Красоткин Валерий. Последний бой 331 РТБ, 24 октября 1962 года

31.08.2020 Опубликовал: Гаврилов Михаил В разделах:


Во время операции «Анадырь» в период с июля по ноябрь 1962 года я был на Кубе в составе 331 ракетно-технической базы (РТБ) под командованием полковника С.К. Романова.
181 Ракетный полк (в/ч 32157) и 331 РТБ (в/ч 32192), где я служил в звании сержанта по специальности «старший мастер спецоружия», были прикомандированы к 51-й ракетной дивизии генерал-майора Стаценко, направленной в июле 1962 года на Кубу для выполнения боевой задачи, неслучайно. Они, единственные в СССР, имели уникальный опыт боевой работы со спецоружием, поскольку были участниками испытаний спецоружия «Роза» в атмосфере, которое прошло в октябре 1961 года. Запуск ракеты прошел из района вблизи Воркуты по цели на полигоне Новая Земля.
181 РП и 331 РТБ были единственными соединениями из состава 51-й РД, которые смогли в полном составе пройти на Кубу в августе 1962 года перед непосредственным объявлением морской блокады со стороны США. В течение полутора месяцев этими соединениями были выполнены все подготовительные работы по созданию инфраструктуры стартовых позиций четырех ракетных столов и сопутствующей инфраструктуры подготовки и запуска ракет Р-12 в районе Пинар-дель-Рио западнее Гаваны.
Личным составом 331 РТБ были выполнены все работы по разгрузке и доставке 36 ГЧ к Р-12 в арсенале, а также все регламентные работы особого риска со спецоружием (ручная сборка спецоружия и техническое обслуживание каждого изделия) в сложных условиях тропического климата и внешней морской и воздушной блокады Кубы, особенно в дальнейшем при облетах наших позиций авиацией США.
В условиях тропического климата техника требовала каждодневной работы и внимания. Рабочий день продолжался по 17-18 часов. В первую бригаду сборщиков входили командир 1 группы капитан А.С. Уваров, командир 3 группы майор Клюкач, старшие сержанты Н.И. Пушков,
В.И. Гердюк, В.С. Красоткин. Очень сожалею, что фамилии еще нескольких человек я не помню за давностью лет.
Работы проводились ежедневно в период с начала октября по 23 октября 1962 года на особо охраняемых объектах – складе и сборочном зале (кунг на шасси автомобиля МАЗ), и обеспечивалась охраной, оснащенной комплексами ПВО армии республики Куба.
Техническая работа состояла в транспортировке контейнера спецоружия из хранилища в сборочный зал, разборке головной части для открытия доступа во внутренние полости спецоружия для его технологических проверок, включающих проведение измерений и установки по нормам технических параметров спецоружия, обеспечивающих его оптимальную работу. Измерения включали в частности определение времени задержки электрических сигналов к детонаторам и мощности пучка нейтронов. Проводились очистка внутренних полостей и проверки спецоружия на герметичность перед заправкой газом, сборка с установкой электродетонаторов спецоружия, проверка системы сети управления при только одной отключенной сети инерциального датчика высоты «ИДВ», снимающего блокировку подрыва. Все эти операции представляли собой точные измерения параметров спецоружия и сложные манипуляции на его поверхности при наличии радиоактивного загрязнения, вызываемого сбросами давления радиоактивных газов из полостей при сборке спецоружия, постановку многочисленных детонаторов. Радиационная обстановка была сложной, поскольку конструкция спецоружия принадлежала к начальным образцам разработки, которые не были чистыми.
Особенности работы со спецоружием состояли еще в том, что работы проводились в боевой обстановке, поэтому необходимость выполнения приказа и боевой задачи всегда преобладала над требованиями техники безопасности по дозиметрическому контролю. Изолирующие противогазы в тропических условиях не применялись, т.к. выполнять точечные работы с детонаторами в них было неудобно и требовало значительно бόльших затрат времени на сборку, которого в условиях кризиса всегда не хватало. Приборы радиационного контроля практически не использовались, так как обычно прибор показывал превышение уровня, автоматически звенел звонок в сборочном зале и требовались дополнительные перерывы, но времени на них в боевых условиях не было и этими требованиями обычно пренебрегали.
После объявления блокады острова кораблями ВМС США ситуация стала критической. Приближался кризис. Самолеты США осуществляли постоянный облет стартовых позиций ракет и расположения части, круглосуточно в воздухе дежурили группы бомбардировщиков на круговых трассах в 10 минутах полетного времени от Кубы. Зенитные батареи Кубинской армии, расположенные на технических и стартовых позициях, осуществляли предупредительный огонь по самолетам. Работа для выполнения боевой задачи в этих условиях требовала от личного состава группы сборщиков максимальных затрат физической и нервной энергии.
Во время командировки на Кубу все военнослужащие РП и РТБ были вооружены личным оружием – автоматами АК. Ввиду нервной обстановки во второй половине октября 1962 года при развитии кризиса, связанной с облетами позиций полка РВСН самолетами США, тяжелой физической работой по 12-16 часов в день, автомат АК, снаряженный боеприпасом, стал постоянно находиться в руках воинов. Даже во время сна в палатке автомат находился рядом. Особенностью несения караульной службы в то время, с учетом военных действий «контрас», было скрытое наблюдение и ведение огня караулом без предварительных уставных слов «кто идет» и т.п. Огонь из автомата открывался сразу при первых подозрениях о нападении, при этом оружие на предохранитель не устанавливалось для сокращения времени подготовки к стрельбе. Кроме того, автомат всегда находился при воине, даже при хозяйственных поездках на склады в Гаване.
Особый режим работы начался после получения сообщения о подготовке вторжения армии США на Кубу в период 20-22 октября.
Утром 20 октября личный состав РТБ получил приказ от командира об ускорении сборки спецоружия в связи с появлением информации о вероятном начале негативного развития событий. В период с 20 по 22 октября спецоружие готовилось к применению с учетом возможности ночью отправить его на стартовую позицию. Это существенно сокращало время подготовки старта.
После этих событий 24 октября сборочная группа капитана Александра Сергеевича Уварова, в состав которой я входил, получила срочный необычный приказ провести регламентные работы со спецоружием на открытой местности в пригороде Гаваны. Такой режим работы ранее никогда не допускался, причем охрана во время работ осуществлялась личным составом сборочного расчета. Неожиданно во время проведения работ к передвижному сборочному залу со спецоружием подъехал легковой автомобиль на близкое расстояние (примерно 50-100 метров). Из него вышла неизвестная пара, мужчина и женщина, которые начали фотографировать друг друга, подозрительно направляя фотоаппарат на головную часть, в момент ее перегрузки из транспортной машины в сборочный зал. В зале проводились разборка, инициирование и сборка спецоружия. В это время неожиданно над нами появились американские самолеты радиационной разведки США с длинным конусом – заборником воздуха для анализа радиационной обстановки, при этом противодействие им со стороны ПВО Кубы на этот раз не осуществлялось. Самолеты дозиметрического контроля радиации США провели многочисленные облеты сборочного зала, где велись наши работы, и забор проб воздуха во время сборки и разборки спецоружия. По-видимому, таким способом они зарегистрировали излучение газовых продуктов, полученных при вентиляции спецоружия. Эти работы велись на протяжении 4-5 часов, а затем головная часть была перегружена краном из сборочного зала в транспортную машину и возвращена на склад хранения. Измеренная самолетом-дозиметристом радиоактивность, по-видимому, прямо указала на принадлежность объекта к спецоружию мегатонной мощности. Таким образом, для Президента США было получено прямое подтверждение наличия на Кубе оружия большой мощности (2.3 Мт).
Таким образом, поставленная перед 331 РТБ и 181 РП во время Карибского кризиса задача по подготовке РЯУ по противнику была с честью выполнена.
Вскоре после этих работ в 331 РТБ было объявлено об окончании нашей командировки на Кубу, поскольку угроза нападения США на Кубу миновала, и о начале подготовки к возвращению на Родину.
Через несколько дней после этого расположение ракетного полка посетили и осмотрели стартовые сооружения для пуска ракет министр обороны Кубы Рауль Кастро и Генеральный секретарь ООН У Тан.
Примерно к 15 ноября личный состав в/ч 32192 и спецоружие погрузили на корабли в порту Мариэль, и в декабре мы прибыли в порт Балтийск, а затем по железной дороге в расположение полка в город Житомир.
Много лет спустя, анализируя эту ситуацию на Кубе, я и мои сослуживцы поняли, что 24 октября 1962 года эвентуальному противнику было продемонстрировано фактическое наличие готового к боевому применению сверхмощного спецоружия с территории Республики Куба по США. Эта демонстративная угроза со всеми другими обстоятельствами внесла решающий вклад в достижение благополучного мирного разрешения Карибского ракетного кризиса и доказала определяющую роль 331 РТБ в мирном разрешении Карибского кризиса.
Решительные действия Командования Управления спецоружием и группой РВСН ГВСК – командира 181 РП полковника Н.Ф. Бандиловского, командира 331 РТБ полковника С.К. Романова, командира сборочной бригады 331 РТБ подполковника Захарова, главного инженера 331 РТБ майора Б.И. Болтянского, начальника сборочного расчета капитана
А.С. Уварова, – предъявивших реальное сверхмощное спецоружие противнику, явились переломным моментом и обеспечили мирный исход критической ситуации для всей планеты Земля во время Карибского кризиса.
Ввиду различных обстоятельств в 60-90-е годы роль С.К. Романова до последнего времени освещалась в печати значительно меньше, чем командования 51-й РД. Однако вся ответственность за исправность и применение спецоружия лежала не на командире 51-й РД, а на командире 331 РТБ полковнике С.К. Романове, который подчинялся непосредственно ГУ МО СССР и Управлению спецоружия СССР. В связи с этим недопустимо принижать роль командира 331 РТБ С.К. Романова в Карибском кризисе. К сожалению, все архивные материалы о деятельности 331 РТБ, располагавшейся в Житомирской области в районе населенного пункта Белокоровичи, были уничтожены в 2014 году. Поэтому только воспоминания очевидцев могут пролить свет на истинную роль С.К. Романова в благополучном разрешении Карибского кризиса.
В заключение следует подчеркнуть решающую роль командира и личного состава 331 РТБ в пресечении акта агрессии США на Кубу:
1. Полковник Романов С.К. руководил и впервые осуществил доставку спецоружия к Р-12 на Кубу.
2. Личный состав 331 РТБ полковника Романова С.К. и главного инженера Болтенко Б.И. провел огромную работу особого риска в тяжелейших условиях тропического региона по регламентному и техническому обслуживанию на 36 единицах спецоружия.
3. 331 РТБ полковника Романова С.К. провела операцию по устрашению противника, осуществив демонстрационные работы особого риска со спецоружием, которая окончательно убедила Президента США в факте наличия на Кубе спецоружия большой мощности, вынудив его отказаться от плана агрессии против Кубы.
Таким образом, необходимо восстановить справедливость и представить за операцию «Анадырь» к награждению посмертно С.К. Романова и Б.И. Болтенко, а личному составу 331 РТБ присвоить статус участника боевых действий.
В заключение, считаю необходимым достойно отметить наградами их заслуги перед Отечеством и вернуть их имена на страницы истории боевой славы Вооруженных Сил Российской Федерации.

Об авторе

Красоткин Валерий. Последний бой 331 РТБ, 24 октября 1962 года
Cержант, старший мастер спецоружия, служил в 331 РТБ в сборочном расчете капитана А.С. Уварова, участник описанных событий 24 октября 1962 года - Валерий Сергеевич Красоткин.
В настоящее время Валерий Сергеевич является доктором технических наук, лауреатом премии Правительства РФ им. Ю.А. Гагарина в области космической деятельности за 2015 год, награжден грамотой Верховного Совета СССР как воин-интернационалист.
Красоткин Валерий. Последний бой 331 РТБ, 24 октября 1962 года

Дополнительные материалы:
"Белое пятно Карибского кризиса", фильм Синельникова Александра Николаевича.
Стратегическая операция "Анадырь". Как это было на самом деле, воспоминания Гудыма Виктора Ивановича.
1962 год, ноябрь. Сухогруз "Иван Ползунов", из архива Романова Сергея Константиновича, 8 фотографий.

6 комментариев

  • Гаврилов Михаил:

    Воспоминания Валерия Сергеевича Красоткина, где ярко описан один эпизод.
    Цитата: "24 октября сборочная группа капитана Александра Сергеевича Уварова, в состав которой я входил, получила срочный необычный приказ провести регламентные работы
    со спецоружием на открытой местности в пригороде Гаваны".
    Речь идет регламентных работах с ядерными боеголовками к баллистическим ракетам.
    О факте демонстрации ЯБЗ потенциальному противнику - таких свидетельств в истории Карибского кризиса раньше не было.

  • Александр Николаевич Синельников:

    Об этой версии я узнал два года назад от самого Красоткина Валерия Сергеевича. Трудно было поверить. Искал подтверждения. Потом стал допускать мысль, что всё возможно. Демонстрация американцам наличия ядерного оружия на Кубе возымело отрезвляющее действие. Хрущёв Н.С. осознавал свои действия - резкий переход от мира к войне непосильный стресс. Между ним и Д.Ф. Кеннеди была секретная переписка. Оба пережили 2-ю мировую войну. Вовремя включили тормоза.

    • Геннадий:

      Какая демонстрация. была проблема замаскировать оружие, а не демонстрировать его.
      А с учетом длительного процесса его подготовки к боевому применению, главной проблемой было сохранить его до часа "Ч", боевого применения.
      Смущает должность автора "старший мастер спецоружия". типичное название должности в армии америкосов, но никак не в советской армии

  • Горенский Александр:

    Прочитал рассказ Красоткина Валерия Сергеевича. Вообще, описанный факт, можно сказать, "за гранью". Открытая демонстрация ядерного боевого заряда противнику - вещь рисковая. И, как мне кажется, это не единственный случай. Вот ещё: скрытности и маскировке на Кубе всегда уделялось особое внимание, и вдруг на американских снимках с воздуха в 20-х числах октября 1962 года появляются совершенно незамаскированные контейнеры с ракетами. Мне это уже тогда показалось странным, а сейчас я понял,что это тоже был "сигнал" для американцев. И, похоже, что подействовало, США поняли, с ними не играют, а честно и прямо показывают что им будет в ответ на нападение на Кубу.

  • Виталий:

    Воспоминания Валерия Сергеевича Красоткина интересны и замечательно описаны непосредственным исполнителем регламентных работ, о выполнен которых, до поры и времени говорить не полагалось! Действительно это сенсация! Можно предположить, что данный сценарий был тщательно проработан на самом высоком уровне, и с честью выполнен расчетом ядерного боеприпаса. Благодаря мужеству и профессионализму указанных товарищей, и несмотря на явный вред здоровью личного состава, была выполнена боевая задача, повлиявшая на ход истории Карибского кризиса.и мирового порядка в целом! Благодарим Вас уважаемый Валерий Сергеевич!

  • Гаврилов Михаил:

    Сегодня узнал, что автор статьи, Валерий Сергеевич Красоткин скоропостижно скончался. Приношу соболезнования родным и близким ветерана Карибского кризиса.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *