Козырева Елена. Как я преподавала весёлым пофигистам, 1975-1976

22.12.2022 Опубликовал: Гаврилов Михаил В разделах:



Воспоминания Елены Дмитриевны Козыревой подготовила и оформила ее дочь Марина Савинцева.


Весной 1975 года я вместе с дочкой прилетела на Кубу к мужу, который работал главным инженером проекта на строительстве ТЭС Мариэль.


Фото 1. Козырева Елена Дмитриевна
mrnsv1


Фото 2. С мужем Алексеем Павловичем.
mrnsv2


Фото 3. С дочкой Мариной и соседями около нашего дома (поселок Флорес, дом B/B#2).
mrnsv3
И уже в сентябре мне повезло устроиться на работу. Почему повезло? Дело в том, что по правилам советского руководства работать могли только те жёны советских специалистов, у которых, во-первых, всего один ребёнок и, во-вторых, этому ребёнку больше 14 лет. Я этим критериям соответствовала и нашла работу преподавателем на кафедре математики подготовительного факультета имени братьев Паис (Facultad Preparatoria Hermanos Pais) при Гаванском университете. Но об этом чуть позже.
Уже не помню как, но кубинцы узнали, что я имею степень кандидата технических наук и окончила Ленинградский государственный университет. И это их очень впечатлило.
31 августа 1975 года к нам домой пришли двое: знакомый преподаватель из Гаванского университета и молодой человек по имени Хуан Мартинес. Они попросили меня принять участие в работе трибунала (аналог советского диссертационного совета) по защите Хуаном своей работы на звание "Мастер наук". И всё это срочно, так как уже 7 сентября Хуан улетал в Москву в аспирантуру МГУ. Им очень нужно было, чтобы председательствовал советский кандидат наук.
Я сказала, что мне нужно сначала посмотреть работу, и они оставили мне один экземпляр. Диссертация была из области математической статистики и, конечно, на испанском языке. Вечером мне немного перевела моя дочь Марина, а на следующий день приехал Хуан с переводчиком. Три часа мы разговаривали об этом исследовании. Работа, кстати, мне понравилась.
Сама защита состоялась 5 сентября. Процедура очень была похожа на нашу защиту кандидатской диссертации. Я сидела между деканом математического факультета и представителем Госплана. За мной находился переводчик, который мне на ухо переводил всё, что говорили участники мероприятия. И, естественно, переводил на испанский мои слова. Потом трибунал (со мной во главе) удалился на совещание. Решение должна была объявлять я, и его заранее не готовили. Так что пришлось формулировать прямо тут.
В заключительном слове Хуан поблагодарил всех, в том числе, руководителя, оппонента, свою жену. Сказал особенное спасибо мне за "доброжелательность" и за "то, что не пожалела времени и т.п.". Он отметил, что впервые в работе трибунала принимала участие женщина, да ещё в качестве председателя.
После церемонии новоиспечённый мастер наук пригласил меня отметить это событие в ресторане вместе со своей женой и тёщей. Мы прекрасно отдохнули, вкусно поели, например, были лягушачьи лапки, запечённые в тесте, пили "Дайкири". Играла живая музыка, исполнялись советские мелодии, мне было очень приятно.
А на следующий день уже было не до отдыха. Началась моя работа на факультете имени братьев Паис.


Фото 4. Здание факультета имени братьев Паис. Здесь готовили кубинских абитуриентов к поступлению в советские вузы и техникумы. Точное местоположение – см. здесь.
mrnsv4
Здесь готовили кубинских выпускников школ к поступлению в советские вузы и техникумы. Вся подготовка занимала один год. Сначала один месяц ребята изучали только русский язык. С ними занимались жёны советских специалистов, которые не имели квалификации преподавателя, они были просто носителями русского языка.
Обучение языку осуществлялось без словаря и перевода. Студенты, как правило, совсем не знали русского, кроме фразы: "Товарися, которы сяс?". Почему-то она им очень нравилась, меня на улице часто это спрашивали.
Но вначале абитуриенты писали вступительную работу по математике. На 4 часа дали задания по 22 темам, в каждой теме по несколько задач. Задачи несложные, но на весь пройденный в школе материал. И каждому предметнику пришлось проверить по 90 работ. Из-за участия в трибунале у меня еле хватило времени на проверку, сидела над работами всю ночь.
После первого месяца учёбы начались занятия и по остальным предметам. Нас предупредили, что мы должны говорить простыми предложениями: "Я преподавательница. Сейчас математика".
Сначала я ходила на факультет пешком от нашего дома во Флоресе. Рано утром (от 7:25 до 7:55) жары ещё не было. Дорога очень приятная: по обеим её сторонам стоят одноэтажные "касы", все разные. Кругом зелень, высокая трава, прохлада. Цветет какой-то кустарник с запахом, похожим на нашу сирень. Но, к сожалению, потом пришлось ездить на автобусе, потому что первые пары всегда были по русскому языку, предметники начинали работать с 10, а это уже жара.
Будущие студенты с самого начала произвели на меня очень хорошее впечатление. Это были веселые люди, многие из них весьма сообразительные. Меня потрясло то, что одного месяца изучения русского языка оказалось достаточным для занятия математикой.
Как-то я услышала высказывание одного артиста, он назвал кубинцев "весёлыми пофигистами". Я с этим полностью согласна и объясню почему. Этих ребят совершенно не интересовало, как выводятся формулы. Есть формула и пользуйтесь! А на экзаменах-то нужно было именно выводить. Я пыталась им это объяснить, а они отвечали: "Преподавательница, но зачем?". Кстати, им очень нравилось произносить длинное слово "преподавательница", они всегда меня называли именно так, а не по имени.
Помню, изучали мы формулу корней квадратного уравнения. Так они не хотели знать и саму формулу. Я им говорю: "Интересно, а как вы будете решать?". Оказывается, дело было в том, что сначала я им давала простые примеры, где решением были небольшие целые числа. Кубинцы моментально говорили правильный ответ. Они просто разлагали квадратный трёхчлен на множители! Тогда я стала давать им более сложные уравнения, и им пришлось признать, что формула нужна. Но выводить её не хотели всё равно.
Один парень стал моим добровольным помощником. Бывали случаи, когда студенты не понимали по-русски. Он меня рукой останавливал, подожди, мол, и начинал по-испански им всё быстро объяснять. И в конце срока подавляющее большинство говорило по-русски: плохо, с ошибками, но смело, весело. И их можно было понять. А сами они понимали прекрасно.
Что мне ещё в них нравилось, так это то, как они общались. Отношения со всеми были нормальные, никакого расизма. А в группе учились ребята и девушки всех цветов и оттенков кожи. Как-то раз я пришла на занятия в новом платье, самом обычном. Но студенты моментально заметили это и восхищённо закричали: "О! Преподавательница! Как красиво!". Ко мне они прекрасно относились и очень трогательно подарили фотографии, на обороте которых расписались русскими буквами!


Фото 5-6. Общение со студентами. На обратной стороне – подписи кубинцев.
mrnsv5
mrnsv6
При расставании мы обменялись сувенирами, эту статуэтку я сохранила. Глядя на неё, с удовольствием вспоминаю свою работу на Кубе.


Фото 7. Кубинская статуэтка (в одежде)
mrnsv7
Проработала я там один год, но этот выпуск запомнила на всю жизнь.

9 комментариев

  • Гаврилов Михаил:

    Также смотрите фотографии в этой теме - https://cubanos.ru/forum/viewtopic.php?f=22&t=4309

  • Константин 66-68:

    Спасибо! Понравилось - написано беззаботно, весело и легко! Читается с удовольствием. Вопрос к Марине Савинцевой:"Откуда знание испанского?"

    • Марина:

      У меня? Тут целая история. Я училась в Ленинграде во французской спецшколе. Поэтому испанский пошел очень легко. За 1,5 года закончила 3-годичный курс в школе Хосе Марти в Гаване. Я начала учиться сразу на втором курсе, после половины его сдала экзамены на третий курс и его прошла полностью. До сих пор многое помню ))

  • Константин 66-68:

    Хорошая история! Наверняка в жизни пригодилось. Во всяком случае путешествовать со знанием двух языков было намного интереснее! Каких только спецшкол тогда не было. Я закончил ШРМ №12 на Боровой улице, тоже спецшкола своего рода. Удачи Вам!

    • Марина:

      Спасибо! К сожалению, испанский (да и французский тоже) мне потом в путешествиях почти не пригодились. Требовался, в основном, английский и немецкий. Но много лет спустя мне посчастливилось отдохнуть в Испании. Как же приятно было услышать испанскую речь и даже самой немного поговорить!
      А я закончила школу 155 на Греческом проспекте 🙂
      А что у вас за школа была на Боровой?

      • Константин 66-68:

        Добрый день, Марина!
        Да мы соседи - Лиговка мой дом родной.
        ШРМ -школа рабочей молодёжи! Возраст учащихся от18 до 50. Практически неуправляемые. Курящие и выпивающие. Честь и хвала учителям и низкий поклон, хоть чему-то научили в такой обстановке. Но хорошие воспоминания остались на всю жизнь!
        В Испании не довелось побывать, к сожалению. Но в Англии напомнила о себе при довольно смешных обстоятельствах. Гуляю себе в окрестностях Оксфорда рано утром. Просёлочная дорога, навстречу кавалькада всадниц! "Здрасьте-здрасьте" и всё, школа-институт- курсы Дома офицеров, всё вылетело.
        Англичанки посмеялись и с возгласами " hi-spae-nik" - ускакали!
        Причём здесь "испанец"? Позже узнал.
        Все дело в том, что большая часть испанцев категорически не хочет учить английский и с гордостью об этом говорит.
        М-да, что-то разговорился. И последнее. ВВП - тоже наш сосед! И школа с уклоном, химическим!

  • Долганова Ирина:

    Марина !Спасибо большое твоей маме Елене Дмитриевне за отличный рассказ воспоминания о ее работе в институте "Братьев Паис" Как я преподавала весёлым пофигистам, 1975-1976".
    Ты так все легко, интересно с юмором все написала и изложила с подробностями. Молодец !
    Я такое удовольствие получила от твоего повествования
    Жду продолжения кубинских воспоминаний твоих родителей.

    • Марина:

      Ира, спасибо за теплые слова! Мы с родителями продолжаем работать над новой порцией кубинских воспоминаний.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.