Глава 2. Детская исправительная колония

15.07.2019 Опубликовал: Гаврилов Михаил В разделах:

Из книги "Тайны "Лурдес", 1964-2001"



И цепи разорвав, народ мой величаво
Теперь идет путем свободы и побед.
Сбылась моя мечта, ее прекрасней нет.

Хосе Марти



Бывшая детская исправительная колония в Торренсе после 1962 года на многие десятилетия стала одной из главных баз советских войск на Кубе. Там дислоцировались несколько воинских частей, решающих различные боевые задачи. Вокруг колонии ходило много легенд и тайн, многие из которых до сих пор так и не разгаданы. Мы сделали попытку приоткрыть завесу над некоторыми из них.
История колонии берет начало в первых десятилетиях XX века и неразрывно связана с историческим прошлым Кубы.
Положение в стране с приходом к власти в 1925 году диктатора Херардо Мочадо стремительно ухудшалось. В это время на Кубе правил балом американский капитал, вкладывающий огромные деньги в сахарную и горнодобывающую промышленности. Но мировой экономический кризис, начавшийся в 1929 году, серьезно затронул и экономику Кубы. Производство сахара резко снизилось, внешняя торговля сократилась в несколько раз, жизненный уровень населения упал. Нарастало недовольство против засилья американцев во всех жизненных сферах – в бизнесе, торговле, промышленности, в сельском хозяйстве. Начались новые забастовки рабочих, требующих ухода в отставку правительства Мочадо. Этот период характерен выступлениями молодежи и студенчества, недовольных своим положением. Появились террористические и радикальные группировки.
На улицах крупных городов появилась преступность, особенно среди подростков. Все больше и больше различных преступлений стало совершаться детьми-беспризорниками. Несмотря на общий экономический спад, государству пришлось решать и эту проблему. Тюрьмы стали заполняться осужденными. Более сложная ситуация сложилась с малолетними правонарушителями. В стране в то время существовало только две детских колонии – в южном районе Гаваны Олдекоа, колония для девочек и в городке Гуанахай, колония для мальчиков. Исправительная школа в Олдекоа была организована в 1900 году, как детская школа. Она размещалась в бывшей больнице Олдекоа. В школе детям предоставлялось обучение и повышение квалификации в профессии. Если ребенок вел себя правильно, то мог быть условно досрочно освобожден и передан в частные дома на работу в качестве прислуги или работника под строгим контролем исправительной школы. В случае провинности или жалоб со стороны хозяев, ребенок мог быть помещен обратно в колонию.
В том же 1900 году правительство Менокаля предложило создать в Гуанахае по существу детскую тюрьму. Колония была создана в бывших военных казармах, которые были реконструированы известным испанским архитектором. К сожалению, имени, мы его не знаем.
Условия пребывания в колонии Гуанахай были крайне тяжелыми – заключенных плохо кормили и плохо одевали. Но в колонии предоставлялось начальное образование и обучение различным профессиям – сапожника, плотника, кузнеца, прачечного и т.п.
Эти методы и формы обучения детей привели к институциональным формам эксплуатации детей в качестве рабочей силы у местных фермеров. В колонии подростков запугивали и сознательно не проводили их воспитание, а наказания были жестокими и унизительными. Доктор Мигель Агуайо, выдающийся кубинский педагог, оставил достоверные факты, об исправительных учреждениях этой эпохи, высказав следующее: "В мешанине детей связанных узами с преступностью, "глупых" несовершеннолетних, страдающих преждевременным слабоумием и другими умственными расстройствами, брошенных собственными родителями, и ребят, впервые совершивших проступки или небольшие преступления, эти учреждения приносят больше вреда, чем пользы… исправительное учреждение Гуанахай должно было называться скорее деформирующим личность учреждением".
Через колонию Гуанахай в 1921 году прошел писатель Энрике Листе Форхан. В возрасте 14 лет он попал в колонию после его задержания с пакетом бомб полицией. Позже он вступил в ряды коммунистической партии. Несколько раз арестовывался и приговаривался к тюремному заключению. Служил в звании полковника Республиканской армии во Франции. Во Второй мировой войне участвовал в боях против фашизма во Франции, России, Чехословакии и снова во Франции, где и остался жить.
В те времена педагогические идеи находились под воздействием различных философских течений: позитивизма, прагматизма и жизненной философии, среди прочих.
В 1909 году исправительные школы были переименованы в исправительные учреждения. В эти годы ряд видных деятелей страны высказались с передовыми идеями в отношении тяжелых условий, существующих в этих учреждениях. Они понимали, что неблагоприятные условия, в которых были вынуждены жить дети с раннего возраста, только способствовали совершению ими преступлений в дальнейшем, а также приводили к различным психическим расстройствам. Было доказано, что рост преступлений несовершеннолетних обусловлен социальными факторами и ужасающими социальными условиями того времени.
В 1932 году в исправительной школе в Гуанахае было 246 мальчиков, а в Олдекоа 240 девочек. Всего же по стране в возрасте от 13 до 17 лет в заключение было 1161 человек, а в общей сложности в тюрьмах 5248 человек.
В 1929 году правительством Мочадо принимается решение о создании исправительного учреждения в Торренсе по типу подростковых исправительных колоний Британской Колумбии (западный штат Канады), где впервые осужденный перевоспитывается для возвращения в общество, как полноценный гражданин. В этом "человечном" учреждении нет барьеров, отделяющих судей от подсудимых, нет глухих стен, нет надзирателей. Такая была изначальная идея при создании новой колонии Торренс. Поначалу исправительную колонию разместили в двух длинных каменных бараках под шиферной крышей, наспех перестроенных из бывших конюшен. Существует фотография, на которой на фоне двух каменных бараков с множеством окон по дороге двигается колона полураздетых подростков. Однако установить точное местоположение этих бараков в Торренсе не удалось.

Центр воспитания подростков. Торренс 1949 год.
Фото 1. Дети-колонисты Торренса, ссылка на первоисточник

С приходом к власти Фульхенсио Батисты, 4 сентября 1933 года в юго-западной части Гаваны в районе Марианао на территории бывшего лагеря Колумбия началось строительство военного городка с большим количеством административных зданий, учебных корпусов, казарм и жилых домов. Здесь располагался военный клуб, резиденция главнокомандующего, здание штаб-квартиры, здание бюро прессы и радио, казармы пехоты и артиллерии, дома для сержантского состава, отделение почты и телеграфа, детский образовательный центр, отделение медицинского и социального обеспечения, высший военный суд, военный госпиталь (сегодня – госпиталь имени Карлоса Дж. Финлей) и клиника по проекту архитектора Хосе Переса Бенитоа. Каждая казарма была рассчитана на 110 человек, включала большую душевую и ванную комнату, кухню, столовую на 60 человек, прачечную, парикмахерскую, клуб с радио и телефоном, библиотеку и читальный зал. В центре городка находился большой полигон для военных маневров.
На территории городка Колумбия в 1939 году началось строительство в стиле ар-деко клиники по проекту архитектора Эмилио-де-Сото Сегура, предназначенной для охраны материнства женщин1.
В эти же годы на землях имения Торренс начинается строительство еще одного городка – целого комплекса зданий.
[Подробности о колонии в Торренсе в период с 1933 по 1944 год можно прочесть здесь.]
Не исключено, что архитектором, спроектировавшим комплекс зданий в Торренсе, был тот самый испанский архитектор, реконструировавший здания колонии в Гуанахай. Больно уж схожи в архитектурном стиле здания в Гуанахай и Торренсе.
Также в планировке и архитектуре угадываются очертания некоторых зданий военного городка Колумбия. Как будто бы рука архитекторов Эмилио-де-Сото и Хосе Переса Бенитоа коснулась и этого проекта. Учитывая, одновременность строительства комплексов Колумбия и Торренс, а также стремление Батисты построить мощную авиабазу в Сан-Антонио-де-лос-Баньос с новой автострадой, проходящей от лагеря Колумбия рядом с Торренсом до Сан-Антонио-де-лос-Баньос, можно предположить, что строительство в Торренсе было продолжением военного городка Колумбия. Скорее всего, для зарождающейся кубинской авиации. Не зря прямо на автостраде напротив Торренса была сооружена взлетно-посадочная полоса. Но по каким-то причинам назначение комплекса зданий в Торренсе позже было изменено, и весь комплекс был передан под детскую исправительную колонию.
Все это строительство входило в личные планы Батисты, так как совершенно рядом была его знаменитая усадьба "Кукине", находящаяся в трех километрах от Торренса рядом с автострадой. У Батисты была мечта превратить авиабазу Сан-Антонио-де-лос-Баньос в крупный международный аэропорт, а автостраду с многополосным движением в лучшую на Кубе.
В Торренсе на территории площадью 12 га возводится шесть огромных зданий общей площадью порядка 8500 кв. метров вокруг центрального поля размером 130 на 200 метров. Весь архитектурный комплекс на плане местности символизирует таинственный знак с ориентацией 59 градусов. Что это за знак, и почему выбрана такая ориентация – загадка. В головной части символа располагается здание с двумя небольшими крыльями и с внутренним большим актовым залом. С каждой стороны символа напротив друг друга располагаются по два здания. Причем первые здания имеют форму буквы Ш. Следует заметить, что в испанском алфавите буква с подобным написанием отсутствует. Но как ни странно, написание кириллицей буквы Ш, не имеющей также аналогов в греческом алфавите, практически идентично написанию ивритской буквы "шин" с таким же звучанием. Также эти два здания можно представить в виде буквы Е и обратной буквы Е, но с разным соотношением длин горизонтальных палочек. Складывается такое ощущение, что в архитектурном символе закодировано какое-то слово. Напротив здания с актовым залом через поле размещается не менее загадочное здание с веерорасходящимися корпусами и небольшим вторым этажом над центральной частью. Похоже, в этом здании с одним центральным входом и располагались камеры для заключенных подростков. Остальные здания, по всей видимости, были предназначены для личного состава охраны и надзирателей колонии, различных вспомогательных служб.
Рядом с основным комплексом зданий было построено несколько отдельных зданий, среди которых выделялись крестообразное здание и небольшой особняк. Крестообразное здание общей площадью порядка 600 кв. метров имело форму латинского креста, лежащего строго на одной линии с веерообразным зданием на расстоянии 150 метров между центрами зданий. Формы этого здания полностью соответствуют храму. Входная западная часть здания начиналась с вместительного нартекса (притвора). Дальше шла вытянутая центральная часть – неф (наос), переходящая в пересекающуюся под прямым углом часть – трансет (средокрестие, под купольное пространство) с поперечным нефом. Трансет был выполнен в виде округлого зала. Восточная часть здания заканчивалась небольшой алсидой, выступающей прямоугольной частью, в которой был размещен алтарь. Следует отметить, что по канонам храмовой архитектуры ориентация здания должна быть строго запад-восток. В нашем случае архитектор отошел от этого правила, сориентировав здание в направление 59 градусов. Видимо, очень веские на то были причины.
Второе здание – особняк с красной черепичной крышей, площадью порядка 500 кв. метров, находилось на расстоянии 100 метров от центральной дороги в вершине равностороннего треугольника со стороной 300 метров, основание которого лежало на центральной оси архитектурного комплекса зданий. Видимо, архитектор придерживался геометрических канонов при проектировании всего комплекса сооружений. Этот особняк, возможно, занимал директор колонии.
Характерной особенностью построенной колонии было отсутствие мощного внешнего ограждения, характерного для подобных учреждений, вместо которого был символичный забор из колючей проволоки. Данное обстоятельство указывает на то, что заключенные подростки всегда находились только в своей зоне с огороженными внутренними дворами между веерными корпусами. Это было похоже на обычную внутреннюю тюрьму. При въезде в колонию, на поле с левой стороны на четырех бетонных опорах была возведена водонапорная башня со своей глубинной скважиной. Строительство комплекса зданий в Торренсе продолжалось почти 10 лет. К 1940 году комплекс зданий колонии был полностью построен.
Как говорилось выше, архитектурный комплекс отображает символ с ориентацией 59 градусов. Рассмотрим одну из возможных версий этого символа. Если продолжить дугу большого круга с азимутом 59 градусов через Атлантический океан, то мы попадаем в самую южную точку Испании – город Тарифа, провинция Кадис, Андалусия. Гибралтарский пролив отделяет его от Африки. Всего в 14 км – Марокко. Напротив Тарифа в море раскинулся маленький клочок суши – Исла-де-Тарифа, соединенный с континентальной частью узкой полоской земли. На клочке суши находится самая южная точка Европы – скалистый мыс Марроки, с построенным на нем маяком.
Рассматривая Исла-де-Тарифа в Google Earth (Google Планета Земля), можно четко увидеть, что там тоже построен определенный архитектурный комплекс зданий казарменного типа. Но постройки явно относятся к прошлым векам. Сегодня эти здания занимают военные.
История Тарифа уходит глубокими корнями в эпоху раннего палеолита. Вокруг города располагаются 49 пещер с наскальными рисунками того времени. Можно предположить, что "знаменитый испанский архитектор", спроектировавший комплекс в Торренсе, был выходцем из этих мест, хорошо знал эти наскальные рисунки, и был большим патриотом Испании. Он мог использовать геральдические символы Испании и в первую очередь герб в общем очертании плана комплекса зданий. Первый же взгляд на герб Испании подтверждает эту гипотезу. Более поразительной оказалась схожесть с гербом провинции Кадес. Просмотр более 300 символик остальных провинций и городов Испании, не выявил ничего подобного.
В соответствии с принятым в 1938 году новым кодексом социальной защиты, осужденные несовершеннолетние до 18 лет направлялись в колонию Торренс. В соответствии с этим кодексом вводилась новая тюремная система с обязательной профессиональной работой и учебой заключенных. В корпусах колонии были построены камеры из металлических прутьев. Методы перевоспитания основывались на биологии и врожденных рефлексах, как психоанализе, который рассматривал агрессию как инстинктивное поведение человека. Основным методом перевоспитания было подавление воли подростков.
Одно время директором колонии Торренс был священник Мануэль Салабаррия, известный пастор-методист. На важных должностях были преподобный Рауль Фернандес Себальос (пресвитерианец), Агустин Гонсалес (баптист) и несколько христианских мирян. Апостольское служение в колонии нес Хорхе Экхарте. В колонии находилось около 400 подростков под прямым попечительством католической церкви и святого отца Тэсте. Ее охраняли кубинские военнослужащие. Среди них был будущий участник нападения на казармы Монкадо – Флорес Бетанкур Родригес, который прослужил один год в колонии Торренс. Недалеко от колонии располагался детский приют, также находящийся под попечительством государства и церкви.
Исправительное учреждение для несовершеннолетних Торренс в те и последующие годы в народе называлось как "приемная ада" из-за бесчеловечного и унижающего достоинство обращения с подростками, ставшими преступниками в результате нищеты и безработицы, а также отсутствия образования. В респектабельном журнале "Богемия" за 26 декабря 1954 года, рассказывающего о выставке собак Гаваны, живущих вместе со своими хозяевами в шикарных пятизвездочных гостиницах, приводится сравнение: "Ни для Роберта Висиедо, молодого, черного и бедного, заключенного в исправительной колонии Торренс, ни для Элайна Лардуэт жизнь не проявила подобного добродушия или внимания. В те дни, во время тюремной драки, второй из них ударил ножом в грудь первого, но не насмерть". Данное происшествие привлекло общественное внимание по отношению к условиям тюремного насилия и отчаяния, которые приходилось терпеть молодым кубинским преступникам. Собачья жизнь для изысканных пуделей и жизнь в стране для их хозяев были раем на земле, а для Висиедо и Лардуэт, их семьям и для большинства кубинского народа жизнь была сущим адом. Многие заключенные подростки именовали Торренс, как "город", через который проходили все новички, а затем их отправляли дальше в "лагерь", где они находились рядом с взрослыми преступниками. Те, кто оказывались "проблемными", или просто не нравились персоналу, отправлялись в "коридоры смерти", где их били и насиловали охранники. Единственным способом контроля поведения заключенных подростков было насилие.
Многие авторы того времени отмечают, что социальные факторы, такие как безработица, плохое состояние здоровья, низкое социальное обеспечение и образование, скудный государственный бюджет и культурная отсталость были решающим фактором, объясняющим преступления несовершеннолетних. Некоторые авторы считали, что за совершенные правонарушения несовершеннолетние преступники не могут нести наказания из-за серьезных психических и нервных расстройств личности.
Доктор Куни говорил: "Очень жаль, что архивы, которые содержали информацию об истории Торренса, единственного учреждения занимавшегося тогда проблемой преступности среди несовершеннолетних, были уничтожены. Я считаю, что очень велик показатель психиатрических патологий в местах лишения свободы, где собирается большое количество подростков. Думаю, что это факт. Когда я еще был там, в Торренсе, товарищ Адольф Ривера, возглавляющий сейчас министерство внутренних дел, пригласил меня в один из институтов, создаваемых этим министерством. В институте в Харуко, когда я приехал туда, то смог увидеть, что большинство проблемных подростков, сбежавших из Торренса, находились как раз там. Я думаю, это имеет место и в других институтах этого министерства".
В 1936 году конгресс Кубы принимает закон, благодаря которому учреждается Центр детской ориентации. Главной целью центра являлась защита, помощь, воспитание и поддержка детей обоих полов старше 6 и младше 18 лет, осиротевших или брошенных, которым необходимо перевоспитание. Этот закон, хоть и был ограниченным, но это был шаг вперед в несовершенной помощи этим детям в тот период.
Эти новые социальные отношения, хотя и были прогрессивнее, продолжали противоречить, так как было непонятно, как перевоспитывать, если в своем большинстве это были дети, которые никогда вообще не воспитывались из-за своей принадлежности к неблагоприятному классу общества.
Законом от 23 июня 1938 года окончательно был определен Центр детской ориентации как учреждение перевоспитания и обучения. Но несмотря на это, принятое законодательство не смогло в корне изменить эту систему. Детские исправительные учреждения приводили несовершеннолетних в тюрьму, к болезням, к социальному отстранению от жизни и к последующей их деградации. Вся жизнь этих подростков проходила в закрытых помещениях, под жестким контролем установленной системы внешних и внутренних органов. В действительности эти исправительные учреждения отвечали всем требованиям, которые обеспечивали невозможность совершения преступлений или нарушения законов, но они забыли педагогический подход и систему обучения конкретной работой как основу перевоспитания личности. Когда суд приговаривал несовершеннолетнего подростка к лишению свободы, к этому решению прилагался документ – копия приговора, ничего больше. То есть суд не считался с другими официальными документами, которые могли указать дополнительные данные о подростке.
Режим для заключенных оказывался негуманным. Также наносились физические увечья. Дети сидели и спали на картонках, прямо на каменном полу. Одним словом, несовершеннолетние нарушители закона, заключенные в исправительных учреждениях и лишенные свободы, были подвержены жестокому обращению и не имели соответствующего уважения своих прав как детей. Они проявляли недоверие к окружающим и были весьма подозрительными. Естественно, по этой причине, отсидев срок, и чувствуя необходимость противостоять жестокой реальности жизни в условиях бедности и маргинальности, они нередко опять подавались в преступный мир. Примерные оценки показали, что рецидив оказался значительным, достигая 50% случаев. Многие подростки попадали за решетку два, три и больше раз.
В течение всего периода существования "псевдо республики", лучшие представители кубинского общества выступали в защиту детей и против репрессивного подхода, используемого для решения проблемы преступности несовершеннолетних на Кубе. Один из первых, кто пытался объяснить возникновение преступности, был Хесус Вальдес Марти, который в 1924 году пришел к выводу, что преступность предопределена в первую очередь социальными условиями жизни на Кубе.
Интересные данные представлены в журнале "Гондурасское медицинское обозрение", выпуск №1, 1941 год. Доктора Израэль Кастелланос и Хосе Диаз Падрон большую часть своей жизни посвятили изучению детской преступности. Исследования по сифилису и туберкулезу они проводили среди несовершеннолетних, заключенных в исправительную колонию Торренс. 278 несовершеннолетних были проверены на реакцию Мениск и Манту, направленных на выявление сифилиса и туберкулеза. Результаты исследований показали, что из 278 проб у 40 подростков были получены положительные результаты по реакции Мениск. Это соответствует 14% от всех подростков. Исследователи отмечают, что именно заключенные зараженные сифилисом, были самые неуправляемые, труднее всего поддающиеся перевоспитанию.
Вот так обстояли дела на Кубе с несовершеннолетними преступниками.
В 1936 году президент США Франклин Рузвельт, обеспокоенный растущей воинственностью Германии дал указание главе Федерального бюро расследований США Эдгару Гуверу приступить к выявлению граждан и юридических лиц, которые могут представлять в будущем возможную угрозу безопасности США. Рузвельт также был обеспокоен тем, что нацистские элементы будут укореняться в Центральной и Южной Америке. Он санкционировал деятельность Секретной разведывательной службы в Латинской Америке. В феврале 1941 года Адольф Берл, помощник государственного секретаря, подготовил для госдепа документ, в котором отождествлял многие латиноамериканские немецкие группировки как подрывные, а также указывал на то, что немецкие коммерческие фирмы являются источниками сбора денежных средств для функционирования нацисткой системы. Он утверждал, что практически все рейх немцы (родившиеся в Германии) в Латинской Америке являются искренними сторонниками нацистского режима, и каждый нееврейский гражданин Германии принадлежит некоторой ветви нацисткой иерархии.
7 декабря 1941 года Япония атаковала Перл-Харбор на Гавайях. 9 декабря 1941 года Куба объявила войну Японии, а 11 декабря – Германии и Италии. Это было сделано в угоду и по прямому указанию США, что дало возможность президенту Батисте конфисковать немецкие, итальянские и японские банковские счета. А также дало ему основание потребовать чрезвычайных полномочий, которые быстро ему были предоставлены.
В период с середины 1942 года по начало 1944 года семь кубинских судов было потоплено немецкими подводными лодками, в результате чего погибло более 80 кубинских моряков и три американца. Эти суда были торпедированы и обстреляны немецкими субмаринами, которые нападали и вели разведывательную деятельность в кубинских территориальных водах.
Под сильным давлением со стороны США, восемнадцать стран Латинской Америки, включая Кубу, включились в программу, при финансовой поддержки со стороны США, по интернированию и депортации из своих стран иностранцев-резидентов и натурализованных граждан немецкого, итальянского, японского происхождения, легально проживающих в этих странах. На этих граждан не распространялась правовая защита. На начальном этапе депортировали только мужчин, оставляя женщин и детей. Семьи оказывались без средств существования. Принято было решение производить депортацию целыми семьями. Из стран Латинской Америки в США депортировали 4058 немцев, 2264 японцев, 287 итальянцев. Из них впоследствии остались в США 897 немцев, 513 японцев, 37 итальянцев. По прибытии в США, все они были размещены в 23 лагерях для интернированных на территории США. Из стран Латинской Америки они переправлялись американскими судами. За период с января 1942 по октябрь 1944 года из портов различных стран Латинской Америки было совершено девять рейсов.
На территории Кубы по указанию Батисты в декабре 1941 года было создано два концентрационных лагеря для интернированных. На острове Пинос – тюрьма Модел, построенная 1931 году по образцу тюрьмы в штате Иллинойс, США и в исправительной колонии в Торренсе. О концентрационном лагере Торренс сообщила 20 декабря 1941 года газета "Нью-Йорк Таймс". 21 декабря эта же газета сообщила о том, что на Кубе предписано выявить и интернировать всех японских граждан в лагерь на ферме Торренс. В обоих лагерях содержались в основном интернированные мужчины. Депортирование людей с Кубы производилось через иммиграционный пропускной пункт "Тискорния", расположенный в Гаванской бухте на огромном морском доке, который также использовался как временный концентрационный лагерь. 8 апреля 1942 года газета "Нью-Йорк Таймс" сообщила о том, что Куба выбрала остров Пинос в "концентрационных" целях, и что на данный момент, на иммиграционном пропускном пункте "Тискорния", удерживаются люди.
Во время Второй мировой войны с Кубы в США было депортировано 114 немцев, 350 японцев, 13 итальянцев. По многочисленным данным в концентрационном лагере Торренс содержались 1370 итальянцев, 3000 немцев и некоторое количество японцев. Скорее всего, эти данные относятся к обоим лагерям – о. Пинос и Торренс. Кроме того, упоминаются данные о существовании концентрационного лагеря для немецких женщин в Арройо-Аренас, и что эти женщины использовались в качестве проституток. Это сообщил американский посол Спруил Браден, основываясь на информации надзирательницы кубинской женской тюрьмы. Публичный дом находился в отдельном помещении главного здания тюрьмы, возможно позже в отдельном здании рядом. Скорее всего, здесь речь идет не о тюрьме в Арройо-Аренас, а о концентрационном лагере в Торренсе, так как каких- либо других данных о тюрьме в Арройо-Аренас не имеется.
В целях безопасности порядка 5000 немцев были осуждены Соединенными Штатами Америки, и несколько сотен немцев также были осуждены на Кубе и в других государствах Латинской Америки. Но судьба большинства интернированных на Кубе людей, до настоящего времени не известна.
С июля 1942 года по февраль 1946 года происходила интенсивная депортация интернированных немцев и итальянцев из США в европейские страны Португалию, Швецию, Испанию, Францию, Германию. Всего было сделано 15 рейсов из Нью-Йорка на арендованных у европейских стран судах. С сентября 1945 года по февраль 1946 года было сделано 7 рейсов немецких судов в Германию. В целом в Германию было депортировано 3317 немцев, которые ранее были интернированы в странах Латинской Америки.
7 мая 1942 года в первом рейсе из Нью-Йорка в Лиссабон на корабле "Дроттнингхольм" в числе 354 депортированных из стран Латинской Америки, отправились 13 кубинских немцев: Акерман Герхард, Альберс Карл, Лоскхорн Вальтер, Менде Вальтер с женой и детьми, Рудник Курт, Сквенд Педро с женой и детьми. Также из США во время Второй мировой войны было депортировано пять кубинских японцев и пять кубинских итальянцев.
При формировании концентрационного лагеря в Торренсе, там продолжала функционировать детская исправительная колония. Видимо, лагерь был создан в основных двух зданиях колонии, в помещениях которых размещались рядами сколоченные нары.
Вместе со строительством комплекса зданий в Торренсе после 1934 года началось строительство дороги Эль-Чико – Торренс, протяженностью два с половиной километра. Дорога отходила от шоссе Арройо-Аренас – Эль-Кано – Эль-Чико – Вахай и дала новый толчок к развитию этого района. Недалеко от Торренса открылся ресторан "Эль-Ситио" с деревенской кубинской кухней. В 1934 году Гарсиа Масиас арендовал имение рядом с новой дорогой для проживания своего многочисленного потомства, состоявшего из восьми братьев. Один из братьев Хосе устроился работать в ресторан "Эль-Ситио" полевым экскурсоводом, показывая туристам типичные кубинские сельскохозяйственные культуры на приусадебном участке. Он долго вынашивал идею открыть собственный ресторан. В июне 1954 года братья Хосе и Сэрхио Гарсиа купили ближе к Эль-Чико имение "Эль-Альхибе" для того чтобы организовать собственное дело и "продавать курицу". Влиятельные люди того времени решили, что братья сошли с ума и из этой затеи у них ничего не получиться. 30 декабря 1954 года открылся новый ресторан "Ранчо-Луна" в полутора километрах от Торренса в большом кубинском доме под тростниковой крышей с рядами длинных деревенских столов. В тот день невозможно было туда попасть из-за огромной толпы у входа. Специфическая манера обслуживания клиентов, секреты приготовления пернатых, огромный выбор блюд, добросовестность персонала, а самое главное фирменное блюдо из курицы "Аль-Альхибе", снискали славу у поклонников "гастрономических" изысков и многочисленных туристов. Перед приезжающими туристами разыгрывался целый спектакль – принимали заказ на обед, затем знакомили с садами и их сельскохозяйственными культурами, демонстрировали легкость влезания на огромную пальму с добычей ее плодов, показывали петушиные бои, организовывали посещение магазина местных сувениров. После всего этого – обед. Бизнес оказался очень выгодным, процветающим и семейным. В 1958 году открылся еще один ресторан "Ранчо-Луна" в центральном районе Ведадо в Гаване. В 1993 году с помощью группы "Кубанокан" и компании "Пальмарес" возрождаются традиции ресторанов "Ранчо-Луна". В районе Мирамар в Гаване открывается новый ресторан "Эль-Альхибе", расположенный в типичном сельском доме с традиционной кубинской кухней 50-х годов. Так вырос большой бизнес, зародившийся в районе Торренса.
Вот что говорится о Ранчо Луна в кубинском "Туристическом журнале" за март 1956 года: "Ранчо Луна (км.1, шоссе Торренс). Эта кубинская ферма предлагает различные достопримечательности туристу, такие как петушиные бои, а также является прекрасным местом, где можно съесть типичную кубинскую еду".
В послевоенные годы при режиме Батисты колония в Торренсе получила название как институт по перевоспитанию несовершеннолетних. На фасаде центрального здания (клуба) колонии в верхней части появилась надпись большими буквами CENTRO DE ORIENTACION INFANTIL AD MCMIL (ЦЕНТР ДЕТСКОЙ ОРИЕНТАЦИИ – 1949).

Центр воспитания подростков. Торренс 1949 год.
Фото 2. Центр воспитания подростков. Торренс 1949 год (снимок кликабелен!)

Ухоженные аллеи и подстриженные в виде цилиндров небольшие деревья, скорее указывали на какой-то санаторий, чем на колонию. Надпись на центральном фасаде сохранилась вплоть до 1962 года. Советские офицеры и солдаты, находящиеся в Торренсе во время Карибского кризиса, видели эту надпись. Несколько позже надпись закрыли огромным портретом В.И. Ленина. Она, видимо, была убрана с фасада здания клуба после 1964 года, когда в Торренсе обжились воинские части Группы советских военных специалистов (ГСВСК).

Клуб и штаб 20 отдельного мотострелкового батальона. Торренс, 1967–1968 гг. Из архива Е. Емельянова.
Фото 3. Клуб и штаб 20 отдельного мотострелкового батальона. Торренс, 1967–1968 гг. Из архива Е. Емельянова (снимок кликабелен!)

После революции в соответствии с 547 законом от 15 сентября 1959 года колония была переименована в реабилитационный центр для несовершеннолетних. Новая система подчеркивала педагогический, психологический и правовой подход, основанный на глубоком анализе и знание личности подростка, чтобы рекомендовать наиболее эффективные меры по перевоспитанию несовершеннолетних. К этим мерам относилось следующее:
- задержание и содержание в реабилитационном центре вменялось министерству внутренних дел;
- за обязательное школьное обучение отвечало министерство образования;
- обязательное содержание под стражей в больнице министерства здравоохранения;
- обязательное медицинское амбулаторное лечение;
- надзор и внимание со стороны министерства внутренних дел;
- надзор родителей или опекунов или тех, кто несет ответственность за подростка;
- в обычных школах национальной системы образования использовать индивидуальный подход к учащимся, чтобы на начальном этапе исправлять поведение ребенка без необходимости размещения его в специальной школе;
- привлечь внимание социальных работников федерации кубинских женщин.
Преподаватели и администрация обычных школ при воспитании школьников частенько приводили сравнение с колонией Торренс. Видимо, этим запугивая детей. Так что каждый ученик знал о существовании колонии.
На начало 1958 года на Кубе было 15 тюрем, включая колонию Торренс.
В 50-е годы кубинский политический журнал "Богемия" писал о жизни заключенных в колонии Торренс, но найти эти материалы нам пока не удалось.
Через колонию Торренс прошло много известных и неизвестных людей того времени. Известный на Кубе и в США кубинский музыкант и композитор, основатель латиноамериканского джаза Лучано Посо Гонсалес (Чано Посо) в 13 лет (1928 г.) за мелкие уличные преступления был осужден на пять лет и направлен в колонию Гуанахай, где научился читать и писать. Позже был переведен в колонию Торренс. В 18 лет он покинул колонию, начал зарабатывать деньги на случайных работах, а также разносчиком газет и уличным чистильщиком обуви. Его мечтой были ударные инструменты и румба. Он стал подрабатывать на различных вечеринках, играя на барабане. В 1937 году его пригласил в свой оркестр известный композитор и дирижер Гильберто Вальдес. В 1941 году на первом эстрадном концерте в торжественно открытом кабаре "Тропикана", Чано Посо выступил в роли мифической "Пантеры Конго". Его главный музыкальный номер был подвижная румба "Парампампин". Бывший осужденный Торренса "охотился" на сцене за русской "пантерой" Таней Лесковой, балериной Русского балета Монте-Карло, под безумные ритмы таких барабанщиков как Сильвестре Мендес и Монго Сантамария. Его карьера как музыканта-джазмена началась в 1947 году после переезда в Нью-Йорк, в оркестре Диззи Гиллеспи, выдающегося джазового трубача-виртуоза, вокалиста, композитора, аранжировщика, родоначальника импровизационного джаза. В его оркестре благодаря Чано Посо впервые зазвучало соединение джазовой оркестровки и афро-кубинских ритмов. Чано Посо был убит 2 декабря 1948 года в Нью-Йорке в кафе "Эль-Рио".

Вид с воздуха на колонию для несовершеннолетних Торренс, около 1955 года.
Фото 4. Вид с воздуха на колонию для несовершеннолетних Торренс, около 1955 года. (снимок кликабелен!)
Подробности смотри здесь.

В 1956 году на Кубе зародилось студенческое движение по освобождению заключенных, участников нападения на казармы Монкадо. Они требовали амнистии для этих политических заключенных. Вскоре была организована группа М-26-7 с филиалами практически во всех провинция Кубы. Нарастало мощное студенческое движение. По всей стране начались аресты руководителей и членов этой группы. К 19 декабря было уже арестовано 51 человек, из них 16 выпустили под залог родителей, а 35 отправили в тюрьму. В последние дни января – в первых числах февраля 1957 года начался судебный процесс над большой группой обвиняемых. Для 63 несовершеннолетних суд вынес решение о помещении их в колонию Торренс с наложением штрафов и сроком заключения 1-3 года. Так пополнились ряды политических заключенных колонии Торренс.
Узником Торренса в юношеские годы был известный кубинский художник, карикатурист и иллюстратор Алексис Кановас Фабело.
В апреле 1958 года Бюро расследований арестовывает Хесуса Касаиса Лопеса, активного участника студенческого движения против режима Батисты. После долгих пыток, его как несовершеннолетнего переводят из тюрьмы Эль-Принсипе в колонию Торренс. Откуда его изгоняют в ссылку в Венесуэлу. После падения режима Батисты, он возвращается на Кубу. Продолжает антиправительственную деятельность, но уже против режима Кастро, занимая высокую должность начальника акведука Гаваны, и будучи вторым человеком в Народном движении 30 ноября. 19 апреля 1961 года при попытке его арестовать, он был убит милиционерами.
Узником колонии Торренс был также Карлос Альберто Монтанер – кубинский писатель-диссидент, проживающий сейчас в Испании, президент Либерального Союза Кубы. Монтанер выходец из семьи убежденного сторонника диктатора Батисты. По многочисленным свидетельствам зарубежной печати Монтанер с 17 лет сотрудничал с американскими спецслужбами. В молодости принимал участие в террористических организациях. Взрыв бомбы произошел 24 декабря 1960 года в одном из популярных магазинов Гаваны в универмаге "Галиано", при этом двое детей и их мать получили серьезные ранения. Через два дня Карлос Альберто Монтанер был арестован в своем доме в Гаване вместе с двумя участниками этого террористического акта. В доме было найдено большое количество оружия, взрывчатки. Вот, что говорит об этом сам Монтанер:
"Что касается моего ареста и осуждения в декабре 1960 года, то я был арестован вместе с тремя другими студентами. Нас обвинили в заговоре против властей государства. Ни один из нас не согласился с обвинением в терроризме, потому что мы не имели ничего общего с этим. В начале января 1961 года суд нас приговорил к 20 годам тюремного заключения на основании ложных свидетельских показаний. Весь суд длился полчаса. Один из судей, который участвовал в этом фарсе, позже был выслан в Испанию и рассказал мне об этом судебном процессе и вынесенном решении в министерстве внутренних дел. Так как я был несовершеннолетним, меня интернировали в отделение для политических заключенных в тюрьму под названием "Пити Фахардо", ранее известной как Торренс. Тюрьма охранялась снаружи и внутри. У одного из заключенных, работающего в гараже, я купил пилку, чтобы перепилить решетку и убежать из тюрьмы. Это был нереальный план. Но в одну из ночей под звуковое сопровождение радиоприемника с песнями Ольги Гийо, усыпив бдительность надзирателя, мне удалось перепилить прутья решетки и убежать из камеры с Рафаэлем Герада. Мы побежали в сторону лесного массива под умолкающий голос Ольги, смешивающийся с криками солдат и диким лаем собак. Нам удалось бежать, поскольку на окраине Торренса нас поджидал автомобиль, на котором мы добрались до Гаваны и укрылись в одном из посольств. Мы покинули страну 8 сентября 1961 года".
Из кубинских газет того времени удалось выяснить, что Рафаэль Герада был наемником контрреволюционного партизанского движения Эскамбрая. После побега они нашли убежище в посольстве Гондураса. По поддельным документам, выданным в посольстве Венесуэлы, 8 сентября 1961 года они покинули Кубу, направляясь в Майами США. По законам Кубы срока давности за терроризм нет, поэтому Карлос Альберто Монтанер по-прежнему скрывается от правосудия и отбывания наказания. В 2007 году он раскрыл тайну своего побега из тюрьмы Торренс в газете "Эль-Нуево Херальд"2. Из его рассказа оказал помощь бывший мэр Гаваны при Батисте – Виктор де Юрре, который сохранил добрые отношения с новой властью, и помогал преследуемым покинуть страну. Когда арестовали Монтанера, его мать и свекровь обратились за помощью к Виктору де Юрре, которому удалось смягчить приговор и поместить Монтанера в колонию для несовершеннолетних в Торренсе. В крыле тюрьмы для политических заключенных находились подростки в возрасте от 11 до 17 лет. Виктор де Юрре организовал побег, договорившись с одним из офицеров повстанческой армии поджидать на машине беглеца у дороги на окраине Торренса. Весьма странная и скользкая история с побегом, учитывая темное прошлое Монтанера. Из его рассказа можно сделать предположение, что отделение для политических заключенных располагалось в одном из правых веерных корпусов колонии. Побег был совершен в сторону аутописты через манговую рощу. В районе нынешнего Мемориала и поджидал беглецов автомобиль.
С именем Карлоса Альберто Монтанера связана еще одна история, но о ней мы расскажем в следующей главе. Вообще его жизнь окутана многими тайнами. Он до сих пор ведет упорную борьбу против режима Фиделя Кастро со страниц журналов и газет, а также по ТВ-Марти.
Интересную историю поведал на "Радио Ребелде" Эусебио Гонсалес Родригес, бывший сподвижник Камило Сьенфуэгоса. Эусебио рассказал, что 21 октября 1959 года он вылетел из Гаваны вместе с 28 человеками на самолете курсом на Камагуэй. Их цель была избежать ультиматума, который выдвигал Хубер Матос, военный губернатор провинции Камагуэй, организатор "контрреволюционного" заговора. Летели также командиры Камило Сьенфуэгос и Кристино Наранхо. Эусебио вспоминает: "В те дни Камило находился в отряде мятежников. Он напрямую обратился ко мне и сказал, что я должен вернуться обратно в Гавану. Дал мне три ключа, два от машин и один от камеры, где сидел арестованный. Передал мне записку, в которой написано, что я должен доставить и передать этого арестованного в Торренс. Там в полку Агромонте мы обменялись друг с другом последними словами. Это было в полпятого вечера и там мы находились до расставания. Он уехал в аэропорт, а я на главное шоссе". Двигаясь по шоссе в Гавану, Эусебио связался по радиостанции с командно-диспетчерским пунктом аэропорта Камагуэй. Тот в свою очередь связался с самолетом, в котором летели Камило, пилот Лусиано Фариньяс и Феликс Родригес. "Как раз тогда меня соединяют с Камило, и я его спрашиваю: "что происходит?". Он мне отвечает: "мы отклоняемся от курса из-за грозы"… и связь оборвалась. Это были последние слова, которые я от него услышал. Я продолжил свой путь в Гавану, и по истечении двух часов начались беспокойные разговоры о том, что не связаться с Камило. Я приехал в Гавану поздно, доставил арестованного в Торренс и вернулся в генеральный штаб. Все сначала подумали, что это приехал Камило. Было некоторое предположение, что он не на самолете летел, а ехал тоже на машине. Все товарищи его ждали с нетерпением. Немедленно начались его поиски по всей Кубе. Мы сели на судно в Батабано, и стали продвигаться вдоль побережья. Затем пересели на самолет и начали прочесывать всю территорию. С одного из островов в непосредственной близости от побережья Кубы был звонок. Просили Феделя Кастро вместе с врачом прилететь за раненым Камило, но это была ложная информация. Был обнадеживающий слух, быстро распространяющийся среди населения. Я еще был в воздухе, когда Фидель Кастро рассказал о том, что случилось".
По официальной версии Камило Сьенфуэгос погиб 28 октября (по некоторым данным 25 октября) 1959 года во время авиакатастрофы, предположительно, из-за плохой погоды. Обломки самолета так и не были найдены. Позже руководство Кубы обвинило ЦРУ в преднамеренном уничтожении самолета, а антикастровская эмиграция в Майами утверждала, что диверсия осуществлена кубинским режимом. Обе эти версии не нашли документального подтверждения. При странных обстоятельствах позже погибает Кристино Наранхо.
Видимо, мы никогда не узнаем имени пленного, доставленного в тот роковой день в колонию Торренс. Единственное можно предполагать, что это пленный был из повстанческой армии провинции Камагуэй. А может, все-таки узнаем? В своем рассказе Эусебио, явно чего-то не договаривает. Он упоминает Хубера Матоса. Кто же он был? Обратимся к истории тех дней. Хубер Матос Бенитес, школьный учитель, известный кубинский революционер, сподвижник Фиделя Кастро и Че Гевары. Участвовал в революционном движении за свержение диктатуры Фульхенсио Батисты. Присоединившись к повстанческой армии Фиделя Кастро в горах Сьерра-Маэстра и доставив на самолете из Коста-Рики оружие, он получает звание команданте. В январе 1959 года на башне танка вместе с Фиделем Кастро и Камило Сьенфуэгосом победоносно въехал в Гавану. Далее назначается военным губернатором провинции Камагуэй. Весной 1959 года Хубер Матос замечает проникновение марксистской идеологии в вооруженные силы. Свое беспокойство этим фактом он пытается донести до Фиделя Кастро, который его успокаивает. Но Хубер Матос направляет Фиделю Кастро письмо о своей отставке в знак несогласия с проводимой политикой. Отставку Фидель Кастро не принимает и просит его продолжать выполнять обязанности. 19 октября 1959 года Матос посылает Кастро второе письмо со своей отставкой, мотивируя тем, что он не хочет стать препятствием на пути революции. И вот 21 октября 1959 года в Камагуэй направляется Камило Сьенфуэгос для ареста Хубера Матоса и 14 офицеров. Теперь мы знаем имя арестованного – Хубер Матос. И кого на двух машинах (одна машина с Хубером Матосом, другая с охраной) доставил в Торренс Эусебио Гонсалес Родригес. Правда, существует и другая версия. В середине дня 21 октября 1959 года самолет военно-воздушных сил Кубы доставил Матоса и 15 офицеров в Гавану. Они были заключены в тюрьму Ла-Кабаньяс в ожидании военного суда, который начался 11 декабря 1959 года на территории лагеря Колумбия в присутствии 1500 солдат. Хубер Матос был осужден военным судом и приговорен за участие в заговоре и измене к 20 годам тюремного заключения. 21 октября 1979 года Хубер Матос был освобожден. Он воссоединился со своей семьей в Коста-Рике, а затем вместе переехали в Майами3. Вот такая интересная история.
Еще одним узником колонии Торренс был Маноло Лопес, обвиняемый в участии в партизанском движении против режима Фиделя Кастро. В 1960 году он был арестован, осужден и как несовершеннолетний отправлен в колонию Торренс для отбывания наказания и перевоспитания. Но Лопес был хладнокровным, рассудительным подростком. Он ранил себя в живот и с открытой раной был доставлен в больницу, где ему сделали операцию. Перед отправкой обратно в Торренс, он совершил из больничной палаты ночной побег через окно, сделав веревку из нарезанных полос простыни. Почти раздетый, раненый, без каких либо запасов провизии, он добрался до Камагуэя, где вступил в партизанский отряд. За свою смелость, решительность и жестокость в боях Эскамбрая, он получил прозвище "чокнутый". К февралю 1962 года, несмотря на свою молодость, он уже был командиром партизанского отряда, руководителем повстанцев в провинции Камагуэй. О нем даже знал Фидель Кастро. Попав в окружение в районе скал Лос-Баррилес, 10 августа 1962 года Моноло Лопес был убит. Так закончилась молодая жизнь бывшего заключенного колонии Торренс.
Как мы видим, в колонии Торренс, кроме обычных малолетних преступников, отбывали свой срок и политические заключенные, которых по достижении совершеннолетия переводили в различные тюрьмы. Политзаключенных, как правило, переводили в тюрьму Модел на о. Пинос.
В 1961 году известным кубинским кинорежиссером Фаусто Канел был снят документальный кинофильм Torrens. Однако поиски этой уникальной киноленты пока не дали результатов.
В десяти километрах южнее Торренса расположен городок Сан-Антонио-де-лос-Баньос, основанный в 1802 году и известный тем, что рядом с ним расположена военная авиабаза. Во время Второй мировой войны Соединенные Штаты начали планомерное строительство атлантических баз. В июне 1942 года кубинское правительство Батисты выделило две тысячи акров земли около Сан-Антонио-де-лос-Баньос под строительство военного аэродрома. Американская строительная компания Cayuga Construction Company заключила контракт с Сorps North Atlantic Division на строительство взлетно-посадочных полос и аэродромной инфраструктуры. Было затрачено 17,4 миллиона долларов на возведение двух полос по 7000 футов и зданий для 3500 человек. Среди строителей был 18-летний Хуан Каликсто Санчес Вуайт, получивший пропуск за №10198 от 22 января 1943 года, что указывает на большое количество людей, участвующих в строительстве авиабазы. По окончании строительства авиабаза получила название Cayuga в честь строительной компании. В 1953–1959 годах авиабаза носила имя Батисты.
Одновременно на Кубе американцы строили вторую авиабазу Сан-Хулиан, около Пинар-дель-Рио, которая в основном использовалась как школа механиков.
Авиабаза Cayuga многие годы использовалась для базирования 330-й бомбардировочной группы, образованной 1 июля 1942 года на военной авиабазе Солт Лейк Сити, штат Юта, США. Театр военных действий этой группы был Тихий океан. На кубинской авиабазе Cayuga базировались бомбардировщики B-24 Liberator, патрулирующие Карибский бассейн. На базе проходили акклиматизацию экипажи тяжелых бомбардировщиков B-29 Superfortress для выполнения длительных полетов на Японию. Американские летчики после длительных полетов обычно расслаблялись в знаменитом в Гаване баре Sloppy Joe's на Прадо, потягивая ром Havana Club и изысканные экзотические ликеры вместе с кубинскими сигарами. Для них это вошло в традицию. После войны авиабаза Cayuga была передана кубинскому правительству, и в дальнейшем использовалась кубинскими военно-воздушными силами, подготовка которых вплоть до конца 1958 года проводилась американскими инструкторами.
Кубинские ВВС зародились в 1913 году. В 1918 году указом президента Марио Гарсиа Менокла был учрежден авиационный корпус и училище. 11 мая 1919 года открылся военный лагерь Колумбия в Марианао и был совершен первый полет кубинской военной авиации вдоль Малекона. С приходом к власти президента Херардо Мачадо в 1925 году произошла реорганизация авиационного корпуса, и количество боевых самолетов увеличилось до десяти. В лагере Колумбия (Брихуегас) в 1928 году были построены новые учебные корпуса с классами, лабораториями, офисом и казармой на 25 студентов. В училище также обучались летчики из других стран Центральной и Южной Америки. В 1931 году кубинские ВВС имели 78 хорошо подготовленных летчиков, два сформированных тактических эскадрона и 162 человека наземного персонала. Во время Второй мировой войны кубинские ВВС получили 47 боевых самолетов. В период с 1947 по 1948 годы в лагере Колумбия были построены новые три асфальтовые взлетно-посадочные полосы. В 1948 году рядом находящийся отель "Альмендарес" был выкуплен и переоборудован под штаб военно-воздушных сил.
В 1957 году США ввели ограничения для Кубы на покупку боевых самолетов. Куба была вынуждена обращаться к Мексике, Доминиканской Республике, Бразилии и Великобритании. С приходом к власти революционного правительства Фиделя Кастро, 59 боевых самолетов стали частью революционных ВВС. Многие летчики эмигрировали в США. 60 летчиков было арестовано и обвинено в военных преступлениях. Военный трибунал приговорил их к 30 годам тюремного заключения. Новое поколение военных летчиков проходило обучение в СССР, Китае и Чехословакии. В 1962 году во время Карибского кризиса авиабаза Сан-Антонио-де-лос-Баньос стала основной для базирования советских МИГов.
История строительства авиабазы Cayuga и кубинских ВВС рассказана с целью поиска ответа на бытующую легенду о присутствии в прошлом американских летчиков в Торренсе и их размещении, якобы, в комплексе детской колонии. Эту легенду слышали многие офицеры и солдаты ГСВСК, в том числе и автор этих строк. Среди военнослужащих ГСВСК, включая и высшее командование, бытовала легенда, что комплекс зданий в Торренсе в свое время занимали американские летчики или морпехи. Якобы были даже свидетельства местных жителей, некоторые из которых обслуживали американскую базу. Но, на сегодняшний день однозначно утверждать это не представляется возможным. Каких либо опубликованных материалов и документов на сей счет не найдено. Нет упоминаний об этом и в многочисленных книгах по кубинской тематике.
Мы уже упоминали, что в начале пятидесятых годов прошлого века в связи с бурным развитием авиабазы Сан-Антонио-де-лос-Баньос и лагеря Колумбия встала задача быстрого между ними сообщения для переброски техники и войск. Прямая дорога отсутствовала. Приходилось двигаться окольными путями. Президентом Фульгенсио Батистой было принято решение о строительстве скоростной автострады между Гаваной и Сан-Антонио-де-лос-Баньос протяженностью порядка 20 километров. Батиста мечтал построить новую автостраду в будущий международный аэропорт. Правда, не понятно, о каком новом аэропорте говорил Батиста. Или о реконструированном в Сан-Антонио-де-лос-Баньос, или, возможно, о новом в Торренсе? Магистраль начиналась от автострады Централь и проходила по равнинной местности мимо населенных пунктов Валле-Гранде и Торренс. На участке Валле-Гранде – Торренс автострада была спроектирована исключительно прямой. В районе Торренса на протяжении 3200 метров ее расширили до 40 метров, создав взлетно-посадочную полосу. Уже в наши дни ей было присвоено название San Pedro Highway Airstrip (взлетно-посадочная полоса Сан-Педро) и код ИКАО (Международная организация гражданской авиации) FR28114. Во времена Батисты эта полоса была задумана как аэродром рассредоточения для военной авиации в случае начала военных действий. Вдоль полосы с левой стороны было обустроено восемь открытых капониров (обвалованное место стоянки самолетов), а с правой стороны четыре. В начале и в конце полосы установили аэродромное оборудование. Она также являлась резервной, так как рядом находились пять аэродромов: Хосе-Марти (5 км), Сан-Антонио-де-лос-Баньос (13 км), Баракоа (12 км), Манагуа (20 км), Либертад (12 км). В середине пятидесятых годов строительство автострады практически было завершено, и она получила официальное название – Autopista del Mediodia (Аутописта-дел-Медиодиа).
Безусловно, неспроста в Торренсе была построена взлетно-посадочная полоса практически рядом с огромным комплексом зданий детской исправительной колонии. Видимо, Батиста рассчитывал использовать всю построенную инфраструктуру для будущих военных целей: воздушно-десантных войск либо морской пехоты, которые он так и не создал. Этим планам не суждено было сбыться. Революция 1959 года их полностью перечеркнула. Во времена Карибского кризиса кубинское руководство передало Торренс советской стороне. Ровно сорок лет хозяевами там были русские. Период даже по историческим меркам немалый.

Торренс. Снимок с самолета-разведчика RF-101s, программа BlueMoon, миссия 2623, 26 октября 1962 года.
Фото 5. Торренс. Снимок с самолета-разведчика RF-101s, программа BlueMoon, миссия 2623, 26 октября 1962 года. (снимок кликабелен!)

О Торренсе 1962 года упоминает в своих воспоминаниях ветеран операции "Анадырь" И.М. Корбач: "Живем и работаем в предместье Гаваны, в так называемой "Колонии". Раньше здесь воспитывались правонарушители-подростки. В сваленных в кучу архивах 1902–1905 гг. карточки с записями дел и фотографии малолетних преступников – негров, мулатов, белых. Редакция разместилась в помещении бывшей тюремной мастерской с зарешеченными окнами. В колонии много пальм, баобабов с густой кроной, дающей плотную тень, кустарника, зарослей бамбука. Вся эта субтропическая растительность уже примелькалась и не вызывает особого интереса. Но вот поющих птиц здесь много. А по утрам, в ранчо, через дорогу, как в украинском селе, поют петухи. В местном гарнизоне кроме штатных служб, много обеспечивающих подразделений. Порядка, дисциплины в них почти нет, не чувствуется командирской руки. Такое ощущение, что солдаты живут сами по себе, их руководство — само по себе. В санчасти — толпы болеющих дизентерией"4.
В воспоминаниях Корбача Ивана есть одна существенная деталь – архивы 1902–1905 гг. с карточками малолетних преступников. То есть детская исправительная колония в Торренсе уже была вначале 1900-х годов и, по всей видимости, размещалась в двух длинных каменных бараках, о которых мы уже говорили. Также он упоминает "ранчо через дорогу", возможно, усадьбу Анхелиты Кастро, старшей сестры Фиделя Кастро. Об этой усадьбе и ее роли в судьбе ГСВСК будет рассказано в следующих главах.
Как ни странно, об автостраде (аутописте) рядом с Торренсом практически не упоминают ветераны ГСВК, кроме В.А. Забегалина. Среди ветеранов ГСВСК одним из первых о ней упомянул Николаенко Виктор, 7 ОМСБр, особый отдел (осень 1965 – осень 1967): "В 1965 году аутописты, как таковой, не было и машины по ней не ходили, но взлетка там была".
Вспоминает Гришкин Константин, 20 ОМСБ (осень 1966 – весна 1968): "Аутописта, мы и слова такого не знали, была сельской, плохо асфальтированной дорогой. Ее строили и расширяли при нас в 1967 году. И пока она была закрыта для движения – на ней сержантов учили водить БТР".
Позже советские солдаты называли участок автострады около Торренса, который примыкал к советскому кладбищу, "Белой дорогой". Об этом более подробно можно прочитать в главе 24.
Заканчивая настоящую главу можно добавить, что Торренс по-прежнему хранит много тайн и загадок, требующих своего открытия.

Примечания
1. Ciudad Militar Columbia.
http://www.ecured.cu/index.php/Ciudad_Militar_Columbia
2. Los tres milagras de Victor de Yurre.
Cubanet, October 22, 2007.
http://www.cubanet.org/CNews/y07/oct07/22015.htm
3. Huber Matos.
http://www2.fiu.edu/~fcf/castro_year1/huber.matos.yr1fc.html
4. Корбач И.М. Солдаты в клетчатых рубашках. Записки участника военно-стратегической операции "Анадырь" на Кубе. Киев: Полиграф Консалтинг, 2006. С. 42.

=======
Дополнительную информацию о колонии от zel - смотрите здесь.

2 комментария

  • Гаврилов Михаил:

    До сих пор находится немало людей, утверждающих,
    что до размещения в Торренсе советских воинских частей (1962 год)
    там находилась база ВВС США.
    Ответственно заявляю, что это не так!
    До нас в Торренсе располагалась детская исправительная колония.
    Во второй главе книги "Тайны "Лурдес" 1964-2001"
    дается развернутый анализ-исследование, посвященный истории колонии.
    И не только!
    Спасибо большое за это Валерию Алексеевичу Бубнову!
    Дополнительную информацию вы можете прочесть
    здесь - http://cubanos.ru/news/news210
    и здесь - http://cubanos.ru/news/news211

  • Константин:

    "1941 году на первом эстрадном концерте в торжественно открытом кабаре "Тропикана", Чано Посо выступил в роли мифической "Пантеры Конго". Его главный музыкальный номер был подвижная румба "Парампампин". Бывший осужденный Торренса "охотился" на сцене за русской "пантерой" Таней Лесковой, балериной Русского балета Монте-Карло" .....Так вот...Татьяна Юрьевна Лескова жива до сих пор!!! Родилась 6 декабря 1922 (96 лет)!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *