Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды

07.10.2020 Опубликовал: Гаврилов Михаил В разделах:

© Сибгатулин Ф.З., 2013

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды

Автор, Фрид Загитович Сибгатулин, непосредственный участник описываемых событий, последовательно, шаг за шагом вспоминает, рассказывает, размышляет о мужестве и стойкости солдат и офицеров ракетного полка в ходе оказания интернациональной помощи Республике Куба в 1962-1963 гг.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие
Глава 1. Накануне
Глава 2. Долгая дорога в неизвестность
1. Безымянный эшелон
2. Балтийск Крепость Пиллау.
3. Погрузка на морской транспорт. Выход в Балтийское море.
4. Море-океан. В окружении американских эсминцев.
Глава 3.
1. Здравствуй Куба! Buenos dias, Cuba! Краткая справка.
2. Разгрузка в Сантьяго-де-Куба
3. Налет американских истребителей
4. Боевые действия полка
5. Боевое дежурство
Глава 4.
l. Куба. 1963-1964 годы
2. Письмо Хрущеву
3. Командующий в полку
4. Случай в карауле
5. Сахарный самогон
6. Гавана
7. Рауль Кастро Рус в полку
Глава 5.
1. Ожидание
2. Casa de visitas
3. Пляж Síboney
Глава 6. Yo siempe con tigo, Cuba! Hasta la vista!
1. Домой, домой!
2. Океан-море. Ноябрь 63-го.
3. На родной Земле
Глава 7.
Письма, размышления и выводы участников похода на Кубу.
Воспоминания Шушкова И.И. o Карибском кризисе.
Нас спас в дни Карибского кризиса Покров Божьей матери (1962-63 гг.)
Литература



ПРЕДИСЛОВИЕ

КАРИБСКИЙ КРИЗИС: КАК ПРЕДОТВРАТИЛИ ТРЕТЬЮ МИРОВУЮ1

В связи с 48-й годовщиной Карибского кризиса и приближающимся 50-летием ввода советский войск на остров Куба наш давний читатель, полковник в отставке Фрид Сибгатулин предоставил в редакцию уникальные воспоминания о событиях, очевидцем которых ему довелось стать самому. Вспомним: разразившийся в 1962 году Карибский кризис поставил мир на грань третьей мировой войны. В связи с угрозой американского вторжения на Кубу Советский Союз решил направить туда свои войска. Эта операция готовилась в глубокой тайне. Ее проведение — это скрытая, в короткий срок переброска на огромное расстояние войск, ракетной техники, приведение их в боевую готовность на кубинской земле под прицелом огромной военной машины США, когда обстановка была накалена до предела...


ВООРУЖИЛИ ПРОТИВ... АКУЛ

Вспоминаются теперь уже далекие 60-е годы, когда мне, тогда старшему лейтенанту, и моим сослуживцам пришлось участвовать в высадке на остров Свободы, дабы защитить, как нам тогда объясняли, кубинскую революцию от американского империализма, познакомиться с далекой экзотической страной, с редким по своей душевной красоте кубинским народом. Надо сказать, что в то время мы воспринимали как должное неизбежное соперничество двух лагерей, двух военных блоков, находящихся в состоянии "холодной войны". Наши и так натянутые отношения с США еще более обострились из-за попытки американцев задушить кубинскую революции.
В августе 1962 года наша ракетная часть получила приказ скрытно перебазироваться по железной дороге в один из прибалтийских портов. Никакого специального отбора личного состава не было, просто перед отправкой часть укомплектовали до штатной численности. В Казани я получил 40 призывников, в основном татар, которых доставил в полк, где они пополнили инженерно-саперный взвод, роту связи и тылы.
С автомобилей были сняты номера, а на контейнерах с ракетами появились надписи на английском языке.
Выгружались из эшелона в порту Балтийск ночью, разместились в крепости Пиллау. Всем были выданы комплекты гражданской одежды, по два спасательных пояса с ампулами против акул, другие предметы, некоторые из которых нам потом не пригодились. Затем погрузились на сухогруз "Лесозаводск" длиной в 200 м, скорость — 16 узлов. Техника разместилась в пяти трюмах и на палубе, личный состав — на верхнем твиндеке. Под утро корабль отвели от причала, и он направился в открытое море. "Куда?" — задавали мы друг другу вопрос, но никто на него нам ответить не мог: плывем в неизвестность.
Балтийское море было каким-то свинцово-холодным, штормило. Корабль так качало, что мы в течение суток не могли приготовить в своих походных кухнях пищу. Когда подошли к Ла-Маншу, увидели справа сонную, туманную Англию, слева в дымке — французский берег. На выходе из пролива в трюм к нам спустился капитан судна и сказал, что мы следуем на Кубу. Это вызвало оживление: слово "Куба" в дни Карибского кризиса была у всех на устах.
Южнее Азорских островов пароход пытались остановить два американских эсминца и еще какое-то судно с шаровой антенной. До самых кубинских берегов над нами висел американский самолет "Каталина".
Плыли мы в нейтральных водах, но по установившейся традиции всегда первыми опускали и поднимали для приветствия флаг. Всегда были готовы к отражению "абордажа" — ящики с оружием в трюме стояли наготове. А капитан, видимо, был готов (в критическую минуту) открыть кингстоны и пустить судно на дно. Как стало известно позднее, именно так его проинструктировали на сей счет в военном отделе ЦК КПСС.
Но все обошлось: эсминцы отвернули, самолет улетел, плавание продолжалось. Атлантика, спасибо ей, качала не так сильно, как Балтика, но тошнота давала себя знать — один из наших парней не мог есть, ему вводили глюкозу. Были и другие неудобства: пресная вода в ограниченном количестве, умывание только морской водой и "морским" мылом, в туалет только ночью, по очереди. Раньше мы только в книгах читали о морской качке, летающих рыбках, "синхронных" дельфинах, планктоне — теперь все это было наяву.
Как потом говорили, американцы не поверили, что за такой короткий срок можно было перевезти в трюмах через моря-океаны столько людей. Для проверки взяли один из своих батальонов морских пехотинцев — на восьмые сутки те взбунтовались...


ЧЕРВИ В ПАПИРОСАХ

На шестнадцатые сутки мы увидели с палубы берега Кубы. Обстановка на острове Свободы в то время была очень напряженной. США никак не могли смириться, что эта тропическая жемчужина, приспособленная ими для отдыха и развлечений — с прекрасными пляжам типа Варадеро, отелями, публичными домами, — находясь под боком, вышла из подчинения.
Кубинцы встретили нас радостно, по искренности и теплоте эти встречи можно было сравнить, пожалуй, с тем, как встречали наших фронтовиков в 1945 году. Разгрузка техники прошла нормально. По 10-12 автомобилей с кубинскими водителями за рулем направлялись за 70-80 км. от города в район предстоящей дислокации части — село Маяри-Арриба. После разгрузки ракет и наземного оборудования офицеры и сверхсрочники еще трое суток разгружали из трюмов на пирс тот цемент, что загрузили для устойчивости в порту отгрузки.
Конкретной задачи, которая возлагалась тогда на нашу ракетную часть, мы не знали. Но предполагали, что она заключалась в уничтожении (в случае нападения на Кубу американских войск) базы США Гуантанамо. И мы были нацелены на эту задачу, без жалоб и нытья переносили непростые условия обитания на острове. Жили в бараках, питались концентратами и сухарями. Хлеб научились печь лишь через десять месяцев. Помогли жители ближайшей деревни, присылавшие нам батоны. Кирпичной формы хлеб у них не выпекается, а когда мы дарили им наши "кирпичи", они корку срезали и выбрасывали, считая ее, видимо, тарой. Потом от их батонов мы решили отказаться: наш солдат ест хлеба в три-четыре раза больше, чем кубинец, поэтому мы боялись оставить село без хлеба.
Донимала тропическая жара. Пройдет ливень, а на асфальте сухо, при 45-50 градусах вода испаряется мгновенно. Не давали покоя комары — ни днем, ни ночью, поэтому спали мы под марлевыми пологами. Спички наши уже на другой день отсырели и не воспламенялись, пользовались кубинскими (под парафином). Каждому солдату и офицеру выдавались по одной пачке папирос "Лайнер", но в них от сырости завелись черви.
К тому же не было вестей из дома. Там более трех месяцев не знали, где находятся их мужья и сыновья. Семьи, конечно, успокаивали, что мы живы-здоровы, потом даже разрешали писать письма, но куда конкретно, не говорили. Наши радиоприемники передач из Союза не "брали", газет не было, вместо них раз в неделю из Гаваны, где располагался штаб группы, приходил скупой информационный бюллетень на одном листе. Но вскоре все наладилось — быт, служба войск, рациональный в нашем положении распорядок дня.


НА КРАЮ РУБИКОНА

Сразу же по прибытии нам выделили район развертывания ракет. Были выбраны и "привязаны" стартовые позиции, вычислены координаты целей для нанесения ракетных ядерных ударов, подготовлены данные для пуска. Сами того не зная, мы готовились к третьей мировой войне, страшно подумать — готовы были перейти Рубикон...
Не буду описывать, сколько раз мы занимали стартовые позиции, сколько раз были готовы обрушить ракетные удары на невидимого врага. Опишу лишь один эпизод. В ночь с 26 на 27 октября 1962 года завыла сирена тревоги. Все началось с выстрелов и ранения старшего лейтенанта Андреева, которого немедленно отправили в медпункт. После короткой в таких случаях неразберихи подразделения начали выдвигаться без огней на стартовые позиции.
Из-за бездорожья после дождей выдвижение стартовых подразделений проходило медленно, еле-еле успели замаскировать до рассвета пусковые установки с ядерными ракетами — в тропиках ночь короткая. Так, с готовыми к пуску ядерными ракетами, и простояли месяц на боевом дежурстве, не зная, что за это время политики по существу предотвратили третью мировую войну: мир был на волоске. Наконец дали "отбой".
Наступил 1963 год, но общего "отбоя" нам так и не дали. А ведь многие солдаты служили уже четвертый год. Беспокоились за семьи. Капитан Хлебников, к примеру, уехал с частью, оставив девятилетнего сына у соседей — жена была в командировке. Ведь нам всем вначале сказали, что выезжаем на три месяца в район учений.
Где-то к весне к нам приехал в часть Рауль Кастро. На наши сетования о трудностях заметил:
— Ничего, мы с ржавыми винтовками революцию начинали и победили!
И только к весне 1963 года, когда обстановка в районе Карибского моря нормализовалась, началась отправка личного состава домой.
Я до сих пор хорошо помню своих кубинских братьев по оружию: сержанта Эдуардо Тулио, капитана Альфредо (журналиста), других кубинских друзей. У меня сохранилось много фотоснимков, открыток, пластинок с кубинскими песнями. Каждый раз, когда я просматриваю альбомы или слушаю кубинские песни, мне хочется сказать кубинским друзьям: "Будьте всегда такими, какими вы были в те трудные годы. Успехов вам, боевые друзья! Yo siempre con tigo, Cuba!"
"Карибский кризис: как предотвратили третью мировую" — под таким заголовком были опубликованы в газете "Честное слово" воспоминания о вводе советских войск в 1962 году на остров Куба полковника в отставке Фрида Сибгатулина. Эта публикация вызвала ощутимый резонанс среди читателей, в том числе и среди тех, кто непосредственно принимал участие в том давнем походе. Многие из обратившихся как в редакцию, так и непосредственно к автору просили продолжить тему, рассказать о кубинском походе непосредственно более подробно. Выполняя их просьбу, Сибгатулин передал в редакцию рукопись своего документального рассказа о тех легендарных событиях. Это увлекательное повествование изобилует множеством таких деталей и подробностей, которые ранее нигде не публиковались.



К 50-летию ввода советских войск на остров Куба,
Советскому солдату посвящаю

ПОХОД НА КУБУ: 16 СУТОК В ТРЮМЕ НА КАРИБЫ и БЕРМУДЫ

(ВОСПОМИНАНИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ)

"С расщеплением атома всё изменилось, кроме образа мыслей людей.
И это ведет нас к угрозе всемирной катастрофы."

Альберт Эйнштейн

У каждого из нас бывают минуты, когда воспоминания того или иного события затрагивают душу, а цепкая память продолжает проталкивать порции, импульсы, казалось бы, совсем забытого. Память всегда правдива, её не подправить, не подменить, как и историю, а собственно история ведь и основывается на памяти людской, собранной по крупицам.
Какое же несметное богатство знаний и чувств накапливается в памяти человека к его мудрому возрасту, сколько их уходит в иной мир невостребованными и неизвестными родственным душам... Все-таки какую власть имеют над нами воспоминания!
Время безжалостно отделяет нас от событий, здесь описанных. Здесь нет вымысла, всё описано правдиво взглядом из 60-х. За это время без войн, по "новому мышлению", рушились строи, государства, армии, уничтожалось оружие. Уже не стало и многих ракетных комплексов, в т.ч. и здесь упомянутого.
"Анадырь" — так называлась наисекретнейшая и беспрецедентная по своим масштабам, новизне и смелости до авантюризма, операция по переброске морским путем громадного количества советских войск и техники, ядерного оружия с ракетами, на незнакомый пока близко остров Куба, прямо в "пасть" США.
Не нужно забывать, что многие годы Куба была местом отдыха американцев, а с 1905 года там расположили базу Гуантанамо — эта территория считается территорией США до сих пор.
Опыт морских держав по массовой переброске войск и их десантированию накоплен достаточный, в том числе и во второй мировой войне. Однако Советский Союз такого опыта не имел. В этой операции, как и в любой планируемой, аналитическими расчетами были установлены и ожидаемые потери войск — 15-20%.
Откуда такая цифра? Считать потери в мирное время — дело как неблагодарное, так и весьма неприятное. Тем не менее эти цифры складывались из потерь при переходе морем, бомбежке (американцы планировали сжечь наш полк напалмом), боевых действиях... Ну, а если бы на Кубе дошло до применения ядерного оружия, потери полка быстро бы превысили допустимые. Во всяком случае, злые языки "успокаивали" наших родственников: дескать, наш шанс на возвращение обратно небольшой.



ГЛАВА 1

НАКАНУНЕ

Наш отдельный авиационный инженерный полк, вооруженный ракетами "Земля-Земля" ФКР-1, был сформирован на базе истребительного авиационного полка в поселке городского типа Климово, что в Брянской области, в 1959 году, прекрасном уголке России на границе с Белоруссией. Избы в Климове словно выбежали из лесу и, толкаясь, заняли место вдоль ручья. Остановились и обустроились по доброй патриархальной традиции руссов. Вот и дым повалил из труб, надулись жаром неказистые баньки, радовал глаз и самогон из жита под сало... Одному только Богу известно, сколько людей обязаны своему рождению деревенским баням с оханьем и аханьем, шлепками душистых веников под небом, отличном от городского. Только в таких местах рождаются следующие строки:

"... Небо в набросках небрежной руки,
Лай собак, шум отдаленный...
Голос тихий, журчанье реки...—
это поселок наш добрый, желанный..."

(Автор)

Какие только секреты и тайны не хранили эти избы о своих постояльцах, лейтенантах-холостяках!
Вот уже и утлый паровозик c несколькими вагонами проходит, пыхтя и пробуксовывая, станцию Климово и сюда теперь приходят нынешние Ромашовы, правда без офицерских галош.
Климово, первый поселок городского типа, для городского жителя был несколько и экзотичным. Сколько их потом бывало на жизненном пути у многих! К нашему приезду дома были и новые, и старые, древние, с почерневшими от времени бревнами, торцы которых тоже были с почерневшими бороздами.
Но мох в стыках бревен цел. Как их втискивают в них? Скручивают мох в жгут с лыковой оплеткой, прикладывают в стык бревен и легонько-сильно деревянным долотом, и молотком сверху-снизу идут-идут, оставляя надежный и менее заметный шов.
По тем временам в поселке были достопримечательности и учреждения, вполне удовлетворяющие потребности жителей и нас, с разными запросами. Это Дом культуры с парком и танцплощадкой, универмаг малый, райком партии (секретарь — Князев, бывший командир партизанского отряда, с красавицей дочерью Аллой), ресторан, где мы ужинали с вином (в графинах) и биточками с гарниром. Основная масса офицеров жила в домах жителей поселка (нам платили и квартирные деньги), стирали в прачечной (тоже нам на это отпускались деньги) ...
Что еще? Да, тогда офицерам при выпуске с училища выдавали кроме всевозможной военной формы и одеяло байковое, чехол матраца (можно набить соломой или др.), простыни, полотенце, летнее и зимнее нательное белье и пр.
Зарплата тогда лейтенантская была около 120 руб. в месяц (курс тогда был 80 коп. — 1 доллар, коньяк армянский настоящий КВ ВК — 3 р. 90 коп.) Ничего тогда некачественного не было, не было вообще понятия об этом.
Разнородность жителей ни на чем не отражалась, жили в дружбе и согласии, женились — не разводились, работали — несли службу, гуляли на маевках в мае, пили супервина "777", "33", "Херес", парились в банях. Кому не доставало, ездили в Новозыбковский пединститут на танцы.
Патриархальность здешнего бытия у многих оставила нечто особо доброе и теплое в их внутреннем мирке, впитывающем в себя эту новизну нами, молодыми людьми, вставшим на самостоятельный жизненный путь.
В этих поселках осталось нечто это особое и редкое именно от русских уездных городов. Там сохранилось и бунинское, и купринское. Сейчас ведь никто не описывает в прозе, как художник, неповторимость сельского бытия — источника этнической культуры, глазами русских классиков. Например, бунинское читаешь, находя себя в его героях, погружаясь в их мир без остатка и с трудом выходя из их образа.
В полку было много лейтенантов-холостяков, находившихся под особым вниманием местных девчат, и не торопившихся под семейные узы, от которых они только недавно (при выпуске с училищ) избежали по разным причинам. Может и зря. Не думаю, что последующие избранницы-жены офицеров оказались лучше, надежнее и долговечнее. Ваш слуга в Климово среди девчат имел кличку "Климовский Федя", но чуть обидчивое "татарчонок"2 донеслось до меня из уст жены полкового врача Сколковой, дочь которой десятиклассница Люда, симпатичная и манерная особа, всеми способами, простите уж за давностью лет, хотела обратить к себе внимание этого Феди, но о каких школьницах могла идти речь, когда Федя весь без остатка тогда полыхал в огне взаимной (долголетней, как оказалось) любви с Аллой Князевой, студенткой Новозыбковского пединститута, месяц назад вышедшей замуж за летчика-истребителя Б.Р.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Техник-лейтенант Сибгатулин Ф.3., ПГТ Климово, 1959 г.
Ст. техник по комплексным проверкам системы управления u системы автоматики ядерного боеприпаса ФКР-1 (инженерно-техническая эскадрилья).

В данном случае, сложном тупиковом по старым добрым понятиям, мать Аллы сказала Феде: "…вдвоем вы заварили, вы и решайте..." Отец Аллы, первый секретарь райкома партии (в войну — командир партизанского отряда на Брянщине) о наших отношениях не знал. Привожу отрывки из некоторых писем Аллы, писем 60-ых, канувших в доброе прошлое:

1. Fedja!
Ich reise bald ab, offensichtlich am Mittvoch oder Donnerstag.
Ich will mit dir sprechen und deinen sehen.
Warte auf dir am Dienstag im mittel elf Uhr
In der Gasse.
Verstehen sie alles?
1959 г.

2. Милый мой Феденька!
Во-первых, прости, что так ужасно пишу,
Поезд качается, как пьяный.
Лежу на полке и слушаю музыку,
Вертят пластинки, под которые мы с тобой не так уже давно танцевали,
Как нож в сердце, — веришь?
Ехать надоело страшно,
А ехать еще пол дня и ночь.
В ресторане уже встретила первых иностранцев, а дальше их физиономий будут мелькать все чаще.
Ехать скучно так. Не знаю, чем заниматься — и читала, и лежала — надоело.
Сейчас кругом дороги, лес тянется, иногда мелькают небольшие селения.
А ты едешь-едешь вперед, а куда, зачем? Как получается, иногда все нелепо, правда?
Ты сейчас на работе, мой дорогой прапорщик... 3 А меня поезд уносит все дальше и дальше от тебя.
Знаешь, милый, у меня сейчас какое-то странное настроение — все безразлично, абсолютно все. Да, плохо в жизни быть пессимистом, оптимистом, наверное, лучше.
Помнишь, ты говорил мне, что у меня всегда грустные глаза, а ведь у тебя они не веселей тоже. Всегда грустные, не так ли?
Мне иногда хочется быть птицей, чтобы прилететь к тебе, ну хотя бы на десять минут. Можно, я тебя буду звать не Федей, а твоим настоящим именем, я хочу называть тебя так, как никто не зовет, хорошо?
Больше пока писать нечего. Ожидай теперь письмо уже оттуда
До свидания, милый мой! Целую много раз!

К чему эти отступления от темы повествования, скажете вы, давай ближе к делу! А вот почему.
Я с возмущением воспринимаю выпады сегодняшних к затертому, затихшему почему-то прошлому поколению о том, что секса в Союзе не было. Секс был сплошь и рядом, и в пургу и в зной, на теплоходах и поездах, и в сапогах и без сапог, с женатыми и замужними, в парках и садах (тогда, в добрые времена, не было отморозков, педофилов, венерических болезней, наркоманов)... годы наши шестидесятые. В ресторанах с прекрасной едой и водкой за 3-4 рубля "гудели" до 4-5 утра; в купейных вагонах разрешалось курение; офицеры в отпуск убывали с табельным оружием.
Много интересного и нужного ушло, выпало из бытия народного за последние годы, немедленно заполнив свои пустоты чем-то непривычным, чужим, не своим и забродило, залихачило общество российское с устатку, рассыпаясь на отдельные слои, что, в свою очередь, добавило отчужденность в общении ("оскотинились" — по Михалкову Н.С.‚ статья в РГ).
Вольная, порядочная в отношениях юность наша. Вот такими мы уходили в неизвестность, уходил наш полк вместе с ПРТБ — 1000 судеб, жизней с оставленными близкими и семьями, не додав, не долюбив, Всевышним возложенное...
В 1962 году полк жил обычной жизнью, как и все остальные воинские части тех лет: боевая и политическая подготовка, учения и тренировки, итоговые проверки, боевые пуски ракет на полигоне Владимировка Астраханской области.
Но в начале лета в полку начали происходить нам, лейтенантам, непонятные вещи: немного пополнился личный состав, деревянные контейнеры ракет покрасили кофейным цветом с надписями на английском языке; автомобильная техника тоже была покрашена полностью и без номеров; получили и современное стрелковое оружие — автоматы Калашникова и пистолеты Макарова.
Всё это шло под строгой легендой, как подготовка к большим учениям. В этот период в Казани автор этих строк получил 40 призывников, в основном татар (кстати, этническая принадлежность казанских татар — потомков Волжско-Камских Булгар, не имеет ничего общего с племенами татар, пришедших с монгольскими ханами и завоевавшими Волжскую Булгарию), которых через Москву доставил в полк, где они пополнили инженерно-саперный взвод (ст. лейтенанта Сибиляева), роту связи и тылы. Если вы читаете эти строки, то откликнитесь, друзья!
Полк комплектовался в основном за счет авиатехников, выпускников Вольского, Тамбовского авиатехучилищ, имел штатную численность 900 чел., из которых почти половину составляли офицеры и сверхсрочнослужащие. Техника у полка была сложная, случались отказы и неисправности, до устранения которых ответственные за бесперебойную работу техники не покидали часть, копаясь в секретных и совершенно секретных радио- и электросхемах.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды



ГЛАВА 2

ДОЛГАЯ ДОРОГА В НЕИЗВЕСТНОСТЬ

1. Безымянный эшелон

Все что не делается на этом свете, имеет предел или окончание, переходящее в новое состояние или другое начало, и так идет испокон веков от поколения к поколению. Так устроен мир — такова воля его создателя — это с позиции прожитых лет. А в те годы — молодость лихая, с энтузиазмом и непобедимой идеей в голове двигала нас на любые дела и поступки.
И вот такой полк в августе 62-го, поздно вечером, начал выдвижение на железнодорожную станцию Новозыбков. Колонна полка с разногабаритной техникой, тылами и погруженным на грузовые автомобили всевозможным имуществом растянулась на десятки километров. Весь поселок безмолвно провожал нескончаемый поток машин, выискивая своих близких.

* * *

...С любимыми не расставайтесь,
Вы кровью прорастайте в них...
И каждый раз навек прощайтесь,
Когда уходите на миг.

А. Кочетков, "Баллада о прокуренном вагоне", 1932 г.

* * *

Стояли в слезах жены, дети, жители поселка, в домах которых квартировали офицеры. Атмосфера была тягостной, ведь за многие годы военные здесь стали родной составляющей. Оставались невесты, оставались подруги, оставалось имущество (из вещей брать с собой разрешалось 33 наименования). После Кубы наш полк был расформирован и многие военнослужащие потом приезжали в поселок по разным причинам. Это потом. А тогда шла загрузка воинского эшелона, конечной дороги которого мы не знали. Он был не простой, литерный.
Эшелон шел на запад. На станциях отоваривали деньги. Прошел слух, что едем в Индонезию. Последующие станции узнавали у машинистов поезда. Шли через Белоруссию, Литву, на Калининград. Перед Калининградом в поле прошли таможню и пограничный контроль наспех, потом потянулись B порт Балтийск, конечная станция.


2. Балтийск. Крепость Пиллау

Разгрузившись из эшелона, техника полка заняла весь пирс, у которого уже стоял наш сухогруз "Лесозаводск" Мурманского пароходства. Личный состав полка разместили в крепости Пиллау, в морском экипаже.
Питались по морской норме. Здесь выдали всему личному составу цивильное: офицерам (китайские плащи и рубашки "Дружба", шляпы, галстуки, костюмы толстого сукна, толстые носки и простые полуботинки); солдатам (кепки, клетчатые рубашки, брюки, носки и полуботинки, плащи). Всем: белый верх от морской фуражки, тельняшку, синие брюки — робу (их носить не пришлось). Многое не подошло по климату, в шляпах и плащах только фотографировались.
Военная форма (авиационная демаскировала морской порт) была упрятана в машинах и вещмешках.
Тем не менее откуда только узнали: 5-7 лейтенантов решились в форме посетить ресторан "Золотой якорь". Но вечером выход из крепости был запрещен, мостки на ночь поднимались, вокруг ров с водой шириной около 10 метров. Сигнал пацану, плотик подплывает, и мы на дороге, ведущей в ресторан. Пиршество было прервано патрулем, который нас отвез на гауптвахту (не за провинность, а за появление в авиационной форме). На другой день нам пела песни знаменитая Великанова.


3. Погрузка на морской транспорт. Выход в Балтийское море

Шел август 62-го. Грузились на сухогруз. Потом вдруг прекратили, разгрузились и загрузили в трюмы цемент в мешках, для осадки. Вновь началась загрузка техники и имущества: секретная техника (пусковые установки, наземное ракетное оборудование) в твиндеки (помещение трюма, нумерованные и армированные, полы которых служат потолком и полом соседних твиндеков); авторота, БАТ (бульдозер артиллерийский, тяжелый), контейнеры с ракетами — на верхнюю палубу; СПРД в деревянной укупорке и бочки с ГСМ — в носовую часть открыто (там же, но прикрытые — 200 цинковых гробов.)
На юте (то есть на корме) приварили 2 походные кухни, собрали и закрепили деревянные туалеты (рядом шланги с водой). Офицеры и солдаты разместились в верхнем твиндеке 2-го трюма, где были сколочены двухъярусные деревянные нары, выданы поролоновые матрасы и подушки, по 2 нагрудных спасательных пояса, в кармашки которых вложили пакетики, содержимое которых при соприкосновении с морской водой образует красное пятно.
Командование разместилось на полу кают родственных коллег сухогруза: командир полка — полковник Мальцев — у капитана судна; ст. инженер полка майор Шляхов — у механика; начальник штаба подполковник Голохвост — y первого помощника, замполит — у своего коллеги замполита.
Все работы по погрузке и креплению велись совместно с портовыми работниками и экипажем сухогруза. Технику крепили не проволокой, а заводскими растяжками со струбцинами. Комиссия во главе с адмиралом проверила надежность размещения и крепления всего загруженного для обеспечения устойчивости и остойчивости судна.
Автоматы, пистолеты и боеприпасы к ним в ящиках были сложены на полу твиндека по подразделениям в готовности к выдаче при абордаже. Все трюмы после погрузки были задраены тяжелыми стальными плитами на роликах, кроме людского, где у деревянных лестниц был натянут брезент с двумя щелями для выхода на палубу. Выход днем разрешался только в туалет по одному на корму; ночью — ограничений особых не было.
Устали, измотались за 3 или 5 суток беспрерывной погрузки и... проснулись от ужасной качки. Штормило всю дорогу. Балтийское море было каким-то свинцово-холодным... Накапливалась тошнота, особенно при боковой качке. О своевременной еде и приготовлении пищи в этих условиях не могло быть и речи. Кухонный наряд с юта ушел, готовить горячую пищу было некому. Пошли добровольцы независимо от званий.
На выходе из Балтики жизнь в трюме начала налаживаться. Пищу приносили в термосах, ели с котелков (при тошноте — приляжешь, как проходит — встаешь, кушаешь и т.д.)
На 5-6 сутки подача пресной воды личному составу была прекращена, выдали мыло для пользования морской водой.


4. Море-океан. В окружении американских эсминцев

Идем в неизвестность. Днем мы — "Летучий голландец" — ничего живого на виду, ночью — бродячие тени на палубе. Закончилась балтийская качка с шумом и грохотом волн. Прошли проливы Скагеррак и Каттегат, повернули на Ла-Манш.
Утро туманное. Проходим Ла-Манш. Из Англии во Францию летит самолет типа ПО-2. Справа горы, дуверские утесы (В. Гюго), антенные мачты.
Наш сухогруз, развевая флаг Советов, упорно отмерял морские мили (1‚7 км) без заходов в чужие порты. Слева — Франция.
Дальше — Индонезия? Все же нет. Вновь замполит судна спускается к нам и объявляет: — "идем на Кубу". В ответ тишина. Прослушали краткую историческую справку о Кубе, обычаях кубинского народа.
Занятия по боевой и политической подготовке сейчас стали более конкретными, особенно политинформации.
Решались задачи и обороны судна при абордаже (в военном отделе ЦК КПСС в Москве капитаны судов с секретной техникой на борту получили приказ открыть кингстоны и топить судно при захвате его противником), выпускались боевые листки (редактор — автор этих строк), клуб полка демонстрировал кинофильмы в трюме, их брали и у моряков. Ну а о быте говорить не стоит, он был непростой.
Итак, идем опять на запад. Наблюдаем в окно кают-компании капитана (он допустил туда группу офицеров — "до первого окурка") безмерную ширь океана, летающих рыбок от борта судна, стаю дельфинов, мириады планктона. Ни одного судна до горизонта. Атлантика не качает.
И вот в один из дней южнее Азорских островов в окно увидели на горизонте 2 "палки", при приближении оказавшихся американскими эсминцами N737 и 739. Чуть позже к ним присоединилось судно W49 с большим шаром-антенной. Корабль весь белый, даже носовая пушка. Экипаж сборный: и военные и гражданские.
Эсминцы сигналят: "Остановитесь, проверка груза", один в опасной близости пересек наш курс. Матросы в красных спасательных жилетах. Пушки не расчехляли. W49 шел в 100 метрах справа, потом перешел влево. После нас американцы, приветствуя, также опустили и подняли свои кормовые флаги. Таков, видимо, неписаный закон моря, когда гражданское судно первым приветствует военное. У нас — сирена: всякое движение запрещено, в трюме раздают оружие, брезент трюма задраен. Окна кают-компании также задернуты тюлевыми занавесками. Мы оказались без оружия в кают-кампании.
Над нами низко идет поршневой самолет США, штурман и пилот в красных жилетах.
Так, мы под эскортом американцев шли несколько суток, не останавливаясь и не сбавляя хода, ведь мы в нейтральных водах. Океан по-прежнему пуст.
Позже эсминцы и W49 исчезли, а самолет нас утюжил и днем и ночью (фарами) до самой Кубы, создавая дополнительные трудности в нашей трюмной жизни.
Ночью, ближе к Кубе, из-за жары и смрада в трюме, мы с матрацами рвались наверх, а фары самолета и матросы вновь загоняли нас в трюм.
Если не считать этого зануду — самолета США, до Кубы у нас приключений не было. За 3-4 дня до суши начали выдавать пресную воду. Даже сумасбродный вице-адмирал З.П. Рожественский в ходе бесславного похода на Цусиму в своем приказе N 85 OT 24.09.1904 г. по эскадре уточнил:
"Уничтожить свободный доступ всех желающих к запасам пресной воды для котлов, баню делать два раза в неделю, пока холодно, и раз в неделю, когда начнут окачиваться; в командные умывальники давать только соленую воду; флагманскому интенданту приобрести мыло, растворяющееся в соленой воде; ванны делать из забортной воды; пресную воду отпускать по ведру на человека всем в дни мытья белья, машинной команде по смене с вахты и прочей команде после погрузки угля..." (Цусима, А.С. Новиков-Прибой, стр. 86) Наш внешний вид описанию подлежит с трудом, но представить можно. Теперь можно сказать, что прошли южную часть Бермудского треугольника (в омут не затянуло), Саргассово и Карибское море, где-то между 30-м и 70-м градусами западной долготы. За 16 суток мы прошли около 10500 км морского пути. А ведь на флоте за океанский поход награждают нагрудным знаком, причем за поход в "человеческих" условиях!
Всего с весны по сентябрь 1962 года на Кубу было доставлено по последним источникам 45.000 человек советских военнослужащих с техникой.
Американцы узнали об этом лишь в октябре 1962 года от разведки ФРГ, после чего была объявлена блокада Кубы и сюда больше даже через нейтральные воды ничего не допускалось. Наши войска оказались в жесткой блокаде.
Американцы, не поверив данным о переходе советских войск до Кубы морем в трюмах, испытали в этих условиях свой батальон морской пехоты, но личный состав его на 5-6 сутки начал проявлять открытое недовольство и эксперимент остановили.
ПРТБ (подвижная ракетно-техническая база) с ЯБП (ядерный боеприпас) (для полка ФКР-1 предназначались ЯБП мощностью 2 и 12 килотонн) для нашего полка шла нашим же маршрутом, разгружалась на севере Кубы и до Сантьяго-де-Куба перемещалась по железной дороге, потеряв одного военнослужащего (погиб при разгрузке) и попав в аварию (поезд сошел с рельс и десятки метров еще катился по твердому грунту). Сотни теплоходов-сухогрузов, перевезя 60000 войск с техникой на расстояние 13000 км из портов СССР на Кубу, за 4 рейса (туда и обратно), не имели поломок и катастроф!!



ГЛАВА 3

1. ЗДРАВСТВУЙ КУБА! BUENOS DIAS, CUBA!

КРАТКАЯ СПРАВКА

Республика Куба. Население 9,8 млн. человек (1982 г.)
Официальный язык — испанский. Свыше 95% кубинцы, Верующие—католики. Столица — Гавана. Остров был открыт Колумбом, в 16-м веке — колония Испании. В 19-м веке усиливается экспансия США на овладение островом. Куба с 1902 года — полуколония США. 1 января 1959 г. победила Кубинская революция, свергнувшая диктаторский режим Ф. Батисты, под руководством 32-х летнего Фиделя Кастро Рус.
Куба — аграрно-индустриальная страна (сахар, никель, табак, фрукты, хром, медь, мрамор, рис, кофе, фасоль).
Власти США открыто враждебно встретили рождение новой, свободной революционной Кубы, где в 1959 году не было никаких познаний марксизма-ленинизма, коммунистического учения, травили и блокировали экономически. Это и понятно: от США отходила многие годы подчиненная ей Куба (там оставалась лишь база США Гуантанамо).
Летом 1962-го года правительство Кубы обратилось к Советскому Союзу с просьбой оказать помощь их стране, в том числе и военную. Это привело к Карибскому кризису и мир оказался у порога третьей мировой войны.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Крепость Пиллау. Офицеры полка в ожидание погрузки на судно
Август 1962 г.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
16 суток в трюме. Сопровождение судна самолетом BBC США.


2. РАЗГРУЗКА В САНТЬЯГО-ДЕ-КУБА

Куба нас встретила солнечным утром и сотнями ликующих и приветствующих кубинцев со стен крепости в порту Сантьяго-де-Куба. Мы, вышедшие из трюма, отвечали им так же.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Куба. Провинция Ориенте.
Звездочкой обозначен пункт дислокации полка — село Маяри-Арриба

Наш "Лесозаводск" на малой скорости с лоцманом входил в великолепный залив, глубоко вошедший в каменистую сушу, направляясь к грузовому дебаркадеру, более или менее закрытому от посторонних глаз с оцеплением кубинских солдат. Пассажирская пристань была забита иностранными судами.
Оказалось, что в Балтийске ЗО-тонный БАТ загрузили на палубу возле слабой кран-мачты и мы поплыли в порт Касильду, где частник своим краном разгрузил БАТ и тот своим ходом доплюхал в наш пункт дислокации.
Возвратившись в Сантьяго-де-Куба, начали разгрузку. Автомобили и спецтехника по 5-10 машин (за рулем кубинцы) уходили B горы Сьерра-дель-Кристаль к месту расположения полка у села Маяри-Арриба. 70 км дороги — это единственный путь к нам в полк, заканчивающийся там тупиком.
После разгрузки техники, контейнеров с ракетами и имущества, очередь дошла до цемента, разгружать пришлось нам (кубинцы отказались от разгрузки).
Работали в основном офицеры и сверхсрочники — круглосуточно, в 3 смены, в течении нескольких суток: внизу погрузочная команда, на пирсе — разгрузочная, а на палубе у пульта управления лебедкой — офицер.
Экипаж судна торопил с разгрузкой цемента, но в ней не участвовал, ограничившись инструктажем. И вот, решив загрузить на деревянный настил больше положенного, внизу крикнули "Вира!" и автор этих строк поставил рычаг на подъем груза с цементными мешками. Груз шел чуть наклонно, со скрипом и уже наверху при повороте настил задел о край трюма и все мешки рухнули в бездну трюма!
Цементная пыль вместе с матом работающих внизу поднялась выше сухогруза. Работа внизу продолжилась только после оседания пыли и вместе с виновником происшедшего.


3. НАЛЕТ АМЕРИКАНСКИХ ИСТРЕБИТЕЛЕЙ

Полк разместился на базе бывшей сержантской автошколы свергнутого режима Батисты, на гористо-равнинной местности, окруженной экзотической фауной и флорой. Офицеры, сверхсрочнослужащие и солдаты разместились в легких казармах по 40-50 человек. От очень агрессивных и больших комаров все кровати закрыли марлевым пологом. Питались по-прежнему и здесь сухарями, сушеной картошкой, консервами и крупами; чай, сахар. Офицерам готовились выдать печенье, банку сгущенки на троих, витамины.
Всем выдавали в день по одной пачке наших папирос "Лайнер", у которых в табаке от большой влажности завелись червяки. И спички наши по этой же причине не загорались, мы пользовались кубинским — Foforo.
Семей не было. С полком прибыли на Кубу 2 женщины-служащих: одна с мужем, другая... с каждым днем росла в цене. ..
Из привезенных досок умельцы смастерили хорошие туалеты, провели текущий ремонт строений. Ракеты ФКР-1 в контейнерах, ракетное топливо разместили в лесном массиве (недалеко от Сантьяго-де-Куба), под охраной караула полка и кубинского пехотного взвода. Техника полка по подразделениям, используя естественную маскировку, вытянулась на большое расстояние вдоль речки. Парк машин по уставу, из-за условий местности, оборудовать не удалось.
Оружие, гранаты и боеприпасы хранились в ящиках, в каждой казарме у дневального. Пистолеты офицеры имели при себе (до тех пор, пока где-то в декабре 62-го, хлебнувший спирта лейтенант Сидоркин не стал угрожать оружием командиру полка).
ПРТБ с ЯБП располагались максимально отдельно, как ей и полагалось.
Итак, в целом обустроились, хозяйство нам оставили неразграбленное. 5 походных кухонь, 5 длинных очередей (в гражданском) на обед с котелками, техника пока не замаскирована — вот при таком нашем положении однажды с ревом и грохотом над нами низко пронеслись 2 истребителя США, 2 раза вдоль и поперек (сфотографировали), а очереди c котелками и не шелохнулись, лишь некоторые побежали под навес столовой. Зенитчикам, прикрывавшим наш полк, приказа на открытие огня не было.
Нахождение советских войск на Кубе в цивильной одежде (военная форма была запрятана в машинах, чемоданах) давало США прекрасную возможность вторжения на остров без всяких обязательств, которой они не воспользовались.
Стирали сами в речке, мыли котелки сами. Газет нет, радио не ловит, письма не идут, а их ждут, как у Цветаевой.

Так писем не ждут,
Так ждут письма.
Тряпичный лоскут,
Вокруг тесьма.
Из клея. Внутри словцо,
И счастье. — И это — всё.
Так счастья не ждут,
Так ждут конца!
Солдатский салют.
И в грудь свинца,
Три дольки. В глазах красно,
И только. — И это — всё.

В полку решались все виды оперативного и боевого обеспечения, велась разведка маршрутов и целей (база Гуантанамо США), привязывались топографами стартовые позиции, проводились тренировки боевых расчетов, планировались учения и командно-штабные тренировки. Шли политзанятия и политинформации. Штаб группы войск (в Гаване) налаживал управление войсками.
По уставу велась гарнизонная, караульная и внутренняя службы. Утренние разводы проводились в выданном в Балтийске цивильном, обращались к друг другу по уставу, честь отдавали не всегда (головной убор — белый чехол от фуражки). В целом, выданная одежда не подошла к этой жаре в 40 градусов, как и спички c папиросами. Делали сами деревянные сабо, позднее покупали кубинское.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Период готовящегося вторжения США на Кубу (с 26.10.62 —) Грищенко В.‚ Сибгатулин Ф. Горы Сьерра-дель-Кристаль

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Куба. В селе Маяри-Арриба (в 5 км от городка), 1962 г.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Вид на казарму автороты из Штаба полка, 1962-1963 годы

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Кубинские солдаты из кольцевой охраны, 1962 г.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Район расположения полка (казармы сержантской школы Батиста).
Горы Сьерра-дель-Кристаль (9.62-11.63)

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Вид городка с горы, 1962-1963 годы

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Куба. У штаба полка, 1963 г.
1 ряд: пп. Залесский — зам. по тылу, м-р Шляхов – ст.инженер, п-к Мальцев — ком. полка, ген.м-р (с группы войск)‚ неизв.‚ пп. Голохваст, НПО; 2 ряд: Шушков, Храмцов, Сибгатулин, Кравченко, Завалов, Гусев; 3 ряд в середине — Курбатов.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Куба. Маяри-Арриба, 1962 г.
Капитан Храмцов, ст. л-т Сибгатулин

В конце сентября 62-го переоделись в кубинскую форму "б/у": зеленые "militar" и синие "miliziano" без знаков различия. По-кубински три треугольника "на выход" — это "премиер тениенте" — старший лейтенант, угольник к себе — сержант.
Походная хлебопекарня ушла на курсы под Гавану, откуда вернулась к весне 63-го и начали печь прекрасный черный и белый хлеб. К слову, негры из охраны черный хлеб не ели (!?), а с белых буханок срезали корки, как тару. Ну, это позже, а сейчас шли сухари
Наша попытка питаться длинными белыми батонами из кубинской хлебопекарни, привела к голоду в целом районе (наш человек ест в 3 раза больше) и мы отказались. С кубинцами жили дружно, делились друг с другом по-братски, чем могли. В городке вместе с ними смотрели фильмы.
Слышал, правда, где-то наши научили кубинцев матерным словам, как приветствие, что ставило потом их и окружающих в неловкое положение. Дело дошло до специальной директивы войскам на эту тему.
Посты по периметру полка были парными: наш часовой (АКМ с 5 рожками, граната Ф1) и кубинец (автомат ППШ или чешский карабин с плоским штыком). Наш изучил команды по-испански: "Альто, кьен бо?". Кубинская зенитная полубатарея с пушками ЗПУ китайского производства стояла на возвышенностях.
Пищу кубинцы из охраны готовили на кострах (рис, мясные консервы, томаты, кофе, укладывались на углубления подноса). Оружие они чистили тогда керосином.
Дисциплина в полку была твердо удовлетворительная, хотя заканчивались сроки службы у солдат и сверхсрочнослужащих, были брошены семьи, дети...
А вскоре подошла и роковая дата.


"Мир если и можно спасти,
так только содрогнувшись его погибелью"

С. Залыгин "После бури"

4. БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ ПОЛКА

26 октября 1962 года вечером мы с товарищем сидели на ступеньках бетонной дорожки у казармы и мастерили сабо, стуча молотком. За стуком молотка мы не сразу расслышали звуки выстрелов. Оказывается, лейтенант Андреев в своем топопривязчике, стоящем за последней казармой, искал молоток, услышал шорох за тентом машины, вытащил ПМ, загнал патрон в патронник и начал выходить из машины.
Тут ему в упор, в грудь выстрелил неизвестный и бросился в джунгли, а Андреев, стреляя по убегающему, упал перед казармой сверхсрочников. Последние закрылись в казарме и начали вооружаться.
Андреева в медпункт отнес фронтовик капитан Завалов (Андреев выжил, закончил впоследствии Киевское высшее авиационное инженерное училище).
В городке вырубился свет. В офицерской казарме — некоторое брожение и суета. В конце концов, мы с капитаном Храмцовым (топографом) с оружием побежали к солдатским казармам, где нашли своих подчиненных.
Рядом начальник штаба подполковник Голохвост с пистолетом в руке отдавал команды. Не получив от него ответа (занимать круговую оборону, или выходить на позицию?)‚ с солдатами побежал к своим окопам, но в них из-за удавов, гадюк и прочей гадости никого не было. Цепи солдат лежали рядом. Собрав подчиненных, направил младшего сержанта Кравченко связным в штаб полка.
Вдруг со стороны казармы автороты в нашу сторону дали одну очередь, потом застрочили еще и мы все попадали в траншею. Оказалось, один солдат уронил взведенный автомат на кафельный пол и получился выстрел. Потом начали стрелять и другие. С недоразумением покончили быстро, пострадавших не было.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды

Получили распоряжение на занятие стартовых позиций в готовности к пуску боевых ядерных ракет и отражению нападения наземного противника. Солдаты и офицеры потянулись к своим машинам.
Наш расчет энергетики (подразделение) подходит к машинам с оружием наготове. Поставив двух солдат прикрывать огнем выход машин, стоящих на самой дальней стоянке, без света фар, с фонариком вывожу их по одному к месту построения колонны подразделения.
Колонна полка пошла уже на выход, нам задача уточнялась на ходу.
При выходе из КПП справа с гор блеснул луч (может, выстрел). Марш был необычный: впереди каждого подразделения шел его командир с фонариком, а машины плелись без включенных фар (в небе летали "Локхид У-2").
Проехали место падения "КРАЗа" с саперами в пропасть, которые ехали, лежа в кузове, выставив автоматы в щели бортов, и не заметили плавное сползание машины под откос. Саперы получили открытые переломы (перевязывала их санинструктор Валя), а "КРАЗ", перевернувшись, внизу встал на колеса, от падения его в пропасть спасло дерево. Ехавшего в кабине кубинца убило, а командира взвода выбросило наружу. Среди саперов-солдат были и призывники из Татарии.
Мой водитель "МАЗа", вижу, нервничает. Чуть разговорил его, убрал свой автомат из окна кабины.


5. БОЕВОЕ ДЕЖУРСТВО

Не знаю, или не нашли дорогу на привязанную стартовую позицию, или поджимал рассвет, но наш стартовый отряд занял позицию с ходу в незнакомом месте. После дождя или обильной росы, по жидкому суглинку, в гористой местности машины тросами затаскивали друг друга на ближайшую поляну.
Позицию с техникой развернули, топографы определили координаты цели для 2-х пусковых установок, специалисты ПРТБ краном "втиснули" под брезентом ядерные боеприпасы в ракеты ФКР-1, провели горизонтальные и комплексные проверки системы управления. Замаскировавшись, к ядерному удару по двум целям на базе Гуантанамо отряд был готов. Свободная смена дежурных сил притулилась отдохнуть.
Втроем в КУНГЕ (кузов универсальный нулевого габарита, с аппаратурой и стендами) автомобиля, сквозь дремоту услышали рядом дикий крик. С оружием наготове, в темноте крадемся к двери. Командую: "Я прыгаю влево, ты вправо, третьему за нами — прямо, в готовности к бою".
Так и сделали под смех товарищей, раньше прибежавших на крик.
Оказывается, на живот инженера отряда, капитана, прикорнувшего на раскладушке, кто-то наступил в темноте. Закричишь тут, обстановка-то не мирная.
С рассветом выяснилось, что на краю нашей позиции оказалась хибара, крытая пальмовыми листьями, с копошившимися в мелу раздетыми малышами. По всему было видно, что семья бедная и на счастье хибара эта отстояла от пусковых установок на безопасном удалении. Так, по соседству, издали, изредка поглядывая друг на друга с любопытством, мы прожили месяц.
Интереснее оказалось с другой стороны... Вдаль на сколько хватало глаз, тянулась апельсиновая плантация, что позволила пополнить наш рацион чудесным цитрусом.
Позже, узнав об этом, к нам зачастили гонцы с соседних позиций и от начальства. Никто этому не препятствовал.
Остальной окружающий мир, — это перелески, перегорки и горы, все сухо, пальмы, жара, зной. Красиво, как на открытке. Но на землю не присесть, не прилечь: и змеи, и скорпионы, и "черные вдовы" и т. д. Это не наши березовые рощи, дубравы с мягкой травой и шелестом листьев.
Вот так, в ожидании сигнала на пуск ядерных ракет по назначенным целям, без всякой информации o том, что творится в мире, мы простояли до конца ноября 1962 года. Мы не знали тогда, что Карибским кризисом были озабочены все три стороны: СССР, Куба и США, правители которых стали понимать, в какой опасный тупик они уперлись, что нужно кому-то срочно отрабатывать назад.
В итоге хватило разума найти политический, а не военный выход из кризиса. Хорошо поработали в этих тяжелых условиях А.И. Микоян (не смог поехать даже на похороны жены), Кеннеди, Хрущев и Фидель Кастро Рус. Возможно и инопланетяне...
Теперь представим себе, что у противостоящих сторон на суше и на море, в период кризиса произошел сбой системы управления пуском ядерных ракет, у кого-то произошла ошибка в расчете или оценке ситуации, пропали все виды связи и т. п. А море вокруг Кубы было напичкано ядерными ракетами, бомбами, торпедами. Случайное применение даже одного только ядерного боеприпаса неминуемо привело бы к массовому их применению сторонами, и никто уже не смог бы остановить этот последний для жизни планеты обмен ударами.
O войне еще в 1948 году писатель Эрнст Хемингуэй (Куба) тонко подметил:
"...чем ближе к передовой, тем больше замечательных людей там встречаешь. Зато те, кто затевает, разжигает и ведет войну, — свиньи, думающие только об экономической конкуренции и о том, что на этом можно нажиться. . . ". ("Прощай, оружие", стр.5)
Вернемся к себе. Хотя и весь мир, оказывается, висел на волоске (в Советском Союзе Вооруженные Силы были в боевой готовности "Повышенная")‚ к нам приезжала банно-прачечная техника, доставившая море удовольствия: попарились и заменили белье. К слову, мулаты и негры из числа нашей охраны почему-то горячей водой не пользовались...
Patria о muerte! Этот девиз становится общим с кубинцами, роднит нас.
В конце ноября мы были сняты с боевого дежурства и вернулись в пункт дислокации (о. Куба). Шел последний месяц 62-го...
У каждого человека как и у ядерного боеприпаса, есть своя перфолента, сопровождающая их весь отпущенный им срок жизни Всевышним и Конструктором на всех этапах.
Аналогия уместна, т.к. оба слагаемых этого тандема достигли сегодня совершенства и содержат планету в мире. Здесь, уверяю вас, ядерное оружие — надежное разумное создание гения человечества с предельным вкладом знаний создателем и человек при нем должен быть с чистыми руками, холодным разумом...
Этим качеством отвечали все офицеры и сверхсрочнослужащие ПРТБ и ракетного полка, вернувшиеся после боевого дежурства с достоинством и честью, оставив стартовые позиции — форпост ядерного противостояния СССР и США на Кубе...
До возврата домой оставались годы.



ГЛАВА 4

1. КУБА. 1963-1964 годы

После возвращения с боевого дежурства полк быстро восстановил свою боеспособность, наладил службу войск, все виды обеспечения.
В декабре 62-го приданная нам ПРТБ с ЯБП (ядерными боеприпасами), пробыв на Кубе пять месяцев, убыла в Союз, оставив горький осадок у всего полка, усилив и без того тоску по Родине. Пятый месяц оторваны от семей и близких, привычного уклада жизни, у солдат пошел 4-й год службы. Никто B Союзе не знал, где мы. Ни писем, ни радио, но адрес был: "Москва-400" и некоторые родственники искали нас в Московской области.
Никто не знал, что до Родины еще год-два, которые будут тянуться медленно, преподнося нам разные события и неожиданности. После убытия РВСН и вывоза ядерных боеприпасов с Кубы в декабре 1962-го года, на острове оставалось еще не менее 30 тысяч советских солдат, тяжелый воинский труд которых нигде так и не освещен. Данный документальный рассказ-эссе написан с целью хоть как-то восполнить этот пробел. Жанр данного повествования (эссе) позволяет автору некоторые отступления от основной темы в виде размышлений для более глубокого раскрытия описываемых событий перед любознательным читателем, пробиваясь через туманную даль Карибского кризиса.


2. ПИСЬМО ХРУЩЕВУ

Шли первые месяцы 63-го, в полку проводились занятия по боевой и политической подготовке. Ракеты были теперь в обычном фугасном снаряжении. Но вся жизнь в полку была в молчаливом ожидании отправки домой. Казалось бы, напряженность спала, советские части контингента уезжают потихоньку, ну а мы-то когда? Командование полка на это лишь разводило руками: об этом знают лишь в Гаване и в Москве.
Давление, оно всегда, собравшись с силами, ищет и находит слабое место, прорывает его и вырывается наружу, часто непредсказуемо, не штатно. Потом, как обычно бывает, все затихает, возвращается на круги своя. Так примерно получилось с письмом Хрущеву.
Первым начали офицеры где-то ближе к весне 63-го, с подготовки письма в трех экземплярах (для надежности), которые родители наших офицеров-москвичей должны были опустить в почтовый ящик в Кремле. Корректировать письмо инициативная группа поручила мне.
В общем, подписались, дай Бог памяти, где-то 40 офицеров. Или накопилось у нас много негативного, или мы забыли о запрете на коллективные жалобы, но что вышло, то вышло, хотя сам текст был составлен в спокойном, уважительном тоне.
Письма ушли по почте (к этому времени разрешили посылать письма) в Гавану, о чем на совете офицеров решили сообщить своему начальству.
Командование полка, изучив копию письма, имело претензию лишь к одной фразе "... требуем скорейшего возвращения домой..." и, конечно, немедленно доложило по команде в Гавану.
Во все времена выход подчиненных наверх, минуя своих начальников, имеет плохие последствия. Дошло до Павлова (под этой фамилией на Кубе находился генерал армии И.А. Плиев, дважды Герой Советского Союза, командовал в BOB кавалерийскими соединениями), командующего контингентом советских войск на Кубе, который с группой офицеров на ИЛ-14 вылетел к нам в полк.
К его прибытию, вечером, все офицеры были собраны в казарме, деревянные жалюзи окон опущены и у каждого поставлен старшина или сержант сверхсрочной службы. С темнотой и старослужащие солдаты полуокружили барак.


3. КОМАНДУЮЩИЙ B ПОЛКУ!

— "Трусы! Вы не прошли фронт! Не были в бою!" — примерно таковы были первые слова Павлова, стремительно вошедшего в казарму.
Неслыханно, но никто из офицеров не встал.
Успокоившись, Павлов велел высказывать свои просьбы под запись. Первым сделал заявление начальник группы радио капитан Хлебников (жена — геолог, малый сын у соседей), другие офицеры просили об увольнении солдат 4-го года службы, о СМИ, радиовещании, улучшении питания, установления сроков службы на Кубе, увольнении в город...
По письму Хрущеву голосованием решили: письма задержать в Гаване, и, забрав, вычеркнуть ту фразу o возвращении домой и по желанию снова отправить (Павлов подчеркнул наше право о свободе слова и переписки). За письмами на ИЛ-14 командующего в Гавану вылетел от полка лейтенант Осипов и этим самолетом привез их обратно, которые после дебатов... сожгли. Павлов же к лету 63-го выполнил свои обещания.
Однако‚ никто из причастных к письму Хрущеву не был представлен к награде, а они пришли: ордена "Александра Невского", "Красной звезды", медали "За боевые заслуги" (или "За отвагу").
Летом 6З-го по замене в Союз уехал Хлебников, группами — солдаты 3-го и 4-го года службы, сержанты сверхсрочной службы с истекшими сроками; по мере прибытия судов. Личный состав полка убывал (с прибытием замены) в течении всего 63-го. Заработало радио, раз в месяц из Гаваны начал приходить информационный листок. Улучшилось питание: на столах хлеб, бельгийская картошка вместо сушеной.
Офицеры на день под охраной кубинца периодически стали выезжать в Сантьяго отовариваться и на пляж La Revolution вместе с солдатами. Для офицеров передовых подразделений открыли 10-дневный профилакторий на пляже "Siboney".
А вот об отправке домой и сроках — снова тишина, и причина раскроется лишь к концу 63-го. Выручали нас боевое братство и товарищеская поддержка друг друга независимо от званий и национальности. Мы были единый сильный народ, нация. И снова грусть-тоска по родине, накопленное безразличие к опасностям и страху. Но все равно что-то подобное было в наших мыслях.

Одним — танцы, серебряных ложечек;
Другим, быть может, u слез...
А мне бы любви немножечко,
Да десятка два папирос...

(Автор неизвестен).


4. СЛУЧАЙ B КАРАУЛЕ

Для охраны полевого склада ракет ФКР-1 (в 70 км от пункта дислокации полка), выделялся караул из 12 человек, в том числе ЗИЛ-130 с прицепом-цистерной для воды, походная кухня с запасом продуктов и повар. Охрана была совместной с кубинским пехотным взводом (командир — рядовой). Посты были парными. Смена караула проводилась через семь-десять суток. Часовые наши изучили уставные команды на испанском языке, днем — автомат на землю (секретность). Оторванность от полка, плохой обзор местности из-за густых зарослей и мелколесья влияли на психику часовых, особенно ночью: некоторые снимали предохранитель и загоняли патрон в патронник автомата. При проверках несения службы мы шли, специально разговаривая вполголоса, мигая фонариком, чтобы не получить очередь.
Учитывая важность объекта, людей в караул подбирали, инструктировали. Приезжали с проверками. Летом 63-го довелось побывать в карауле и автору этих строк (секретарь парторганизации все же, нештатный переводчик отряда).
В один из дней из обычного рейса за питьевой водой (брали в школе на окраине Сантьяго) в караул не вернулся рядовой Харченко, москвич, отправившийся за сигаретами. ЧП, происшествие!
Переодевшись в гражданское, сунув пистолет с запасной обоймой в карман, оставив за себя старшину, на ЗИЛе выехал в город, к школе. В поисках Андрея обошел улицы, спустился в порт. Музыка, запах кофе, зов проституток с окошек дверей "Ruso, ben aka! ". Иду к полицейскому: "Не видел ли он светлого русского?"
- Нет, такого не видел, но постарше, с парохода зашел к путане, — ответил он и предложил помощь.
Вернулся к школе, отправил машину в караул, узнать не вернулся ли Харченко и приказал водителю вернуться.
Здесь темнеет быстро, звезды уже висят над головой. Машины нет. Иду на выход из города. Бензозаправка, влево автострада на Гавану. Иду слева, чтобы меня увидел наш водитель, потом перешел вправо и проголосовал. Промчавшаяся мимо машина, остановилась, вспыхнув большими стоп-сигналами, и быстро оказалась возле меня.
— Buenos noches, companero! — сказал я, добавив, что мне недалеко, скажу, где остановиться. В ответ ничего. Сажусь назад, впереди двое, молчат. Едем.
Закрадывается тревога, пистолет успокаивает. Мысль одна — грунтовую дорогу, ведущую к караулу, нельзя показывать. Но где этот съезд, ориентир бы какой-нибудь вспомнить. Если бы днем...
Дорога пуста, ехать где-то 12 км. Пора.
— De todo Corazon, por favor, раге, — говорю я и даю 5 (или 10) песо.
Но мою руку резко отталкивают, машина останавливается.
— Muchas grazias, — и я, держа руку в кармане, быстро пошел назад.
Где же съезд, найду ли я? Кромешная темнота. Повезет ли?
И на этот раз Бог оказался на моей стороне, вывел на свою дорогу. Я
дошел до вырезанного серпантина, прижался к корням, загнал патрон
в патронник пистолета. Вот он! Мандраж в коленях! Есть он, есть.
А что машина? Там выключили свет, тихо стукнула дверь, послышались шаги по асфальту в мою сторону. Кто-то постоял, потом быстро, уже не таясь, пошел к машине.
Чем же я не подошел им? Может, нужно было сказать "Сеньор", но мне показалось, что они негры (мулаты), а значит, товарищи. Но это был враг.
Иду в караул, несколько поворотов и я у своих. Харченко и свободная смена караула, молча, стоят в строю, ЗИЛ отремонтирован. Отчитываю Харченко. Кубинцы тоже рядом, смотрят, как ругают у русских за провинности.
А Харченко пригласила в гости кубинская семья, на кофе и фрукты; потом доставили в полк ПВО подполковника Ржевского, оттуда он в караул пришел пешком. В этот полк свободная смена караула вечером ездила на ЗИЛе в кино. Увольнения в город были запрещены для солдат (да и офицерам свободного выхода из городка не было).


5. САХАРНЫЙ САМОГОН

На Кубе много всевозможных аппаратов и механизмов, выжимающих или перемалывающих сахарный тростник в чудесный сок-нектар. Кубинцы рубят их мачете, потом, подбрасывая, успевают несколькими ударами подрезать на несколько частей.
И вот каким-то путем сахарный тростник или сок оказались в канистре — в отсеке КУНГа моего расчета. Подхожу к машине, а под масксетью рой пчел или ос и больше у отсека с канистрами. Солдаты, очень уж молча и сосредоточено, вдруг заработали на технике.
Наш солдат всегда выносил, молча все ему приходящее: Кубу, Афганистан, Чечню... Пользуясь случаем, приношу большое спасибо моим первым лейтенантским подчиненным: "кубинцам" В. Кравченко, А. Харченко, Худайбердиеву, Шарафиеву Р.Ф; наставнику капитану Шушкову (оба — из Казани), незаметно помогавших моему становлению как офицера и по-своему уважавших меня. Наш солдат был ущемлен во всем: в правах, в неудобной и непонятной форме одежды (он всегда ходил грязный, порой в дырявом ХБ), с непомерно раздутыми обязанностями. Все это превращало его, независимо от того, каким он был ранее, в бесформенное аморфное существо с тлеющей надеждой на быстрейшее окончание службы и доброе отношение окружающих, особенно в первый год. А ведь солдат всегда за малейшее добро отплатит сторицей. Признаюсь: мне всегда было лучше с солдатами, чем с коллегами. Не всегда мне удавалось помочь солдату, вывести его из замкнутости. "Дедовщина", неуставные взаимоотношения — все это появилось с 70-х годов с началом омоложения офицерского состава и увольнением фронтовиков, с началом разложения советского общества. "Деды" — годки появились на флоте, причем в самом лучшем понимании этого слова, поскольку у матросов было четыре года службы и опытный "старослужащий" матрос действительно во многом мог помочь "салажатам", за что его и уважали. А неуставные взаимоотношения — это казарменное хулиганство, открытое и демонстративное нарушение воинских уставов, утвержденных, кстати Министерством обороны и правительством страны, а значит, и ответственных за их исполнение. (Вряд ли перевод солдат на годичную службу избавит нас от казарменного хулиганства: весь негатив бытия и улицы заполнит эту нишу в казарме, выдвинув "идолов" другой формации). Солдат после 70-х начал терпеть казарменную иерархию при умышленном попустительстве младших офицеров и сержантов (как у зеков: так спокойно и удобно, надзор старослужащих над молодыми создавал начальникам комфорт, а себе положение неких "баронов" и вождей "в законе"). Негласными привилегиями пользовались солдаты четвертого (последнего) периода службы, которые иногда для своего прикрытия "работали" через солдат третьего периода (последним также доставались льготы).
Солдат 70-90-х годов молча принял и казарменный рэкет: сортировка прибывающих из дома посылок, отбирание солдатского денежного довольствия и почтовых переводов (у солдат до года службы) старослужащими солдатами.
"Люберы", "авторитеты", "тяп-ляпы", казанские гопники — весь этот пестрый набор с улицы, чуть видоизменяясь, перекочевал в казарму последних лет, по принципу сообщающихся сосудов.
А солдат все молчал, бодро или угрюмо, глядя в сторону, отвечал на дежурные вопросы приезжих генералов и офицеров, которые, как всегда, в делах солдатских "пахали" мелко и безразлично: есть командиры, пусть они и занимаются.
Вечно в затоптанном, грязном, рваном, неприхотливый во всем и везде, он создавал из года в год благополучие в целом всей надстройке армии. Он знал свой маневр, но меньше суворовского солдата. Суворовские и кутузовские генералы 1800-х годов в большинстве своем в походах отдыхали и ели наравне со своими солдатами, взаимно проявляли заботу друг о друге. И это при неслыханно тогда огромной социальной дистанции! Но у нас-то генерал и солдат из одного социального слоя! А его тыркают и туда и сюда, поработать и в части, и на дому. Сколько же он унес невысказанных обид и невыплаканных слез!
Не многие, видимо, помнят, что декабристами были не только офицеры, но и сотни солдат, участь которых была решена быстро и более жестоко. От картечи и действий эскадрона царской конной гвардии погибали солдаты, выведенные на Сенатскую площадь Петербурга восставшими офицерами декабристами во главе с К. Рылеевым.
Против иноземных захватчиков в 1812 году выступило и население Казанской губернии (история Татарской АССР, учебное пособие для средней школы, 1980 г., стр.39-41). Создавалось народное ополчение горожан и крестьян всех национальностей. На войну был отправлен батальон конницы (~ 1000 чел.), собирали пожертвования (деньги, вещи, обозы с продовольствием). Крестьяне Свияжского уезда доставили 100 пудов меда, Чистопольского — 200 пудов шерсти, рабочие суконной фабрики — сукно. В фонд ополчения было собрано 346 тыс. рублей серебром.
Казанцы разместили в своих домах тысячи беженцев из Москвы, Смоленска и других городов (вот и аналогия с периодом начала отечественной войны в 1941 году).
В конце сентября 1812 года сформированное казанское ополчение около 5000 человек под командованием Чичагова приняло участие в разгроме наполеоновской армии в Западной Европе (штурм крепости Дрезден в октябре 1813 года). Татарская и башкирская конница нанесла удары противнику в боях за Гамбург, получая должную высокую оценку своим действиям даже от французских генералов.
3 мая 1814 года Казань ликовала по случаю взятия Парижа. "... у Черного озера был фейерверк... народ весь день и за полночь заполнял у сего озера площади..." — писал современник.
В феврале 1815 года ополченцы с победой возвратились домой в губернию с наградами, некоторые крестьяне были возведены в чин офицера.
А легендарная кавалерист — девица из Елабуги Дурова Надежда Андреевна (1783-1866), дочь гусара!
Она, переодевшись в мужское платье, в 1806 году вступила добровольцем в уланский полк, в 1812 году под именем корнета Александрова сражалась под Смоленском, Бородино, получила тяжелое ранение.
Дурова служила ординарцем у Главнокомандующего русской армией Кутузова М.И. За героизм и храбрость имела несколько наград и была произведена в офицеры.
В 1826 году вернулась в родную Елабугу и занялась литературной деятельностью...
Участие населения Казанской губернии в войне 1812 года сейчас почти нигде не упоминается, как и выступления здесь в 1824-25 гг. лучших представителей дворян против царского самодержавия в ответ на жестокую реакцию. И это буквально после бородинской битвы!
Видимо, так уж повелось на Руси: после судьбоносных побед над врагом, вместо благодарности и почестей победителям переходить к реакции. Так было после 1-й мировой (1914), 2-й отечественной (1945), ну и после Бородино.
Это офицеры-декабристы Ивашов В.П, Завалишин Д.И., которые в селе Зюзино Лаишевского уезда организовали кружок, где изучали журнал "Полярная Звезда" Рылеева К.Ф., критиковали крепостничество, взятничество и казнокрадство. B Казани был арестован офицер-декабрист Ситников.
Центром развития демократических идей в губернии явилось студенчество Казанского университета.
B 1985-90 гг. имел общение с польскими генералами, офицерами и солдатами в период службы в Северной группе войск в должности начальника 6-го отдела (хранил ЯБП для ГСВГ, СГB и Войска Польского).
Воспоминания мои o поляках и самой Польше особенно самые душевные! Солдаты они везде солдаты, "дембеля" особенно.
Кстати, последние уходят на "гражданку", постелив на выходе из КПП большие носовые платки и вытирая об них ноги. B субботу и воскресенье солдатам в увольнении разрешается им посещение пивных баров. Многое у них было еще тогда, что сейчас появилось в армии РФ.
Все более увеличивающийся разрыв между бедными и богатыми, между Москвой и другими городами при других сопутствующих факторах в виде ельцинского и горбачевского наследия ничего доброго нашему обществу не принесет, особенно в период большой войны на всех этапах. В итоге наша армия в основном пополняется солдатами из бедных сословий, то есть "пролетариатом". Кроме того, растет куча вопросов. Зачем же при реорганизации нашей армии брать опыт битых армий, априори подгонять под сегодняшнюю действительность уставы и наставления, написанные кровью поколений, дилетантски вторгаться в уникальную военную доктрину? Недавно в передаче канала РЕН-ТВ (14 ноября в 13.30) сообщили, что Россию даже нечем прикрыть от удара из космоса!
Вся страна сегодня в форме с погонами, похожими на военные (для обывателя — вроде воин, защитник Отечества), а в бой не идут... Ведь еще после BOB y нас сняли погоны у железнодорожников, у речников, а теперь все это опять вернулось, появилось множество людей в камуфляже и при этом не военных. Сегодня есть полковники и генералы в неармейских учреждениях, ни разу не носивших до получения этих "званий" офицерских и курсантских погон! Кому отдавать в городе честь бедному солдату?
Какими они были, армейские "старики" и молодежь 90-х? У первых ощущение радости с увольнением каждого периода службы домой, еще один крестик в календаре и перевернутые эмблемы, поиски клея ПВА и открыток на дембельский альбом, ворсистость шинели и шапки-формовки! Достать бы еще дипломат!
У вторых — грусть, сострадание, остается лишь ожидание. И лишь у новой смены "стариков" — с трудом сдерживаемая радость: предстоит дележ "стариковских" должностей. Так и шло в недалеком прошлом. Улучшали настроение письма, приезд родителей к одним и тоска от этого у других, издалека прибывших. Периодически сверлит мысль: достать бы водки или пива, постоянное желание женщины... Все эти и другие вопросы солдатского бытия, конечно, уводили солдата в мыслях далеко от задач службы. Помощи ждать неоткуда, всегда один и пройти должен один.
Все это, вся эта нетронутая развивающаяся гамма чувств, отсутствующая у цивильных, с трудом вмещается в обычное неразвитое тело, одетое в ХБ, называемое солдатом. Я тоже рос вместе с поколениями солдат. Был и строг, но отходчив. Никогда не пользовался правами и советами старших начальников, за мои пределы ничего не выходило, что не нравилось последним. Любил после отбоя быть в каптерке, покурить с земляками, сержантами, "стариками", быть с солдатами в праздничные, воскресные дни, Новый год — в том числе и на Кубе.
Моя совесть пред ними чиста. Солдат, и только он, сходу может отличить фальшь и искренность офицера. Откуда-то вот влезает в него такое чутье и со снятием солдатского звания исчезает.
Как итог, за державу обидно по-прежнему...

Но вернемся все же к самогону...
Чиркнул теркой по запалу дымовой гранаты ЯДГ-1, дым с обеих отверстий, пчелы и осы улетают. Подаю команду "Газы!". Из полной 20-литровой канистры прет спиртной дух. С Кравченко открыли канистру (ему отбой команды "газы")‚ выпили по кружке браги. После такой благодати — всем отбой команды "газы!"
В общем, это была брага уже на выданье. Сказал всем заполнить фляги, а канистру с брагой забрал в казарму.
Солдаты послевоенных лет! Сильные телом и духом, без казарменных издевательств, с уважением к старшим и товарищам! Да, мы дети победителей! Да, победил народ — правильно. Но этот народ нужно было собрать, одеть в шинели, обучить, свести в роты, полки, дивизии, фронты. Круглосуточно двигать эту махину в соответствии со сложнейшей обстановкой на непрерывном рубеже от Мурманска до Черного моря, авиацию — в воздухе, флоты — в акваториях при постоянном соприкосновении с сильным противником. Кто же, какие атланты несли сей тяжкий груз? Конечно, Генштаб, Верховный главнокомандующий, командиры, офицеры (основа), движимые великой идеей. Без всего этого народ — просто толпа, сенокос и жатва для врага. В период огульного опошления нашего прошлого, при растущей безграмотности и невежестве людей — правда одна для всех поколений! Ведь всякое государство пишет свою историю.
Каждая эпоха, период, политический строй формируют свой облик офицеров и солдат: суворовские и кутузовские времена, Порт-Артур и Цусима, окопные офицеры и солдаты первой мировой, командиры и красноармейцы, офицеры и солдаты 1941-1945,1994 годов. Сколько же общего и сколько различия в этих перечисленных тандемах менялось в разных пропорциях c каждым этапом!
Эту тему можно исследовать, но, возвращаясь к кубинской, скажу лишь одно: солдат всех названных этапов до 1980-х годов отличали стойкость в бою, неприхотливость при долгой окопной жизни в коалиционной крупномасштабной войне (война – тяжелый физический труд), солдатская выручка и верность Родине.
Помнить бы: всё в государстве (надстройка и базис, армия и флот, тыл) во время войны работает на пехотного русского солдата Ваню: он отступает, он же по земле-матушке наступает, выталкивая оккупанта. Так будет всегда, будет ли война контактной или бесконтактной.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды


6. ГАВАНА

Рассуждения о незримой и всесильной идее

Последняя война миров, как и все предыдущие, истребляет "здоровую, сильную часть человечества", оставляя для воспроизводства будущих поколений худшую, неполноценную для этого часть людей, людей слабых, не отважных, засоряя этими генами следующий род людской. Это для мыслящих ощущается до сих пор, например, от 1945 года. Не так? Во всяком случае, эта одна из неисследованных причин накопленной глобальной деградации
населения планеты на сегодня.
Продолжу: на мой взгляд офицера фронтового звена, современные крупномасштабные войны будут вестись по следующим вариантам:
— контактная локальная и затухание;
— контактная —> бесконтактная ——> контактная (с ОМП постепенно), (боевые действия в средствах защиты);
— бесконтактная (ОМП сразу) ——> контактная (боевые действия в средствах защиты);
— бесконтактная (ОМП сразу) ——> контактная (боевые действия в средствах защиты; гражданское население в СЗ, в бомбоубежищах — с постепенным вымиранием).
Победу (может, и Пиррову) одержит сторона, понесшая меньшие потери, и способная вести боевые действия в средствах защиты, способная оперативно и качественно восполнить потери в людском составе, технике, иметь надежный тыл, в итоге — решать вопросы частичного и полного отмобилизования страны в сложно динамичной обстановке, для новой России.
B любом случае противнику нужны наши территории с природными ресурсами, инфраструктурой не пораженными и защитить все это возложено на того самого русского пехотного солдата. Сильного, выносливого, достаточно грамотного, идейного ли...
Какой же материал черпает из бытия сегодняшний солдат. Не отсидит, даже Михалков на Пленуме Союза кинематографистов с большой тревогой 17.04.2012 г. высказал буквально следующее:
"...в стране, породившей Пушкина и Лермонтова, народ скатился к низменному целеполаганию, культу наживы любой ценой, деградации отношений между мужчиной и женщиной, ... отечественное искусство деструктивно, перестали смотреть отечественное кино... Отечество в опасности... Положение культуры просто
катастрофично, сейчас происходит оскотинивание людей...".
Умно, своевременно с запозданием, но вновь не слышен звон колоколов, набата нет.
То же беспокоит большого казанского ученого, профессора культурологии Нугманова Р.Г.
А писателя Залыгина волнует, как бы те, кто уходит, не унесли с собой веками выпестованную культуру, поскольку они — ее носители...
существо жизни — ее прошлое и если у человека что-то есть за душой, то только прошлое. Слово было — самое могущественное слово, потому что, слово есть — еще ни о чем не говорит, оно еще ничто. Вот так.
А у Гегеля сущность: "Сущность — это прошлое!".
Ну, и завершим это отступление вопросом-ответом, которым задавался немецкий философ И. Кант (1724-1804) в свое время: "Живем ли мы теперь в просвещенный век, то ответ будет нет, но мы живем в век просвещения...", в отличие, на мой взгляд, сегодняшней России, находящейся в поисках между этими двумя понятиями.
Просвещение, культура тесно связаны друг с другом. Это дополнил в свое время в повести "Военный летчик" Антуан Де-Сент Экзюпери: "Духовная культура — это наследие верований, обычаев и знаний, накопленных веками... Это наследие открывает человеку его внутреннюю беспредельность...
Стойкость и воспитанность нашего поколения впитана нам менталитетом отцов и матерей, братьев и сестер. Стараюсь чаще опираться на забытые (или затертые) факты, события".
Итак, с октября 1941 по февраль 1942 450 тыс. гражданских лиц Татарии создавали оборонительные сооружения с противотанковыми препятствиями общей протяженностью свыше 500 км на территории Апастовского, Кайбицкого, Тетюшского районов.
Работали старшеклассники, женщины, не призванные в армию мужчины. B морозы, в легкой одежде, жили в блиндажах, на квартирах в селах, 300 грамм хлеба на день! В туфельках (учителя и т.п.) с ломами, кирками в руках... под охраной войск НКВД... умирали от мороза и болезней (см, журнал "Чаян", март 2010 г.; газета "Честное слово", ноябрь 2010 г.). Штаб руководства от ТАССР располагался в дер. Шунгаты.
Мама автора Хания с сестрами (Ильгиза, Мокарама) размещалась в селе и рыла противотанковые эскарпы, окопы и блиндажи в Апастовском районе ТАССР. Хания и Ильгиза Рахимовы, учительницы начальных классов, в январе 194З г. были отправлены в школу (в грязной одежде и рваных ботах), Мокарама — на фронт, как медик военно-санитарного поезда,
Делу честного служения Отчизне посвятили себя и дети этих трех замечательных сестер: заслуженные работники Республики, инженеры, военные, одной из которых (ее мама Ильгиза aпa) "Банковская газета" (г. Казань) посвятила следующие строки (печатается без сокращений).

Наиля — это успех!

От себя лично и от имени всех мужчин Национального банка и всего банковского сообщества республики с огромным удовольствием поздравляю Наилю Гашиковну с днем рождения! Не принято говорить о годах, когда поздравляешь женщин. Скажу только, что сплошные пятерки очень подходят ей: умнице, отличнице и просто красавице!
Мы с ней родственные души. Я сам из семьи педагогов: учителями были мама, отец, старшая сестра. И у Наили Гашиковны учителями были дед, мама, родная тетя. В школе мне легко давались практически все предметы, и Наиле все учителя прочили большое будущее литератора, историка, химика, математика, краеведа, знатока иностранных языков. А вот оба стали банкирами.
В Национальном банке Наиля Гашиковна курирует три важнейших управления: финансового мониторинга и валютного контроля, лицензирования деятельности кредитных организаций, инспектирования коммерческих банков. Я уже столько лет спокоен за эти участки нашей работы! Все делается Наилей Гашиковной как надо, очень настойчиво, оперативно и в срок. Там, где Гильмутдинова, там удача, там успех!
У татар очень много имен, гораздо больше, чем у русских. И все — со начением. Поискал и нашел, что значит имя "Наиля", оказывается, оно персидское по происхождению и означает "достигающий успеха". А с арабского это имя переводится как "награда", "подарок". Это точно, Наиля Гашиковна, действительно, очень успешна, она настоящий подарок и для меня, и для Нацбанка, и для всех банков республики.
Она уже лет пятнадцать носит звание заслуженного экономиста Республики Татарстан. Если бы она была художницей или актрисой, а Наиля Гашиковна вполне могла ими быть, она уже давно носила звание народной. Жаль, что нельзя, как это заведено для артистов, которые после "заслуженного артиста" могут получить "народного", присвоить Наиле Гашиковне почетное звание "Народный экономист Республики Татарстан". При ее профессионализме, умении успешно доводить любое дело, каким бы оно ни было трудным, до логического конца, мой прекрасный заместитель обязательно стала бы — и заслуженно! — народной.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды

Она прошагала по всем банковским должностным ступенькам. 16 лет проработала в системе Стройбанка. Принимала участие в организации финансирования строительства КамАЗа, всех нижнекамских нефтехимических предприятий, "ЕлАЗа", "Тосты", "Оргсинтеза", курировала Главтатстрой, Камгэсэнергострой, Главтатнефтегазстрой, Татэнергострой. А с какими корифеями строительства приходилось Наиле Гашиковне сотрудничать! Это сейчас строят турки да югославы. А тогда такие фамилии, как Калашников, Сабиров, Батенчук, Беляев знали и за пределами республики.
Когда наступили новые времена, она одной из первых научилась азам деятельности коммерческих банков. Сказались талант и навыки обучаемости Наиля Гашиковна и сегодня учится, все новое схватывает на лету.
Но больше всего меня поражает, как все эти качества классного специалиста, отличного организатора и сильного руководителя сочетаются с блестящей внешностью прекрасной женщины — одухотворенной, обаятельной, неотразимой!
Желаю Вам, Наиля Гашиковна, большого женского счастья, крепкого здоровья, семейного благополучия и, конечно, новых успехов и достижений на посту заместителя председателя Национального банка Республики Татарстан!

Евгений БОГАЧЕВ,
председатель Национального банка РТ.
"Банковская газета", N9 10, 11-17 марта, 2013 год

Заслуженный работник просвещения поэтесса Рахимова Ильгиза Закиевна в 1995 г. в одном из своих сборников описанным событиям посвятила следующие строки в стихотворении "Без дэ окоп казыштык".

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды

Как чудесно, как просто сказано о подвиге тружеников тыла, в данном случае работавших за десятки саперных батальонов. (!)
Не поверишь, но ими сделано: выкопано противотанковых рвов — 150 км, эскарпов — 280 км; сооружено 392 командных и наблюдательных пункта, дзотов — 98, землянок — 419 и других объектов!!! И ни слова благодарности, никакой материальной поддержки (за износ своей одежды), издать бы книгу об этом, установить бы мемориальные доски в этих местах...
B итоге, зачем тревожили землю так далеко от фронта? Это доктрина, замысел и разум Верховного с Генеральным штабом, с эшелонированием в глубину при оборонительной операции. Короче, в предвидении захвата Сталинграда Паулюсом и движении фашистских войск вверх по Волге по правому берегу и были возведены указанные оборонительные сооружения на танкоопасных направлениях, как отсечные позиции.
А перевод стихов такой:

"Мы тоже копали окопы"
"... прервав учебу в школе,
ушли копать окопы.
В родимый край фашистов
Не пустить дали слово;

На наши удары кайлом
Не шевелится замерзшая земля
От усталости, от бессилия
Выбивает горячий пот.

Пусть и из последних сил,
Стучим все по Земле,
Только изнутри сердце ноет:
Что пришли такие времена.
Работали мы, помогли,
Старались ради Победы!"

Детство мое прошло в годы большой войны. Эвакуация из Шатуры эшелоном (до Горького прикрывал наш истребитель И-16), Апастовский район, с. Малые Бакырчи, где мамин отец и дед были муллами, а по линии отца — зажиточные кустари (лесники, бондари, сдатчики шкур скота).
Старое, древнее село с мечетью и медресе при нем. Река Чермышан делит село пополам, слабенький мост соединяет его Половинки. Зимы — снежные, елочные шары на вате меж стекол, на нитках над ними — бумажные вырезки — снежинки. Трещит печь приятным огнем. Вишневый сад в метровом снегу. Три тополя рядом (два свалились уже по старости). Бабушка Зайнаб, ласковая, добрая, как все бабушки тогда, выпускница Казанской женской гимназии.
Сейчас М. Бакырчи уже съежилась как-то‚ бурьяном заросли пустоты, заброшенные избы и ямы от них. Но изредка видны дымки топящихся бань, хранящих тоже много таинств и тайн семейных, бытовых, первыми встречающих нетерпеливых молодых после никаха.
Чермышан болеет, обмелел, берег левый зарос, обрыв правый осыпается, приближаясь к домам, сжимая огороды. От плетеней — ограды деревни из прутьев — с четырьмя выходами остались лишь небольшие трухлявые участки. Ну, и, конечно, погост,
кладбище, безжалостно вбирающее в себя ушедших, а позднее и посещающих...
Недавно родственники Наиля Гашиковна, Фатхлислам построили в селе красивую мечеть, которая вдохнула духовную жизнь затухающим усадьбам, избам и избушкам, подтянула людей и сейчас смотрит с укором и обидой за снос своей предшественницы в те 30-ые годы.
Отец-работник шатурского райкома партии — на фронте, дошел до Венгрии (Секешфехервар, оз. Балатон). После войны работал в Министерстве пищевой промышленности ТАССР начальником отдела кадров и спецчасти...
Ну, а в эвакуации — мать учительница начальных классов, за проказы на уроках меня за уши выводила из класса. В 44-ом свалился с самодельного моста в бушующую р. Чермышан, откуда меня вытащили сельчане Фахри и Идрис, схватив за шубу (к слову, эту шубу мать привезла из Москвы, выменяв за 1 пуд пшеничной муки). У бабушки Зайнаб один чувашин протер меня самогоном, закутали и в тепло...
И еще, меня так сглазили, что готовились хоронить, но к жизни вернула знахарка Гарифа...
B 1946 году мы из села переехали в Казань на ул. Ярмарочная в барак, где меня и мою сестренку Флору подкармливала Турнова, работавшая в столовой... Голод коснулся многих... 9-я СШ ВВС...
He так давно, а именно 14 мая, в нашем лицее состоялось знаменательное событие, которое было посвящено 70-летию 9 Казанской спецшколы ВВС. Эта школа с 1941 по 1955 годы располагалась в здании лицея.
На встречу съехалось около шестидесяти ветеранов-выпускников спецшколы и их родственников. Некоторые из них начали собираться в вестибюле лицея задолго до назначенного часа. Были приехавшие и из других городов.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Лагерь в Юдино. 1955 г.
Расформирование 9-й СШ ВВС.
Слева — автор.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Лагерь В Юдино 1955 г
Друзья по 9-й СШ ВВС
Сергеев, Люлин, автор.

11.00. Начался торжественный митинг. Под звуки духового оркестра зазвучали гимн России и Татарстана. Собравшихся поприветствовали: генерал-майор авиации, выпускник спецшколы 1955 года — В.А. Степанов и научный руководитель лицея, директор Института физики КФУ — А.В. Аганов.
Наступила самая долгожданная минута — открытие мемориальной доски. Ветеран из самого первого выпуска спецшколы — 1941 года — Г.Л. Рождественский и "спец" из последнего, 15 выпуска — 1955 года — Р.Г. Абсалямов снимают с доски синее полотно. В исполнении духового оркестра звучит "Марш авиаторов". У многих ветеранов и гостей на глазах заблестели слезы. Обращаясь к присутствующим, директор лицея Е.Г. Скобельцына сказала, что память o 9 Казанской спецшколе ВВС останется в сердцах всего лицейского сообщества и, конечно, будет сохранена в лицейском музее.
Растроганных ветеранов-выпускников спецшколы пригласили осмотреть лицейскую музейную экспозицию, где самое почетное место заняло прославленное знамя 9 Казанской спецшколы ВВС. В числе экспонатов "спецы" увидели письма с фронта Валентина Щеголева, маршрутную карту курсанта Алика Насырова, летные книжки Юрия Гурьянова, почетные грамоты за спортивные достижения Фрида Сибгатулина.
От имени выпускников спецшколы выступил председатель оргкомитета А.М. Болтаков.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Участники встречи, посвященной 70-летию 9-й Казанской Спецшколы BBC 14 мая 2011 года в здании Мариинской гимназии-лицея при КГУ.

К чему эти уводы то в одну, то в другую сторону, спрашиваю и я сам себя? "Эссе" позволяет, но все же. По многим другим сверстникам война прошлась жестко, с потерями жизней и крова.
А вот к чему. Из всех этих уводов в сторону ищу крупицы, зернышки той всесильной и незримой идеи, с годами оседавшей в нас, послевоенных ребятах, офицерах и солдатах, не посрамивших чести фронтовиков-победителей при выполнении боевых задач в ходе "холодной войны", в т.ч. и событиях, здесь описанных.

[свернуть]

В Гаване посчастливилось быть дважды: старшим автобуса по отправке сверхсрочнослужащих в Союз и командировка за получением комбинезонов песочного цвета. Старшие машин всегда были с личным оружием. Было это летом 1963 года.
Оба раза останавливались на ночлег в кубинских воинских частях, где всегда был радушный прием: питание в любое время суток, а водители "запасались" запчастями без всяких накладных. Один раз попали на фиесту, пили пиво из продаваемых чистых консервных банок и везде нам дарили улыбки и теплый прием: Ольгин (там стоял наш военный госпиталь), Санта-Клара, Камагуей, Варадеро, Матансас, Колон...
Около города Мариель (40 км от Гаваны) размещался наш вертолетный полк, где уезжавшие в Союз ожидали теплоходы. Разместив своих сверхсрочнослужащих, мы с Валентиной, поваром, тоже уезжавшей в Союз, вечером на попутках поехали смотреть Гавану и посетить знаменитый ресторан "Тропикана".
До "Тропиканы" не дошли, но допоздна просидели в ночном кабаре с эстрадным шоу и танцами (пистолет пришлось переложить в левый карман). Многодетная кубинская семья пригласила нас за свой стол. Представились мы чехами (в Гаване были наши патрули). Пили соки, ром под легкие закуски...
В голове у холостяка мысли, как у голодной курицы, — завалиться бы с Валей после кабаре куда-нибудь в отель, потом успеть к завтраку в вертолетный полк.
Туркнулись в отели, мест нет. Валя упорно пыталась понять, o чем же я говорю с их администрацией. Таксист, все поняв с полуслова, привез нас в одноэтажный домик с 4-мя незапертыми входными дверями.
На мой стук окошко внутренней двери приоткрылось, сонный портье произнес (в) ответ мне что-то непонятное (запомнилось слово "батарее") и прикрыл окошко. Уходя, на тихий стук в окошко и на мое "pst" (типа нашего "эй, ты!) никто не подошел, деньги оставили на тумбочке.
Итак, нас никто не встретил. Комната наша оказалась изящной квартирой со всеми удобствами. Сунув пистолет под подушку-валик, пытался уснуть, но рядом с прекрасно сложенной Валей не удалось. Сопротивление ее оказалось сильнее моего натиска...
Сознаюсь: мы с Валей об этом сожалели у теплохода.
Рано утром мятые и уставшие, молча, под знойным уже солнцем плелись мы на выход из Гаваны, мимо "русских горок" и попутным санитарным УАЗиком добрались до своих. После завтрака отъезжающих в Союз повезли в Гавану, к теплоходу "Надежда Крупская" ... В обеих поездках в Гавану по пути заезжали ненадолго в Варадеро, экзотическую зону отдыха, с ресторанами, отелями и бесконечными бело-золотистыми песчаными пляжами на десятки километров. В Гаване с лейтенантом Гейбо посетили океанариум, опустившись на дно океана, с которым нас разделяли толстенные стекла. На дне имелся весь набор подводного мира: звезды, кораллы, всевозможные рыбы различной окраски. Валяется разбитая лодка, лениво ходит акула... На этажах — кафе, рестораны...


7. РАУЛЬ КАСТРО РУС В ПОЛКУ

Летом 63-го наш полк посетил министр обороны Республики Куба Рауль Кастро Рус с супругой. Оба в военной форме, у обоих из подрезанной кобуры виднеются рукоятки ПМ. Мы тоже постарались привести свой вид и городок в порядок. Полк все же, исстари заветное слово (в наши дни полков больше нет, нет теперь этого слова, и "полководцев", получается, нет?)
Одно из стартовых подразделений по тревоге развернули на поляне за городком с подготовкой учебно-боевой ракеты. Гости остались довольны слаженной работой солдат и офицеров. Неподдельный интерес вызвала у них работа офицеров-радистов, офицеров системы управления ракеты с выполнением многочисленных операций на пультах (только у офицера-радиста 10 портфелей, туго набитых радиосхемами), работа солдат расчетов пусковой установки.
После этого события, все же до нас, низов, просочилось: речь шла об обучении кубинцев действиям нашего ракетного комплекса с последующей его передачей кубинскому ракетному полку, что и было сделано в 1964 году.
Рассказывали, что не все из командного состава восприняли это с восторгом.
Например, старший инженер полка майор Шляхов подчеркнул, что комплекс сложный и освоить его могут только офицеры и старшины с инженерным и техническим образованием (ведь только в полку два радиоинженера по штату).
Конечно, сказанное Шляховым, в душе было у многих — и причина одна: тоска по Родине. Рауль Кастро ответил на это примерно так: "мы со ржавой винтовкой сделали революцию, освоим и это!"
26 июля на Кубе очень чтимый день, праздничный — День революции, победившей в 1959 году.



ГЛАВА 5

1. ОЖИДАНИЕ

Полк имел теперь цель — обучение кубинцев нашему ракетному комплексу. Стало как-то легче, стали ждать. А пока утром развод на занятия по боевой и политической подготовке. Температура около +40 градусов, обеденный перерыв 3-4 часа.
В парке машин, в опавших листьях бамбука ядовитые пауки "черная вдова" с кулак, мохнатые, скорость — бег спринтера. Укус смертелен в мае. Убивает самца после оплодотворения. Городок несколько в низине. Вокруг сплошные горы, редколесье, густые бамбуковые рощи, поляны, сухой колючий кустарник, выжженная трава на каменистой земле, пальмы и большие кактусы с длинными иглами; кусты, от прикосновения к листьям которых, на теле долго остаются пятна, озерко с утками-нырками и проползающий удав в кустах рядом (второй мандраж в колене!). В деревянном туалете рядом с казармой наверху ползет здоровенная гадюка... Многое было, но мы, помню, ничего не боялись, спокойствие и некоторое безразличие вошли в привычку.
Лимонов в нашем месте было много, и на деревьях, и на земле, сколько угодно. Апельсины здесь выращиваются на плантациях, а на диких деревьях — плоды зеленые с желтыми пятнами и кислые на вкус. У рыбаков на берегу за бесценок купили прекрасные большие ракушки, с перламутровым нутром. Потом мы их снаружи скоблили и покрывали лаком.
Все поля здесь разделены легкими ограждениями, где пасется скот. Солдаты доят и верхом развозят молоко бидонами — продукт под охраной государства.
Очень популярны на Кубе петушиные бои, проходящие в окружении азартной толпы болельщиков, подбадривающих петухов-бойцов с остро отточенными металлическими наконечниками на когтях.
Сигареты мы курили кубинские Aromas и Dorados, более легкие; кубинцы смолили сигары, чаще самодельные. На КПП привозили бруски льда по 20 центов за штуку, мы его крошили в китайские термоса с водой и лимонными дольками. Накупили и китайских фонариков разных размеров, игрушек...
Вечерами показывали кинофильмы, менялись кинолентами и в советских теплоходах, стоящих в порту Сантьяго. Мы часто напевали песню из фильма "Последние залпы":

"Версты, версты... так далеки, так далеки,
Все смотрю я из-под руки...
Улетели журавли за моря,
Им давно бы пора воротиться,
Оттого мне, наверное, все снится,
И твое днем и ночью мне родное лицо... "

Время от времени в эфир нашей радиостанции прорывалась передача на русском языке для советских воинов с базы США Гуантанамо. Под знакомую мелодию оттуда неслись скабрезные слова:

"Он лежит, она лежит
И попа гола...
На столе стоит
Бутылка кока-колы... "

В выходные с капитанами Храмцовым и Курбатовым уходили к озеру, к коряге и пили спирт с холодной водой, был хлеб и польский паштет. Спирт Аlсоl natural продавался в аптеке 0,7 л за 1 песо 70 сентаво. Курс инвалют при обмене составлял тогда 90 коп. за 1 песо и за 1 доллар. Кубинцы удивлялись тому, что Sovetico пьют спирт, из которого здесь делают какой-то коктейль для беременных.
Позже у аптек появилась надпись по-русски мелом "Спирта нет" (значит, где-то наши нехорошо напились) и мы стали в аптеку посылать кубинцев. Пили ром Bacardi, вино, пиво. Командованием выпивки, конечно, порицались, но все было спокойно, по-мужски.
Ведь мы были дети войны, дети победителей, дети советских людей, среди офицеров и старшин были фронтовики. После войны прошло всего 17 лет.
O том, что на Кубе с психикой было непросто, говорит следующий факт: с умопомешательством очередными пароходами в Союз отправили старшего лейтенанта Станченкова и еще одного лейтенанта — оба из роты связи. Довольно точно описал то тягостное состояние, которое испытывали многие из нас, Константин Симонов в одном из своих еще довоенных стихотворений:

"И никого. Пустой и длинный день.
Бывает одиночество такое,
Что хочется хоть собственную тень
Потрогать молча на стене рукою".

Конечно, нас спрашивали, как мы обходимся без женщин, не верили нашим объяснениям о долге, необходимости временного воздержания. Если верить слухам, в соглашении о пребывании наших войск на Кубе были 2 пункта: офицерам — разрешалось содержать женщин, солдатам — увольнение.
Фурманов Д.М. в книге "Чапаев, 1979 г." пишет, что тема полового голода "чрезвычайно заинтересовала (легендарного полководца), он все ставил вопрос о том, может ли боец без женщины пробыть на фронте два-три года... И сам заключал, что непременно должно так ... а то какой же он есть солдат?"
По-чапаевски мы жили долго, в т.ч. и на Кубе и др. горячих точках, это мы проходили и прошли в годы Отечественной войны на всех ее этапах.
А вот в русском царском флоте в конце 19 века офицерам разрешалось содержать гейш в виде Окини-сан при длительных стоянках в дальневосточных портах (Пикуль).
Думы об этом, конечно, нас не покидали, особенно когда с середины 63-го нас начали вывозить на пляж. Плавок не было (кубинцы носили плавки, встроенные в короткие цветные трусы), мы же — солдатские трусы, неудобные при выходе из воды.
Женщины, кубинки! Не описать их этим пером. Нужно жить там, впитывать этот воздух, нежность и честность в отношениях, впитывать в себя их взгляд: обволакивающий и обещающий. Женщины на Кубе на тяжелых работах не пашут, шпалы, снег, асфальт, как наши, не ворочают; белые на пляже с зонтиками не загорают; мулатки и негритянки носят в эту жару платья в обтяжку (отсутствие полости между телом и платьем уменьшает потовыделение) и шею посыпают белым порошком, могут по городу пройти в бигудях. Купальники глухие, не бикини. В жаркую погоду парни с голым торсом, девушки в сомнительных шортах в центре города и общественном транспорте, как у нас, не появляются. Это считается аморальным. Подобное там допустимо лишь в прибрежной зоне. Кстати, гражданских браков, где женщины изнашиваются впустую, в нравственной Кубе не было, и нет сейчас.
Публичные дома в те годы еще были, но под строго санитарно-административным надзором. Провинившихся путан ссылали на остров Пинос (как у нас, из Москвы в Коломну). Цены в этой индустрии были приемлемыми, честными, где-то 3 песо (2 руб. 70 коп.) за 1 состоявшийся акт ("заниматься любовью" — фраза безграмотная; любовь понятие многогранное, со многими слагаемыми, в т.ч. и половой близостью). Для сравнения: сейчас в Подмосковье за один акт берут до 5 тысяч рублей. То есть, полная обдираловка! Вот такая разница focí-foci y них и у нас!


2. CASA DE VISITAS

При очередной поездке в Сантьяго-де-Куба для отоваривания денег (под охраной кубинского солдата) мы, трое друзей, отошли от группы и расслабились. Бары за барами с громкой музыкой и песнями Cinco Latino, ром Bacardi со льдом, пепси-кола, кока-кола... и ноги сами понесли нас вниз (город к порту идет под уклон).
В узких улочках, прилегающих к порту, внешне безлюдно, полутемные бары с музыкой и путанами в ожидании, запах прекрасного кофе далеко вокруг.
Опустив глаза (секретарь парторганизации все же, член КПСС), подхожу к качалке в алькове улицы, откуда на меня податливо глянули большие раскосые глаза чуть смуглой девушки. Пригласив к себе в комнату, София завела в соседние комнаты к коллежанкам и моих друзей. Комната Софии — изящной чистоты и лоска во всем. На столике портрет молодого мужчины с усиками и бриолиновым пробором, надпись золотом на покрывале большой кровати, дамский столик и все, что должно быть в подобной комнате.
Испанский язык нетрудный, за это время кое-чему научились, да в данном случае слова были и не нужны. Все происшедшее было необычно для советского человека. София это тонко чувствовала, вела себя с большим тактом и какой-то материнской нежностью. Окружение вниманием и заботой партнера славной женщиной (но с оплатой перед каждой близостью), как ни странно, сняли скованность и страх. От начала до конца, на всех этапах близость шла с соблюдением высокой чистоты отношений и незаметным соблюдением санитарной гигиены, без предохранения, без минета (тогда, в 60-е, об этом и не слышали).
Перед каждым актом партнерша проводит омовение гениталий — вначале у себя, потом у партнера, подставив изогнутую ванночку, используя набор белой и фарфоровой посуды, комплект халатов, полотенец. Тут же соки, лед, кока-кола и пепси-кола. Водки и сигарет нет.
Стекла окон первого этажа декоративные, как и везде на Кубе. О шмоне и речи нет, проституция была разрешена государством.
Остальное как у всех. София незаметно как бы растворяла меня в себе, но в этом бурлящем сплаве я все равно оставался инородным телом, будто бы недорастворенным, втягиваясь в эту воронку-водоворот 20-летнего тела все глубже и глубже. Набухшие темные соски ее упругих грудей чертили на мне какие-то замысловатые узоры, уводя и этим меня в мир иной... Шаманка, колдунья желанная. Конечно, глаза светились радостью и "чушь мы добрую несли", понятную на двух языках... В неосознанном возбуждении, приятной нирване
уходил я от Софии. Уходить не хотелось, хотелось побыть с ней подольше.
Но выходили потихоньку от коллежанок и мои спутники, пряча почему-то глаза, уходили ускоренно. Пережитыми впечатлениями мы, понятное дело, ни с кем особо не делились...
Но я до сих пор помню Софию — это доброе податливое существо, а перед отъездом, будучи в оперативной группе по встрече теплохода, все же забежал к ней на минуту. Она сидела на бордюре тротуара, о чем-то задумавшись; поговорили: подарил ей кольцо с камешком — бижутерию. На мое предложение и непонимание ее слов "Yo enfermo" (то есть "я больна, у меня — месячные") Софья показала вниз на себя и красный стоп-сигнал стоящего рядом кубинского УАЗика...


3. ПЛЯЖ SIBONEY

Как все города имеют зоны отдыха неподалеку, так и Сантьяго имеет свой Siboney, зону отдыха для богатого ранее люда. Прекрасный залив, с коттеджами и ресторанами, небольшим пляжем. С середины 63-го здесь в 2-х коттеджах под охраной кубинских солдат открылся десятидневный профилакторий для офицеров полка. Питание, купание, пляж, отдых — это было неслыханно после походных кухонь и закрытой жизни в горах в течение года.
Питание было организовано за счет кубинской пехотной дивизии, несшей в этом прибрежном секторе пограничную службу, по непонятной нам норме: рис, курица. Каждому в день 6 бутылок пива, на троих — 1 бутылка коньяку. Непосредственно обеспечением нас продуктами занимался сержант Эдуардо Тулио — зам. командира дивизии по тылу. При урагане "Флора" неистовый ветер рвал низкие кромки мечущихся облаков и, смешивая их с лохмотьями пены верхушек волн, бил по берегу, куда накатывались и сами волны, что вместе стонало и ревело в неописуемой ярости. Так, каскадами, чуть затихая и вновь возникая, затрудняя дыхание людям, ураган затих (3-5 суток бил и хлестал ураганный ветер, от удара волн стонал берег, с каждым ударом вверх вздымалась стена грязной воды, в нашем нижнем у берега коттедже вода перекатывалась по полу. Постель, одежда были сырыми и мокрыми. Выручал спирт и ром в разумных пределах). На горной реке кубинский ЗИЛ-157 с продуктами был унесен потоком. От суда Эдуардо спасло наше командование. Тогда же унесло в море и половину прибрежного ресторана.
В ходе отдыха в Siboney был близко принят семьей доктора (его поликлиника была национализирована) с прекрасными домочадцами: Luis y Martha, несравненная 14-летняя Мария Елена Гонзалес Комес. Беседы на все темы, в том числе и о наших странах, сближали нас. Спрашивала Марта: какие у нас женщины, как вы с ними обходитесь, они ведь в ватных брюках и куртках (это из фильмов о наших стройках).
Отвечал, что у нас все женщины красивые, на любой вкус, есть точно такие как вы, ну а ватные брюки — они ведь снимаются...

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Мария Елена Гонзалес Комес
Playa Siboney, 1963 г.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
"... Tu eres para mi" (Ты для меня)

Встречались с Марией Еленой и на пляже, куда она приходила в сопровождении мулатки. Католичка, помолвлена с кубинским студентом. Как-то рассказал ей содержание кинофильма "Роман и Франческа". Поняла, плакала.
Говорил этой семье и о моей маме, сестре Флоре (смеялись, она не ураган ли "Флора"? Ей потом Мария прислала письмо). Говорили: останьтесь на Кубе. На это отвечал: Patria е Patria.
После профилактория мне в этой чудной семье довелось побывать еще несколько раз, один раз в самоволке. Перед отъездом они сделали кучу подарков. Много пластинок с песнями, свои фотографии, но главное память и понимание друг друга. В Союз шли письма от них, но ни одно мое письмо до них не дошло.
На пляже Siboney познакомились с кубинским военным журналистом Альфредо, который на своем стареньком "виллисе" показал нам сказочные места этого края, включая Casa de Visitas для избранных.
Однажды наш коттедж днем принимал гостей-туристов из Европы: болгарина с дочерью, Ilse Dessau с мужем из Германии. Тренируя свой немецкий, с Эльзой у нас шла переписка и после Кубы, она приезжала туристом в Киев, Москву, Брест в 1965 году.
Милая, душевная Куба! Звала ты нас "Sovetiko!", a здесь мы слышим — "совки!"
Старший лейтенант Афанасьев не попал с нами на Кубу по бытовым причинам. Писал стихи, печатался в "Юности", начал спиваться. Видел его как-то на железнодорожном вокзале в Казани.
Мне в письме он отправил вот такие строки:

"До тебя, до твоей Казани
Сотни тысяч километров,
И живем мы на расстоянии,
Словно на двух отдаленных планетах,
Даже писем друг другу не пишем,
И ведь помним друг друга, знаю,
Через тысячи верст я слышу голос друга, его дыханье..."



ГЛАВА 6

YO SIEMPE CONTIGO, CUBA! HASTA LA VISTA, CUBA!

(Я всегда с тобой, Куба! До свидания, Куба!)

1. Домой, домой!

В ноябре 63-го после прибытия замены, я, как второкурсник, заочник института, был включен B список отъезжающих в Союз на теплоходе "Латвия". Радости не было предела! Собирал вещи в самодельный баул (чемоданов не было). Мои друзья Курбатов и Храмцов уезжали тоже. Все мы решили взять с собой по 5 фляжек спирта, лимоны. Последняя ночь, последние разговоры, прощание.
Перед рассветом у нашего окна — автоматные очереди. Заскрипели кровати. Наклоняясь, офицеры стали молча одеваться, закрыли торцевые двери, казармы, жалюзи. Оружия нет. Помню, взяли из вентиляционной дыры по булыжнику. В щель видим наступающую цепь караула во главе с его начальником.
Оказалось, что часовой нашей казармы, увидев в утренней дымке движущийся объект, прокричал положенное "Альто! Кьен бо?" (Стой! Кто идет?). На окрик объект не остановился и часовой открыл огонь, ранив... корову.
Вывезли нас в район ожидания и все мы, собравшиеся с разных частей, с высотки увидели белый пароход, входивший в Сантьяго. Оперативная группа на УАЗе выехала в администрацию порта. В городе с утра очереди у магазинов (необычное явление), послышался возглас: "Руссо, донде сапато?" ("Русские, где туфли?").
К великому стыду, как ни клялись, нам не удалось проститься с двумя военнослужащими полка, похороненными в пантеоне героев революции в Сантьяго. Там на входе справа под мраморными орлами в 20-х похоронен и король рома Эмилио Бакарди, другие важные лица.
Пантеон в центре кладбища. Наши в цинковых гробах, задвинуты в шурф, закрыты бетонной крышкой с бронзовой ручкой и написанным краской номером. Год — сушка. Потом, говорили нам, что их замуровывают в верхнем ярусе уже в меньших гробах. Вечная память, и бетон пусть вам будет пухом, боевые Друзья! Полк остается, вы не одни! "Каждый человек, — писал немецкий поэт публицист Г. Гейне, — есть вселенная, которая с ним умирает; под каждым подгробным камнем погребена целая всемирная история!".
Помнить бы об этом министрам и власть предержащим! Куда уж там в нашем царстве 2010-х годов. Современная Россия, вздыбившись, бьет копытами в туманное будущее, топча и отбрасывая все былое.
Вот и в 2012 году, годовщине 50-летия ввода советских войск на Кубу в 1962 году, никто ни словом не обмолвился в Москве, отмечая, однако ввод и вывод советских войск из Афганистана. Сюда-то по земле войти и выйти все равно проще, чем переброска морским путем 60000 войск с вооружением и ядерным оружием.
Донеслись до меня слухи, что у нас наверху из-за Кубы якобы не хотят ссориться с Бараком Обамой, ну, а с милой Ангелой Меркель из-за дня Победы 9 мая, получается можно? Непонятные стандарты...
С Кубы-то возвращались с чувством исполненного долга — как же, предотвратили третью мировую ядерную войну!
А с Афганистана? Зачем и итоги? Оставив в земле дивизию (14.000 солдат), 40-я армия возвратилась на родину. Склоним голову перед геройски павшими солдатами и офицерами, почтим достойно оставшихся после этой тяжелой "афганской" войны, не ими развязанной.
Не аналогия, но для эрудиции обернемся к истории. Жалкие остатки бесславной 2-й эскадры царского флота с бездарным его командующим Рожественским, разбитые в 1905 году под Цусимой японцами в пух и прах, в 1906 году вернулись пешими домой.


2. Океан-море. Ноябрь 63-го

Вдвоем с Храмцовым мы со всеми шмотками в баулах — в каютах "Латвии". Питание в ресторане с пивом (бесплатно) для всех. Все в гражданском. Денег советских нет. Мы получали на Кубе первые два месяца всего один денежный оклад (видимо, финансисты сомневались: все ли доплывем?), потом — двойной (один оклад выслал матери, другой — y себя). С сентября 1963-го ввели сертификат. Солдаты получали в месяц 3 песо 40 сентаво (27 рублей 40 копеек).
При выходе из порта мысленно прощались с прекрасной Кубой, созерцая с палуб, кают, иллюминаторов чудесную панораму южного края острова.
Я смотрел на Siboney, думал об оставшихся там друзьях и знакомых. Оказалось, что кубинские друзья также наблюдали за выходом нашего barco, о чем писали в письмах. Легкая грусть охватила меня, глядя на уходящий пирс, где наш полк и ПРТБ разгружались в августе 62-го, глядя на город Сантьяго-де-Куба с поликлиникой знакомого мне доктора медицины и виллой его семьи на пляже Síboney, крепость (уже без ликующих кубинцев на ее стенах: уходят истинные боевые друзья!) Впереди океан, что он нам готовит? А Куба осталась позади.
Там, несмотря на мирный исход кризиса, обстановка была тревожной (диверсии, поджоги, терроризм). Остались позади: экстремальные, климатические условия (за ночь с комарами-кровососами не успевали восстановить свои физические силы), отсутствие питьевой чистой воды, сухари, сырой табак, выходы из строя РЭС и трансформаторов из-за сырости и перепадов температур, сырые патроны к ПМ (меняли через два месяца). Остались друзья, братья навек. Наташа Королева многие годы ищет маленькую страну, где все прекрасно и сказочно, не понимая, что это — Куба!
Теплоход шел красиво, да и мы не в трюмах. На второй или третий день пути прошла информация об убийстве президента США Д. Кеннеди, потом другая, тревожная — могут нас торпедировать. Ведь состояние войны мгновенно не оборвалось, мы с США оставались потенциальными противниками. А что? Торпедируют и спишут наше исчезновение на пресловутый бермудский треугольник!
Обошлось. Атлантика позади. Проходим Гибралтар, его столпы; Алжир, Тунис, Марокко с нефтяными баками. Похулиганил, пройдя по обеим сторонам "Латвии", пустой ржавый танкер из Скандинавии со смеющимися бородатыми матросами на корме.
Спирт наш с Храмцовым заканчивался (мы угощали иногда соседей).
Турция, Босфор, слева военно-морская база США и мы в Черном море, в китайских плащах. На палубе холодно, у многих слезы... Стамбул проходили медленно — больше времени в Босфоре — больше денег в казну! В центре города слева дворец шаха с редкой люстрой, подаренной ему Екатериной П. — со слов стоящего на палубе.
Турция — в НАТО. Говорят сейчас: НАТО приближается... Никуда оно не идет, стоит на месте. Зря возмущаются политики. Просто страны, так же оставаясь на месте, уходят в НАТО. Образуется "дырочная проводимость" в нашу сторону, как в полупроводниках Р-типа (постулат физики). Трудно политику без математического мышления!

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Сибгатулин Ф.З. с матерью Ханией после возращения из Кубы. 1963 г., декабрь

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Сибгатулин Ф. 3. после возвращения из Кубы с матерью Ханией, сестрой Флорой, племянницей Эльзой. Казань, январь 1964 г.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Страницы партбилета №04685757 и учетной карточки члена КПСС автора.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Отрывки писем друзей из Кубы

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Отрывки писем друзей из Кубы

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Отрывки писем друзей из Кубы

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Дневниковые записи кубинки с пляжа Siboney

Встретил и сопроводил нас до Севастополя наш боевой корабль. В военную форму переоделись на теплоходе и оказалось, что тут почти все рода войск. Прошли таможенный и санитарный контроль, хотя мы были абсолютно без каких-либо документов. Сколько суток мы шли, точно не помню. Может 12.


3. На родной Земле

Пирс оцеплен вооруженными моряками, стоят крытые машины, в которых нас повезли в морской экипаж. Да у нас сейчас нуворишей вывозят с "горячих точек" — богатых пляжей — и встречают лучше, чем нас, воинов-интернационалистов!
Воскресенье. Солдатам выдали деньги, а офицерам не получилось (банки не работали). Вечером офицеров-"кубинцев" вызвал к себе Представитель из Москвы и зачитал распоряжение, по которому каждый из нас должен был сопровождать уволенных солдат и матросов ("кубинцев") по группам и направлениям.
Выразив недовольство, мы исполнили это. Я выбрал направление на Краснодар (это по пути в Казань, там отпуск) и мне вручили примерно сорок уволенных солдат и папку с их документами. Плацкартный вагон почти весь наш. На остановках — разливное вино, водка стала соблазном для многих солдат, имеющих деньги.
Хожу, предупреждаю, у одних водку вылил в банку с огурцами, разбушевавшегося матроса закрыл в туалет. Два окна разбито (рассчитались). Затихло. Мой помощник, старшина-сверхсрочник, самоустранился, а потом и вовсе исчез.
Скромно вели себя кавказцы. Пригласили меня, накормили, выпили вина.
Выдавал документы солдатам по мере прибытия их на свои станции, а потом выдал их всем. Люди взрослые, извинялись. Даже уже уволенные в запас, солдаты и матросы совершенно других частей уходили, обнимая меня и желая хорошей службы.
В Краснодаре банк, баулы — на чемоданы. Поезд на Казань. В Казани отпуск. После отпуска в Москву — за своими документами и новым назначением.


"Презрев друзей, врагов я не имел.
Любил природу, в песнях славил Бога.
Я у камина жизни руки грел,
Огонь погас — и мне пора в дорогу…"

С. Моэм

Вместо эпилога

Вот и все, утомленный читатель, нудно и муторно это читать, но реально у нас было еще хуже. Моя основная задача — осветить от начала до конца действия солдат и офицеров полка в этой операции "Анадырь" с позиции очевидца 62-го года. В этих записях нет ничего выдуманного, заказного, подправленного информацией последних лет. Даже словари и записи не использовались, все по памяти. Этот дополненный газетный вариант с фотоматериалом, дополнениями коллег и очевидцев выйдет в виде книги.
Может, откликнутся участники тех давних событий и примут участие в дальнейшем освещении этой темы в преддверии круглой даты — 50-летия ввода советских войск на Кубу — (2012 год). Уже активно откликнулись из нашего (!) полка и ПРТБ: офицеры Песоцкий В‚И., Шушков В.И.‚ сержанты Шарафиев Р.Ф., Тимербулатов Р.А. звонили из райцентра Большая Атня, из Казани (портовый рабочий Балтийска)...
Автор благодарен всем читателям "ЧС" и главному редактору газеты Дурманову И.Г., "кубинцам" Татарии за дружеские советы и замечания на отдельных этапах повествования, а также главному редактору газеты "Казанские ведомости" Якуповой В.А., корреспонденту Дыннику В.Г., поместившим на своих страницах обзорную выборку рассказа автора в 2012 году.
Как бы сейчас не сглаживали, как бы не нивелировали подвиг кубинского народа и оказывавших ему братскую помощь наших воинов-интернационалистов, в том числе и из Татарии (только в нашем полку было 33 моих земляка), тогда на Кубе было выиграно одно из бескровных сражений "холодной войны", предотвратившего войну "горячую", термоядерную, на пороге которой стояли народы США и СССР, всего мира.
И все же главный урок Карибского кризиса состоит в том, чтобы не доводить дело до края бездны. В те тревожные дни Фидель Кастро проявлял спокойствие и уверенность, вел неустанную работу по мобилизации всего народа на отпор агрессору. Революционная Куба не дрогнула перед всеми этими испытаниями. Вся страна превратилась в единый военный лагерь. Мужество кубинцев передавалось нам, советским людям. Не было паники, никто не покинул остров.
Также не было ни одного случая дезертирства (на Кубе находилось 50 тысяч советских солдат и офицеров), перехода на сторону противника, хотя условия позволяли: заборов нет, все в гражданском, русских везде примут, море — рядом...
Льгот, как на Украине, "кубинцы" в России не имеют. Да и кто будет ворошить давнее прошлое, когда у нас и отношение с Кубой неоднозначное, и других забот не убавляется; одни ушли, а те — далече.
Таким образом, получается, что я — не предмет для особой уж зависти. Льгот за 9 лет непосредственной организации работ с ядерными боеприпасами (18 типов), за гамма-нейтронное и высокочастотное поражение организма также не имею. К слову, пенсия моего коллеги в армии США, полковника специалиста по ядерному оружию, также имеющего 33 года выслуги, составляет шесть тысяч долларов в месяц, то есть в 16 раз больше на 2011 год. Знаю, не обижены мои коллеги на Украине, да и в Белоруссии тоже, этом небольшом островке порядочности.
В армии США полковники после ухода на пенсию продолжают работать по родственным специальностям, наши же полковники пополняют ряды вахтеров, сторожей и охранников (сей незавидный путь прошел и автор, окончивший, кстати, политехнический институт и артиллерийскую академию!)
A наш ракетный полк B 1964 г., переучив кубинцев, передал им весь наш ракетный комплекс со всем хозяйством. Рассказывали: стояли друг перед другом два полка: наш и кубинский. Наш командир полка — полковник, кубинский командир — лейтенант. Так и передавали все в строю друг другу: автоматы, пистолеты, гранаты, противогазы и пр. Из двух полков ФКР-1 была создана кубинская ракетная бригада, первым командиром которой стал двухметровый красавец, под стать своей красавице жене-кубинке.
Знамя полка, наверное, сдали в Москве, и этот полк канул в лету, как и в 1991 году кануло в безвестность уникальное государство СССР — кузница высших государственных деятелей РФ и СНГ (до сих пор), давшее новой России прекрасный электорат — советский народ.
В 90-е годы тогдашний лидер государства c пятном на лбу спокойненько своих соратников и заместителей, им же назначенных и навязанных народу, спровадил в тюрьму. Этот же "лидер", резко сменив курс своего государства, запросто бросил свою партию и группу социалистических стран, десятки лет наивно шедших в единой упряжке и не извинился хотя бы перед семьями расстрелянного (Чаушеску) с женой и осужденных лидеров этих доверчивых государств. В это же время главу ГДР Хоннекера в Москве (!) сдали, этапировали на суд в другое государство.
К 90-м годам и "холодная война" начала затухать в прямой зависимости от преобразований в государстве — преемница СССР, очень уж вписавшихся в план А. Даллеса, начальника ГРУ США в 50-60-е годы.
В этом плане-инструктаже офицерам ГРУ США ставилась задача: СССР уничтожить изнутри, оболванивать народ, довести его численность до 60 млн., создавать хаос, заставить людей пересмотреть ценности (идеи); разлагать через интеллигенцию-писателей, поэтов, кинорежиссеров и т.п. — советский народ, удовлетворяя низменные, животные и физиологические потребности; развивать хамство, наглость, пьянство, ложь, невежество и бескультурье, наркоманию в советских людях, создав этим почву и для фашизма. И, знаете, удалось.
А брошенная в 1992-93 гг. Куба сама вышла из долгого своего кризиса! 1-е место по образованию, 80 лет люди живут вместо 55 в 60-е годы.
Куба торгует с РТ с объемом товарооборота в 5 млн. долларов. Берут КАМАЗЫ, привозят сахар, кофе, фрукты.
А Куба не сдалась и не сдастся, такая маленькая и гордая, с девизом: Viva, Fidel!
— No passaran! Patria o muerte!
— Cuba — terítorío libre de America!
— Hasta la vista, Cuba!

Фрид Сибгатулин
г. Казань, июнь-сентябрь 2010 года.




ГЛАВА 7

ПИСЬМА, РАЗМЫШЛЕНИЯ И ВЫВОДЫ УЧАСТНИКОВ ПОХОДА НА КУБУ

Как известно, разразившийся в 1962-1963 годах Карибский кризис чуть было не привел мир к ядерной катастрофе. Никто не отрицает, что в предотвращении вселенской трагедии немалую роль сыграли тогда политики, дипломаты. Но с их стороны, считаю, это было не больше, чем исправление допущенных ими же самими ошибок.
Мало кто знает, что в смягчении последствий этих просчетов немалая заслуга принадлежит военным, непосредственным участникам стратегической операции "Анадырь". Однако наш вклад в предотвращение третьей мировой войны должным образом не оценён до сих пор. И когда сегодня заходит речь, чтобы нас, "кубинцев" приравнять к участникам боевых действий, в ответ приходится слышать доводы, граничащие с издевкой: дескать, заслуги в предотвращении ядерной войны у вас нет, а боевых действий в общепринятом понимании на Кубе не было.
А ведь если бы не военные, то боевые действия не только на Кубе, но и во всем мире приняли бы такой "общепринятый характер", что не приведи господь. Мы честно, терпя лишения, выполняли свой интернациональный долг, 68 наших товарищей навеки остались лежать в кубинской земле.
"Анадырь" — операция была сверхсекретная. В отличие от других воинов-интернационалистов мы даже не знали, куда нас везут. Замаскированным под сельскохозяйственных рабочих, нам приказали спуститься в трюмы с боевой техникой. Спертый воздух, температура 40-45 градусов, шторм 5-6 баллов, люди теряли сознание... И, несмотря ни на что, мы 18 суток даже носа не смели высунуть наружу.
История войн не знает примеров переброски войск в таких условиях, на такие расстояния. Нам чуть ли не каждый день крутили кинофильм "Чапаев". Мы мрачно шутили: Василий Иванович так и не доплыл до берега, а доплывем ли мы? Опасения были небезосновательными: американские подводные лодки могли за милую душу отправить нас на дно.
Из-за режима сверхсекретности мы, участники стратегической операции "Анадырь", слишком поздно заявили o себе. Межрегиональная общественная организация ветеранов воинов-интернационалистов "кубинцев" (МООВВИК) была создана лишь в 1999 году. Потому, на наш взгляд, нас и не оказалось в перечне участников боевых действий. Считаем, что эту несправедливость необходимо исправить. Тем более o возможности положительного разрешения этого вопроса однажды было заявлено на самом высоком уровне.

Майор в отставке
Вадут Хакимов,
Руководитель МООВИК Республики Татарстан


Президенту Российской Федерации
Медведеву Дмитрию Анатольевичу

Председателю Правительства
Российской Федерации
Путину Владимиру Владимировичу
Адрес: 103274, Москва,
Краснопресненская набережная,
д 2‚строение 2

Председателю Государственной
Думы Российской Федерации
Грызлову Борису Вячеславовичу
103265, г Москва, ул. Охотный ряд, дом 1

Уполномоченному по правам
человека Российской Федерации
Лукину Владимиру Петровичу
103265, г. Москва, ул. Охотный ряд,
дом N 1, Государственная Дума

Заместителю Председателя
Государственной Думы
Жириновскому Владимиру Вольфовичу
103265, г. Москва, ул. Охотный ряд,
дом N 1, Государственная Дума

Руководителю Фракции КПРФ в
Государственной Думе
Зюганову Геннадию Андреевичу
103265 г. Москва, ул. Охотный ряд,
дом N 1, Государственная Дума

Обращение с криком Души!

Уважаемые народные избранники, наши избранники!

К вам обращаются участники Карибского кризиса 1962—1963 годов сверхсекретной стратегической операции под кодовым названием "Анадырь", которые не дали вспыхнуть третьей мировой войне — войне термоядерной.
Мы более 30 лет сохраняли военную и государственную тайну об этой операции.
Мы свято верили в Государство и Правительство, что после снятия Грифа секретности данной операции нас, воинов-интернационалистов "кубинцев" включат в раздел 3 Приложения к ФЗ "О ветеранах" N9 40 — ФЗ от 2000 года в перечень государств ведения боевых действий.
До сих пор наши героические действия не признаны в собственном Отечестве, хотя мы награждены Указом Президиума Верховного Совета СССР "За мужество и военную доблесть при выполнении интернационального долга" и боевой наградой Революционных Вооружённых Сил Кубы — медалью "Воин-интернационалист 1степени".
В продолжение многих лет наши обращения и просьбы о включении нас в ФЗ "O ветеранах" остаются без внимания. Чиновники на наши запросы и ходатайства отвечают, что "на Кубе боевые действия не велись". Правительство не хочет искать себе "головной боли": лучше плюнуть в души всем участникам Карибского кризиса и тем нашим 68 боевым Друзьям, которые навечно остались лежать на территории Кубы.
Многие наши товарищи были награждены орденами и медалями:
Орден Ленина — 18 человек;
Орден Красного Знамени — 38 человек;
Орден Красной Звезды — 591 человек;
Медалью "За отвагу!" — 138 человек;
Медалью "За боевые заслуги" — 205 человек.
Это очень высокие награды воинам, защитившим мир от термоядерной войны. И где тогда логика, честь и совесть чиновников отвечать на наши просьбы утверждением, что "на Кубе боевые действия не велись"?!
Какая разница между наградами, которыми награждаются участники Афганских, Чеченских событий, и участниками Карибского кризиса?! Почему же только мы, воины-интернационалисты "кубинцы", сохранившие мир от термоядерной войны, стали изгоями в собственном обществе, государстве?! Тогда надо спросить у жителей противоборствующей стороны — американского народа, как они "драпали", совершая ДТП на своих машинах в северные районы, когда узнали, что наши ракеты с ядерными боеголовками нацелены на территорию США.
А было им чего бояться!!! Хотя они ещё не всё знали, сколько было на территории Кубы атомных боеголовок, которые вывезли из СССР на 2-х теплоходах на расстояние более чем на 10 (десять) тысяч километров через Атлантический океан.
— 36 единиц ядерных боеголовок мощностью 1 Мега тонн для ракет Р-12;
— 24 единицы к ракетам Р-14;
— 12 спец. головок для тактических ракет "Луна" по 2 килотонны;
— 80 ядерных боеголовок для ФКР по 2 килотонны;
— 6 атомных бомб мощностью по 4-5 килотонн.
Итого 158 ядерных боеголовок с нашей стороны — ещё неизвестно, сколько со стороны США?!
Всем этим занимались люди, живые люди, и в миг они, это мы, участники операции, могли вспыхнуть... Тогда некому было бы просить эти льготы и некому было бы писать, что "там боевые действия не велись"... Просто тогда Земной шар разлетелся бы на куски. Это было бы не то, что случилось на территории Башкирии и Удмуртии.
Поэтому мы вас просим, чтобы вы отнеслись к нам благоразумно: не жалейте надбавки к нашим скудным пенсиям, которые еле дотягивают до 10 тысяч у майоров и подполковников, прослуживших по 30 лет в Советской Армии. Нас, участников Карибского кризиса, осталось уже по РФ не более 2500 человек.
На территории Украины, в Хакасии и на региональном уровне в г. Москве воины-интернационалисты "кубинцы" в сфере социальной поддержки приравнены к участникам боевых действий. Полнейшим образом нарушаются наши права как воинов-интернационалистов, выполнявшим свой воинский долг за пределами своего государства и Родины.
Наш руководитель Межрегиональной общественной организации ветеранов воинов-интернационалистов "кубинцев" (МООВВИК) по РФ полковник Бурлов А.М. обращался K Президенту Российского Организационного Комитета "Победа" В.В. Путину 20.10.2006 года N9 1/56, где наложена виза: Фраткову М.Е. и Зурабову М.Ю. "Проработать и доложить", также дважды обращался лично 9 мая
2004 г. и 9 мая 2006 г. В.В. Путин ответил Бурлову А.М.: "Вашу просьбу мы, конечно, решим, ветераны это заслужили". 9 мая 2009 года на приёме в Кремле полковник Бурлов А.М. обращался к Президенту РФ Д.А. Медведеву, и Дмитрий Анатольевич лично сказал ему: "Ваш вопрос решим положительно. Ветераны это заслужили".
Обещания остаются обещаниями — обещаниями за экранами...
Дорогие наши избранники народа! Мы, ваши избиратели, надеемся на вас, что вы, наконец, повернетесь лицом к "кубинцам" и включите нас в Федеральный Закон "О ветеранах".
С надеждой и уважением к вам!

Руководитель Межрегиональной общественной организации
ветеранов воинов-интернационалистов "кубинцев" — МООВВИК
по Республике Татарстан
Подполковник в отставке Хакимов Вадут Хакимович

Приложение на 2-х листах:

Обращение полковника Бурлова А.М. Президенту РФ Медведеву Д.А.; Президенту Российской Организации Комитета "Победа" Путину В.В.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
На снимке: Хакимов В.X., 1-й секретарь рескома КПРФ Миргалимов Х.Г., Сибгатулин Ф.З. в РОСТО г. Казань

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
"Кубинцы". Шушков И.И., Сибгатулин Ф.З.‚ Хакимов В.Х., Шарафиев Р.Ф. в Доме офицеров Казанского гарнизона

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Воины-интернационалисты: Сибгатулин Ф.З., Поликарпов Ю.А.‚ Шарафиев Р.Ф., Хакимов В.Х.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Новый год в семьях ”кубинцев ” Хакимова В.Х. и Сибгатулина Ф.З.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
Казань. Дом офицеров.

Сибгатулин Фрид. 16 суток в трюме на Карибы и Бермуды
“Кубинцы” — однополчане Шушков И.И.‚ Сибгатулин Ф.З., Шарафиев Р.Ф.



13 ДНЕЙ, КОТОРЫЕ СПАСЛИ МИР!

Сверхсекретная стратегическая операция под кодовым названием "Анадырь" более известная для широкого круга людей как Карибский кризис 1962—1963 годов. Тогда точные и слаженные действия нашей армии не дали вспыхнуть третьей мировой войне — термоядерной. С тех пор прошло пятьдесят лет.

Подполковник в отставке Вадут Хакимов сегодня руководит Межрегиональной общественной организации ветеранов воинов-интернационалистов "кубинцев" (МООВВИК) по Республике Татарстан.
Более 30 лет участники Карибского кризиса сохраняли военную и государственную тайну об этой операции. Они свято верили, что после снятия грифа секретности получат статус ветеранов боевых действий и соответствующие меры социальной поддержки. "Но, к сожалению, — говорит Вадут Хакимович, — до сих пор наши героические действия не признаны таковыми в собственном Отечестве, хотя мы награждены Указом Президиума Верховного Совета СССР "За мужество и военную доблесть при выполнении интернационального долга" и боевой наградой Революционных вооруженных сил Кубы — медалью "Воин-интернационалист 1 класса". В продолжение многих лет чиновники на наши ходатайства о внесении Кубы в Перечень государств, городов, территорий и периодов ведения боевых действий с участием граждан Российской Федерации и соответствующих поправок в Федеральный закон "О ветеранах отвечают, что "на Кубе боевые действия не велись".
Чтобы разобраться в этой проблеме, обратимся к истории Карибского кризиса. За три года до него на Кубе была установлена революционная власть во главе с Фиделем Кастро Рус. Американская администрация встретила в штыки победу кубинских революционеров. Вашингтон почти на второй день победы Кастро вступил на путь активной конфронтации с его правительством. В 1960 году американцы прекратили закупки кубинского сахара и тем самым поставили страну на грань экономической катастрофы, а 2 января 1961 года Соединенные Штаты полностью прекратили дипломатические отношения с Кубой. Фиделю Кастро нужна была поддержка экономическая, политическая, помощь оружием, и он нашел все это в Москве.
Кризису предшествовало и размещение в 1961 году Соединенными Штатами в Турции ракет средней дальности "Юпитер", напрямую угрожавших городам в западной части Советского Союза, Москве и основным промышленным центрам. 21 мая 1962 года в целях предотвращения американской агрессии против Кубы руководство СССР приняло решение о проведении стратегической операции, получившей название "Анадырь". "Наша задача — припугнуть дядю Сэма, а не воевать," — говорил генеральный секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущев своему окружению.
Главной целью операции была доставка в режиме строгой секретности на Кубу и приведение в боевую готовность ракет среднего радиуса действия Р-12 и Р-14 с ядерными боевыми зарядами. Общий замысел состоял в развертывании группы советских войск в составе соединении и частей РВСН, Сухопутных войск, Военно-воздушных сил, ПВО и Военно-морского флота, с целью продемонстрировать военную мощь Советского Союза, и тем самым предотвратить агрессию США в отношении Кубы. Была и еще одна цель — заставить американцев убрать свои, нацеленные на СССР, ракеты из Турции.
В режиме строгой секретности на Кубу были доставлены: ракетная, зенитно-ракетные дивизии, отдельные мотострелковые полки, вертолетный полк, полки фронтовых крылатых ракет, истребительный авиационный полк, полк морской авиации и ряд специальных частей и подразделений, всего до 51000 человек. Фактически на Кубу прибыло 43000 человек.
Только 14 октября 1962 года американцы, наконец-то смогли получить достоверные данные o присутствии советских ракет на Кубе 14 октября 1962 года самолет-разведчик U-2 BBC США в ходе одного из регулярных облетов Кубы обнаружил советские ракеты средней дальности. США приступили к ответным мерам: 22 октября 1962 президент США Джон Кеннеди в своем выступлении по телевидению потребовал от СССР вывода ракет и объявил об установлении военной блокады Кубы. В ответ на этот ультиматум советский руководитель Никита Хрущев потребовал гарантий, что не будет никаких посягательств со стороны США в отношении Кубы, если состоится немедленный вывод с территории Турции американских ядерных ракет "Юпитер". Своего апогея напряженность достигла 27 октября 1962 года, когда над территорией Кубы советской ракетой был сбит американский разведывательный самолет U-2. К этому времени советские войска были приведены в боевую готовность.
Разрядка наступила 28 октября, когда СССР и США, пойдя на взаимные уступки, нашли компромиссное решение, удовлетворяющее обе стороны. 28 октября начался демонтаж баллистических ракет. 20 ноября блокада Кубы была снята. Карибский кризис продолжался 30 дней.
С военной точки зрения операция "Анадырь" являлась уникальной. Она стала крупнейшей после Второй мировой войны, и не имеющей аналогов в военном искусстве. Военные считают, что операция "Анадырь" должна быть вписана в боевую летопись воинской славы нашего Отечества золотыми буквами. Операция была закодирована под стратегическое учение с перебазированием всех видов и родов войск, боевой техники морем из различных районов Советского Союза на Север и проводилась, как уже говорилось, под грифом "совершенно секретно". Все что связано с операцией "Анадырь", как уже говорилась выше, хранилось в глубокой тайне более 30 лет!
Вся система управления войсками осуществлялась устными распоряжениями, в крайнем случае, шифровками. Название операции "Анадырь" наводило на мысль о Севере. Для поддержания этой легенды на некоторых судах команде выдавались лыжи, печки, полушубки. Никто не знал, куда идут суда, даже начальники военных эшелонов и капитаны судов. Капитанам судов и начальникам эшелонов выдавались три пакета, на которых было написано: вскрыть после оставления территориальных вод СССР; вскрыть после прохода проливов Босфор и Дарданеллы; вскрыть после прохода Гибралтара. В последнем и содержался приказ: "следовать на Кубу в порт Мариель" (или другие порты).
Как известно, цель классической военной операции заключается в том, чтобы нанести поражение противоборствующему противнику, захватить определенную территорию или удержать ее.
Цель операции "Анадырь" заключалась не в нападении на США, а в обороне Кубы, защитите ее от разгрома США, в предотвращении войны и сохранении мира на земле. Характер военных действий — демонстрация военной силы. Боевые действия предполагались лишь в случае прямого нападения или вторжения противника на Кубу. Во исполнение принятого плана с июля 1962 года началась крупнейшая операция по созданию группировки войск, способной вести самостоятельные боевые действия на удалении 11000 км от базы снабжения. В исключительно сложной и опасной обстановке осуществлялся боевой поход через моря и Атлантический океан. С ракетами, с ядерными боеголовками, пушками, автомобилями, самолетами, вертолетами, боеприпасами, стройматериалами, тысячами солдат и офицеров, тремя военными госпиталями к вероятному театру военных действий корабли ВМФ и 85 океанских судов гражданского флота, совершили 18 рейсов на Кубу и обратно.
Вадут Хакимов, вспоминая то время, говорит: "И, хотя американцы достоверно не знали, сколько действительно на территории Кубы было атомных боеголовок, которые вывезли из СССР, люди поддались панике. Услышав, что наши ракеты с ядерными боеголовками нацелены на территорию США, многие на своих машинах ринулись в северные районы страны США.
А жителям Америки действительно было чего бояться! 36 единиц ядерных боеголовок мощностью 1 мегатонна для ракет Р-12; 24 единицы к ракетам Р-14; 12 спецголовок для тактических ракет "Луна" по 2 килотонны; 80 ядерных боеголовок для ФКР по 2 килотонны; 6 атомных бомб мощностью по 4-5 килотонн.
Итого 158 ядерных боеголовок с нашей стороны — еще неизвестно, сколько со стороны США?!
Войска грузились в нескольких портах на Балтике, на Черном и Баренцевом морях. Спецтехника, которую невозможно было укрепить в трюме, выносилась на верхнюю палубу, но надежно обшивалась досками, а для исключения фотографирования с воздуха инфракрасной аппаратурой обивалась еще и тонкими стальными листами.
А еще на кораблях были автомобили, тракторы и бульдозеры прямо на верхней палубе, чтобы создать видимость перевозки сельскохозяйственного оборудования. Все военные были переодеты в гражданскую одежду и размещены в твиндеке — междупалубном пространстве внутри корпуса судна, где были оборудованы двухъярусные деревянные нары.
С перевозкой личного состава были большие проблемы, так как основную массу военнослужащих перевозили грузовыми судами, твиндеки которых буквально набивали людьми. Без вентиляции в тропиках было особенно тяжело. В твиндеках температура порой достигала 50 градусов и более. Пища выдавалась два раза в сутки в ночное время. Многие продукты из-за жары быстро портились. Люди страдали от морской болезни. Были случаи, что солдаты умирали в пути и были похоронены в океане по морскому обычаю. Для соблюдения режима секретности выход личного состава на палубу был ограничен.
Крышку твиндека открывали только ночью, и группами по 20-25 человек разрешали выходить на палубу подышать свежим воздухом.
Однако личный состав, проявив стойкость и выдержку, успешно перенес длительный морской поход 14-18 суток. Позднее стало известно, что американцы в то время провели эксперимент: подразделение морской пехоты погрузили в трюм транспортного судна и покатали его в океане. Американская медицина держать людей в таком состоянии не разрешила больше трех суток. После этого они сделали вывод о невозможности скрытой доставки больших масс людей на Кубу.
Одним из сложных элементов была и разгрузка огромного контингента войск и боевой техники с океанских кораблей, как правило, в ночное время суток. Требования были жесткие — в кратчайший срок подготовить позиции, замаскировать технику, выставить боевое дежурство. Работы велись с полным напряжением сил в джунглях. где нет нормального движения воздуха, мучили духота и зной. А еще в условиях ливневых дождей солдаты страдали от ядовитых деревьев гуао-гао.
"Многие наши товарищи были награждены орденами и медалями, — вспоминает Вадут Хакимович‚ — орден Ленина получили 18 человек; орден Красного Знамени — 38 человек; орден Красной Звезды — 591 человек; медалью "За отвагу!" были награждены 138 человек; медалью "За боевые заслуги" — 205 человек. Это очень высокие награды воинам, защитившим мир от термоядерной войны. — И тут же задает вопросы: где тогда логика, честь и совесть чиновников, которые отвечают на наши просьбы утверждением, что на Кубе боевые действия не велись?!"
Чем отличаются награды, которые получили участники афганских, чеченских событий, и участники Карибского кризиса?! Почему же только мы, воины-интернационалисты "кубинцы", сохранившие мир от термоядерной войны, стали изгоями в собственном обществе и государстве?" К сожалению, вопросы пока остаются без ответов.
Почему войны-интернационалисты — "кубинцы" не приравнены к участникам боевых действий? Кто решил, что на Кубе боевые действия не велись?
Начнем с того, что оказание военной помощи Республике Куба проводилось по Договору о военной помощи между СССР и Кубой, заключенному в июне 1962 года в Москве. Операция "Анадырь" была спланирована и введена в действие в соответствии с постановлением Совета Обороны СССР от 13 июня 1962 года и директивой (боевым распоряжением) Генерального штаба Вооруженных Сил СССР от 13 июня 1962 года N 75271.
Bo исполнение директивы Генштаба Вооруженных сил СССР были отданы боевые распоряжения всем видам войск, входящим в боевую группировку войск, в том числе ракетном войскам стратегического назначения от 13 июня 1962 года N 75273.
Была объявлена военно-морская блокада Кубы, разве это не один из видов боевых действий? А сама переброска войск через Атлантический океан, в трюмах с боевой техникой, — это что — не часть военной операции и подготовки к боевым действиям? Развертывание войск, организация боевого дежурства, и боевой службы, определение боевых задач каждому воинскому коллективу, подразделению, солдату — это реальная подготовка к бою; разрешение на открытие огня по самолетам США, постоянное сопровождение нарушителей воздушного пространства Кубы и, наконец, сбитый самолет U-2? Получается, что в период стратегической операции велись масштабные военные действия, когда эпизоды боевых действий могли привести к мировой ядерной войне.
Также были предотвращены диверсии по подрыву и уничтожению ядерных боеприпасов. Самолеты США жгли плантации сахарного тростника, топили кубинские траулеры в море, забрасывали на Кубу банды диверсантов‚ которые вели обстрел позиций ПВО. Аквалангистами были подорваны два катера, два кубинца утонули, два наших офицера спаслись, держась за обломки катера два часа, ждали помощи из порта. Чудом спасся Герой Советского Союза полковник Кубати Карданов. А что бы произошло, если бы авиация США промахнулась и отбомбилась бы по позициям РВСН? Ведь самолеты США летали над позициями с полным вооружением на высоте 100-150 метров!
Получается, что это была настоящая боевая операция, участники которой, к великому сожалению, не имеют статуса ветерана боевых действий. Советские воины-интернационалисты с честью и достоинством выполнили свой воинский и служебный долг. Они спасли мир и Кубу от войны.
"Поэтому мы вас просим, — обращается к руководству страны и депутатам Вадут Хакимов, — чтобы вы отнеслись к нам благоразумно: не жалейте надбавки к нашим скудным пенсиям, которые еле дотягивают до 10 тысяч у майоров и подполковников, прослуживших по 30 лет в Советской армии. Нас, участников Карибского кризиса, осталось в России не более 2500 человек. На Украине, в Хакасии и на региональном уровне в Москве воины-интернационалисты "кубинцы" приравнены к участникам боевых действий в сфере социальной поддержки, а в других регионах — нет".
Вопрос о присвоении защитникам Кубы статуса ветеранов боевых действий много лет уже пытается решить руководитель Межрегиональной общественной организации ветеранов воинов-интернационалистов "кубинцев" (МООВВИК) по РФ полковник А.М. Бурлов. Он уже дважды обращался к В.В. Путину‚ который пообещав принять решение по этому вопросу, сказал буквально следующее: "Вашу просьбу мы, конечно, решим, ветераны это заслужили".
9 мая 2009 года на приёме в Кремле полковник А.М. Бурлов обращался и к Президенту РФ Д.А. Медведеву‚ который тоже не отрицал заслуг воинов-интернационалистов и высказался за положительное решение вопроса. Однако обещания до сих пор так и остаются обещаниями.
Участник тех событий Вячеслав Сергеевич Бабешко написал замечательное стихотворение, которое мы предлагаем вниманию наших читателей.

Операция "Анадырь"

Участники мы действий боевых,
Хотя и не ходили в рукопашный.
Все сдали документы, строй притих.
Морской поход и трудный, и опасный.
Холодный ветер с моря продувал.
Октябрьский день глядел на нас угрюмо.
"Семь футов" — адмирал нам пожелал.
И мы пошли, как на закланье, в трюмы.
Кто шел на "Краснограде" знайте-ка,
Что родились удачливо в сорочках.
Чем помогли б гранаты и "AK",
Когда гептил был
По соседству в бочках.
А нас везли, товарищ, на войну,
Что чуть не стала третьей мировою.
Богу лишь угодно одному,
Мир выжил. Вместе с ним и мы с тобою.
Хоть был приказ, тянувший нас на дно.
Атлантика, бездонны твои кручи.
Ушли бы тогда в пучину, но
Нас миновали грозовые тучи.
Ах, год далекий, шестьдесят второй!
И на часах войны почти двенадцать.
А мы обратным курсом шли домой,
Чтоб дальше жить и солнцу улыбаться.

Ирина Сибирякова



МЕЖРЕГИОНАЛЬНАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ, ОРГАНИЗАЦИЯ ВЕТЕРАНОВ ВОИНОВ — ИНТЕРНАЦИОНАЛИСТОВ "КУБИНЦЕВ" (МООВВИК)

Юридический адрес: 119885 г. Москва, Гоголевский бульвар, д. 4
Фактический адрес: 123104 г, Москва, Богословский пер, д.12
тел: 699-45-77; 650-42-14 факс: 699-45-77

Президенту Российской Федерации
Председателю Российского Оргкомитета
"ПОБЕДА"
Медведеву Д.А.

N 1/50
от 27.10.2009 г.

Глубокоуважаемый Дмитрий Анатольевич!

Докладываем Вам, 23 октября 2009 года в Военной Академии имени Петра Великого состоялась юбилейная конференция ветеранов воинов-интернационалистов "кубинцев", посвященная 10-летию МООВВИК и 47-ой годовщины стратегической операции "Анадырь" (в период Карибского кризиса 1962-63 гг. на Кубе).
B работе конференции приняли участие представители от Посольства Кубы во главе с Послом Хуаном Вальдесом и дорогие гости от общественных организаций, а также делегаты от регионов РФ.
На конференции принято постановление — повторно обратиться к Президенту РФ Д.А. Медведеву по решению главной проблемы "кубинцев" о включении этой категории ветеранов в Закон "О ветеранах" и придания им статуса участников боевых действий.
Главный итог непревзойденной операции "Анадырь" — была предотвращена мировая термоядерная война, мир стал предсказуем и в этом главная заслуга ее участников.
Мы считаем — ветераны "кубинцы" должны быть по достоинству оценены своим Правительством РФ.
9 мая 2009г. на Приеме в Кремле я докладывал Вам лично по этой проблеме, передав Вам необходимые материалы и изданную ветеранами "кубинцами" уникальную книгу "Стратегическая операция "Анадырь". Как это было".
Ответа до сих пор мы не получили. Ваше правовое управление нам сказало, что все материалы находятся у Собянина С.С.
Вы, Дмитрий Анатольевич, мне лично сказали: "Ваш вопрос решим положительно. Ветераны это заслужили".
Очень надеемся, что справедливость восторжествует.

Приложение: на 32 листах.
Председатель Правления МООВВИК А.М. Бурлов



МЕЖРЕГИОНАЛЬНАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ,
ОРГАНИЗАЦИЯ ВЕТЕРАНОВ ВОИНОВ —
ИНТЕРНАЦИОНАЛИСТОВ "КУБИНЦЕВ" (МООВВИК)

Юридический адрес: 119885 г. Москва, Гоголевский бульвар, д. 4
Фактический адрес: 123104 г. Москва, Богословский пер., д‘ 12
тел: 699-45-77; 650-42-14 факс: 699-45-77

20.10.2006 г. N 1/56

Президенту Российского
Организационного комитета
"ПОБЕДА"
Путину B.B.

Глубокоуважаемый Владимир Владимирович!

Вторично, в этом году, от имени участников стратегической операции "АНАДЫРЬ" обращаюсь к Вам с убедительной просьбой, решить вопрос о включении этой категории ветеранов в закон "О ветеранах" и приравнять их в правах к участникам боевых действий, как это сделано в Украине для наших побратимов по этой операции еще в 1994 году.
Дважды во время Приемов B Кремле, посвященных Дню Победы в BOB 1941-45 гг. 9 мая 2004 г. и 9 мая 2006 г., я лично обращался к Вам с дарением книги об этой уникальной операции "Анадырь" и передавал письма с нашей просьбой о включении ветеранов "кубинцев" в Закон "О ветеранах" и в обоих случаях Вы, Владимир Владимирович, мне отвечали: "Вашу просьбу мы конечно решим, ветераны это заслужили".
К этому письму мы прилагаем все материалы легитимно подтверждающие правомочность такого включения в закон "О ветеранах" (в том числе подтверждения от ГШ ВС, всех главкомов ВС России, ведущих военных Академий и др.).
Главный итог операции "АНАДЫРЬ": Республика Куба была защищена от агрессии со стороны США, была предотвращена прямая угроза термоядерной войны, мир стал предсказуем и в этом есть доля заслуги участников операции "Анадырь".
Ветеранов участников операции "Анадырь" B Российской Федерации осталось не более 2300 человек и всем им за 65 лет (солдатам и старшинам) и за 70 лет (офицерам и генералам).
Принятие положительного решения послужит поднятию авторитета Вооруженных Сил России, повысит активность в работе по патриотическому воспитанию молодежи России, для участников — моральное удовлетворение, а для отцов и дедов радость и душевная успокоенность.

Председатель Правления МООВВИК,
полковник А.М. Бурлов




23 ноября
в 17.00
Приглашаем на встречу с участниками операции "Анадырь"
по выполнению интернационального долга советскими
войсками на о. Куба
в 1962-1963 гг.
в библиотеке санатория.
Выступят "кубинцы" Хакимов В.Х., Сибгатулин Ф.3.

Завклубом
сан. "Аврора" Хоста-Сочи Санникова Н.В.
23.11.11 г.

Благодарю за встречу

На тему "Ядерные волнения"




НАЧАЛЬНИКУ
ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА
ВООРУЖЕННЫХ СИЛ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

О невыплате надбавок к пенсии специалисту ядерного оружия
(начальнику 6 отдела СГВ СА)

Господин генерал,

Войсковая часть 31600 (г. Москва, 119169)4 на сегодня является единственным органом выдачи подтверждения о работе офицеров с единым оружейным комплексом для надбавки к пенсии по Указам Президента РФ от 23.08.2000 r. N2 1563 и N9 949 от 09.09.2005 г.
Мне, бывшему начальнику 6-й группы РВиА ПриКВО (1980-1984 гг.: пять ПРТБ) и начальнику 6 отдела СГВ (1984-1989 гг.: десять ПРТБ, ОРТБ, (РТБ)5, в выдаче этого подтверждения указанный Главк отказывает трижды (см. Приложения 3.4,5), мотивируя тем, что указанных должностей и номеров их войсковых частей в системе Главка нет, что их работа не соответствует перечню 2000 года.
При этом исполнители не учли, что в 1980 году одновременно с переподчинением ядерно-технических и ракетно-технических частей из ГРАУ в рода войск были созданы решением Генерального штаба ВС ССС 6-е отделы военных округов (групп войск), 6-е группы родов войск округов (групп войск) .
6-е отделы и 6 группы были единственным органом непосредственной организации и руководства специальной деятельностью ПРТБ, ОРТБ того времени (пункт 3 Перечня на получение льгот), с трудом выполняя функции ГРАУ небольшим составом, в т.ч. и оперативную, боевую подготовку дополнительно.
Специальная деятельность в подчиненных ПРТБ решалась 6-ми отделами (группами) в тесной документально оформленной взаимосвязке с войсковой частью 31600 , т.е. все по п.3 "Перечня видов деятельности... Указа от 20001 г. в полном объеме."
К слову, допуск в полном объеме в три ОРТБ 12 ГУМО (Бялоград, Кеншица и Сыпнево-2) в СГВ был разрешен только Командующему и начальнику 6 отдела СГВ. НО-6 в них организовывал и решал задачи не только специальной деятельности, и вдруг оказался для 12 ГУ MO посторонним.
Тогда зададимся вопросом, чем же я занимался с 1980 по 1989 годы?
Поэтому вызывает досаду и обиду отторжение в никуда моих 8-ми лет службы полковником на серьезном посту, где и нервы, и гамма-нейтронное поражение организма 6, награждение орденом Красной Звезды 22.02.1986г. за безаварийность в эксплуатации 18 типов ЯБП (OTP, TP, снаряды и мины, авиабомбы) в 15 ПРТБ (ОРТБ, РТБ). Кстати, в 1960-ые годы был техником по проверке СУ ракеты ФКР-1 и автоматики ЯБП.
Радует, с августа 2007 г. офицеры-пенсионеры подчиненных ранее мне по специальной деятельности ПРТБ (ОРТБ) начали получать надбавки к пенсиям (они в номенклатуре войсковой части 31600) — солидное единовременное и денежное пособие.
Господин генерал, эту дилетантскую недоработку по вышеизложенному, на мой взгляд, нельзя ли поправить дополнением в Перечень должностей и воинских частей еще одной должности: "Начальник 6 отдела военного округа (группы, войск) СА по войсковой части этих управлений". (Ущерб государству невелик: сколько округов (флотов) — столько и 6 отделов). Т.е. 40 человек.
Хотелось бы, чтобы мое послание нашло понимание, чтобы не пришлось искать признания и оценку моего необычного труда вне дозволенных границ, снять обет молчания. (прим. автора рассказа — "обет снят ответом НГШ РФ 26.12.2007 г.").

Письмо автора рассказа.




Министерство обороны
Российской Федерации
(Минобороны России)

Первый заместитель Министра Обороны
г. Москва, 119160
26 декабря 2007 г., N 448/-
на N _________

Уважаемый

Ваше обращение по вопросу возможности распространения на Вас мер социальной поддержки, предусмотренных Указами Президента Российской Федерации от 23 августа 2000 г. N 1563 "О неотложных мерах социальной поддержки специалистов ядерного оружейного комплекса Российской Федерации" и от 9 августа 2005 г. N 949 "О совершенствовании системы мер социальной поддержки специалистов ядерного оружейного комплекса Российской Федерации", Минобороны России рассмотрено.
Сообщаю, что в соответствии с подпунктом "г" пункта 3 Указа Президента Российской Федерации от 23 августа 2000 г. N9 1563 военнослужащим и гражданскому персоналу Вооруженных Сил Российской Федерации, непосредственно участвующим в одном из видов деятельности, указанных в перечне видов деятельности, осуществляемой в организациях и воинских частях, входящих в состав ядерного оружейного комплекса Российской Федерации, участие в которой дает право на получение социальной поддержки, устанавливается оклад по воинской должности в размере 1,5 оклада по воинской должности.
В соответствии с подпунктом "а" пункта 9 постановления Совета Министров — Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941 "О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий, компенсаций и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин либо службу в органах внутренних дел, государственной противопожарной службе, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской Федерации" в денежное довольствие, учитываемое при исчислении пенсий, включается оклад по последней штатной должности.
Должность — "оперативный дежурный отдела пунктов управления оперативного управления штаба Северной группы войск", которую Вы занимали на день увольнения с военной службы, оклад по которой принимается в расчет при исчислении Вам пенсии, в Перечень должностей военнослужащих, осуществляющих виды деятельности в ядерном оружейном комплексе Российской Федерации, участие в которой дает право на получение социальной поддержки в соответствии c Указами Президента Российской Федерации от 23 августа 2000 г. N 1563 и от 9 августа 2005 г. N 949, не включена.
При таких условиях законных оснований для распространения на Вас мер социальной поддержки, установленных Указом Президента Российской Федерации от 23 августа 2000 г. N 1563, и, соответственно, для увеличения оклада по воинской должности, принимаемого в расчет при исчислении пенсии, в 1,5 раза не имеется.
Одновременно сообщаю, что действующим законодательством o пенсионном обеспечении военнослужащих исчисление пенсии из окладов по воинским должностям, занимаемым военнослужащим в отдельные периоды службы, предшествующие дню увольнения, за исключением случаев, предусмотренных абзацем вторым подпункта "а" пункта 9 постановления Совета Министров — Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941, не предусмотрено.
Решать вопросы пенсионного обеспечения лиц, уволенных с Военной службы в ином порядке‚ чем это предусмотрено действующим законодательством Российской Федерации о пенсионном и социальном обеспечении военнослужащих, Минобороны России не правомочно.
В связи с тем, что при увольнении с военной службы в запас Вы занимали воинскую должность "оперативный дежурный отдела пунктов управления оперативного управления штаба Северной группы войск" и не осуществляли виды деятельности в ядерном оружейном комплексе, участие в которой дает право на получение социальной поддержки, действие вышеуказанного законодательства Российской Федерации на Вас не распространяется.

Ю. Балуевский



Мой комментарий

Везде у нас двойные и более стандарты в разрешении различных событий.
Так, "чернобыльцы" за свою работу по ликвидации последствий аварии АЭС получают льготы независимо от дальнейшей иной работы и последней должности при уходе на пенсию.
Мои 9 лет работы с ЯБП — это те же "Чернобыльские годы".
В армии же, нонсенс, офицер или прапорщик, прослуживший в ядерно-технических воинских частях (ПРТБ) даже 1 год или менее и уходящий на пенсию с этой последней Должности — получает единовременное денежное пособие в размере 60-80000 рублей и 4500 рублей ежемесячной пожизненной надбавки к пенсии (постановление КМ РФ от 22.04.1993 г. N 941, п.9)


РЕПЛИКА АВТОРА ПО СУЩЕСТВУ

Как это не стоит оглядываться назад, на свое прошлое? Жить сегодняшним и жить будущим — это программирование, очень уж удобное определенным кругам для буксировки своего народа в их неизведанное будущее, когда апробирование направлений реформ сопровождается гибелью сотен простого люда на транспорте, арсеналах MO, ГЭС, шахтах, домах престарелых и просто ранний уход из жизни по старости или неприятию всего нового.
Нельзя строить будущее, отбросив прошлое с опошлением его напрочь и непонятно с каких исходных.
Людям нельзя без прошлого. Нельзя, чтобы все хорошее ушло с ними в небытие, в ничто, в песок, все лучшее остается в людях, в близких, с уважением к содеянному уходящим, его памяти.
Память — это не программируемая копилка-ноутбук с мертвой информацией, не способной вытащить на свет божий прошедшее и былое, а уникальная биосистема человека в тесной взаимоувязке с душой, разумом и мышлением, выхватывающих из глубины прожитого выборочно или спонтанно много разных событий.
Память приближает их плавно, настойчиво через пласты пройденных лет, почти в первозданном виде, разбавляя собой нерадостное сегодняшнее бытие, нечто позитивным, радостным, чтобы так же плавно уйти вниз к себе, куда уже нет пути, и вновь болидом когда-нибудь прийти на радость или грусть.
Обет молчания может быть снят за давностью лет, снижения грифа умолчаемого события.

Вот несколько слайдов из памяти, коротко.
Летней ночью 1988 года в Польше (СГВ) на участке Кеншица — Сыпнево при перевозке ядерных боеприпасов (ЯБП) 12ГУМО на одном из Уралов (под тентом два ЯБП к ракете "Луна" мощностью около
20 килотонн каждый) диск правого колеса, зажатый тормозными колодками, накалился докрасна. Остановились, охладили диск водой, поехали. Могла быть авария с ЯБП на чужой земле.
Время с годами стирает память, тускнеют события и лица друзей. И все же.
Осенью 1983 года мне, начальнику 6-й группы РВиА Прикво, пришлось отдать письменное распоряжение. Начальнику ПРТБ Кушниру на перевод 24-х ЯБП АА81 (около 600 килотонн каждый, к ракете 9м 76, 900 км дальность) из боевого положения в транспортное, т.к. ни с округа (генерал Губанов), ни с 12 ГУМО (Москва), ни от нашего куратора в Прикво (начальник объекта "С" 12 ГУМО, г. Ивано-Франковск) не смог добиться их письменного решения на это. А ПРТБ с Волыни (Украина) пятью эшелонами уходил в Чехословакию (Оломоуц) в сжатые сроки. 7
B итоге до ухода 1-го эшелона все ядерные боеприпасы подготовили к транспортировке с неслыханными нарушениями (гнали по 2.ед. в день вместо одного положенного). Работали без положенных указаний свыше, и лишь в конце работ, наконец, с объекта "С" по простой связи нам дали добро, пришла и шифровка.
Потом 40 км пути до станции погрузки по гололеду, где дожидался в тупике отдельный ж.д. состав со спецвагонами, куда краном загрузили и фитингами закрепили контейнеры с ЯБП.
Да, на малочисленной 6-й группе РВиА Прикво кроме основной деятельности: политическая подготовка, строительство, состояние запасных и секретных районов, тактические и командно-штабные учения, итоговые проверки, комиссии 12 ГУМО и ГРАУ, учения на госполигоне Капустин ЯР...
Мне, офицеру крупного штаба (фронт) не хватало повседневной формы одежды, сапог; парадная одевалась редко.
Память оттуда, сельсиновой подачей продолжает выталкивать прошлое... Еще вспомнилось. Летом 1994 года тактическое учение с пусками боевых ракет 35 гв. ракетной бригады и ПРТБ было остановлено контрольной группой Госполигона Капустин Яр из-за недопустимых вмятин и повреждения штепсельного разъема на стабилизаторе боевой ракеты (хоть и полученное с базы хранения полигона). "ЧП" страшное, оценка "2" с суровыми последствиями. Жара 35-40°С, в пыли и поту, взяв паспорт на ракету, мчусь к начальнику 71 площадки полигона генерал-майору артиллерии Гаврилову, прямо на совещание. Доложил, что пускать ракету можно, ставлю подпись, Гаврилов (бывший командир этой рбр, г. Нестеров‚ Львовская область) написал на паспорте с подписью "Разрешаю" и я помчался назад на позицию.
В Польше, в 1988 году на высоте где-то 400 метров в нашем МИ-8 в двигателе что-то хрустнуло, и мы ускоренно понеслись вниз, совершив жесткую посадку на стадионе ОРТБ 12 ГУМО (Кенщица). Везли мы пакеты с документами "особой важности", написанные от руки (по ЯБП) и путь дальше наш продолжался на автомобилях родственных ПРТБ (их начальники Звонников, Мартынов, Уборевич)...
Помню, у Звонникова на 7 ноября 1987 года дотла, за считанные минуты сгорела сборно-щитовая казарма роты охраны. Ночью загорелся стенд в ленкомнате. Сработал хорошо дневальный. Вытащили все оружие и боеприпасы, даже запасные стволы к РПК, а "старики" — парадную форму и дембельские чемоданы. Утром 7 ноября, покрыв расстояние в 350 км, на своем служебном УАЗ 50-36 ац (водитель Малхаз Харашвили с Абхазии) я был в части...
Эта часть расположена на местности, где в годы войны немцы создали мощный оборонительный рубеж с зонами затопления, лебёдочно-тросовым перемещением ложных макетов-островков на озерах для изменения их конфигурации, 120 км "зубами дракона" против танков; подземным тоннелем из Германии, по которому электропоездом в Кеншицу перебрасывалось до пехотной дивизии без тяжелого оружия и где были казармы, система жизнеобеспечения, выходы к огневым точкам из мягкого железа, а также кабинеты первых лиц рейха. Канарис тоже бывал там, но он поднимался из подвала в домик. B этом домике при нас располагалась семья командира 5 ж/д роты)...
Еще немного. Гамма-нейронный выход ЯБП шел через нас, офицеров и прапорщиков сборочных бригад ПРТБ, в том числе и, меня (при первой закладке ЯБП на хранение во всех частях), и солдат (о них упорно умалчивают, а зря), которые работают при погрузке и разгрузке в вагоны и у них при перевозке автомобильным транспортом не котелок стучит по затылку — на фронте было — а за спиной в кузове 2 ядерных боеприпаса!
Опять физика. Известные альфа-бета и гамма лучи, первые два — короткие, а вот "жесткая" гамма-луч, оставив далеко позади согнувшуюся "мягкую" гамму, в ЯБП пробивает всё: кадмий, воздух в хранилище, бетонное перекрытие и земляную насыпь его, и идет вверх на 100-150 м! Вот как! Это проверялось в 1988 г. под моим надзором во всех 8-й ПРТБ (ОРТБ) СГВ специальной комиссией из Москвы забором воздуха на разных высотах над их хранилищами с ЯБП: ходил АН-24 (чернобыльский), зависал вертолет, замерялось и наземной аппаратурой.
В марте 1986 года в Генеральном штабе ВС СССР впервые решался вопрос о документальной передаче ядерных боеприпасов (ЯБП) — ОТР, ТР, авиабомбы, артиллерийские — Войску Польскому
Разговор шел без переводчиков, не все клеилось, генералы-направленцы ГШ затруднялись в ответах на вопросы двух польских генералов (организация передачи ЯБП, способы перегрузки на польский транспорт, их хранение и выдача и т.д.)
Не выдержав, в сердцах польский (типично русский) генерал-артиллерист воскликнул: "... мы все учились в одних и тех же академиях, а теперь хотите, как в ЗАГСе: расписались, а дальше .....сь, как хотите!"
В итоге специалисты своего дела генерал с 12 ГУМО (по-моему, Кочемасов); подполковник Ильин B.И. с ГШ; генерал-майор Мальковец вместе со мной, начальником 6 отдела (Северная группа войск, Польша) все детали, интересовавшие польскую сторону, уточнили быстро (крановая и бескрановая перегрузка контейнеров с ЯБП с наших УРАЛов (КУНГов) на польские автомобили с более низким кузовом, согласование мест встреч, варианты хранения ЯБП, выделение наших специалистов-инструкторов ПРТБ (ОРТБ) и многое другое, которое пришлось завершать уже по возврату в Польшу.
К слову, весной 1986 года на командирском сборе я проводил показное занятие по теме "Некоторые нештатные ситуации при аварии ЯБП на автомобильном транспорте и ликвидация последствий" для руководящего состава СГВ и ПРТБ (ОРТБ), где были впервые показаны автомобиль специальной аварийной команды САК и многоцелевая ядерная авиационная бомба (рассказал в общем для узкого круга лиц). Вот и сейчас перед глазами руководитель этого сбора умнейший генерал и чудесный человек Никитюк — начальник штаба Северной группы войск..., наш командующий генерал-полковник Ковтунов.

Много утекло с тех пор, каких только историй и смешных, и серьезных мы в то доброе время не видели! Как-то в ПРТБ полковника Дорофеева М.Н. (г. Самбор, Украина), осмотрев солдатскую столовую, пришел к нему в кабинет и молча подал ему скрученную алюминиевую ложку. Видя мою полуулыбку, он успокоился и потом мы вместе рассмеялись: на ней было выцарапано: "Сука, ищи мясо!"
Уверен, у всех, нам подобных служба и вся жизнь богата знаменательными делами и событиями, все несут в себе или на себе этот бесценный груз в памяти, в общении с людьми, в письме. Мы люди скромные, "... раньше думай о Родине, а потом о себе" — слова из песни — было B то светлое время; а Михалкин (сейчас маршал артиллерии) любил повторять: "... и что положено кому — пусть каждый совершит..."

[свернуть]



ВОСПОМИНАНИЯ ШУШКОВА ИВАНА ИЛЬИЧА. O КАРИБСКОМ КРИЗИСЕ

После окончания Казанского военного авиационного технического училища с 1953 по 1955 годы проходил службу в 4-ом ИАП в р.п. Климово Брянской области.
В 1955-1961 годах слушатель Киевского военного инженерного училища.
В 1961-1962 годах вновь проходил службу в р.п. Климово в в/ч 26222 на должность заместителем командира эскадрильи фронтовых крылатых ракет (ФКР).
В 1962-1964 годах в в/ч п.п. 06067 в республике Куба на должности командира эскадрильи ФКР-1.
В 1964-1965 годах — военный специалист в республике Куба.
В 1965-1984 годах — военный представитель на Казанском вертолетном заводе.
С 1984 года — ведущий конструктор в OAO КНПП "Вертолеты-МИ". Подполковник в отставке.

После окончания Киевского высшего инженерно-авиационного училища ВВС в июне 1961 года я был направлен в Московский военный округ в воинскую часть 26222 на должность заместителя командира эскадрильи — старшего инженера эскадрильи.
Прибыв в Москву, мне было сказано, что моя воинская часть находится в городе Климово Брянской области. Это тот Климов, откуда я уехал в Киев для поступления в высшее военное училище. И вот через 5 лет учебы я снова в Климово, где прослужил техником самолета в 4-ом истребительном авиационном полку. За это время полк был расформирован, когда при Хрущеве авиацию сокращали и вместо авиации вводили ракетные полки.
В Климово остались служить из авиационного полка только несколько офицеров и старшин сверхсрочной службы.
Командиром полка был полковник Мальцев, начальником штаба майор Голохвост, замполитом подполковник Макаркин, секретарем парткома майор Кавешников, заместителем по ИАС капитан Шляхов, заместителем по тылу подполковник Залесский, начальник строевого отдела капитан Зернов, командиром 2-ой эскадрильи Майор Кравченко. У него я был заместителем.
Через год после моего прибытия, полк получил задачу подготовки к перебазированию за рубеж. (1962 г.)
Первой была отправлена воинская часть (ПРТБ) подполковника Трифонова, в которой служил капитан Хакимов. Она обеспечивала наш полк спецзарядами (ЯБП).
Проверка личного состава полка заключалась и в написании характеристик на каждого офицера, сержанта и солдата, чтобы у каждого оставался на Родине кто-нибудь из родных. Одиночек не брали.
Что касалось техники, то она всегда находилась в боевой готовности, и много времени на ее подготовку уделять не нужно было.
(Еще раз необходимо провести регламентные работы и выполнить проверку на работоспособность).
Простились с семьями, с рабочим поселком Климово, как по боевой тревоге, вечером 2 августа 1962 года, "оседлав" боевые машины, мы двинулись в путь. Шел дождь. Темно. Через час мы прибыли в Новозыбков, где нас ждал железнодорожный состав. Погрузка прошла успешно. Опыт в транспортировке техники на платформы у нас был, так как наш полк ежегодно направлялся на "пуски" в Москву-400 (Владимировка, Астраханской области).
Провожал нас на вокзале какой-то генерал из Москвы. Не сказав ни слова на прощанье. Наш эшелон двинулся на Запад. Прибыли в Балтийск. Здесь нам выдали гражданскую одежду — выходной костюм и рабочую одежду — вьетнамские брюки и рубашки—тельняшки, как членам экипажа теплохода. И стали загружать теплоход "Лесозаводск", который имел 11 тысяч тонн водоизмещения. Погрузку на теплоход провели ночью. Здесь впервые я узнал, что такое "вира" и "майна".
Спецмашины загрузили в трюмы, а на палубе разместились обычные автомашины. Солдат и офицеров разместили на нарах в трюме, а начальство — в каютах теплохода. Сверху на палубе разместили бочек 200 с бензином.
После загрузки техники личный состав сошел с корабля и затем по одному поднялся на борт, у входа которого стоял ящик, в который мы все бросили свои документы. Так на теплоходе остались мы без документов, но зато с боевой техникой. На теплоходе мы переоделись в гражданскую одежду, надели на себя тельняшки, как у команды корабля. Военную форму уложили в личные чемоданы.
Ночью теплоход взял курс по Балтийскому морю, сначала до места в Атлантическом океане, где капитан судна с командиром полка вскроют запечатанный пакет, в котором должен быть указан наш дальнейший путь.
Нужно сказать, что личный состав полка добросовестно отнесся к поставленной задаче по заграничной командировке. Все действовали слаженно, дружно, с высоким патриотизмом и сознанием своего долга.
Не было ни одного случая неподчинения приказам командиров.
Был у нас в эскадрилье один солдат, у которого даже не было родителей. Он воспитывался у стариков. Так он очень просил взять его с собой в командировку. Пришлось с ним согласиться, и он наравне с другими солдатами отлично справлялся с поставленной задачей. Но потом я не жалел, что включил этого солдата в состав заграничной командировки.
Балтийское море встретило нас неприветливо. Ночью на море разразился 8-бальный шторм. Наш корабль бросало волнами, как щепку. Многие не выдерживали морской качки. На следующий день некоторые не вышли к завтраку, так как остались в лежачем положении. Даже повара, а кухня у нас была на корме корабля, где качает больше всего, лежали "пластом".
При "болтанке" на море нос корабля поднимался высоко вверх, потом спускался вниз так, что выворачивало внутренности. И, главное то, что не знаешь, когда это закончится.
Несколько лучше быть в середине судна, где качка меньше. Видавший виды морской болезни в многоразовом хождении по океану штурман теплохода говорил, что у него при качке пропадает "аппетит" к курению.
Навстречу нам прошли рыболовные шхуны. Их так бросало из стороны в сторону, что думаешь: какие это мужественные люди — рыбаки. Видимо, они привыкли к морским невзгодам, и им не так страшна морская стихия, как необходимо добиться хорошего улова и доставить домой рыбу.
А дальше с нами произошло более страшное.
Утром корабельное начальство что-то засуетилось. Корабль замедлил ход. Выяснилось, что корабль, обходя Данию, вышел в Северное море и попал на минное "поле", вернее, "море", оставшееся еще со времен второй мировой войны!
Были там мины или нет, во всяком случае, на карте был обозначен запрет вхождения в то место, куда мы попали.
Северное море мы прошли со страхом, но благополучно, далее проследовали Ла-Маншем, видя вдали берега Великобритании, и вышли в Атлантический океан, который не очень беспокоил нас штормами.
Круглые сутки вокруг была вода и вода.
Только однажды ночью показались вдалеке от нас какие-то острова, поблескивая береговыми огнями. Вероятно, это были Азорские острова.
Солдатам и офицерам еду приносили в трюм, где они спали, начальство питалась в кают-компании вместе с командой теплохода. Командиры, политработники и партийные руководители проводили время как можно больше с солдатами, проводя беседы на различные темы. Офицеры даже сочиняли песни. Вот одна из них начиналась так:

"Остались за кормой
Российские просторы,
И где-то вдалеке
Одна осталась ты..."

Войдя в тропические широты, команде, и нам тоже, в обед стали давать винные напитки.
Итак, теплоход шел уже пятнадцатые сутки.
При подходе к Кубе нас встретили "гости" — американские корабли. Два из них начали приближаться к нам так близко, что вынудили командира судна предупредить их об опасности подхода к нам.
Американцы вышли на палубу и смотрят на нас, кто знает, может оружие у них готово к стрельбе. А мы без документов, смотрим на них через "щели" из окна в каютах. Они тогда еще не знали, что у нас находится в трюмах, но, видимо, ничего не заметили и отошли от нас.
Кроме них стали нас облетывать самолеты, но видимо это они делали нагло с каждым иностранным судном, особенно с нашими кораблями. Ведь мы были для них вероятным противником. Даже у нас было предложение сбросить бочки с бензином с палубы в море, чтобы обезопасить себя. Но командир не пошел на это, и все обошлось благополучно.
И, наконец перед нами остров Куба и большой залив у входа в Сантьяго-де-Куба.
Пристаем к причалу порта и ждем ночи для разгрузки. При разгрузке случилось у нас несчастье — убило сержанта Дукмасова. Кран зацепился за провода, которые были под напряжением, и его крюк (без груза) стал раскачиваться. А сержант успел его схватить, и его ударило током. Это была наша первая потеря.
После разгрузки мы колонной отправились к месту дислокации — местечку Майари-Ариба — это в горной местности севернее Сантьяго-де-Куба, где для нас были приготовлены казармы, окруженные колючей проволокой. Вокруг стояло несколько зенитных установок для нашей защиты от американских самолетов. Они прилетали с базы в Гуантанамо, которая была рядом.
Здесь началась наша боевая жизнь, вместе с комарами, работа на технике, учеба с солдатами, спортивные игры и т.п.
День 22 октября начался с чрезвычайного происшествия.
Только стемнело, как у крайней казармы раздался пистолетный выстрел. Мы сразу бросились туда и увидели лежачего человека. Им оказался лейтенант нашего третьего отряда. Рана у него была около сердца. Сразу была объявлена тревога, выключили электричество.
Я побежал в казарму к солдатам, но их никого на месте не было. Тогда я побежал к речке, где по другую сторону ее мы вырыли окопы на случай отражения нападения. Солдаты лежали в траве, не добежав до окопа, боялись в темноте кого-нибудь встретить. У них были автоматы, готовые к стрельбе. Подбежали еще офицеры нашей эскадрильи и легли рядом. Стояла полная темнота. Вдруг на другой стороне нашего лагеря засигналили осветительные ракеты. В ответ кубинцы, что нас охраняли, открыли огонь в этом направлении. И опять тихо.
Мой командир 2-й эскадрильи в этот день был в отъезде и за него остался я. Выждав немного времени, я встал и пошел в штаб, узнать в чем дело.
В штабе я узнал, что 1-я эскадрилья по тревоге вышла на стартовую позицию и заняла исходное положение для пуска ракет по Гуантанамо.
Эскадрилью сопровождали на КРАЗе взвод охраны, солдаты которой находились на борту, готовые стрелять. Было темно, шли без света, и эта машина с солдатами свалилась в пропасть, кувыркаясь по склону. Несколько солдат покалечились, а командир находился в кабине рядом с водителем, и его убило домкратом, который был в кабине.
Кубинцы по связи сообщили, что поблизости никаких "контра" нет. Американцы своим вооруженным силам объявили боевую тревогу, чтобы нанести удар по Кубе, их корабли блокировали остров, и советские корабли, которые не успели подойти к Кубе, остановились.
С базы Гуантанамо было эвакуировано в США гражданское население, войска, находящиеся там, готовы были воевать, а наши ракеты были в ожидании приказа на пуск ракет по Гуантанамо. Ночь прошла спокойно, если не считать наше беспокойство, не смыкая глаз всю ночь, мы дождались утра.
Как оказалось потом, вопрос блокирования Кубы и наших судов был решен дипломатическим путем. США отказались от вторжения на Кубу. В ответ на это советское правительство согласилось на эвакуацию баллистических ракет с ядерным зарядом на Родину. Кроме того, США согласились убрать ракеты "Поларис" из Турции, Италии и ФРГ.
Подразделение Трифонова с ядерным боезапасом для наших ракет убыло на Родину, а наш полк с обычным ракетным вооружением остался на Кубе, держа под прицелом базу Гуантанамо. Наш братский полк полковника Фролова с такими же ракетами, нацеленными на Флориду, стоял под Гаваной.
Через четыре месяца нам разрешили переписку с домом. Только письма туда и обратно шли 2-3 месяца, так что новости были уже запоздалые. И адрес у нас был не кубинский, а Москва-400, а вот комары были кубинские. Где бы мы не находились, повсюду с нами были эти "кровопийцы", от которых ночью мы спасались "накомарниками", натянутыми на кровати. Продукты на нашем складе, можно сказать, пропали, так что пришлось муку и крупяные продукты отделять от червей. Конечно, всех и не выберешь, и приходилось выкидывать из готового супа. Сначала у нас не было хлеба. Потом научились печь его сами, в своей походной хлебопекарне. Фидель Кастро нас хотел обеспечить и хлебом, и пивом, и даже женщинами. Но мы прибыли на Кубу ее спасать, и ничего не брать чужого.
Так прошел год. Нам ничего не было известно о нашей дальнейшей судьбе. Вроде мы задачу свою выполнили, Кубу спасли, войной теперь уже не пахнет. Нас небольшими группами, в сопровождении вооруженных кубинских солдат, стали отпускать в город. В городе мы узнали, что в аптеках продается спирт-ректификат. Так за несколько недель его в аптеках не стало. Кубинцы удивлялись, на что мы его тратим? Мы говорим, что спирт идет на медицинские нужды.
Однажды в порт прибыло судно с гражданскими матросами, которые оказались в городе и стали искать спиртное. Встретили одного смуглого человека и спрашивают его: "Компаньеро, донде аки бакарди" (Товарищ, где здесь бакарди?). Тот отвечает: "Я Вам не компаньеро, а подполковник Геворкян". Это был замполит командира полка, находящегося под Сантьяго. Подобных курьезных случаев было немало.
Периодически мы уходили на несколько километров от места базирования на занятие стартовой позиции для тренировок.
Когда проходили через кубинские деревни, все население этих деревень молча смотрело на нас, неприветливо опустив головы. Они не хотели, чтобы мы ушли с Кубы. Когда же мы возвращались обратно, то кубинцы приветствовали нас возгласами и дружелюбно махали нам.
Встречались и недоброжелатели. Однажды мы заговорили с одной девушкой. Мол, какая ты красивая, когда замуж выйдешь?
Она говорит: "Когда придут американцы". Так что встречали нас по-разному.
И, наконец, вместо того чтобы отправить нас домой, поступила команда на переучивание кубинцев на нашу технику. Переучиванием должен заняться полк Фролова, а нам опять ждать.
Наши солдаты уже прослужили больше срока, их нужно отправлять домой, а на замену им взять в другой части, которая выполнила свою задачу и отправлялась домой. Ехать за пополнением поручили мне.
И вот, на одном автобусе и двух грузовых машинах ЗИЛ-157, через весь остров, под Гавану, мы отправились за ними. Новых солдат мне пришлось отбирать самых лучших, по имеющимся на них документам. Отобрав человек 60 солдат, разместив их с личными вещами в машины, мы отправились в обратный путь.
Так как скорость автобуса была больше, и чтобы не отрываться от грузовых машин, я их пропустил вперед, а сам следом двигался в автобусе.
Рядом с шофером автобуса был один новобранец, а я на правом переднем сиденье. И вдруг передний ЗИЛ резко остановился по какой-то причине, наш автобус, шофер рванул влево, а там встречный кубинский автомобиль. Шофер резко повернул руль вправо и наткнулся на кузов ЗИЛа.
У меня при ударе вырывается из рук стойка автобуса. Отрывается от ремня пистолет, остекление автобуса разлетается в разные стороны, и в салон автобуса. Я встаю, все лицо в крови от стеклянных осколков, и выхожу на обочину дороги. Кровь у меня идет и из руки выше запястья. Кто-то из кубинцев подносит пить. Все наперебой говорят, что все живы, все нормально. Кубинцы меня сажают в какую-то машину и довозят до госпиталя. Я немного пришел в себя и говорю, что болят руки в запястьях. Мне сделали рентгеновские снимки и забинтовали.
Дождавшись своей автомашины с солдатами, мы двинулись домой, куда прибыли ночью.
Итак, пополнение прибыло, автобус потом был восстановлен. Только у меня остался след на лице от осколков стекла разбитого автобуса. Я вновь в своем полку, где продолжил службу до передачи техники кубинским товарищам.
Личный состав полка после этого убыл в Советский Союз, а я с несколькими офицерами убыл в Гавану, где находился на должности советника командира кубинского подразделения до июля 1965 года.
Итак, с чувством выполненного долга перед кубинскими товарищами и гордостью за их сильную армию, оснащенную нашей боевой техникой, с Почетной грамотой в мой адрес Министра Революционных Сил Кубы Рауля Кастро Рус, через 3 года я вернулся на Родину.
В последний год пребывания на Кубе к нам прибыли семьи. Там моя дочь закончила первый класс при посольстве СССР на Кубе.


НАС СПАС В ДНИ КАРИБСКОГО КРИЗИСА ПОКРОВ БОЖЬЕЙ МАТЕРИ (1962-63 ГГ.)

(печатается с сокращениями)

В ту осень мир висел на волоске. Никогда еще за всю свою долгую и часто кровавую историю человечество не стояло так близко к самоуничтожению. Грудные дети и старики, солдаты любых родов войск и беременные женщины, искусные дипломаты и сельские простаки, седые генералы и наивные влюбленные, образованные и неучи, белые и черные, пышущие здоровьем и инвалиды — жизнь каждого и всех вместе была в те дни в руках неведомой силы. Как имя ей? Случай? Слепой рок? Адская рулетка? Длань Господня? Решайте сами.
В любом случае полной информацией о том, что происходит, информацией, которая бы позволила принимать точные и быстрые решения, не владел никто. Мир висел на волоске, и в этом огромном мире — вдумайтесь! — не было тех, кто мог бы реально оценивать обстановку. Как потом писал министр обороны США Макнамара, на решения, принимавшиеся тремя странами — СССР, США и Кубой — перед и во время Карибского кризиса, а речь идет o нем, влияла неточная информация, ложные оценки и ошибочные расчеты, искажавшие суть происходившего. А теперь только факты.
1. Руководство СССР было уверено в неизбежности скорого вторжения армии США на Кубу, в то время как администрация Дж. Кеннеди таких намерений не имела.
2. Советские ядерные боеголовки в октябре 1962 г. уже находились на острове Свободы, больше того, в разгар кризиса их доставили из мест хранения в места развертывания, тогда как ЦРУ утверждало, что никакого ядерного оружия на Кубе еще нет. ЦРУ ошибалось и в оценке численности советских военных, находящихся на Кубе. Оно сообщало о 10 тысячах, а было 43. И это, не считая 270-тысячной кубинской армии. Прибавим тактическое ядерное оружие, и станет ясно: если бы США все-таки высадили на остров экспедиционный корпус, вряд ли бы мы сейчас читали эти строки.
А теперь то, ради чего я эти факты вспомнила. Началом Карибского кризиса считают 14 октября 1962 г.. день, когда самолет-разведчик U-2 BBC США в ходе одного из регулярных облетов Кубы обнаружил B окрестностях деревни Сан-Кристобаль советские ракеты средней дальности Р-12. 14 октября приходится на один из любимейших праздников России — Покров Пресвятой Богородицы. Праздник, напоминающий нам о существовании Покрова Божьей Матери, Ее молитвенной защиты, простертой над всеми в ней нуждающимися.
Чем дальше от нас события той осени, чем больше появляется новых исследований — историков, политиков, военных, тем очевидней: мир уцелел только чудом.
И еще. Ровно через два года после начала одного из самых опасных кризисов в истории человечества, день в день, 14 октября 1964 г. состоялся пленум ЦК КПСС, снявший со всех постов генерального секретаря H.C. Хрущева, кстати, одного из самых ярых гонителей Русской православной церкви в новейшее время. Вам и это кажется "случайным совпадением"?

Мария Городова
(газета РГ от 31.01.2013.)


Литература

1. История Татарской АССР, учебное пособие для средней школы, Казань, 1980 г.
2. Цусима, Книга 1, 2. А.С. Новиков-Прибой, 1980 г.
3. Луна и Грош. Роман. Сомерсет Моэм. 1977 г.
4. Декабристы Избранные сочинения в двух томах, 1987 г.
5. "Баллада о прокуренном вагоне" А. Кочетков. 1932 г.
6. Сергеев-Ценский С.Н. Преображение России. Романы. Москва, Издательство "Правда", 1989 г.
7. Залыгин C.П. Роман "После бури", 1980-85 гг.
8. Распутин В.Г. Повесть "Прощание с матерой". "Известия", Москва, 1989 г.
9. Куприн. Рассказ "Поединок".
10. Ахматова А.А, Стихотворения и поэмы, "Молодая гвардия", Москва, 1989 г.
11. Хрущев Н.С. Материалы к биографии (составитель
Ю.В. Аксютин). Политиздат, Москва, 1989 г.
12. Михайлова С.М.‚ профессор, д.и.н. Книга-исследование 360 Л., "Казанский университет в духовной культуре народов востока России (XIX век)". Издательство КГУ, 1991 г.
13. Нугманов Р.Г., профессор, доктор культурологии. "Философия культуры" (Теория духовной личности), Курс лекции. РИЦ Школа, Казань, 2005 г.
14. Нугманов Р.Г., Хасанов М.Х.‚ Мухаметжанова Г.В. "Шэхси культура" (мэдэнилек белеме). Культура личности, учебное пособие. Дом печати, Казань 2009 г.


Сноски

1. Статья Сибгатулина в газете "Слава Родины" ПРИКВО (г. Львов, 1965 г.), переизданная газетой "Честное Слово" (Казань, сентябрь, 2010 г.)
2. Тогда я еще не знал, что мы — потомки волжских булгар и к "татарам" не имеем прямого отношения.
3. Прапорщик — первичное офицерское звание в царской армии. Одна звездочка на просвете погона.
4. В/ч 31600 — это 12 ГУМО;
5. ПРТБ, ОРТБ, РТБ — базы войскового хранения ядерных боеприпасов (ЯБП) и ракет.
6. гамма-нейтронный выход — это гамма-излучение и поток нейтронов хранящегося ЯБП, распространяются практически во все стороны и одновременно. Особенно далеко на 20-30 м проходят твердые гамма частицы. Их поражающее действие на человека состоит в ионизации атомов и молекул, входящих в состав организма человека. Например, при облучении в 1 рентген в 1 сантиметре кубического сухого воздуха образуется 2,08х10 в девятой степени (приблизительно 2 млрд) пар ионов.
7. Об этом подробно описано в моей книге "Ядерные волнения". Солдатские мемуары.

11 комментариев

  • Гаврилов Михаил:

    Автор, Фрид Загитович Сибгатулин, непосредственный участник описываемых событий,
    последовательно, шаг за шагом вспоминает, рассказывает, размышляет о мужестве и стойкости солдат и офицеров ракетного полка в ходе оказания интернациональной помощи Республике Куба в 1962-1963 гг.

  • Горенский Александр:

    Прочитал и перечитал воспоминания Ф. З. Сибгатулина. Очень талантливо. Фрид Загитович ещё раз убедил меня, что талантливый человек проявляется не в чём-то одном, а во многом. Он и прозу пишет замечательно и рисует отменно, вот и стихи у него талантливы, очень мне понравились. Рифма, ритм, всё необычное, трогает за душу и захватывает. Спасибо!

  • Константин:

    С большим удовольствием прочитал воспоминания! С такой трогательной любовью к жизни в СССР давно не встречался! Много новых деталей о быте и службе на Кубе. Единственно что не понравилось то, что дважды прошёлся по вице-адмиралу З.П. Рожественскому! И ещё, может кто-нибудь объяснит такую фразу из текста:"офицеры в отпуск убывали с табельным оружием! - глава №1". Во всём остальном моё почтение и большое спасибо уважаемому Фриду Сибгатулину!

  • Горенский Александр:

    Для меня Ф. З. Сибгатулин открыл ещё одно белое пятно в Карибском кризисе. Где-то весной-летом 1963 года из нашего политотдела на Гранме прошла информация, что какой-то полк забастовал, отказался принимать пищу, участвовали в этом офицеры. Полк расформировали, командира и ещё кого-то осудили и т. п. Мы - офицеры несколько раз принимались обсуждать эту тему. Некоторые говорили, что это неправда, что такого не могло быть, но несколько человек высказывались, что возможно и было это событие в реальности, может и не в такой форме. А оказалось всё гораздо проще, никакого бунта не было: это полк Мальцева написал коллективное письмо Н. С. Хрущёву с требованием отправить их домой в Советский Союз. Фрид Загитович об этом написал в своих воспоминаниях, и я сразу понял что это такое и как было на само деле.

  • Гаврилов Михаил:

    Спасибо большое за отзывы!
    Мне позвонил Фрид Загитович, сказал, что прочел все отзывы, всем огромное спасибо, и попросил пояснить для Константина.
    1. Он ничего против Рожественского не имеет, проблемы были не в вице-адмирале, а в целом в характере этой войны.
    2. Насчет фразы: "офицеры в отпуск убывали с табельным оружием" - на его памяти (когда ему было 12 лет) была история, что его родственник (подробней не помню) прибыл в отпуск с табельным оружием, и сразу после войны (1941-1945) такое практиковалось.
    ===
    Прошу прощения, если где-то исказил мысль автора, устную речь дословно сложно запомнить.

  • Константин:

    Спасибо! Принято!

    • Гаврилов Михаил:

      И тебе спасибо, Константин, что не выключился из разговора!
      Да и вообще - за все комментарии к текстам и за интерес к публикациям!

      P.S. Тут же отмечу, что интерес к воспоминаниям проявили ветераны Карибского кризиса Георгий Владимирович Петров и Александр Семенович Воропаев.

  • Константин:

    Добрый вечер, Михаил! Читать воспоминания участников Карибского кризиса особенно интересно, всё-таки мы служили уже совершенно в других условиях. Михаил, в последнее время всё больше задумываюсь о том, что не пора ли поменять наше отношение к "диктатору" Фульхенсио Батисте? Тем более что Россия круто развернулась и 30 лет шпарит по тем же граблям! Отбросить всю пропагандисткую шелуху...нормальный мужик по моему, выходец из народа, сам себя сделал. А все разговоры про мафию-наркотики просто смешны... Вот как-то так!

  • Гаврилов Михаил:

    Привет, Константин!
    Сложно мне сейчас сказать что-то насчет Батисты, но тема, конечно, интересная!
    Подумаю об этом, когда будет время.
    Спасибо еще раз за интересные комментарии!

  • Константин:

    «История нас рассудит»
    Такую фразу любили повторять деятели, вынужденные сойти с исторической арены. Михаил! Если что-нибудь прояснится...с удовольствием приму участие в разговоре. Естественно, с Вашего разрешения.

  • Пересадько Евгений:

    Прекрасные подробные и проникновенные воспоминания о Кубе Фрида Загитовича. Хорошее дополнение к остальным. Прошу передать большой привет Шушкову Ивану Ильичу, с которым в 64-65 г.г. работали в аппарате военных советников кубинской ракетной бригады и жили семьями вместе в репарто Фрага под Гаваной. Моя жена Нина хорошо помнит супругу Ивана Ильича. Он есть на фото наших советников под Харуко, помещенных в моих воспоминаниях "Крылатые ракеты на защите...." на этом сайте. Пусть подтвердит, если есть такая возможность.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *