзе, имени Дзержинского, имени Ленина и Киевского политического училища. Старшим на борту был вице-адмирал Кузнецов. Участник похода капитан 1 ранга Портнов Юрий Андреевич, тогда преподаватель Каспийского ВВМКУ вспоминал: "На Кубе, как и два года назад, никаких контактов с населением не было. Участвовал в организованном посещении пляжа Варадеро (лучший пляж на Кубе), пляжа Санта-Мария, заведения ночных развлечений Тропикана и парка Рио-Кристал.
В школе имени В.И. Ленина, построенной по советскому проекту и подаренной кубинцам, я увидел действительно профессиональное обучение. Нам показали поточную линию по производству радиоприемников, где все операции выполняли школьники, а роль контрольного мастера выполнял учитель труда.
На переходе домой в Атлантике пополнили запасы дизельной подводной лодки. В ночь с 17 на 18 октября любовался огнями молодого города Сосновый Бор"
.
Кроме того 12 октября разведывательный корабль нанес 7-дневный визит в порт Гавана, 19 октября он покинув порт возобновил патрулирование у восточного побережья США.

В 1975 г. советские корабли дважды посещали Кубу (13 и 14 развертывания).

XIII БС

С 25 февраля по 5 апреля 1975 г. оперировал отряд кораблей, которым командовал начальник штаба 128 бригады ракетных кораблей капитан 3 ранга Л.С. Рассукованый. В составе отряда были 2 СКР пр.1135 (Krlvak-class) "Сильный", "Сторожевой" (к-2р. А. Потульный) и танкер.
1 марта суда вошли с визитом в порт Гаваны. 19 марта оба СКР вышли из Гаваны и выполнили шестидневный поход в водах Мексиканского залива, двигаясь против часовой стрелки. Их самая близкая точка подхода к США была 21 марта, когда они находились в 80 милях к западу от Санкт-Петербурга (Сент-Питерсберг), Флорида. Эсминцы, продолжив движение, присоединились к танкеру в Юкатанском проливе и направились в Сьенфуэгос, где оставались с 25 марта по 3 апреля. Группа отбыла из Карибских вод 5 апреля через Наветренный пролив.

XIV БС

В мае состоялся второе посещение Кубы в течение года. После того как 12 17 мая 1975 г. отряд кораблей под командованием контр-адмирала А.М. Калинина в составе 2 БПК пр.57 (Kanin-class) "Живучий", "Бойкий" (бортовой 290) СФ и танкера "Днестр" выполнил официальный визит в Бостон (США), он проследовал напрямую из Бостона в Сьенфуэгос (Куба), куда прибыл 23 мая. После 12-дневного делового захода, 6 июня суда отбыли из Карибского моря через Наветренный пролив. В дальнейшем отряд направился для несения службы в Средиземном море, где оставался до августа.
Следует отметить что во время этих двух посещений Кубы советские суда не проводили никаких учений или тренировок с кубинскими военно-морскими силами.

XV БС

15-е развертывание советских кораблей было с 16 августа по 21 сентября 1976 г. В составе отряда под командованием капитана 1 ранга Ю.И. Можарова были 2 СКР пр.1135 (Krlvak-class) "Свирепый", "Сильный" БФ и СМТ "Олекма" БФ. 17 августа корабли прибыли в порт Матансас, оттуда они 22 августа нанесли официальный визит в Гавану. 27 августа они отбыли из Гаваны, направляясь в Сьенфуэгос, куда прибыли 2 сентября. Там они провели несколько упражнений с кубинскими судами.
1976.08.22-27. Визит советских кораблей в Гавану, фото 1
(Все фотографии с этого визита можно увидеть здесь.)
**
Деятельность советского ВМФ на Кубе не ограничивалась только описанными эпизодами, по данным американского историка Чарлза Петерсена в период с 1967 по 1976 гг. корабли советского ВМС посетили Кубу 214 раз. Из них только треть приходилась на боевые корабли, остальные были вспомогательными судами флота. И как отмечал Петерсен: "…визиты обеспечивали отдых экипажам, закупку пресной воды, продовольствия и очень редко топлива. К тому же, большая часть закупок в иностранных портах была сделана вспомогательными кораблями… Обычной целью их захода был прием воды и продовольствия для последующей передачи боевым кораблям в море…"

XVI БС

16 отряд отличался от прочих тем, что в нем участвовали корабли, совершающие межфлотский переход на Тихоокеанский флот. Отряд, составленный из недавно введенных в строй боевых кораблей БПК пр.1134А (Kresta II-class) "Василий Чапаев", СКР пр.1135 (Krlvak-class) "Ретивый" и СКР пр.1135М (Krlvak-class) "Резкий", а также большого морского танкера пр.1559 "Днестр" СФ, действовал в регионе с 27 июня по 22 июля 1977 г. Корабли зашли в Гавану и простояли там четыре дня. После выхода из Гаваны отряд был привлечен к участию в совместных учениях с кубинскими ВС. Отряд наших кораблей пошел вверх по Мексиканскому заливу и, не дойдя 10-15 км до территориальных вод США, повернул обратно. По словам старшего помощника командира "В. Чапаева" Цымбала Б.Г., этими действиями была продемонстрирована возможность удара по территории США ракетным оружием с кораблей. В США в то время разрабатывалась новая система ПРО и подобная демонстрация показывала бесполезность или неэффективность такой системы. По его же словам, власти США направили протест в МИД СССР в связи с действиями наших кораблей в Мексиканском заливе. По замыслу учений наш отряд кораблей изображал американскую группировку кораблей, идущую на Кубу для высадки десанта. Кубинская воздушная разведка сработала хорошо, и наши корабли были обнаружены далеко от Кубы. Практически они "уничтожили" наш отряд кораблей до того, как были обнаружены сами. После этих учений и разбора корабли ушли в Сьенфуэгос, для отдыха и мелкого ремонта.
**
Вышедшая в августе 1977 г. на боевую службу субмарина пр.641 211 БПЛ СФ под командованием капитана 2 ранга Злотникова успешно действовала по отдельному плану в районе о. Куба.

XVII БС

В конце 1977 г. на Кубу прибыл 17 отряд советских кораблей, он действовал с 13 декабря 1977 г. по 18 января 1978 г. Отрядом командовал капитан 1 ранга В.Г. Егоров, в его состав входили 2 СКР пр.1135 (Krlvak-class) "Бдительный", "Дружный" БФ, дизельная подводная лодка пр.641 (Foxtrot-class) СФ и средний морской танкер пр.577 (Uda-class) "Лена".
17-22 декабря корабли находились в Гаване. Их визит совпал с посещением Кубы ГК ВМФ СССР Адмиралом Флота Советского Союза С.Г. Горшкова, прилетевшем на Кубу самолетом Ил-18 через Кефлавик (Исландия) и Галифакс (Канада). На борту кораблей принимали Фиделя Кастро. Главком заручился согласием на самом высоком уровне об использовании самолетами разведывательной морской авиации одного из кубинских аэродромов, а также на отдых экипажей подводных лодок в специально оборудованной для этого зоне отдыха. В ответ кубинским ВМС были обещаны некоторые дополнительные поставки военно-морской техники.
Покинув Гавану, корабли выполнили небольшой поход в Мексиканском заливе. 25 декабря 1977 г. вернулись в Гавану, где находились до 14 января 1978 г.
1977. С 17 по 22 декабря. Визит советских кораблей в Гавану.

В 1978 г. было еще два развертывания (18 и 19) отрядов советских кораблей на Кубе.

XVIII БС

18-е развертывание имело место между 20 марта и 6 мая 1978 г. Группа была составлена из 1 БПК пр.61 (Kashin-class), 1 МТЩ пр.266М (Natya-class) и танкера "Прут". Суда сначала зашли в Гавану, потом выполнили поход по Мексиканскому заливу и посетили Сьенфуэгос.

XIX БС

19-е развертывание проходило с 12 сентября по 11 декабря 1978 г., то есть, 82 дня. Оно стало самым длинным в истории походов советских кораблей на Кубу, против в среднем 38 дней. Командовал отрядом капитан 1 ранга Ю.Ю. Аристович, в его составе был 1 БПК пр.61 (Kashin-class) "Славный", 2 СКР пр.1135 (Krlvak-class) "Сильный", "Бодрый" БФ, 1 ДПЛ пр.641 (Foxtrot-class) "Б-440" СФ, спасательное судно "Алдан" и танкер "Олекма". Развертывание началось с прибытия советских судов в Гавану 16 сентября. Как с 18-ым развертыванием эта группа выполнила поход по Мексиканскому заливу и зашла в Сьенфуэгос. Это посещение Сьенфуэгоса продолжалось 65 дней, самое длительное за весь период. Наши корабли участвовали в совместных учениях с ВМС Кубы, по их результатам ПЛ "Б-440" получила блестящие отзывы министра обороны Кубы Рауля Кастро, который принял советского командира и лично поблагодарил за высокую морскую выучку.

XX БС

20-е развертывание советских кораблей в регионе было самым коротким, с 12 по 19 августа 1979 г. в нем участвовали 1 БПК пр.1134А (Kresta II-class), 1 СКР пр.1135 (Krlvak-class) и танкер. Корабли зашли в Сьенфуэгос. Отряд находятся под наблюдением американского эсминца и патрульных самолетов ВМС. Чиновники из Пентагона предполагали, что, помимо Кубы, отряд посетит и Никарагуа, где к власти пришли сандинисты, но этого не произошло.
**
Следующий визит советских кораблей, запланированный на 8 сентября 1979 г., был отложен по настоянию Рауля Кастро, из-за проходившей в Гаване VI конференции движения неприсоединения.
Не обходилось при посещении портов и без происшествий. Голованов Эрик Викторович, занимавший с 1977 г. должность заместителя начальника штаба 4-й эскадры ПЛ Северного флота, вспоминал: "В один из летних дней я находился у ОД эскадры ПЛ, что-то проверял. Неожиданно звонок ОД ВМФ. Одна из наших ПЛ, будучи на боевой службе, заходила в Сьенфуэгос на Кубе после обеспечения кубинских ВМС. И вот, уходя оттуда, при проводах всем командованием кубинских ВМС, включая их главкома, села на мель носовой оконечностью. Командир решил лихо выполнить маневр отхода от причала. Отошел, разворачивался на повышенных ходах, поворот на фарватер начал раньше положенного времени и сел на песчаную подушку. Попытка стянуть за корму спасателем не увенчалась успехом. Вот ОД и спрашивал, что делать?
Решать нужно было быстро. Я тут же ему сказал: "Откачать топливо из носовых топливно-балластных цистерн и, поддувая носовую группу цистерн главного балласта, продолжать стаскивать!". Эта рекомендация имела успех. ПЛ стянули с мели, она продолжила боевую службу и благополучно прибыла в базу
".


Совместная боевая учеба с ВМС Кубы

XXI БС

21-е развертывание произошло спустя 19 месяцев, с 10 апреля по 12 мая 1981 г. Пришел отряд под командованием первого заместителя командующего ЧФ вице-адмирала В.А. Самойлова в составе 1 БПК пр.1134Б (Kara-class) "Николаев" ЧФ, 2 СКР пр.1135 (Krlvak-class) "Бдительный", "Свирепый" БФ и среднего морского танкера "Олекма" БФ. 15-25 апреля корабли находились в Гаване с официальным визитом ("КЗ" 12.04.1981.; 223.стр338.) там 24 апреля БПК "Николаев" посетили Ф. Кастро, Р. Кастро, другие руководители Кубы. Покинув порт с 25 по 27 апреля, участвовали в учениях "Хирон-20" совместно с кубинскими ВМС, после них зашли в Сьенфуэгос.
**
Характер выполняемых флотом задач в Западной Атлантике и значительная удаленность этого района потребовали в начале 80-х годов организовать тыловое обеспечение кораблей и самолетов флота через береговой пункт базирования. Проблема была решена путем создания запасов материальных средств флота на складах припортовой базы 12-го учебного центра, подчинявшейся 10-му управлению ГШ ВС СССР на Кубе в портах Гавана и Сьенфуэгос. Запасы составляли: авиатопливо – 10.000 т., дизельное топливо – 10.000 т., смазочные масла – 300 т., продовольствие – 200 т., др. запасы – до 300 т. Хранение авиа – и дизтоплива осуществлялось (в соответствии с рабочим протоколом) в емкостях местной стороны. Корабли флота и других флотов во время официальных и деловых заходов обеспечивались по заявкам припортовой базой. Ежегодно обеспечивалось до 12-15 деловых заходов кораблей ВМФ и до 70 – самолетов, подавалось более 5000 т. корабельного и до 2500 т. авиатоплива, до 200 т. продовольствия и более 300 т. др. запасов. Кроме того, в порту Гавана постоянно находилось спасательное судно СФ, выполнявшее задачу поисково-спасательного обеспечения сил флота в этом районе, а также в интересах ВМС Кубы. В 1986 г. в связи с большими объемами подаваемых на корабли материальных средств и в целях повышения качества и оперативности тылового обеспечения кораблей флота на о. Куба по решению ГШ ВС в штат припортовой базы ввели две должности тыла СФ: старший помощник начальника припортовой базы по службе горючего и ст. помощник по МТО. Со свертыванием БС в этом районе с 1992 г. корабли и самолеты СФ на Кубе не обеспечиваются и флот запасы в этом районе не содержит.
Все эти запасы были жизненно необходимы. Находившийся на Кубе в 1981-1985 гг. в качестве специалиста при отделе боевой и оперативной подготовки РВМФ Кубы и одновременно начальника штаба группы специалистов при РВМФ капитан 1 ранга Геннадий Александрович Бронников, лично встречал и обеспечивал 15 деловых заходов наших ГиСу, спасателей "Алдан" и "Памир", а также трех отрядов военных кораблей (под командованием вице-адмиралов В.С. Круглова, Ф.Т. Старожилова и В.П. Рябова), прибывающих на Кубу с официальными визитами. А для примера такой случай. В 1984 г. в Сьенфуэгос вне плана зашел отряд из трех наших ГиСу. Прибывший для выяснения причин столь внезапного захода капитан 1 ранга Г.А. Бронников от командира отряда узнал, что во время длительного плавания запасы были почти израсходованы, но согласованный между сторонами заход в Каракас не состоялся, так как власти Венесуэлы неожиданно отказали нашим кораблям в посещении их портов. "И вообще, нас никто не любит, нас отовсюду гонят. Осталась одна Куба!" – с горечью закончил рассказ командир отряда.

XXII БС

22-е развертывание было длительным, с 25 ноября 1982 г. по 3 февраля 1983 г. Отрядом командовал первый заместитель командующего СФ вице-адмирал В.С. Кругляков, в его составе были – 1 БПК пр.1134А (Kresta II-class) "Адмирал Исаков", 1 СКР пр.1135М (Krlvak-class) "Резвый", дизельная подводная лодка и большой морской танкер пр.1559 "Генрих Гасанов". 2-10 декабря 1982 г. корабли находились в Гаване.
1982, фото 1

1982, фото 2
Провели учения с ВМС Кубы, потом посетили Сьенфуэгос.
**
В 1983 г. произошел инцидент с нашим спасательным судном "Алдан". По плану боевой службы и в соответствии с договоренностью с руководством РВМФ Кубы оно зашло в Сьенфуэгос. На борт нашего корабля прибыли офицеры медицинской службы кубинского флота (из двух – одна девушка) и попросили, как предусмотрено и нашими документами, и законами любой страны, санитарную декларацию. Им не только не предъявили декларацию, но и не разрешили осмотреть кладовые с продуктами и холодильники. За это "Алдан" был оштрафован на 500 песо.

XXIII БС

В 23-м развертывании с 22 марта по 11 мая 1984 г. участие принял самый крупный корабль за всю историю визитов – противолодочный крейсер "Ленинград". Отрядом командовал вице-адмирал Ф.Т. Старожилов, в составе отряда был 1 КР ПЛО пр.1123 "Ленинград" (бортовой 113) ЧФ, 1 БПК пр.1155 (Balkom III-class) "Удалой", 1 ДПЛ пр.641 (Foxtrot-class) "Б-825" СФ и большой морской танкер пр.1559 "Иван Бубнов". С 26 по 30 марта корабли находились в Гаване: танкер "Иван Бубнов" встал на якорь на внутреннем рейде порта, а остальные корабли ошвартовались у стенки прямо напротив штаба РВМФ Кубы.
Лето 1984. Противолодочный крейсер (ПКР) [вертолетоносец] «Ленинград»
(Все фотографии с этого визита можно увидеть здесь.)
После визита 20-21 апреля корабли отряда и присоединившийся к ним СС "Алдан" участвовали в совместных учениях "Монкада-84-2" у восточных берегов Кубы, с кубинской стороны в них участвовали "СКР-350", "СКР-356" и подводные лодки "Б-727" и "Б-729". В ходе совместного учения кубинский СКР впервые выполнил заправку корабля на ходу от танкера. На борту СКР находился советник командующего РВМФ Кубы контр-адмирал Юрий Стандиченко. По окончании маневров "Ленинград" и "Удалой" прошлись по кромке территориальных вод США у берегов Флориды, выполнили деловой заход в Сьенфуэгос. В конце апреля отряд кораблей, обогнув против часовой стрелки Кубу, второй раз 30 апреля подошел к Гаване и находился там до отхода 10 мая. Как вспоминал капитан 1 ранга Геннадий Александрович Бронников, вице-адмирал Ф.Т. Старожилов своими действиями нанес вред всему делу укрепления дружбы с кубинскими вооруженными силами. Например, каждому отряду кораблей, по личному указанию Фиделя Кастро, подвозили машины с ромом – в среднем, до 350 бутылок. Во время визита отряда вице-адмирала В.С. Круглякова, он сначала тактично отказался от этого дара, понимая, что для Кубы это валюта. Но после того как было сказано, что от личного подарка Фиделя отказываться не принято, Кругляков с благодарностью его принял и распорядился, чтобы все спиртное закрыли в надежном помещении и опечатали до решения вопроса в Североморске. А как поступил Старожилов со своим заместителем по политчасти контр-адмиралом С.С. Рыбаком? Часть бутылок раздали офицерам походного штаба, потом попытался "отобрать", а после захода в Сьенфуэгос на глазах у изумленных работников порта по его приказу всю ночь били эти бутылки. Кроме всего прочего, на этот отряд кораблей кубинцы доставили машину ананасов. Все сделали себе солидные запасы, растолкав по рундукам и кладовым. Но в условиях корабля, не приспособленного к плаванию в тропических широтах, ананасы быстро начали гнить. Никто ничего лучше не придумал, как избавиться от них через иллюминаторы. И вот сотни этих тропических фруктов плавали вокруг кораблей в гавани Гаваны. Кубинец, капитан 3 ранга Куэро из отдела боевой подготовке с горечью говорил: "Наши дети по много лет не видят ананасов (все идет на экспорт). Больно смотреть на это!".

XXIV БС

24-е развертывание состоялось с 24 декабря 1984 г. по 27 февраля 1985 г., отрядом командовал заместитель командующего СФ по боевой подготовке вице-адмирал В.П.Рябов. В составе отряда были 1 ЭМ пр.956 (Balkom II-class) "Отличный", 2 СКР пр.1135 (Krlvak-class) "Задорный", "Разительный", 1 ДПЛ пр.641Б (Tango-class) "Б-30" и танкер. С 29 декабря 1984 г. по 3 января 1985 г. они находились в Гаване. Корабли отряда выполняли заходы в другие порты Кубы, так ЭМ "Отличный" 4 января зашел в Сьенфуэгос, 14 января он вновь вернулся в Гавану. В период с 17 по 24 января корабли приняли участие в совместных учениях с кораблями кубинского ВМФ – "Монкада-2-85-1", со слежением за АВМА "D.Eisenhower". 5 февраля корабли вновь прибыли в Гавану, там ЭМ "Отличный" посетил 1-й заместитель председателя Госсовета, МО Республики Куба Рауль Кастро Рус.

XXV БС

25-е развертывание было коротким, с 11 по 15 октября 1985 г. Отрядом кораблей командовал контр-адмирал М.Г. Путинцев, в составе БПК пр.61 (Kashin-class) "Славный", СКР пр.1135 (Krlvak-class) "Сильный", 1 дизельная субмарина и танкер "Олекма". Корабли находились с визитом в порту Гавана.
Февраль 1985. Эскадренный миноносец проекта 956 «Сарыч» «Отличный». Фото 1
(Все фотографии с этого визита можно увидеть здесь.)

XXVI БС

26-е развертывание было в октябре 1986 г. Отрядом кораблей командовал начальник управления боевой подготовки ЧФ вице-адмирал Ф.Т. Старожилов, в составе 2 БПК один пр.1134Б (Kara-class) "Очаков", второй пр.61 (Kashin-class) "Красный Кавказ", дизельная подводная лодка и танкер пр.1559 "Борис Чикилин". 20-24 октября корабли находились в Гаване.
Осень 1986. Гвардейский большой противолодочный корабль (БПК) «Красный Кавказ».
(Все фотографии с этого визита можно увидеть здесь.)
В ходе пребывания на Кубе корабли провели два совместных учения с ВМФ и ВВС Кубы во Флоридском заливе.
**
3 октября 1986 г. в Атлантике на РПКСН пр.667А "К-219" (капитан 2 ранга И.А. Британов) в 5.38 произошел взрыв ракеты в шахте № 6, при этом погибли три человека, которые несли вахту в ракетном отсеке: командир ракетной БЧ капитан 3 ранга А.В. Петрачков, матросы И.К. Харченко и Н.Л. Смоглюк. Позже погиб матрос С.А. Преминин, заглушивший реактор. По установленным каналам связи командир доложил об аварии, получил рекомендации по ведению борьбы за живучесть и оказанию помощи пораженным. На помощь лодке вышли спасательный буксир "СБ-406", находившийся в дежурстве в районе Фарерских островов и спасательное судно "Агатан" из базы на Кубе. Из Кольского залива вышел атомный крейсер "Киров" с командующим СФ на борту. Министерство морского флота направило в назначенную точку встречи свои суда.
Помощь аварийному ракетоносцу оказали моряки торгового флота. Как вспоминал участник тех событий радист М. Вяхирев, работавший на сухогрузе "Красногвардейск", они возвращались из Кубы, когда капитан Е. Данилкин объявил по судовой трансляции, что теплоход меняет курс и всем членам команды необходимо приготовиться к спасению экипажа аварийной подводной лодки. Через час их догнал лесовоз "Бакарица" Северного пароходства, шедший на Кубу с пилолесом, но по распоряжению руководства Минморфлота также изменивший курс. На помощь экипажу АПЛ спешил и новый ролкер Балтийского пароходства "Анатолии Васильев". В 16.00 (22.00 по московскому, разница 6 часов) по УКВ-связи капитан Данилкин связался с рефрижератором "Федор Бредихин" Латвийского пароходства, находящимся возле АПЛ. Стало известно, что она находится в надводном положении, но на вызовы по радио не отвечает. В 17.30 (23.30 по московскому) "Красногвардеец" подошел к подлодке, с него и "Федора Бредихина" спустили шлюпки, на них с лодки начали перевозить подводников. К концу дня командир корабля и командир БЧ-5 капитан 2 ранга И. Красильников оценили обстановку, считая, что в 4, 5, 6 отсеках продолжается пожар и возможен взрыв ракет, что реакторный, 7 отсек, находится под давлением, индивидуальные защитные средства выработали ресурс. На основе этого командир принял решение о выводе из действия реактора левого борта и о подготовке к эвакуации личного состава на подошедшие суда. Волнение моря достигло 4 баллов. К часу ночи (по московскому) 4 октября экипаж оставил аварийный атомоход. После эвакуации личного состава носовой, рубочный и кормовой люки были закрыты и задраены. На мостике остались шесть офицеров во главе с командиром корабля. 4 октября в 01.46 (по московскому) на ЦКП ВМФ через КП ММФ было получено сообщение командира К-219: "Пожар во всех отсеках, отсутствие хода. На ПЛ осталось 6 человек. Сильный пожар в трюмах IV и V отсеков. Командир ждет приказания покинуть корабль". В 3.00 (по московскому) по приказанию командующего СФ оставшиеся офицеры, за исключением командира, покинули корабль.
Командовавший тогда Северным флотом адмирал флота И. М. Капитанец вспоминал: "Оценив обстановку в районе аварии К-219, я вызвал на связь командира капитана 2-го ранга И. Британова и приказал ему следовать в надводном положении максимальной скоростью в точку, находящуюся в 60-70 милях от ПЛ, но почти весь ее экипаж находился на верхней палубе по причине загазованности ПЛ. Экипаж РПКСН был снят на оба судна, которые начали буксировку ПЛ. Командир и часть вахты оставались на лодке для контроля. ."
94 подводника были размещены на "Красногвардейске". К 6 ч утра (12.00 по московскому) 4 октября подошел ролкер "Анатолии Васильев", который был оборудован спутниковой системой, что позволило улучшить связь. С прибытием "Анатолия Васильева" Минморфлот поручил возглавить спасательную операцию капитану-наставнику Л. Будылкину. Из-за перегруженности судового лазарета "Красногвардейска" на ролкер были отправлены 9 больных подводников и 2 офицера для связи. В 10.30 (16.30 по московскому) в небе появился четырехмоторный патрульный самолет типа "Орион" с опознавательными знаками США. Подходили новые суда, а лесовоз "Бакарица" и рефрижератор "Федор Бредихин" ушли в порты назначения. На судах "Красноармейск" и танкере "Галилео Галилей" шла интенсивная подготовка к буксировке подводной лодки, из-за сложности дело затянулось. Смеркалось и капитан-наставник Л. Будылкин распорядился отложить буксировку АПЛ на следующий день. В течение дня с "Красногвардейска" сняли около 40 подводников и разместили их на теплоходе "Анатолий Васильев".
Утром 5 октября продолжилась подготовка к буксировке, в это время два прилетевших самолета ТУ-95 сбросили несколько контейнеров с индивидуальными дыхательными аппаратами, переносными радиостанциями и спасательным имуществом. В середине дня в районе появился американский морской буксир "POWHATAN" с бортовым номером 166. Американцы вызвали по УКВ-связи нашего капитана и предложили свои услуги. Данилнин поблагодарил, но от помощи отказался. Все остальное время американский буксир дрейфовал в отдалении, не мешая. Примерно в это же время в районе операции была обнаружена и американская субмарина в подводном положении под перископом.
В 18.15 теплоход "Красногвардейск" начал буксировку. Осадка ПЛ и дифферент на нос продолжали медленно увеличиваться. Их сопровождали теплоход "Анатолий Васильев" и танкер "Галилео Галилей". Американский буксир следовал в отдалении тем же курсом.
В 6.20 (по московскому) 6 октября буксирный трос оборвался, носовой и кормовой входные люки ушли под воду. Из-за заклинивания нижнего рубочного люка аварийная партия не смогла спуститься в III отсек. ПЛ продолжала терять плавучесть, при погружении ее до уровня палубы надстройки аварийная партия 9 человек покинула корабль, перейдя на шлюпку, посланную с теплохода "Анатолий Васильев". В 11.00 (по московскому), когда ПЛ погрузилась в воду до уровня рубочных рулей, по приказанию ГК ВМФ командир покинул корабль. В 11.02 (по московскому) 6 октября 1986 г. "К-219" затонула.
После этого всех подводников разместили на теплоходе "Анатолий Васильев" которому предстояло доставить их в Гавану. "Красногвардейску" и танкеру "Галилео Галилей" предписывалось дежурить вблизи места гибели подводной лодки, осуществляя радиационное наблюдение и поднимая с поверхности воды всплывшие предметы. Американский буксир тоже был в постоянном движении: очевидно, его команда желала что-нибудь поднять с поверхности океана. Приборы теплохода не зарегистрировали повышения радиоактивного фона и через неделю дежурства "Красногвардейск" продолжил прерванный рейс. Тем более что в район прибыли военные моряки.
Командующий Северным флотом адмирал флота И. М. Капитанец: "На следующий день на атомном крейсере "Киров" (командир бригады капитан 1-го ранга А. Ковальчук, командир корабля С. Лебедев, старпом В. Рогатин) я вышел в район аварии, взяв с собой командующего флотилией контр-адмирала И. Литвинова и второй экипаж АПЛ. В течение шести суток скоростью 26 узлов крейсер следовал для оказания помощи К-219. Однако на третий день буксировки, 6 октября, подлодка затонула, командир РПКСН И. Британов и вахта с разрешения ГК ВМФ покинули корабль. Суда доставили экипаж на Кубу, откуда самолетом его возвратили в Москву, а затем на Север.
Атомный крейсер "Киров" прибыл в точку гибели подводной лодки К-219 и в течение шести суток вел поиск в районе и производил замеры уровня радиации. Глубина океана в районе гибели ПЛ составляла 5000-6000 м, и трудно было ожидать, что какие-либо предметы могут всплыть на поверхность. На седьмые сутки прекратили поиск и замеры и взяли курс в базу
".
Прибыл и долго шедший с Кубы спасатель "Атаган" (капитан 3 ранга Юрий Ильич Горьковый). Почему так произошло вспоминает служивший командиром БЧ-1 на нем Марк Макаров: "Мы готовились домой, в Мурманск. Срок службы приходил к концу, у нас было всего три месяца до декабря.
И механик перед походом решил перебрать дизеля, причем, сразу оба.
Вот тогда все и произошло...
Боевая тревога, полная готовность, и всего сутки на сбор дизелей. Но так как запчасти были на заводе в Каса Бланка, на сбор дизелей потратили двое суток. Собрать собрали, но как-то не так. Плюс жара и дизеля плохо работали, плохо охлаждались, а времени больше не было, а дальность была такова, что пришлось выжимать из дизелей скорость больше, чем было в ресурсе коробочки и прийти в назначенный пункт вовремя. Механик придумал охлаждать дизеля с помощью нарезанных пожарных шлангов, вставляя их от дизеля на улицу, чтобы воздушным потоком охлаждать двигатели.
Так мы и вышли. Дизеля перегревались по дороге, и приходилось останавливаться и дрейфовать, остужая дизеля.
В общем, доковыляли мы до места, а там уже вся гоп-компания НАТО – норвежцы, америкосы, канадцы, самолеты-пароходы, катера, спасатели, радио-буями обнесенное место и ни одного нашего корабля.
Горьковой принял решение снимать радио-буи, и мы немного пошугали НАТО, расчетно близко направляя наш корабль к ним. Так медленно и с помощью радиопереговоров с ними, постепенно они рассосались.
А на следующий день пришел КИРОВ с толпой золотопогонников.
Качало неслабо, и при всем желании начальства перебраться к нам на борт, ничего не получилось: у них шлюпки летали выше борта КИРОВА.
Ну а Горькового имели во все щели по рации. Я, как командир отделения БЧ1, стоял у штурвала и все это наблюдал. Было и смешно, и грешно.
Бедный кеп парился по страшному: был то зеленый, то белый, то просто смеялся от нервов, а наш штурман Купьян Гена ходил взад вперед и причитал: "п-ц всем п-ц".
А что касается лодки, к нашему приходу ее уж не было, экипажа тоже, его на сухогрузе переправили на Кубу
".

XXVII БС

27-е развертывание в октябре-ноябре 1988 г. Отрядом командовал первый заместитель командующего СФ вице-адмирал И.В. Касатонов, в составе отряда были БПК пр.1155 (Balkom III-class) "Вице-адмирал Кулаков", СКР пр.1135 (Krlvak-class) "Задорный", дизельная субмарина пр.641Б (Tango-class) "Б-215" и танкер пр.1559 "Генрих Гасанов". 3-10 ноября они находились с официальным визитом в Гаване.
1988. Подлодка и Сторожевой корабль (СКР) «Задорный» Северного флота
(Все фотографии с этого визита можно увидеть здесь.)
После завершения официальной части визита корабли до 23 ноября принимали участие в совместном учении "Боевое содружество-88", которое проходило под руководством начальника Генштаба министерства революционных ВС Республики Куба. По результатам учения советские корабли получили высокие оценки, в ходе длительного и сложного мероприятия на кораблях отряда не было допущено ни одного происшествия или несчастного случая. На основании полученных результатов с участием командования и походного штаба отряда советских кораблей был разработан ряд рекомендаций и предложений, направленных на совершенствование организации взаимодействия между советским и кубинским флотами, использования сил кубинского ВМФ в ходе ведения ими боевых действий, в том числе и противодесантных операций. Большая группа советских моряков во главе с вице-адмиралом И.В. Касатоновым была награждена кубинской медалью "За боевое содружество". Но как вспоминал И.В. Касатонов: "… у кубинцев уже проступали нотки недовольства тем, что СССР постепенно отдаляется от них".
**
В 1988-1991 гг. балтийская океанографическая экспедиция (ОЭ) ВМФ работала у берегов Республики Куба. Океанографические исследования проводились совместно с представителями других подразделений ГС ВМФ. Однако в этих экспедициях личный состав базировался главным образом на ГС и ОИС, а не на берегу.
24 февраля 1989 г. средний разведывательный корабль пр.850М "Харитон Лаптев" СФ при отходе от причала порта Сьенфуэгос (Куба) сел на песчаную мель. Был снят буксирами.

XXVIII БС

28-е развертывание ????

XXIX БС

29-е последнее развертывание кораблей советского ВМФ состоялось в июне-июле 1990 г. Руководил визитом контр-адмирал А.В. Горбунов. В состав отряда входили БПК пр.1134Б (Kara-class) "Азов", ЭМ пр.956 (Balkom II-class) "Гремящий" и танкер пр.1559 "Генрих Гасанов". В Гаване они находились 26-30 июня.
Гвардейский эскадренный миноносец «Гремящий», фото с борта БПК «Азов»
(Все фотографии с этого визита можно увидеть здесь.)


Оценки деятельности советского ВМФ в Карибском бассейне

Оценивая советское военно-морское присутствие в Карибского бассейне, западные исследователи выделяли несколько аспектов. Основным считалась поддержка режима Фиделя Кастро. "Постоянное советское военно-морское присутствие на Кубе будет большим достижением для Кастро, – считал исследователь Центра международных исследований Массачусетского технологического института Эрнст Гальперин. – Это будет эффективным сдерживанием военных действий США против Кубы... Советское присутствие будет оказывать деморализующее действие на кубинскую оппозицию в изгнании и на любые оппозиционные группы внутри страны, обеспечит выживание коммунистического режима на Кубе, так как гораздо легче будет получить инвестиции из стран Восточной Европы. Благодаря присутствию советского флота возрастают политический вес Кубы и персональный престиж Кастро среди латиноамериканских стран... И еще одно возможное следствие – усиление партизанского движения в странах Латинской Америки". Роберт Килмаркс писал о возможном "усилении региональных националистических сил в странах, противостоящих США".
Однако все более распространявшийся в зарубежной историографии "скептицизм" в оценках реальной угрозы советской военно-морской деятельности нашел отражение и в интерпретации действий советского ВМФ. Курт Гастейгер в своем исследовании политического и стратегического значения действий ВМФ СССР в Карибском бассейне отмечал "умеренность масштаба советского военно-морского присутствия, уязвимость его сил". Далее швейцарский исследователь подчеркивал, что "его временный характер не представляет собой серьезного военного вызова западным противникам. Если оставим в стороне ядерный стратегический аспект, эффект этого присутствия носит скорее политический и психологический характер, нежели военный…"
В 1980-х годах в трактовке действий советского флота в Карибском бассейне преобладало "реалистическое" направление. Американская исследовательница Фрэнсис Нортон признавала, что "путем постепенного наращивания [в Карибском бассейне] военно-морской активности в 1970-х и 1980-х годах СССР добился большого политического успеха, так как советский ВМФ начал мало-помалу разрушать доктрину Монро – краеугольный камень внешней политики США". Но одновременно она подчеркивала и ряд слабых мест этой деятельности – "удаленность региона от основных советских баз и уязвимость главных коммуникаций в Северной Атлантике, возможность быстрой концентрации сил американского флота в Карибском бассейне и чрезвычайная чуткость США к появлению в этом регионе чужих вооруженных сил, готовность к активному противодействию". Другой американский исследователь Чарлз Джонс также подчеркивал как преимущества размещения советского флота в водах Кубы, так и ограниченность его возможностей в этом регионе.


Литература

Воспоминания – старшина машинной команды БПК "Василий Чапаев", мичман Чорный Виктор Ефремович.
Акатов Альберт контр-адмирал "СУДЬБА ОФИЦЕРА ПОДВОДНИКА"
Бережной С.С. "Атомные подводные лодки. ВМФ СССР и России." "Наваль коллекция" Специальный выпуск, 2001г. стр40.
Брилев С. "Так сколько же карибских кризисов пережил мир?" Газета "Комсомольская правда".
Бронников Г.А. капитан 1 ранга "Международно-морское право, морская культура и “морская серость” Журнал "Тайфун" № 48
Воротников В.И. "Гавана-Москва. Памятные годы" 2001 г.
Власов Альберт Иванович "В конфликте с реальностью" Международные отношения 1972 г.
Власов Евгений "Куба-любовь моя". Украинская газета "Досвiтнi огнi" № 30 (137) Июль 2004г.
Вяхирев М. "Когда беда на всех одна. Спасательная операция К-219"
Гаранин Владимир, НИИ-98 ВМФ "Хронология испытательного похода 1971 года ЭОС "Николай Зубов""
Голованов Эрик "Тридцать три года на Северном флоте" Санкт-Петербург 2002 год
Добрынин А.Ф "Сугубо доверительно. Посол в Вашингтоне при шести президентах США (1962-1986 гг.)"
Документы конгресса США 1970-1979 гг..
"Друзья на море и на суше" "Водный транспорт" 26.01.1974 г.
Капитанец И. "ВМФ в послевоенные десятилетия" Журнал "Морской сборник" № 2 1994 г.
Капитанец И. М. На службе океанскому Флоту. М.: Андреевский флаг, 2000 г.
Касатонов И.В. "Флот вышел в океан". М. "Андреевский флаг" 1996 г.
Киличенков А.А. ""Холодная война" в океане. Советская военно-морская деятельность 1945-1991 гг. в зеркале зарубежной историографии" Москва, 2009 г.
Козлов В. "На острове Свободы" "Морская газета" 05.01.2002 стр10-11.
Кудрин И.К. капитан 1 ранга "Гибель К-219. Хроника катастрофы" Журнал "Тайфун" № 6 1997 г.
Лубянов А. "Противолодочный крейсер "Ленинград"" Севастополь. 2002 г.
Михайловский А.П. "Рабочая глубина" С-П. 1996 г.
Мотрохов А.Н. "О службе флотской в шутку и в всерьез" С-П. "Наука" 2000 г.
Портнов Юрий "КРАТКОЕ ЖИЗНЕОПИСАНИЕ" 2003 г.
Смирнов В.Г. капитан 1 ранга "ГИДРОГРАФИЧЕСКИЙ СПЕЦНАЗ" Журнал "ЗАПИСКИ ПО ГИДРОГРАФИИ" № 264 2005 г., стр. 58-68
Турко С.В. капитан 1 ранга "Создание пунктов технического обеспечения на территории иностранных государств" ж. "Тайфун" № 6 2000 г.
Шкадов И.Н. "Мужество и братство" Москва. Воениздат, 1982 г.
Публикации и заметки в газетах "Красная звезда", "Известия".
Patrick J. Haney "Soccer Fields and Submarines in Cuba The Politics of Problem Definition". Copyright by 1997
"The Soviet Military Buildup in Cuba" by Whalen, Christopher Backgrounder #189 June 11, 1982
"Reaching for Supremacy at Sea" "Тайм" 31 января 1972
Историческая справка "DLG-28".

1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *