Кузьмин Владимир. Воспоминания старшего военно-морского советника. 1962-1965. Часть 2.

08.05.2019 Опубликовал: Гаврилов Михаил В разделах:

Об авторе | Воспоминания, часть 1

[Весь текст в формате PDF - скачать одним кликом!]



31. Матансас и Варадеро

Напряженная работа специалистов продолжалась, и мы с Астараином запланировали осмотр бухт, пригодных для базирования кораблей флота и расположенных вблизи Гаваны. Теперь мы направили свое внимание на восток от Гаваны, осматривая такие бухты как Матансас, Варадеро, Карденас и небольшие бухточки между основными портами. Свое мнение о Матансасе я уже излагал. В дополнение следует отметить, что для постоянного базирования небольших кораблей Матансас без большого гидростроительства непригоден.
Проехав Матансас, мы свернули с основной магистрали на прибрежную дорогу и направились к Варадеро, этому всемирно известному пляжу. Он считается третьим пляжем мира по качеству песка, удобству, теплому и ласковому морю, созданным удобствам и круглогодичности использования. К первым двум пляжам относятся пляж Кубананакан в Рио-де-Жанейро и пляж Большого Барьерного рифа в Австралии.
От Матансаса до Варадеро около 40 километров, и нам предстояло проехать несколько мостов через реки, осмотреть один современный маяк и проехать по интересному полуострову Икакос с белыми песками у уреза воды, голубыми волнами прибоя и живописной растительностью. На полуострове Икакос построен курортный город Варадеро с оборудованными пляжами и отелями, с ночным клубом и аэропортом, с гаванью для катеров и яхт, с кемпингами и дворцами, шикарными виллами и дорогами.

1963. Мост Бакунаягуа

Мы осмотрели гавань с ее причалами и наблюдательным постом, а также прилегающий к гавани аэропорт. После обмена мнениями, пришли к убеждению, что этот комплекс гидротехнических сооружений для базирования сил флота практически непригоден из-за сложности стоянки кораблей и их выхода в море, а также из-за того, что гавань находится в самом центре курорта Варадеро и это настораживает. Гавань открыта с моря и не имеет средств от нападения противника. Мы решили пообедать в шикарном отеле "Националь", получив удовольствие от недорогих, но вкусно приготовленных блюд. Вокруг отеля, который своим фасадом обращен к морю, разбит небольшой тенистый парк со спортивными площадками.
Осмотрев достопримечательности Варадеро, мы направились на северо-восток полуострова до его оконечного мыса Икакос, который прикрывал с севера маленькую бухточку. Наша машина преодолела небольшой перешеек и перед нашим взором появилась удивительные по своей красоте ландшафты. Наконец, мы у цели! Здесь расположен маленький рыбачий поселок, словно выхваченный из цветного сказочного сна. Он расположен непосредственно у берега, над которым величаво плывут облака, а о берег ударяются ленивые волны. В пальмовой роще стояли аккуратные домики местных жителей. Деревню окружали небольшие холмы, чувствовалось легкое дуновение ветерка, а за косой слышались глухие раскаты волн, бьющихся в песок. Пейзаж украшали рыбачьи лодки да красочные фигурки людей в легких разноцветных рубашках и платьях, мелькающие на протоптанных дорожках. В воде находилась пестрая группа людей, занятых работой. Стоя по пояс в воде лагуны, кубинцы, в большинстве своем, мулаты, тянули сеть, которую с моря привели рыбацкие лодки. Сильные руки вытягивают на берег тяжелую, полную рыбы, сеть. Тяжел их труд, зато добыча большая. Здесь же на берегу они устраивают себе пир. Рыбаки готовят "маринованную" сырую рыбу. Рыбу чистят, удаляют кости, затем мелко нарезают, тщательно моют в соленой морской воде и кладут в деревянную чашу с лимонным соком и ломтиками лука. Через час блюдо почти готово. Тогда рыбу и лук вынимают из чаши, перекладывают в другую и поливают кокосовым молоком. Вкус свежей рыбы получается изысканным.
Пока мы осматривали эту бухточку и оценивали ее, рыбаки приготовили рыбу и угостили нас. Это был настоящий деликатес, который я никогда не пробовал.



32. Вилла Дюпона

Солнце давно перевалило за полдень, и нам нужно было возвращаться, так как до Гаваны было не менее 170-180 километров, а Астараин обещал показать мне дворец одного из самых могущественных миллиардеров Северной Америки Дюпона. Дворец с парком и пляжем расположен между курортом Варадеро и мысом Икакос.
Когда мы подъехали к дворцу, то он мне показался не очень интересным. Я ожидал увидеть, что-то похожее на Зимний дворец в Ленинграде или хотя бы на Букингемский замок в Лондоне. Дворец Дюпона был значительно скромнее, как по своему масштабу, так и по внутреннему убранству, но зато построен более рационально. Особенно мне понравилась территория вокруг дворца, представляющая собой цветущий сад с дорожками из белого песка с небольшой гаванью для катеров с замечательным участком пляжа, с красивыми деревьями, посаженными в стиле английских парков.
Пальмы, кактусы, агавы, сосны, дубы, лимонные и апельсинные деревья, переплетенные лианами, создавали тенистые уголки, отдельные куртины. Этот парк, разбитый на английский манер, но украшенный с чисто немецкой тщательностью, радовал глаз великолепными деревьями, яркой зеленью лужаек, разнообразием естественных пейзажей и в то же время необыкновенной опрятностью. Здесь были клумбы с чудесными цветами, тонкий белый песок отсвечивал кристальную чистую воду малой гавани – было все, что присуще парку, который содержится умело и с любовью. Внутреннее убранство дворца создавало уют и человек, поселившийся в нем, обретал спокойствие от нежных тонов богатых обоев, черной мебели, изящных каминов и прохлады, создаваемой кондиционерами; шторы на окнах были опущены, в помещениях господствовал полумрак. Как сказал Астараин, во дворце до революции постоянно не жили, но в летний период в нем размещалась супруга Дюпона с ее приближенными. В 1963 году Фидель Кастро дворец национализировал, и он был превращен в отель. Мы еще в 1963 году с Валентиной и Игорем приезжали в этот район, чтобы осмотреть весь комплекс и искупаться в голубой бухте. Во второй половине 1965 года я заезжал и обедал в ресторане этого дворца, и надо отметить, что дворец и парк как-то потускнели и утратили свою привлекательность. Видимо, этот дворец надо было отдать под музей…



33. Кохимар и Ла-Вихия (Хемингуэй)

Возвратились мы в Гавану поздно вечером, договорившись с Астараином, что в скором времени посетим бухту Кохимар, находившуюся в районе Habana del Este.
Был один из дней ранней весны, который обещал быть прохладным(!!!) и солнечным. Ко мне в кабинет вошел Астараин, попросил связаться с Г.С. Абашвили, пригласить его поехать вместе с нами в Кохимар, а также по памятным местам жизни и деятельности лауреата Нобелевской премии, всемирно известного писателя Эрнеста Хемингуэя. Абашвили принял приглашение, и мы вскоре выехали в Кохимар. Прибыв в этот поселок, мы, прежде всего, осмотрели небольшую бухту на предмет возможной стоянки в ней торпедных катеров, но нашли ее не очень удобной и сошлись на мысли, что торпедные и ракетные катера можно базировать здесь только в случае крайней необходимости, так как причальный фронт очень мал и стоянка будет скученной.
После осмотра бухты мы зашли в небольшой бар, расположившийся на берегу вблизи входа в бухту. Здесь все было оформлено на морскую тематику. В самом помещении бар походил на мостик большого парусного корабля. На переднем плане у барной стойки находился большой штурвал, на ручках и спицах которого разместились полки для бутылок с вином. На стене была нарисована картина морского боя с пиратами, которые на своем небольшом судне атаковали крупный парусник. Рядом были развешены чучела морских черепах, омаров и акул. Голова акулы-молот нависала над одним из столиков, стоявших у стены. Вместо обычных оконных переплетов в стенах были вмонтированы большие иллюминаторы, начищенные до блеска. На потолке были подвешены куски морских тросов. Все это придавало бару очень экзотический вид и напоминало посетителям старинную английскую таверну. В это время посетителей в баре было немного и мы присели за столик, чтобы выпить по бутылке пива и по чашечке кофе.
Как только мы разместились поудобнее в креслах за столиком, к нам подошел один старичок, бессменный капитан яхты "Пилар" Григорио Фуэнтес и спросил: не желаем ли мы послушать рассказ о Э. Хемингуэе, с которым он неоднократно выходил в море. Э. Хемингуэй дружил со многими жителями Кохимара. Рыбаки любили его и уважали за высокое мастерство ловли рыбы, за честность и смелость. Он отвечал взаимностью. Как минимум пять рыбаков поселка могли претендовать на роль прототипа Сантьяго из повести "Старик и море", за создание которого Э. Хемингуэй получил Нобелевскую премию. Грегорио Фуэнтес рассказал нам, как он выходил с Хемингуэем из Кохимара в море и как радостно Хемингуэй махал встречным рыбакам рукой, и они неизменно слали ему свои приветствия. С каким удовольствием он становился за штурвал яхты, втягивал в себя острые запахи моря, смотрел туда, где темнела полоса Гольфстрима и повторял: "Следите за чайками, они показывают, где рыба".
Хемингуэй выходил в море, чтобы отвлечься от той душевной духоты, которой он был окружен в последние дни своей жизни. Часто Эрнест увлекался спиртным и напивался до белой горячки. Сам Хемингуэй был добрым человеком, часто помогал людям, попавшим в беду, много с ними беседовал о жизни. К друзьям он относился с душевной теплотой и открытым сердцем.
Выпив пиво и распрощавшись с Фуэнтосом и окружавшими нас людьми, мы сели в машину и направились на дачу Хемингуэя, которая была расположена в 17 километрах юго-востоке Гаваны в финке Ла-Вихия. Выехав из Кохимара, мы пересекли Гуанабакоа, который представлял собою район Гаваны, где были подготовлены площадки для строительства зданий. На большой ровной территории были проложены улицы, площади, перекрестки дорог; все это заасфальтировано, выровнено и подготовлено для движения городского транспорта. Под землей были проложены все необходимые трассы: газа, водопровода, канализации, электроэнергии, телефона, радио; промежуточные точки были выведены в колодцы. Не было только домов, а все сети были готовы к эксплуатации. Мы видели, как в нескольких местах возводили жилые дома и строили промышленные предприятия. Мне первый раз в жизни пришлось увидеть такую прогрессивную систему строительства жилых массивов в городе, и это в слаборазвитой стране. Вот уже прошло 20 лет с тех пор, но в Севастополе при интенсивном строительстве жилья такая система работ еще не применяется.
Пока мы обменивались с Абашвили впечатлениями об увиденном, машина незаметно подъехала к дому Хемингуэя. По моим понятиям, это был солидный двухэтажный коттедж с ухоженным садом и вспомогательными строениями (гаражом, домиком для прислуги и садовника). На первом этаже находились кухня, столовая, гостиная и три больших комнаты, где работал хозяин дома. В тот период дом Хемингуэя был уже превращен в музей и после нашего продолжительного звонка дверь открыл пожилой мужчина в спортивном костюме, отрекомендовавшийся хранителем музея Рене Вильяреалем. Он нам объяснил, что сегодня в музее выходной день и экспозиция не работает. Но Астараин упросил его показать дом Хемингуэя советским морским специалистам, которые интересуются жизнью и деятельностью великого писателя и уже осмотрели его яхту в Кохимаре и беседовали с людьми, знавшими Хемингуэя и выходившими вместе с ним в море. У Рене Вильяреаля загорелись глаза, и он сказал, что покажет и расскажет, как жил и работал писатель в последние годы своей жизни на Кубе. Это был интересный рассказ, так как Рене долгое время служил у Хемингуэя и был управляющим его делами.
Эрнест Хемингуэй много путешествовал по разным странам мира. Встречался с разными людьми. Видел хорошее и плохое. В своих произведениях он боролся против зла и насилия, против эксплуатации и неравенства. За свои прогрессивные идеи он подвергался насмешкам политиков и литературных деятелей Америки и вынужден был поселиться на Кубе. Он приветствовал Кубинскую революцию.
На Кубе он жил один, так как его третья жена основное время жила в США и только изредка наезжала в Гавану. В это период ему было около 60 лет, но жизнь основательно потрепала его тонкую и восприимчивую натуру. Образ жизни его на Кубе был довольно строгим. Он просыпался в 6 часов утра и сразу же вставал за пишущую машинку, создавая свои замечательные произведения. В 10 часов он завтракал и выходил на прогулку в сад. Иногда он ездил в Гавану. После обеда и отдыха он снова становился за машинку и еще работал 2-3 часа. Он печатал свои произведения стоя. Иногда, в вечернее время он выезжал в Кохимар, где встречался со своими друзьями и знакомыми. Иногда посещал клуб "Боэмия", расположенный в центре Гаваны.
Одна из комнат была заставлена чучелами различных зверей, которых он лично и его жена стреляли во время многочисленных сафари в Африке. Здесь же висели различные ружья, ножи и многочисленные фотографии, которые он снимал сам. В основном, это были сцены охоты на зверей, виды саванны, фото жены у палатки.
Во второй комнате находилась большая библиотека, в которой было много книг Хемингуэя, изданных в различных странах мира, в том числе и книга "Старик и море" выпущенная в Советском Союзе для чтения слепыми. Посреди этой комнаты стоял большой стол, уставленный многочисленными бутылками с бакарди, русской водкой, ромом, коньяком, виски, вином и другими горячительными напитками, к которым частенько прикладывался Хемингуэй.
В третьей комнате на специальной полке находилась пишущая машинка, стоял большой старинный диван, а у стен расположились стеллажи с книгами справочного характера, многочисленные фотографии. Здесь же был вход на второй этаж, где находилась спальни Хемингуэя и его жены, кабинет супруги, а также вспомогательные помещения. Все было просто и некрикливо, но подчеркивало, что здесь жил талантливый писатель. Заканчивая осмотр дома Хемингуэя, мы сфотографировались на память, поблагодарили Рене и направились в Гавану, чтобы посетить гостиницу "Амбос мундос", в которой некоторое время проживал Э. Хемингуэй. Когда мы попросили администратора отеля показать нам номер Хемингуэя, то он ответил, что номер занят и там ничего интересного нет, вещи писателя не сохранились, да и персонал отеля ничего не предпринял, чтобы организовать филиал музея. Так, немного разочарованные последним посещением, мы вернулись домой.



34. Учеба на флоте

В штабе флота, его отделах, в соединениях и частях флота шла напряженная учеба личного состава. Занятия, штабные тренировки, корабельные учения и тактические игры стали основными методами боевой и оперативной подготовки. Мы с начальником штаба или командующим флотом посещали части и соединения и контролировали качество проведения учебы.
Побывали мы и на фрегатах, торпедных катерах, противолодочных кораблях, на узлах связи и постах наблюдения.
Где бы мы ни были, везде чувствовалось большое стремление матросов и старшин овладеть сложной боевой техникой, изучить корабли и их материальную часть.
Революционные инструкторы флота, так же как и офицеры, делали все, чтобы подготовить личный состав к ведению боевых действий. Мне было приятно сознавать, что они считали боевую подготовку главным направлением своей деятельности. Часто они сами показывали пример в овладении конкретной специальности.
Командиры соединений, частей и кораблей успешно овладевали методикой обучения личного состава и могли уже самостоятельно вести подготовку.



35. Карнавал

В этот период в стране закончились провинциальные карнавалы, и кубинцы готовились к проведению карнавала в столице. Нам хотелось побывать на этом замечательном и ярком представлении, действительном творчестве народных масс. Карнавалы проводятся профсоюзами как организационно, так и материально.
Астараин пригласил наше семейство на карнавальное шествие и вручил нам билеты на правительственную трибуну на одно из первых вечерних представлений, и мы с Валентиной и Игорем направились на площадь Прадо. На этой площади вдоль фасада Капитолия были построены трибуны для зрителей, жаждущих посмотреть карнавальные шествия. Карнавальные шествия проводятся в течение 15-20 дней в конце февраля-начале марта. Представления проводят в два захода; первый с 16 до 20 часов, а второй с 20 до 24 часов. На трибунах размещается около 4 тысяч зрителей, а на площади еще в два раза больше. Билеты на трибуну и площадь продаются через профсоюзные организации, что приносит большой доход устроителям карнавала.
Ко времени начала карнавальных шествий на улицы центральной Гаваны отовсюду начинает собираться разношерстный и радостный народ. Он наводнил главную улицу города – Прадо, а также Малекон и улицу Карла IV. Ремесленники и рабочие, интеллигенция и крестьяне, деятели наук и культуры двигались нескончаемой чередой. Оживленные веселые лица, беззаботная болтовня, остроты и шутки свидетельствовали о том, что люди спешат на всенародное излюбленное зрелище.
Вся эта пестрая и шумливая многотысячная толпа заполняла огромную площадь Прадо у Капитолия каким-то неясным, смутным, но веселым гулом, с которым мог бы сравниться лишь шум прибоя во время шторма. Гаванцы сияли от удовольствия; их нисколько не смущало небо, покрытое черными мощными тучами, предвещавшими проливной дождь. Многие из них захватили зонты, чтобы укрыться от дождя. Мужчины надели широкополые сомбреро. К 4 часам пополудни вся эта огромная масса людей расселась на трибуне, скамейках, стульях или на балконах зданий, многие остались стоять на своих двоих. Прадо на мгновение затихла, слушая звуки отдаленного оркестра со стороны Малекона. Музыка постоянно усиливалась, послышался гул приближающихся мотоциклов.
Карнавальное шествие начинается парадом полицейских на мотоциклах. Мотоциклисты проделывали несложные цирковые упражнения. Они были в парадных мундирах и касках и резко контрастировали с последующими тарантасами, которые тащились худыми изможденными лошадьми. Мы видели, как одна старая кляча упала на площади, и ее пришлось поднимать. Тарантасов было всего 4-6 штук, а за ними следовали в разноцветных одеждах музыканты и участники карнавала с различными фонариками, блестящими шарами, фальшфейерами, размещенными на шестах, которые крутились, наклонялись и подбрасывались в различных направлениях. Потешные колесницы, волшебные корабли, необычные чудовища и разодетые принцы, шествовали по площади. За ними двигались платформы, буксируемые тракторами, автомобилями и электрокарами. На платформах, убранных и раскрашенных под снежные холмы и айсберги, цирковых вертящихся колес, электростанций, находились участники карнавала, танцующие под народные ритмы. На замыкающей платформе размещались звезды карнавала, а на самом верху находилась королева красоты. Каждый профсоюз организовывал комплекс платформ, один-два оркестра и несколько групп, идущих с китайскими фонариками. Прохождение одного профсоюза занимает минут 15-20. Звуки фанфар, гром оркестров, пение участников карнавала, громкие выкрикивания – все это создавало сильный звуковой эффект.



36. В Сьенфуэгос и Исабела-де-Сагуа, часть 1

В штабе флота решались повседневные дела по изысканию новых форм и способов повышения боеготовности флота. К этой проблемы были привлечены все советские и кубинские военно-морские специалисты. Командованию флота поступило много интересных предложений насчет практических мероприятиям по улучшению приемов проведения боевой подготовки, командирской учебы, содержанию боевой техники, проведению учений и игр. Личный состав флота был охвачен творческим порывом. Однако на флоте еще недоставало необходимой боевой техники, кораблей, средств связи и наблюдения. В апреле 1963 года пришло извещение о выходе из Советского Союза группы малых противолодочных кораблей проекта 201 (шесть единиц). Они буксировались через океан мощными буксирами совторгфлота типа "Аполлон" по два корабля за одним буксиром. Была получена информация о поставке на флот в ближайшее время десяти радиотехнических постов наблюдения, основой которых были радиолокационные станции "Лот" и двенадцати торпедных катеров "Комсомолец" проекта 123. Эти сообщения обязывали нас вести более интенсивно поиск удобных мест для базирования новых кораблей и катеров, а также районов для установки радиотехнических постов. Кроме того нам стало известно, что кубинскому флоту в середине года будут переданы двенадцать ракетных катеров проекта 183-Р и четыре дивизиона ракет "Сопка", имеющих 12 пусковых установок. После этих поставок кубинский флот будет обладать довольно мощным ударным потенциалом.
Как его использовать, на каких стратегических и операционных направления его разместить, где базировать – следовало решать командованию кубинским флотом, и я должен был помочь в этом ответственном деле.
Если на севере острова важнейшим стратегическим направлением было Гаванское и в соответствии с таким положением планировалась дислокация вооруженных сил Кубы, в том числе и основных сил военно-морского флота, то на южном побережье вопрос не был окончательно решен, какое направление является наиболее важным и опасным. Трудно было отдать предпочтение тому или иному району. Конечно, наличие на юго-восточном побережье военно-морской базы США Гуантанамо создавало остроту на восточном стратегическом направлении, но район Сьенфуэгоса, где имелся удобный залив Хагуа, большие равнинные пространства для развертывания большой массы войск, близость этого района от Гаваны и, наконец, наличие ряда военных, военно-воздушных и военно-морских баз США в районе Карибского бассейна придавали большое значение этому центральному стратегическому направлению в общей обороне республики Куба. Поэтому, заслушав доклады советских специалистов и переговорив с начальником штаба флота, я предложил Роландо Астараину еще раз посетить Сьенфуэгос с его уютными бухтами и широкими заливами с целью изыскания новых пунктов для базирования кораблей, учитывая и то обстоятельство, что существующие условия базирования корабельных сил не отвечали современным требованиям.
Ранним утром мы выехали на автомобиле из Гаваны и через 5 часов въезжали в Сьенфуэгос. После обеда мы сели на сторожевой катер и пошли к выходу из залива Хагуа.
Залив Хагуа (Сьенфуэгос) представляет собой обширную водную акваторию, в которой имеется несколько небольших бухт с приглубыми берегами. Вход в залив узкий, порядка 2-х кабельтовых шириной, глубина на входе около 30-40 метров. Сам вход почти незаметен с моря. На западном берегу пролива, соединяющего Карибское море с заливом Хагуа, расположены крепость Хагуа (Castillo de Nuestra Señora de los Ángeles de Jagua) и небольшое поселение с одноименным названием.
Крепость построена в 1742 году, отличается совершенством архитектурных форм и смотрится на фоне береговых холмов не только мощным оборонительным сооружением, но и живописным ансамблем средневековья. Она, как и все подобные крепости, имела перед собой широкое ровное поле (эспланаду). У стен крепости был вырыт глубокий ров, наполненный водой. Для того чтобы попасть в крепость требовалось опустить мост-сходню. Крепость поддерживалась в отличном состоянии и служила складом для хранения артиллерийских снарядов, пороха и других взрывчатых веществ.



37. В Сьенфуэгос и Исабела-де-Сагуа, часть 2

Поселок Хагуа производил впечатление заброшенного места. Мимо, занимая чуть ли не половину горловину бухты, проходили огромные танкеры, горделиво проплывали океанские суда, невдалеке сверкал огнями крупный город Сьенфуэгос, но сам поселок время обходило стороной. Старинная испанская крепость, когда-то защищавшая вход в залив от пиратов, хорошо сохранилась и если бы не старинные пушки, можно было подумать, что ее только что оставил гарнизон. А рядом, на склоне холма, словно ласточкины гнезда приютились дома рыбаков. Они точно соревновались между собой, кто ближе спустится к воде, и самые нижние, с увитыми зеленью террасами, любовались своим отражением в глади пролива. У причала поселка стояли небольшие рыбацкие лодки и катера, здесь же были построены гаражи для лодок и катеров. У входа в залив был вывешен большой транспарант со словами: "Bienvenidos!" Вечный покой охранял эти края, нарушаемый лишь криком морских птиц и протяжными гудками судов. С наступлением темноты поселок погружался в сон, и тогда жизнь теплилась в старой таверне у пристани, где горела керосиновая лампа, и гудели голоса вернувшихся с промысла рыбаков.
Сразу к востоку от входа в залив у мыса Мильма был сооружен небольшой причал, у которого в готовности к выходу в море стояли малый противолодочный корабль и торпедный катер. Далее к востоку в берег врезалась небольшая, но глубокая бухта Марьянао, закрытая с севера песчаной косой. Берега бухты поросли тропической растительностью и могли быть использованы для строительства жилых и служебных помещений. В бухте был построен небольшой причал, а на ее южном берегу стояла небольшая аккуратная хижина. Мы подошли к ней, из нее вышел пожилой человек, который приветствовал нас. Он нам рассказал, что уже давно поселился здесь и живет один. Ловит рыбу и продает жителям Сьенфуэгоса. Иногда он продает черепах, которых выращивает в садке, смонтированном в голове пирса. Из пластин панциря морских черепах карей на Кубе изготавливают женские украшения, браслеты для часов и другие изделия.
Астараину и мне очень понравилась эта бухточка для маневренного базирования торпедных и ракетных катеров. Недостатками ее являлось, что подъездная дорога подвергалась затоплению в период дождей и отсутствие надежной телефонной связи со Сьенфуэгосом.
К северо-западу от входа в залив, на расстоянии 20 кабельтов находится бухта Хукараль с приглубыми, поросшими тропической растительностью берегами. Бухта по своим размерам может обеспечить стоянку и базирование кораблей вплоть до фрегатов, но из Сьенфуэгоса в район этой бухты нет дорог. С наступлением сумерек с мангровых зарослей поднимаются мириады москитов, которые могут довести личный состав до умопомрачения.
Обменявшись впечатлениями с командующим флотом об увиденном, мы остановились на бухте Марьянао, но не отказывались и от использования бухты Хукараль.
В дальнейшем мы посетили и реку Дамуки (?), глубины в русле которой обеспечивали плавание ракетных и торпедных катеров, но это было уже в 1964 году, после нападения США на вьетнамские катера, дислоцированные в основных пунктах базирования Вьетнама.
На тщательное изучение возможных пунктов базирования по лоциям, описаниям, схемам и картам ушло двое суток. Пока работники штаба Центрального военно-морского района готовили планы и легенды к ним, мы с Астараином ознакомились с состоянием боевой подготовки, материально-техническим обеспечением кораблей и частей, побывали на небольшом островке Каренас, где дислоцировался учебный отряд флота, готовивший специалистов электромеханической службы. Он был слабо оснащен лабораторной базой и не имел квалифицированных преподавателей.
Астараин во время пребывания в Сьенфуэгосе остановился в отеле "Хагуа", построенном перед революцией. Это было девятиэтажное здание, выделявшееся среди других городских построек своими размерами, современными формами и благоустройством территории.
Я разместился в домике советских специалистов, где проживал с семьей и Николай Солдатов. Вкусно приготовленная пища, благоустроенные комнаты с кондиционерами, общение с русскими людьми, размещение домика прямо у берега залива – все это благоприятствовало отдыху и интенсивной работе. С приездом супруги Людмилы Яковлевны и сына Сергея Николай Данилович воспрял духом и очень энергично помогал кубинцам. Он побывал вместе с командиром Западного военно-морского района Хуаном Белисом у командующего Центральным военным округом Хуана Альмейды и полностью согласовали вопросы взаимодействия армии и флота при отражении высадки десанта противника, как на южном побережье, так и на северном.
Нас очень беспокоило северное побережье Центрального военно-морского района, в пределах которого активно действовали контрреволюционеры. За несколько дней до нашего приезда "гусанос" произвели диверсию против советского судна, стоявшего в порту Исабела-де-Сагуа под погрузкой сахара-сырца. К борту транспорта была подвешена мина с часовым механизмом, которая взорвалась, причинив повреждения надводной части корпуса. Такие наглые действия кубинские контрреволюционеры предпринимали неоднократно, базируясь на островок Кайо-Саль, расположенный в 30 милях к северу от Исабелы–де-Сагуа.
Закончив дела в Сьенфуэгосе, мы направились на северное побережье в порт Исабела-де-Сагуа, расположенный в устье одноименной реки. Он напоминал в миниатюре Венецию. Отличительной чертой было то, что он был построен на деревянных сваях, установленных на протоках реки. На реке стояли рыбацкие катера и лодки, на которых с моря приходили рыбаки с уловом рыбы, крабов, лангустов, разнообразных раковин и черепах
В этом небольшом порту природа словно специально приготовила живописную натуру: высокие светлые домики на берегу под красными черепичными крышами, перемежались домиками на сваях на каналах и реке, забитых рыбацкими катерами, парусными шхунами и лодками. Главная достопримечательность Исабелы-де-Сагуа – пестрый базар со своими знаменитыми "океанскими" рядами, где играют всеми красками дары моря – зеленые, круглые как шары морские ежи и свежие устрицы в плоских раковинах; крабы и кальмары; сушеные моллюски, как грибы, нанизанные на палочки; груды свежей и вяленой рыбы; связки толстых сухих водорослей для супа и многочисленные раковины. Рядом были ряды с овощами и фруктами, заваленные ананасами и бананами, апельсинами и мандаринами, манго и фрутабомбой (папайей), дуриано и авокадо. Рынок был ярким и шумным с быстроногими мальчишками, предлагавшими почистить обувь или отнести покупки.
Как пункт базирования кораблей порт был оборудован слабо. На Исабела-де-Сагуа базировались несколько небольших патрульных катеров, несших службу на подходном фарватере. Причальный фронт был устаревший, с деревянным ветхим настилом, развалившемся на большей части порта. К западу и востоку от порта, вдоль всего северного побережья протянулись острова и островки, проливы и фьорды, переплетающиеся в причудливый лабиринт и прикрывающие побережье от волны и наблюдения с моря.
Осмотрев весь порт, побывав на патрульных катерах, заслушав командира дивизиона о состоянии дел, командующий флотом приказал осуществить ряд практических мер по предотвращению прорыва диверсионных сил и средств противника в порт. Распрощавшись с Хуаном Белисом и Николаем Солдатовым, мы отправились в Гавану. За время поездки в Центральный военно-морской район, продолжавшийся четверо суток, была получена подробная информация о состоянии пунктов базирования и ходе боевой подготовки, а также выяснены пути и направления проникновения "гусанос" на территорию Республики Куба. В голове созревал план активных действий, направленный на уничтожение банд контрреволюционеров.



38. Первомай 1963 года

Приближался Первомай. Народ Кубы трудовыми успехами встречал этот международный праздник трудящихся. На Площади Революции должны были состояться парад войск Гаванского гарнизона и демонстрация трудящихся. Мне предложили участвовать в этом торжестве и вручили билет на правительственную трибуну.
Площадь Революции расположена в новом административном районе Гаваны. У монумента Хосе Марти сооружена монументальная трибуна, на которой находятся и с которой произносят речи руководители республики. Монумент Хосе Марти, Площадь Революции, здания ряда министерств и ведомств начали создаваться в конце 50-х годов на холме Тодино(?) и к описываемому периоду были построены государственные театр и библиотека, автовокзал, здание Совета Министров и другие общественные учреждения.
Первое мая уже было на календаре, машина была подана, и я, захватив билет-приглашение, уселся в машину, и мы направились на Площадь Революции. Жители Гаваны со всех районов столицы двигались на площадь. Мы с трудом пробрались на машине к зданию Совета Министров и, оставив машину на стоянке, я пошел на трибуну, где собралось почти все руководство, не было только Фиделя Кастро и некоторых членов правительства и руководства армии.
В назначенное время протрубили фанфары, и первая шеренга демонстрантов начала движение по площади. Взявшись за руки, шли Рауль Кастро, Освальдо Дортикос, Че Гевара, Блас Рока, Сесар Эскаланте, Серхио дель Валье и другие политические и военные деятели Кубы. За ними в колоннах с флагами, транспарантами под звуки оркестров в ярких одеждах прошли тысячи тружеников революционной Кубы.
Тучи рассеялись, ярко светило солнце, небольшой ветерок развевал флаги на зданиях и в руках демонстрантов. Гавана ликовала, отмечая пролетарский праздник. После окончания демонстрации, которую приветствовали поднявшиеся на трибуны руководители республики, стройные ряды военных замкнули шествие. Сделав несколько фотографий на память, распрощавшись со знакомыми, я направился домой за праздничный стол, приготовленный супругой.
Демонстрация произвела на меня огромное впечатление, как по своему масштабу, так и по настрою народных масс. Меня, как и многих участников торжества, интересовал вопрос: почему Фидель Кастро и некоторые его соратники отсутствовали на празднике? Через некоторое время эта загадка разрешилась.



39. Фидель Кастро

Фидель убыл в Советский Союз для ведения переговоров с его руководством. Это был официальный визит, но о нем никто не знал и не догадывался.
Дело было так – незадолго до Первомая Фидель Кастро объявил своим помощникам, что по неотложным делам они с ним должны лететь в Сантьяго-де-Куба. В эту группу входили Рафаэль Родригес, Педро Мирет, Рауль Курбельо и некоторые другие. К назначенному времени они прибыли в аэропорт Ранчо Бойерос, где стояли, ожидая взлета, несколько самолетов различного типа – Ту 114, Ан-10, Ил-18 и другие. Фиделя с группой провожали несколько человек, в том числе и Рауль Кастро. Фидель попросил сопровождающих его лиц подняться в конкретный самолет. Когда все сели в самолет, он взлетел и взял курс на восток. Никто из сопровождающих лиц не поинтересовался у Фиделя, почему они сели в Ту-114, а не в Ил-18, который обычно совершал рейсы в Сантьяго. Только через два часа, когда разговоры между членами делегации иссякли, Карлос Рафаэль Родригес спросил, почему они не садятся в Сантьяго, поскольку полетное время уже вышло. На это Фидель Кастро ответил изумленным товарищам, что все они летят в Советский Союз по приглашению Никиты Хрущева на празднование 1-го Мая. Фидель Кастро является выдающимся деятелем международного масштаба и способным конспиратором. Он часто применял внезапные нестандартные решения, и тем самым достигал политического успеха там, где этого никто не ожидал.
Эта мысль подтверждается примером возвращения его из СССР на Родину. Прежде чем сесть в авиалайнер, доставивший его в Гавану, он направился в Тбилиси под предлогом отдыха и ознакомления с горными районами Грузии.
Из Тбилиси он сделал неожиданный воздушный рывок и приземлился в аэропорту Ранчо Бойерос. Несколько человек вышло из самолета, и направились к зданию аэропорта, в их числе был и Фидель Кастро. Из аэропорта он позвонил президенту Освальдо Дортикосу и спросил, как идут дела в республике. Дортикос был приятно поражен отличной слышимостью, как будто Фидель сейчас в Гаване, а не в Москве. На это Фидель Кастро ответил, что он сейчас находится в аэропорту Ранчо Бойерос и через полчаса будет в Президентском дворце. Повесив трубку, Фидель вышел на привокзальную площадь, взял подвернувшееся такси и поехал к Дортикосу. Выходя из такси, он объявил водителю, что у него нет денег, чтобы расплатиться за поездку; сейчас он займет денег у президента и расплатится с ним. На что водитель отказался от денег и сказал, что для него большая честь помочь лидеру Кубинской революции.
Таким человеком, простым и мудрым, доступным и скрытным, энергичным и вдумчивым, решительным и внимательным является Фидель Кастро.



40. Быт

В обычные дни, когда я находился на службе, Валентина занималась домашними делами: готовила еду, воспитывала Игоря, иногда ездила по магазинам. Игорь в это время гулял на улице с кубинскими детьми. Вскоре после приезда на Кубу Игорь познакомился с кубинскими ребятами своего возраста и в какой-то мере понимал их. Он понемногу осваивал испанский язык, общаясь с ними. Лучшим его другом был сосед Рауль, с которым он обычно проводил свободное время.
Они катались на велосипедах, играли в войну, иногда ходили в бассейн. В зимне-весеннее время он учился в школе при посольстве СССР. Обучение там проводилось не лучшим образом, и Валентина старалась помочь сыну освоить школьную программу. После того, как были приглашены на Кубу профессиональные учителя из Советского Союза, была организована школа непосредственно в Репарто-Коли, обучение улучшилось.
Питались мы дома теми обедами, которые готовила Валентина, но иногда Игорь прибегал с улицы домой и вместо приготовленных блюд хватал несколько бананов, запивал их молоком и снова убегал на улицу. Бананов хватало до ужина.
Продукты питания были лимитированы, в том числе были определенные нормы и для советских специалистов. Трудно было с мясом, рыбой, яйцами, маслом и молоком, но нам практически хватало, так как часть продуктов мы заменяли фруктами, которые можно было заказывать в неограниченном количестве.
В понедельник супруга составляла список продуктов на неделю. Этот список я относил в учреждение, занимавшееся снабжением советских специалистов. Оно обобщало эти заявки, упаковывало продукты в ящики, и во вторник вместе с накладными доставляла специалистам на квартиры. Если нас не было дома, то продукты оставлялись на крыльце или веранде, и мы были уверены, что никто из посторонних не позарится на них.
На ребенка полагалось в день литр молока и одно яйцо, а на семью в месяц – одна бутылка Бакарди. В начале 1964 года в нашем районе был открыт магазин Военторга, в котором продавались советские промышленные и некоторые продовольственные товары. В магазине можно было купить квашеную капусту, сельдь, шоколадные конфеты, копченые колбасы и даже паюсную икру и черный хлеб. Последний выпекался в группе советских войск. Мы ежемесячно тратили на питание и мелкие промышленные товары около 150 песо, а остальную сумму клали на счет.
За службу на Кубе мне выплачивали 515 песо – это был хороший оклад, который почти равнялся денежному содержанию командующего кубинским флотом (он получал 530 песо). Но нам не нужно было платить за жилье, коммунальные услуги. Ежемесячно, через Внешпосылторг мы заказывали себе необходимые промтовары, которые потом получали по возвращению в СССР.



41. Развитие пункта базирования кораблей в Кабаньясе

На флоте продолжалась напряженная деятельность, направленная как на совершенствование боевых навыков матросов и офицеров, так и на строительство новых и развитие существующих пунктов базирования кораблей и береговых частей. Нам стало известно, что правительствами Советского Союза и Кубы было принято решение о возвращении в СССР контингента советских войск, и в соответствии с ним был решен вопрос о передаче значительной части вооружения кубинской армии и военно-морскому флоту. Решение состоялось, и его требовалось реализовать в кратчайший срок. Как уже упоминалось, центры по обучению кубинского личного состава в соединениях советских войск начали действовать. Нам, советским специалистам, вменялось в обязанность контролировать ход учебы и принимать меры к тому, чтобы кубинцы после периода теоретического обучения смогли на практике обслуживать эту сложную военную технику.
Проблема базирования соединений и частей кубинского флота всегда остро стояла, а после принятия решения о передаче техники стала во весь рост.
Планом развития пункта базирования кораблей в Кабаньясе предусматривалось создание фундаментального железобетонного причала на полуострове Пелигрос с его западной стороны; строительство основания и установка плавучего причала, передаваемого советской стороной с восточной части этого полуострова; переоборудование имеющихся на полуострове комплексов под казармы, столовую, камбуз, санитарную часть, учебные классы, клуб, штаб флотилии и под другие административные учреждения; строительство слипа для торпедных катеров; строительство обвалованных землей складов ракетного оружия, торпед, артиллерийского боезапаса; строительство жилого массива для размещения семей офицерского состава флотилия и сверхсрочников вблизи пункта базирования. Было отработано оперативно-тактическое задание на строительство пункта базирования с учетом ведения боевых действий в условиях ракетно-ядерной войны. Еще не были закончены технические проекты основных объектов, а строительные работы уже шли полным ходом.
Здесь следует отметить, что Роландо Астараин обладал большими связями, высокими организаторскими способностями, решительностью при принятии решений, знанием финансовых проблем, обеспечивающих проведение сложных и масштабных работ в запланированные сроки. При очередном посещении Кабаньяса перед нами предстала картина строительства, на которой можно было увидеть работу бульдозеров и экскаваторов, кранов и скреперов, монтажников и кровельщиков, землекопов и водолазов. Шло переоборудование существующих помещений под казармы, санчасть, столовую, штаб флотилии, клуб. Сооружались ДЗОТы на десантоопасных направлениях, устанавливались орудия на мысу для недопущения прорыва надводных кораблей в залив Кабаньяс; строились причалы, слип и пр. Мы систематически посещали Кабаньяс и контролировали ход выполнения строительных работ. Много внимания пришлось уделить строительству комплекса ракетных хранилищ, которые требовали не только больших площадей, но и создания определенных условий для поддержания в хранилищах определенной температуры и влажности. Большую помощь в этом деле оказала советская группа войск, которая передала кубинцам готовые каркасы для строительства хранилищ. Мы планировали, что минимально необходимые условия для базирования торпедных и ракетных катеров будут созданы в конце 1963 года, а весь комплекс будет готов в июле 1964 года. Эти сроки были определены в соответствии с решением Фиделя Кастро о проведении парада кораблей военно-морского флота в августе 1964 года в бухте Кабаньяс и с завершением передачи советского вооружения в середине этого года.



42. Работы в Сьенфуэгосе, Мариэле и Банесе

В Сьенфуэгосе, Мариэле и Банесе началась модернизация слипов для докования противолодочных судов пр. 122б и торпедных катеров пр. 183. В июле 1963 года прибыло радиотехническое вооружение для десяти радиолокационных постов и группа инженеров и техников для их монтажа. Строительную подготовку мы уже проводили и перед началом строительных работ командующий флотом и я выезжали в районы, предварительно намеченные для размещения постов, и на месте определяли, где надо размещать здания постов и подсобные помещения. Я побывал по этому делу в Кабаньясе, Сьенфуэгосе, на о. Пинос, в Сантьяго-де-Куба, Варадеро. А Астараин, кроме того, побывал на мысе Сан-Антонио, в Майси, на мысе Мулос вблизи Банеса и на Кабо-Крус. В дополнение к десяти указанным радиолокационным постам было решено одну из получаемых от советских войск радиолокационную станцию "Мыс" установить на территории крепости Эль-Морро с тем, чтобы охватить наблюдением весь Флоридский пролив до полуострова Флорида. В течение 1963-1964 гг радиотехнический посты "Лот" были смонтированы в указанных районах, отлажены и приняты личным составом кубинского флота в эксплуатацию. Для обслуживания постов были заранее подготовлены специалисты. Таким образом, уже к середине 1964 года наблюдение за морем как техническими средствами, так и визуально было значительно улучшено, и на командные пункты военно-морских районов и штаба флота стала поступать более полная и достоверная обстановка со всех участков побережья Кубы.
На флот в ближайшее время должны были прибыть торпедные катера пр. 123-К и малые противолодочные корабли пр. 201. Для их обслуживания готовились экипажи на курсах, организованных при военно-морском училище. Специалистов, которые могли обучать экипажи, было вполне достаточно, а переводчиков было очень мало. Если подготовка экипажей торпедных катеров и МПК велась на курсах при военно-морском училище силами кубинских специалистов, то ракетчиков готовили в Мариэле на Кайо-Ленине (?), где базировались ракетные катера, а также в районе Кампо, где дислоцировался дивизион береговых ракет под командованием майора С. Карапетяна. Советские специалисты систематически осуществляли контроль за качеством и сроками подготовки экипажей.



43. Визит Зимина

К середине 1963 года сложилась довольно интересная и, я бы сказал, острая ситуация по проблеме передачи боевой техники кубинской стороне. Наше политическое руководство полагало, что спешить с передачей боевой техники не стоит. Чем дольше наши войска будут на Кубе, тем продолжительней кубинское руководство будет следовать в кильватере советской политики.
Кубинцы, в противоположность мнению советского руководства, принимали все меры к тому, чтобы как можно скорей подготовить личный состав для боевого обслуживания боевой техники и в любой момент были готовы принять ее. Руководители видов и родов сил советской группы войск также стремились как можно скорей передать вооружение кубинцам, посадить личный состав на транспорты и возвратиться домой в Советский Союз для прохождения службы, рассчитывая получить более высокие должности. Нужно сказать, что ряд полковников и капраз Кулешов получили генеральские и адмиральские звания, а некоторые генералы получили еще по одной генеральской звезде на погоны за участие в Карибском кризисе. Особенно торопился с передачей техники Георгий Семенович Абашвили, рассчитывая получить назначение на должность командующего Балтийским флотом.
В Москве были обеспокоены складывающейся ситуацией и решили узнать, кто из состава Советской группы являлся инициатором возникшей проблемы. Для расследования на Кубу был прислан Первый заместитель Главнокомандующего войск ПВО страны генерал-полковник Зимин с широкими полномочиями…
В начале ночи прозвучал звонок у входной двери. Мы уже спали. Я быстро оделся и открыл дверь. В дверях стояли Георгий Абашвили и Александр Корнеев (?). Я пригласил посетителей в холл и спросил, чем вызван столь поздний визит. Абашвили пояснил, что из Москвы прибыл генерал Зимин с целью расследования причин и выявления инициаторов ускорения передачи кубинцам вооружения и боевой техники, имеемой в группе Советских войск.
Абашвили хотел отвести от себя роль инициатора и попросил меня утром поговорить с Астараином об этом деликатном деле и убедить последнего в том, что инициатива по ускорению передачи боевой техники и, в первую очередь, ракетной в военно-морском флоте исходила от него. Я заверил Абашвили, что такой разговор состоится на следующий день и результат будет положительным. Утром, когда я прибыл в штаб флота, зашел к командующему флотом и объяснил ситуацию, в которую попал Абашвили. Роландо Астараина не пришлось уговаривать – он заверил, что инициатором этого сложного вопроса являлся он, о чем он переговорит с Раулем и Фиделем Кастро.
Как уже упоминалось, руководители Республики Куба сами стремились быстрее заполучить нашу боевую технику и создать мощные вооруженные силы, увеличив их численность примерно на 100000 человек. Этим самым они решали несколько проблем. Прежде всего, они на это количество уменьшали число безработных в республике; во-вторых, они ускоряли вывод с территории суверенного государства контингента иностранных войск, выигрывая политически; в-третьих, увеличивая свою армию и вооружая ее современным оружием, они не затрачивают на нее ни сентаво, так как СССР обязался содержать и вооружать войска Кубы за счет своего военного бюджета. Это стоило советскому государству 2 миллиона рублей в день, а в год это приближалось к одному миллиарду. В-четвертых, политические деятели Кубы могли использовать вооруженные силы по своему усмотрению. Естественно, что вооруженный народ мог более эффективней и самоотверженней оборонять свое государство, чем иностранный контингент.
Зимин так и не смог докопаться до истинных инициаторов ускоренной подготовки передачи вооружения и боевой техники кубинцам. Возможно, после беседы с Фиделем Кастро он и не пытался это сделать. Плиев, в связи с обострением болезни почек, вскоре убыл в Советский Союз и командующим группой Советских войск на Кубе был назначен генерал-полковник Наум Гречко, который доброжелательно относился к Абашвили и вообще к морякам. Я считаю, что в разговорах с Фиделем Кастро Зимин убедился в том, что, чем быстрее произойдет передача военной техники кубинцам и советские войска покинут Кубу, тем быстрее произойдет спад политической напряженности в Карибском бассейне и, особенно во взаимоотношениях между США и СССР.
Таким образом, деликатный вопрос, который ставил Абашвили в трудное положение, был решен в его пользу. Георгий Семенович поблагодарил меня за содействие и просил выразить свою признательность Астараину и одновременно просил не снижать темпов подготовки кубинского флота и готовиться к приему боевой техники. Абашвили был очень доволен и стал готовиться к возвращению в СССР.



44. План развития ВМФ Кубы, часть 1

Продолжалась насыщенная событиями повседневная трудовая деятельность.
Пополнение кубинского военно-морского флота кораблями и ракетной техникой поставило передо мной вопрос, каким по боевому составу корабельных и береговых соединений, и по количеству боевых единиц должен быть флот Кубы, по какому пути он должен развиваться, в каких районах государства он должен базироваться, какие основные задачи он должен решать в мирное и военное время. Таким образом, суммируя эти вопросы, я пришел к убеждению, что нужно создавать серьезный план развития военно-морского флота Кубы на ближайшее будущее. Когда я поднял этот вопрос перед командующим и начальником штаба флота, они немедленно ухватились за идею разработки плана развития флота и попросили меня сделать первоначальные наброски этого плана с тем, чтобы доложить Раулю Кастро. Для того чтобы дать обстоятельный ответ, я должен был сам уяснить с чего начинать разработку плана, в какой период он должен реализовываться, какие разделы он должен включать и, пожалуй, самое главное, что брать за основу при расчете потребных сил и средств, какие должны определять содержание плана развития флота. В одной из бесед с Алексеем Дементьевым я поставил перед ним поставленные вопросы. Он ответил, что такие вопросы перед ним никто не ставил, да и Фидель Кастро не задумывался о плане развития вооруженных сил. Сам А. Дементьев в стратегическом и в оперативном искусстве не был силен и больше имел склонность к Бахусу. Дементьев оставался Дементьевым, а я должен был начинать разработку этого плана.
Ни Академия Генерального Штаба, ни военно-морская академия не давали в своих программах составление планов развития вооруженных сил. Это поле деятельности Генерального Штаба Вооруженных сил и Главного Военно-Морского штаба составляет военную тайну и находится за семью печатями.
Прежде всего, я начал с более глубокого изучения структуры вооруженных сил и удельного веса в них военно-морского флота таких островных государств как Великобритания, Япония, Тайвань, Филиппины, Новая Зеландия, Австралия и некоторых других. Большим подспорьем для этой работы были справочники и, в первую очередь "Jane’s Fighting Ships" (ежегодный справочник по боевым кораблям мира), американский журнал "United States Naval Institute Proceedings" и советский справочник по иностранным флотам.
Вторым направлением моей исследовательской деятельности было изучение возможных форм военной агрессии на Кубу. Здесь пришлось учитывать, то обстоятельство, что социалистическая Куба, с ее семимиллионным населением, слабым развитием экономики должна находиться в постоянной готовности к отражению нападения наиболее агрессивного государства – Соединенных Штатов Америки, готового в любой момент высадить на Кубу и морской и воздушный десанты. Десанты – вот основная форма вторжения противника на Кубу.
Кроме того (третье направление разработки плана) требовалось определить главное стратегическое направление возможных агрессивных действий США. Путем анализа военно-географических условий и сопоставления оперативно-стратегической обстановки я пришел к выводу, что главным стратегическим направлением является Гаванское, простирающееся от Мариэля до Матансаса, на нем расположен главный политический и экономический центр Кубы – Гавана, и в то же время находятся удобные для высадки морского десанта обширные морские пляжи, а также равнинные территории, пригодные для высадки воздушных десантов. Небольшая ширина острова в этом районе позволяет вероятному противнику изолировать Гавану от других районов, способных оказать ему помощь. Противодесантная операция стратегического масштаба – основная форма действий вооруженных сил.
В-четвертых, требовалось определить удельный вес военно-морских сил в отражении высадки стратегического десанта противника. При решении этой проблемы я исходил из следующих основных посылок. Для срыва десантной операции противника необходимо уничтожить 50% всех войск из состава первого эшелона десанта. Перед военно-морским флотом ставится задача при подходе первого эшелона десанта противника к берегу уничтожить 25% из его состава. Было принято, что одно орудие береговой обороны калибра 100-130 мм может уничтожить в бою два десантно-высадочных средства противника; один ракетный катер или три торпедных катера, а две ракеты береговых ракетных установок типа "Сопка" могут уничтожить одно транспортное судно. В расчеты также закладывалось, что из общего количества сил, действующих на данном направлении, 12% сил флота должны быть развернуты на линии дозора и находиться в разведке; 10% имеемых сил флота будут находиться в ремонте; 15% боевого состава могут быть потеряны в результате предварительных ударов противника и 13% сил теряются при выходе в атаку на противника. Таким образом, 50% от общего количества сил, находящихся на данном направлении, по разным причинам участвовать в атаке не будут. Кроме того принималось, что противник на главном направлении в первом эшелоне будет высаживать 2 дивизии с усилением, из них одну дивизию морской пехоты и другую – общевойсковую.



45. План развития ВМФ Кубы, часть 2

План развития флота, и это пятое, предусматривал десятилетний срок его реализации, включающий также решение задач: ведения разведки, несения дозорной службы, поддержания навигационно-гидрографического режима плавания, подготовку рядового и офицерского состава, создания ремонтной базы и пунктов приготовления оружия к подаче на корабли и в части, создание складов для хранения ракет, торпед, глубинных бомб, боеприпасов, топлива, масел, шкиперского и технического имущества и т.п.
Постепенно контуры, структура "Плана развития военно-морского флота на предстоящее десятилетие" начали вырисовываться и к февралю 1964 года, когда А. Дементьев убыл с Кубы, а на его место прибыл генерал-лейтенант Иван Николаевич Шкадов, он вчерне был готов. Оставалось согласовать со Шкадовым основные положения и продолжать дорабатывать по разделам.
План развития флота разрабатывался лично мною с привлечением некоторых специалистов для разработки его отдельных разделов: инженерное оборудование морского театра военных действий; тыловое и навигационное обеспечение сил флота; связь и наблюдение. Специалисты привлекались к разработке плана очень ограниченно, соблюдая требования абсолютной секретности.
Во время разработки плана мне пришлось отвергнуть некоторые предложения Роландо Астараина и Фиделя Кастро, которые выдвигали идею иметь в составе флота некоторое количество подводных лодок и ударной авиации, способных наносить удары вдали от побережья и вести разведывательные действия на морском театре. После довольно продолжительной дискуссии, убежденные логическими доказательствами, они отказались от этой идеи и полностью согласились с предложенным планом развития ВМФ Кубы.
Флот, в соответствии с предложенным планом, должен был иметь собственные довольно мощные береговые ракетно-артиллерийские части, торпедные и ракетные катера, сторожевые и малые противолодочные корабли, артиллерийские катера, хорошо оборудованные пункты маневренного базирования сил, надежное наблюдение за морской обстановкой и связь, соответствующую ремонтную базу и небольшое количество тральщиков.
В плане серьезное внимание обращалось на создание современных средств навигационно-гидрографического обеспечения, складов и средств подачи.
Подготовка кадров должна была осуществляться в военно-морском училище в Мариэле, в учебном отряде, который должен был создаваться в Эль-Саладо, а также в военно-морских училищах в Советском Союзе. Оборудование лабораторий военно-морского училища частично поставлялось из СССР, частично закупалось в Испании и других европейских государствах.



46. Минуты отдыха

Напряженная работа по составлению плана развития флота в сочетании с повседневной деятельностью требовала полного отдыха в воскресные дни. Наша семья часто ходила отдыхать в клуб Альмендарес, где имелись плавательный бассейн с душевыми, теннисный корт, волейбольная площадка, биллиардная и открытая эстрада. Здесь иногда бывали концерты и три вечера в неделю демонстрировались советские фильмы. Пока женщины с детьми смотрели кино, мужчины играли на бильярде. Лучшими игроками были Николай Солдатов, Анатолий Борисов и Георгий Филиппович. Особенно красиво и мощно играл Николай Солдатов, у которого удары отличались большой точностью и аккуратностью. Он был среди нас чемпионом. За игрой мы проводили весь вечер до конца киносеанса, после которого жены подходили к нам и мы возвращались домой.
В воскресные дни, если не было совместного выезда на пляж, мы приходили в клуб и купались в бассейне.
Игорь, под руководством одного испанского переводчика, который на общественных началах обучал детей плавать, научился хорошо плавать и даже занимал первые места в соревнованиях.
Концерты самодеятельности и особенно концерты кубинцев с участием известной в Латинской Америке певицы и актрисы Роситы Форнес, мы посещали и слушали с большим наслаждением и удовольствием. Она пела для нас, советских военных специалистов много и с большим творческим вдохновением и пластичностью. Она исполняла кубинские песни, арии из оперетт и эстрадные песни с высоким профессионализмом, вкладывая свою душу. Как правило, свои выступления в нашем клубе, Росита Форнес приурочивала к советским государственным праздникам, пела бесплатно, давая шефские концерты.
Таким образом, посещая клуб, организуя самодеятельность, игры в волейбол, теннис, плавая в бассейне, просматривая кинофильмы, мы отдыхали, проводили свободное время, вживались в коллектив советских военных специалистов.
Кубинцы рекомендовали нам поехать на экскурсию в долину Виньялес, расположенную в провинции Пинар-дель-Рио. Мы приняли к исполнению данный совет и в один из воскресных дней около 30 человек сели в автобус и отправились в долину Виньялес. Было раннее утро, солнце только освещало восточную часть горизонта, а наш автобус уже шелестя шинами, по асфальту выехал на 5 Авениду, выходящую на автостраду Гавана-Мариэль. Быстро промелькнули пригородные поселки Санта-Фе, Баракоа, Эль-Саладо, и мы незаметно за разговорами подъехали к Мариэлю. Город только просыпался, только у автобусных остановках собирались группы людей. Солнце озаряло окрестности, щедро даря свои лучи окружающему миру. Через 15-20 минут мы проехали Мариэль с востока на запад, выехали на приморскую дорогу и взяли курс на Кабаньяс, Байя-Онда, Ла-Мулата и Сан-Винсенте. Справа по ходу автобуса нашему взору открывались морские заливы и побережье Мексиканского залива. Отдельные сопки и небольшие холмистые участки местности в сочетании с обширными долинами были засажены сахарным тростником, хенекеном и цитрусовыми плантациями. По обочинам дороги росли пальмы реаль, кана и, изредка, барригона. Деревушки выглядели опрятно, хотя и были построены дома из пальмовых досок, а крыши покрыты пальмовыми листьями. Возле каждого домика были посажены деревья манго, авокадо, лимоны, апельсины.
Слева на горизонте просматривалась цепь Сьерра-де-лос-Органос, представляющая собой горы средней высоты с размытыми вершинами. По обе стороны гор, между глинистыми вершинами и куполообразными холмами видны обширные долины, на которых располагались незатейливые крестьянские домишки и обработанные поля, засаженные табаком, сахарным тростником и хенекеном. Дальше на запад располагалась чудесная долина Виньялес с одиночными куполообразными холмами, склоны которых, резко, отвесно обрывались к их подножью. В окрестностях этой долины много автокемпингов, ресторанов, закусочных и смотровых площадок.
Первую остановку мы с делали в районе Сороа, где на ранчо Пелила находится один из лучших в мире сад орхидей. Здесь представлено около 3500 разновидностей орхидей. Это было потрясающее зрелище. Мы ходили по дорожкам ботанического сада и восторгались увиденным.
После сада мы направились к водопаду Сороа на реке Манантиалес, который извергался с высоты 70 метров и, разбиваясь о ложе мириадами брызг, образует под лучами солнца разноцветную радугу. Вначале мы смотрели на водопад сверху вниз, а затем спустились к подножью горы. Игорь вместе с несколькими ребятами пробрался за водопад и очутился между потоком воды и стеной.

1963. Сороа. Дождь, фото 1 1963. Сороа. Дождь, фото 2

В горах Сьерра-де-лос-Органос много больших пещер, пересекаемых подземными ручьями и небольшими речками, как например, пещера Куягуатеко, Сан-Диего-де-Лас-Баньес, Санто-Томас. Последняя, имеющая сеть подземных ходов длиной более 15 километров, считается самой большой в Латинской Америке. После осмотра водопада Сороа, мы подъехали к пещере Росольядеро, пересекаемой речкой Гуагуатеке, чтобы на небольших лодках пройти по этой подземной речушке. Для повышения уровня воды в реке, на выходе из пещеры была создана небольшая подпорная плотина и в образовавшемся заливчике стояли лодки с гребцами. В каждой из них размещались по 4-6 экскурсантов и один гребец-гид. Пещера изнутри освещалась электрическим светом, а кое-где и естественным. Огромная подземная галерея с протекающим ручьем представляет собой ряд пещер, со сводов которых спускались сталактиты различного цвета, а от основания вырастали сталагмиты желтые, коричневые и белые. В результате подсветки прожекторами и освещения солнечными лучами можно было наблюдать фееричные сияния сталактитов, напоминающее по своей красоте северное сияние. Полумрак и яркое освещение создавали контраст при переходе из одной пещеры в другую. Вода в речке, по которой мы плыли, меняла свой цвет в зависимости от цвета прожекторов и фона пещеры, была то желтой, то багряной, оживляя всю эту красочную и незабываемую картину.
Закончив осмотр пещеры и выйдя на поверхность, мы попали под яркий солнечный свет, освещавший долину Виньялес. Изумрудная зелень полей и гор, красочные строения отелей, кафе и ресторанов, разбросанные по долине деревушки, придавали сказочный вид. Перед тем, как поехать обедать в отель "Хасминес", мы посетили небольшую деревеньку у подножья гор, жители которой занимаются выращиванием табака и кофе. Свернув с основной дороги, мы видим сельский пейзаж, изрезанный отдельными полями табака, хенекена, риса и ананасов. Табак – культура, требующая большого труда, как во время роста, так и во время обработки его после уборки. Но он дает Кубе большие валютные поступления. В провинции Пинар-дель-Рио почва имеет особый состав, поэтому здесь выращивается табак очень высокого качества, идущий на производство знаменитых гаванских сигар.
Поднявшись немного выше деревни, мы подъехали к домику, из которого навстречу нам вышел пожилой человек в сомбреро и с мачете на поясе и приветливыми глазами. Мы попросили его показать нам, как выращивается кофе. Он с удовольствием откликнулся на нашу просьбу, проводив нас на небольшую плантацию кофейных деревьев. Мы увидели не деревья, а скорей всего высокие кустарники, на которых уже были плоды, похожие на желуди, но они еще были зеленые, не созревшие. Крестьянин Педро Гонсалес пояснил, что выращивание кофе требует большого труда и занимает много времени. Кофе на Кубе ароматный. Кубинцы пьют его и утром и днем и вечером, запивая холодной водой, чтобы утолить жажду и взбодрить себя.
К назначенному времени мы подъехали к отелю "Хасминес" уже сильно проголодавшись. Отель расположен на равнине, окруженной высокими зелеными холмами. К отелю примыкает парк, несколько подсобных строений, плавательный бассейн с голубой водой и большая автостоянка.
Поскольку время обеда было заранее обговорено, то когда мы вошли в ресторан, нас быстро усадили за столики и подали обед. На закуску были поданы бурые помидоры, заправленные уксусом и посыпанные солью. На первое подали суп ядовито желтого цвета. На вкус он оказался своеобразным. (Натуральный рыбий жир – мое примечание К.И.). Этот суп отважились съесть только трое экскурсантов, в том числе и я. Злые языки утверждали, что это суп из крокодильих костей.
На второе подали рис с мясом, на который все набросились, а на третье – фрукты. Но после обеда многие остались голодными. Я же, верный своим традициям пробовать все блюда, узнал, чем кормят туристов в долине Виньялес.
После обеда и небольшого отдыха с перекуром в парке отеля мы снова сели в автобус и направились в город Пинар-дель-Рио – столицу одноименной провинции. Осмотр этого старинного города не занял много времени, Некоторые его дома построены в колониальном стиле. Это был одноэтажный город с населением около 100 тыс. человек, несколько запущенный и тихий. В центральной части было много небольших магазинов, торгующих разнообразными товарами. Побродив немного по городу, мы сели в автобус. Воздух был насыщен влагой, солнце скрылось за высокой облачностью, с юга надвигались огромные черные тучи, предвещавшие послеобеденный ливень. Мы выехали за город, но остановились из-за стены дождя. Молнии и гром не прекращаются, а мы спасаемся в уютном, но душном автобусе. Льет как из ведра, струи воды сбегают по кузову автобуса, образуя лужи и заполняя придорожные кюветы…

1963. Сороа. Дождь, фото 3 1963. Сороа. Дождь, фото 4 1963. Сороа. Дождь, фото 5

1963. Сороа. Дождь, фото 6 1963. Сороа. Водопад, фото 1 1963. Сороа. Водопад, фото 2

Но вот мрак, уже, похоже, начинает рассеиваться, и дождь уже льет не подряд, а с перерывами, на юге уже видны просветы голубого неба, отдельные капли еще стучат по крыше автобуса и шофер, включив мотор, начинает движение в сторону Гаваны. Еще немного времени и мы въезжаем в Репарто Коли.



47. Выступление посла

Когда в жизни происходили события большой важности, то после них или в период этих событий собирался партийный актив советской колонии на Кубе, на котором, как правило, выступал посол Александр Иванович Алексеев. Такие выступления на активе в период спада напряженности после Карибского кризиса, перед выводом советских ракет с Кубы, перед празднованием государственных праздников СССР. Актив по результатам визита Фиделя Кастро проходил в клубе посольства, на котором с основным сообщением выступил Александр Алексеев. На актив он пришел под солидным хмельком, и поэтому его выступление представляло наиболее откровенное и полное изложение всех событий, происходивших во время поездки Фиделя Кастро в Москву. Как явствовало из сообщения, в городах, гарнизонах, в Космическом городке Фиделя встречали восторженно и достойно. Указом Президиума Верховного Совета, по предложению Никиты Хрущева, Фиделю Кастро было присвоено звание Героя Советского Союза, несмотря на статус звания, которое могло быть присвоено только гражданам СССР (в это же время звание Героя СССР было присвоено алжирскому лидеру Ахмеду Бен Белла и египетскому главе Гамалю Абделю Насеру).
Как рассказал посол А. Алексеев, Н. Хрущев в нетрезвом виде вел переговоры с кубинским лидером и, конечно, сделал ряд промахов и неоправданных уступок в торговых договорах и, особенно при покупке нами сахара-сырца по цене выше мировых. Из сообщений посла мы поняли, что это были не деловые переговоры, выгодные для обеих сторон, а бравада Никиты Хрущева. А. Алексеев, еще много говорил другого, порой бессвязно восхваляя Хрущева, и мы ушли с актива несколько расстроенные, так как пришли к убеждению, что сложные и серьезные экономические проблемы решаются нашей партийной и государственной администрацией порой несерьезно и даже можно сказать безобразно.



48. День ВМФ

Лето было в разгаре. Днем постоянно шли дожди, а в перерывах ярко светило солнце. Деревья, кустарники и цветы вырастали на глазах. В воздухе стояла высокая влажность, изредка проходили мощные циклоны, обрушиваясь на Кубу ураганными ветрами и проливными дождями. Мы, советские люди в этих условиях изнывали от жары и духоты. Приближался конец июля 1963 года, в последнее воскресенье которого военные моряки отмечают свой праздник – День военно-морского флота. Было решено, что все моряки группы в этот день соберутся вместе и отметят праздник. Во всяком деле, а особенно когда находишься вдали от Родины, всегда встречаются трудности. Не миновали они нас и в этот раз. Прежде всего, как этот праздник проводить – официально с докладом и аплодисментами? Или за столом с поднятыми бокалами? Если за столами – то откуда взять денежные средства, алкоголь, закуску; кто должен приготовить праздничный стол, подавать к столу и убирать его? Возник вопрос – где его проводить, кто непосредственно будет организатором праздника, кого на него приглашать и когда его начинать?
Морская группа в течение года значительно увеличилась численно и, с учетом переводчиков и жен, насчитывала около сорока человек. После общения в группе, пришли к решению, что на праздник надо пригласить командование кубинским флотом, руководство группы советских специалистов, советскую делегацию во главе с первым секретарем мурманского обкома партии Игнатьевым, Абашвили, Николаева, Корнеева и некоторых других.
Нас, морских специалистов, приглашенных и переводчиков, набралось человек шестьдесят, и это без жен, которые к столу не приглашались. Следует с удовлетворением отметить, что специалисты-моряки не пожадничали и внесли в общий котел необходимую сумму денег. С кубинцами мы договорились, что они обеспечат продуктами, вином, бакарди, прохладительными напитками, сервируют стол, а также выделят несколько официанток, чтобы приготовить закуску и подать все это на стол. Праздник решили отмечать в воскресенье в 4 часа дня в саду одного из домов, где жили наши специалисты. Этот сад представлял собой довольно удобный уголок, закрытый от дороги декоративной растительностью. В саду был небольшой бассейн, вокруг которого росли пальмы, лимонные и апельсинные деревья, вблизи него была небольшая лужайка, на которой и решили поставить праздничные столы. Дом был небольшим, и разместить в нем такое количество людей не было возможным, но создать условия для шеф-повара и официанток удалось. Мы опасались, что может разразиться ливень, который нам испортит весь праздник.
Это был первый праздник, который так широко отмечался советскими военными специалистами на Кубе.
Как только расставили на лужайке столы, накрыли их белоснежными скатертями и поставили тарелки, по закону подлости, начался сильный ливень. Пришлось срочно все убрать в помещение, в самим ждать у моря погоды в укрытии. Мы несколько растерялись вмешательством погоды и не смогли сразу предложить что-либо приемлемое для проведения праздника. Однако природа нас только попугала, и дождь закончился незадолго до 16 часов. Мобилизовав всех специалистов, их жен и официанток, мы быстро вынесли столы, накрыли их и, пока уже прибывшие гости знакомились между собой, успели все приготовить к началу праздника. Вскоре гости были приглашены к столу на праздничный ужин, посвященный Дню ВМФ.
Первую здравицу в честь советского военно-морского флота пришлось провозглашать мне, а потом выступил с тостом Игнатьев от имени моряков Северного флота, членом военного совета которого он являлся. За ним тост произнес Командующий кубинским флотом Роландо Астараин.
Тостов было много, так же как вина и закуски. Дементьев явился примерно через час и от имени сухопутных войск поздравил нас, моряков. Все участники приема приятно провели время. Вечер прошел успешно, и все остались довольны. Даже А. Дементьев, который отрицательно относился к морякам вообще, в этот раз сказал, что моряки могут хорошо проводить вечера, которые сплачивают коллектив специалистов, и что такие мероприятия можно проводить в группах танкистов, летчиков, артиллеристов и пр. Кубинцы после вечера разъезжались по домам на своих личных автомобилях, находясь в приподнятом настроении. Они как всегда пили алкоголь мало, больше наливали в свои бокалы минералку, чем бакарди. Роландо Астараин и Эмигдио Баес были очень признательны за приглашение и несколько раз благодарили за приятно проведенный вечер в кругу советских моряков.



49. Учение 1963 года

После праздника нам предстояла большая работа по подготовке тактического учения на тему "Отражение высадки морского десанта противника силами соединений ВМФ во взаимодействии с сухопутными войсками", проводимого в Центральном военно-морском районе совместно с Центральной Армией. Меня увлекло предстоящее учение, так как было интересно знать те итоги, которые принесла активная работа небольшой группы советских специалистов флота по укреплению боеготовности Кубинского флота в течение года.
Прибыв с Роландо Астараином в Сьенфуэгос, мы внимательно рассмотрели ход дел по подготовке к учению и в штабе военно-морского района, и в подчиненных ему частях. Командующий флотом встретился в Санта-Кларе, штабе Центральной Армии с ее командующим Хуаном Альмейда Боске и окончательно согласовал действия частей флота и армии по рубежам, объектам и времени ударов. Хуан Белис и Николай Солдатов побывали в советском дивизионе береговых ракет, в авиационном истребительном полку и в бригаде полевой артиллерии, согласовывая вопросы взаимодействия с непосредственными исполнителями.
Начальник штаба флота Эмигдио Баес и начальник штаба военно-морского района Бьятте ознакомились с пониманием учебных задач на фрегатах, противолодочных кораблях, торпедных и патрульных катерах. Была также ими проверена система связи по командной линии и в сетях оперативного и тактического взаимодействия с различными родами войск.
В назначенное время была дана команда на развертывание сил в море и занятия исходных позиций для нанесения ударов по противнику. Силы "синих" обозначались отрядом кораблей в составе одного фрегата, тральщика и одного МРК. Они заняли позицию в пятидесяти милях к югу от входа в залив Хагуа. Руководство "красных", возглавляемые Хуаном Альмейдо, дало сигнал о начале движения десантного отряда "синих" и начале учения по отражению десанта. На командном пункте морских сил "красных" находился Эмигдио Баес с группой офицеров штаба флота, оценивающего действия командира военно-морского района и его штаба в бою по отражению высадки десанта. Вскоре над "десантным отрядом "синих" появился самолет разведки, который уточнил элементы его движения и сообщил их в штабы ВМФ и Центральной Армии. Несколько позднее, как и планировалось, по кораблям отряда "синих" был нанесен бомбоштурмовой удар истребителями МИГ-15, затем под прикрытием стрельбы ракетного дивизиона "Сопка" и отряда артиллерийских кораблей (два фрегата и два МПК-122Б) нанесли удары с разных направлений торпедные катера. И при подходе десантного отряда "синих" к зоне действия полевой артиллерии, она нанесла удар по десантным кораблям и высадочным средствам. Погода, к счастью, благоприятствовала проводимому учению.
Учение прошло в точном соответствии с намеченным планом, было очень поучительным и показало значительный рост тактической подготовки офицеров кораблей, управлений дивизионов и штабов Центрального военно-морского района и Центральной Армии. Было отработано взаимодействие разнородных сил, участвующих в бою по отражению высадки десанта.
После окончания учения и приведения сил армии и флота в исходное состояние был произведен разбор учения, на котором выступили с докладами начальники штабов Центральной Армии и военно-морского района. В заключении выступили командующий Центральной Армией и командующий военно-морским флотом, дав оценку силам, участвовавшим в учении.
После окончания разбора учения Роландо Астараин сказал: "До этого времени мы не были военными, а тем более тактиками. Но теперь я утверждаю, что мы стали по-настоящему военными людьми, которые разбираются в военно-морском искусстве, как в части тактики, так и в оперативном искусстве. Спасибо вам, ВладимИр, и всем советским морским специалистам за содержательную учебу и большое внимание к тактической подготовке кораблей и частей". Он также передал мне большую благодарность за организацию учения от Хуана Альмейды. Мне была очень приятна такая высокая оценка труда морских специалистов, о чем я, после возвращения в Гавану, доложил А. Дементьеву, который в конце моего доклада сказал, что он уже знает мнение кубинцев от Хуана Альмейды и рад такой высокой оценке.
Ссылка на Викимапию - база в Кабаньясе.



50. Возвращение наших войск в Советский Союз и работа по созданию сильной кубинской армии

К концу 1963 года Советский Союз, понимая целесообразность смягчения международной обстановки, выполняя договоренность с США, в основном, вывел свои войска с территории Республики Куба, оставив некоторое количество вспомогательной техники, специалистов и усиленную танковую бригаду (фактически дивизию) вблизи Гаваны. Но чтобы не оставить этот стратегический район без мощной обороны, по договоренности с политическим руководством Кубинской республики было решено за счет военного бюджета Советского Союза содержать стотысячный контингент кубинских войск. В дополнении к этому количеству войск, кубинцы обязались за счет своего военного бюджета содержать еще 25-30 тысяч воинов, оснастив их оружием советского производства. Для содержания кубинских войск мы в день расходовали 2 миллиона рублей, включая в эту сумму стоимость вооружения, питания, обмундирования, ремонта техники и обучения личного состава.
Эвакуировав свои войска с территории Кубы, мы в то же время создали в этом районе важную стратегическую группировку войск, которая могла активно влиять на политическую обстановку в зоне Карибского бассейна и Центральной Америки. Куба стала обладать наиболее мощными вооруженными силами в Латинской Америке, способными стать базой для накапливания более крупной группировки войск на театре военных действий и увеличивать стратегическую оборону социалистического лагеря.
Кроме этих общих политических и стратегических проблем вывод наших войск достигал и более конкретных целей и прежде всего: возвращение в СССР 50-тысячного контингента войск с его последующей демобилизацией предоставляло народному хозяйству значительный трудовой ресурс; во-вторых, мы ликвидировали политические причины, которые давали повод США и его союзникам причислять нас к агрессорам; в-третьих - создание национальной кубинской армии с высоким моральным духом, способной эффективно оборонять свою родину. Теперь кубинское руководство могло самостоятельно распоряжаться вооруженными силами, приобретать опыт их строительства, разрабатывать военную теорию, готовить офицерские кадры, создавать военную промышленность. В то же время мы привязывали кубинскую армию к Советскому Союзу.
После передачи кубинцам основных ракетных частей из состава флота Советского Союза у них на Гаванском стратегическом направлении теперь было сосредоточено три дивизиона береговых ракет "Сопка", двенадцать ракетных катеров, шестнадцать торпедных катеров, три фрегата, десять противолодочных кораблей и катеров, шесть радиотехнических постов наблюдения, а также патрульные катера. Все они дислоцировались от бухты Кабаньяс до поселка Санта-Крус-дель-Норте, то есть, на фронте 150-200 километров. На этом направлении были сосредоточены основные силы сухопутных войск, авиации и ПВО. Ударный кулак был способен активно противодействовать вторжению противника на главном стратегическом направлении.



51. Визит Валентины Терешковой

Ярким событием явилось прибытие на Кубу первой женщины-космонавта Валентины Терешковой. В соответствии с программой она должна была посетить ряд частей и учреждений Кубы и встретиться с женщинами-военнослужащими кубинских РВС, в том числе с женщинами, проходящими службу в штабе флота.

8 октября 1963. В ожидании встречи с В.В. Терешковой В.В. Терешкова, 8 октября 1963

А. Дементьев накануне сказал мне: "9 октября Валентина Терешкова будет у вас в штабе флоте, организуйте вместе с кубинцами ее прием". В назначенное время первая женщина-космонавт прибыла в штаб флота и около 14 часов посетила нас, советских специалистов. Немного рассказав о нашей деятельности, мы попросили у Терешковой автографы, после чего направились к командующему флотом.
Роландо Астараин приветствовал ее. Он сказал, что очень рад видеть первую женщину-космонавта, затем пригласил Терешкову в зал приемов и рассказал ей о службе кубинских женщин в составе флота. В течение этого времени секретарь командующего флотом А. Невис собрала женщин в конференц-зал. Валентина Терешкова выступила перед ними с непродолжительным, но ярким рассказом о полете в космос. Кубинки живо интересовались ее полетом, его продолжительностью, впечатлениями "Чайки". Терешкова держалась с ними очень просто, отвечала на вопросы, пожимала протянутые руки, давала автографы, фотографировалась.
Беседа с кубинками и нами, советскими специалистами, продолжалась около двух часов, после чего Роландо Астараин проводил Валентину Терешкову к машине. Эта встреча оставила большие впечатления и приятные воспоминания на всю жизнь.



52. В Банесе. На мели.

Другим событием, которое вмешалось в нашу жизнь, явилось посещение Банеса и Сьенфуэгоса. Во второй половине октября, когда погода стала не такой жаркой и мокрой, мы с начальником штаба флота сели в самолет и направились на восток, чтобы помочь командованию Восточного военно-морского района в решении сложных вопросов, возникающих в процессе повседневной деятельности. В аэропорту Ольгина нас встретил Игнарра и советник Ю. Ляпунов, доложившие обстановку в операционной зоне района. Состояние дел в этом районе было несколько тревожное, так как объекты строились медленно, средства связи и наблюдения еще не были поданы, командирская подготовка проводилась упрощенно и в дополнении ко всему перечисленному один МПК (малый противолодочный корабль) проекта 122-бис при несении дозорной службы сел на мель и не смог самостоятельно сняться. Мы разделили обязанности: я занялся делами в штабе, а Эмигдио Баес направился в море для осмотра корабля и выяснения причин его посадки на мель.
Из предварительного разбирательства перед нами предстала неприглядная картина. Командир МПК, отстояв вахту с 0 до 4 часов утра, спустился с мостика и лег отдыхать, а на вахту заступил штурман корабля. Корабль продолжал нести дозорную службу на линии мыс Мулас – бухта Танамо. Штурманскую прокладку он вел небрежно, место не определял, доверяя все счислению радиолокацию и радиопеленгатор не использовал. В итоге, перед рассветом при ветре 5-6 баллов и волнении моря 3-4 балла штурман посадил корабль на мель у мыса Мулас. Попытка самостоятельно сняться с мели лишь ухудшила состояние корабля: были повреждены винты, забиты песком кингстоны, прекратилась работа вспомогательных двигателей на освещение. Пришлось просить помощь у местных рыбаков, имевших в своем распоряжении буксирный катер. Съемочные работы продолжались неделю и завершились успешно. МПК сняли с мели с серьезными повреждениями: был выведен из строя главный дизель, корпус имел вмятины, побиты винты, поврежден руль, загублены вспомогательные дизели.
Командующий флотом Роландо Астараин по докладу начальника штаба решил корабль не восстанавливать, а передать на слом. Аварийный корабль был отбуксирован в Гавану. Комиссия детально осмотрела повреждения и была склонна поддержать комфлота.
Мне представлялось, что командование флотом совершает ошибку в данном вопросе. Посоветовавшись с советскими специалистами, мы стали доказывать, что корабль необходимо восстановить. Это позволит сохранить боевую единицу, рабочие арсенала смогут получить опыт в ремонте кораблей, главный двигатель следует запросить в Советском Союзе. Корабль простоял в ремонте около шести месяцев, часть обшивки корпуса и один главный двигатель были заменены, винты отрихтованы и наварены, вспомогательные двигатели были восстановлены. Корабль снова стал выполнять задачи по охране побережья на востоке.



53. В Сьенфуэгосе. Строительство слипа.

Эмигдио Баес после снятия корабля с мели вылетел в Гавану, а я отправился в Сьенфуэгос, чтобы ознакомиться с состоянием дел в Центральном военно-морском районе. Мне интересно было узнать, как решает вопросы В. Фадеев после Н. Солдатова. Если Ю. Ляпунов, как советник при командире района был недостаточно знающим и не имел опыта работы в крупном соединении, то В. Фадеев работал значительно лучше, особенно в вопросах материально-технического обеспечения. Как в Банесе, так и в Сьенфуэгосе Фадеев много занимался строительством пункта базирования. В Банесе он контролировал строительство постов радиотехнического наблюдения, жилья для личного состава катеров, здания штаба военно-морского района и узла связи. Несколько слабей он был в оперативно-штабных вопросах и в создании руководящих документов.
Ознакомившись с делами в Сьенфуэгосе, я пришел к убеждению, что у Фадеева взаимоотношения с кубинцами сложились хорошие, дела в районе шли успешно, готовность кораблей и катеров к боевым действиям оценивались, как вполне удовлетворительные. В разговоре со мной командир военно-морского района Хуан Белис и В. Фадеев попросили моего ходатайства перед комфлотом о выделении средств для продолжения строительства слипа. Его строительство было уже заранее запланировано, и он рассчитывался для подъема ракетных, торпедных и сторожевых катеров, а Хуан Белис ставил вопрос об увеличении его возможностей с целью поднимать на берег противолодочные корабли водоизмещением до тысячи тонн. Я с Фадеевым поехал в район строительства слипа и удостоверился, что места здесь достаточно, характер грунта допускает большие нагрузки, а мастер-строитель гарантировал высокое качество работ.
Прежде чем дать свое согласие на строительство более мощного слипа, я вызвал в Сьенфуэгос советского специалиста по морской инженерной службе и поручил ему произвести необходимые расчеты. Расчеты он закончил в Гаване дней через десять и подтвердил предложенный строителем проект. С комфлотом мы вопрос о строительстве более мощного слипа решили и он, получив деньги от Министра РВС, разрешил строительство такого слипа.
Мастер-самоучка был талантливым строителем и большим практиком, он построил слип с большим запасом прочности в короткие сроки без бюрократической документации, огромных проектов и затяжки сроков.



54. Передача кубинцам дивизиона береговых ракет

В штабе флота был составлен план приемки от Группы советских войск береговых ракетных дивизионов, для обслуживания которых и боевого использования, был подготовлен кубинский личный состав. Одновременно с передачей боевой техники в группу специалистов-моряков вливалась группа специалистов береговых ракетных комплексов в составе 24 человек под руководством подполковника Аркадия Паутова, которого я оставил в Гаване, а остальных направил в дивизионы и штаб бригады береговых ракетно-артиллерийских частей.
Во второй половине октября в назначенное время мы с Роландо Астараином, Педро Прадо и Эмигдио Баесом направились в поселок Мадруга, где должна была состояться церемония передачи первого дивизиона береговых ракет кубинцам. В расположение дивизиона прибыли Рауль Кастро, Г. Абашвили, Флавио Браво и некоторые другие представители Вооруженных сил. Построен личный состав, каждый в своем строю. Перед ними выступили Рауль Кастро и Георгий Абашвили. По команде полковника Анатолия Шикова - командира советской бригады БРАВ и лейтенанта Бланко - командира кубинской бригады был спущен с мачты советский флаг и поднят кубинский. Личный состав обменялся рукопожатиями, а мы после фотографирования отправились в палатку, выпили по бутылочке пива и пообедали с личным составом.
Остальные дивизионы БРАВ были переданы и приняты на уровне командиров бригад БРАВ, и я не посещал эти мероприятия.
В конце ноября 1963 года правительство Кубы приняло закон о введении всеобщей воинской обязанности. С передачей советской военной техники личный состав кубинских РВС увеличивался с 30-40 тысяч до 120-130 тысяч человек. Были установлены новые воинские звания. На флоте звания были следующими - матрос, старший матрос, морской капрал, старшины 3-1 статей, младший лейтенант, лейтенант, старший лейтенант, капитан-лейтенант и капитан 3 ранга. В армии, кроме соответствующим этим званиям, были введены: майор дивизии, майор корпуса, майор армии и главный майор (главнокомандующий). В марте 1964 года был произведен первый призыв в вооруженные силы.



55. Проводы Георгия Семеновича Абашвили

Приближался день убытия в СССР Георгия Семеновича Абашвили. Накануне Роландо Астараин пригласил в банкетный зал отеля "Фоска" Г. Абашвили, Л. Кулешова, Педро Прадо, Эмигдио Баеса и меня на прощальный ужин. Банкетный зал был рассчитан на 10-12 человек и располагался на 35-ом, самом верхнем этаже отеля, откуда открывался прекрасный вид на Гавану и Мексиканский залив. Выйдя на застекленную лоджию, мы наблюдали, как небольшие парусники скользят по морской глади залива, как крупные торговые суда с наполненными трюмами следуют в Гаванскую бухту, как на горизонте несет дозорную службу патрульный корабль, на Малеконе рыбаки спиннингами ловят рыбу, а по автостраде бесшумно движутся автомобили.
Ужин начался с общих тостов, в которых высказывалось удовлетворение совместной работой советских и кубинских моряков. Вспоминая этот вечер, хочется отметить, что Георгий Абашвили всегда откликался на просьбы кубинцев и давал положительный ответ. Просьбы кубинцев, чаще всего, содержали обращения за запасными частями для торпедных катеров пр.183.
Вечер проходил интересно. Официантки подавали национальные блюда. Крепких спиртных напитков и пива не было. Видимо, это у кубинцев не принято. Салат из фруктов и крабов, лечон (поросенок) и авокадо, отбивная из черепахи и шейки лангустов, белое и красное вино украшали праздничный стол. На десерт подали крепкое ароматное кофе. Яркие цветы стояли в вазах на столе. Из динамиков лилась негромкая музыка.
Ужин, продолжавшийся около двух с половиной часов, прошел интересно, в обоюдных беседах и благодарностях. Абашвили был доволен такой организацией проводов. По окончании ужина мы разъехались по домам. На следующий день утром мы прибыли в аэропорт Ранчо-Бойерос им. Хосе Марти и проводили Георгия Абашвили. Он улетел на самолете Ту-114, который без пересадок приземлился уже в Москве.



56. МПК проекта 201, морские буксиры "Геркулес" и советник посла по экономическим вопросам В.Е. Ивашов

На флоте продолжали решаться повседневные задачи, но периодически на них наслаивались и возникали новые проблемы. В начале 1963 года представителем Государственного комитета по экономическим связям (ГКЭС) Советского Союза вместо Николая Ремизова был назначен Василий Егорович Ивашов, деятельный и общительный человек, имевший богатый опыт работы в странах Латинской Америки. Он был кадровым разведчиком в звании полковника, работал в Мексике, Аргентине и Чили, а также был выслан из Аргентины за чрезмерно активную и открытую разведдеятельность. С ним у меня установились деловые и дружеские отношения. Были знакомы и наши семьи; иногда мы ходили в гости друг к другу. Ивашов жил в районе Прадо в благоустроенной квартире на 9-ом этаже с бассейном, лифтом и переговорным устройством (домофоном), обеспечивающим большую безопасность проживания. Дело в том, что попасть на 9-й этаж можно только на лифте, а лифт приводится в действие только жильцами квартиры, в которую желаешь попасть.
С Василием Ивашовым мы часто взаимодействовали по ряду вопросов. В частности, по заказам техники и специалистов, по передаче кубинцам ракетной техники, торпедных и ракетных катеров, строительству ремонтных предприятий и передаче МПК проекта 201.
В конце июня 1963 года на Кубу для передачи в состав кубинского флота прибыли шесть небольших корабликов. Мы заранее знали о пополнении и в течение полугода на курсах при военно-морском училище готовили экипажи для этих кораблей. Это небольшие быстроходные корабли со скоростью хода 27 узлов планировалось использовать для несения дозорной службы на подходах к Гаване, а также в качестве сил поддержки кораблей, несущих патрульную службу. Неоднократно корабли пр. 201 успешно решали боевые задачи и понравились командованию флота.
Эти корабли были прибуксированы на Кубу из Севастополя с помощью морских буксиров типа "Геркулес", принадлежавших советскому торговому флоту. Когда Роландо Астараин побывал на этих буксирах, то обратился с просьбой о возможной передаче одного-двух таких буксиров кубинскому торговому флоту. Буксиры типа "Геркулес" только начали строиться в СССР, были вполне современны, обладали высокой мореходностью и мощностью. Я побывал в посольстве и изложил суть обращения советнику посла по экономическим вопросам, и он ответил отказом.
Противолодочные корабли были приняты и через 2-3 месяца интенсивной боевой подготовки они начали выполнять поставленные перед ними задачи по несению дозорной службы на подходах к Гаване.



57. Попытка трех кубинцев удрать в США

В ноябре 1963 года произошло неприятное происшествие в кубинском флоте, на благоприятный исход которого непосредственное влияние оказали корабли проекта 201. Дело было так.
На одном из патрульных катеров, базировавшемся в Гаване, организовалась группа в составе трех кубинцев, враждебно настроенных к существующему строю. Они договорились незаметно выйти из Гаванской бухты и удрать в США. Выбрав подходящее время, они направились в море и уже вышли за пределы бухты. Их выход был обнаружен службой наблюдения, которая доложила по команде. Оперативный дежурный флота принял решение выслать в погоню дежурный МПК. Используя преимущество в скорости, командир МПК быстро настиг беглеца и решил подойти к его борту для захвата изменников. С катера открыли огонь. После небольшой перестрелки моряки с катера-беглеца были арестованы, катер взят на буксир и доставлен в Гавану. Беглецов-матросов судили революционным судом и выслали на каторгу.



58. Происшествие на острове Пинос

В своем повествовании о службе на Кубе я описал два серьезных происшествия, случившихся в кубинском флоте за время моего пребывания в этой стране. Сейчас стоит рассказать и третье происшествие, которое, на мой взгляд, было наиболее тяжелым.
Разведка Кубы получила данные о возможной диверсии с моря по туристическим объектам, расположенным на острове Пинос в бухте Сигуанеа. В этот район, где дислоцировался дивизион охраны водного района, были срочно перебазированы четыре торпедных катера с целью атаки подходящих с моря судов "гусанос".
В один из дней утром было получено донесение, что на торпедных катерах, стоявших у причалов бухты Сигуанеа, совершена диверсия. Один из четырех торпедных катеров был серьезно поврежден. Кто произвел диверсию, кто повинен в плохой охране катеров, следовало выяснить в процессе расследования. Начальник штаба флота Эмигдио Баес и я вылетели на самолете на остров Пинос.
Этот остров, в названии которого слышится аромат хвои, лежит среди вод Карибского моря примерно в пятидесяти милях к югу от западной части Кубы. Путь к нему начинается либо в Гаване, откуда самолет компании "Кубана авиасьон" доставит вас за сорок минут до города Нуэва Герона, главного города о. Пинос, либо в Сургидеро-де-Батабано, откуда до острова можно добраться за 6 часов на пароме. До революции на острове проживало всего 17 тысяч человек, а в 1969 году уже 60 тысяч жителей.
Ранним утром, прилетев в Нуэва Герона, мы сели в поданные машины и поехали по шоссе в Сигуанеа. Бухта Сигуанеа по своим размерам превосходит любой залив, вдаваясь в западное побережье острова Пинос. Ее западный берег болотистый, у южного берега протянулись цепочкой небольшие островки, а на северо-востоке раскинулись песчаные пляжи, подходящие для развития туризма. Здесь расположен туристический комплекс "Таинственный остров", построенный еще до революции.
С военной точки зрения Пинос с моря защищен слабо и небольшой гарнизон острова не сможет обеспечить его эффективную защиту. Факт произошедшей диверсии требовал принятия срочных мер по усилению, как системы наблюдения, так и системы обороны острова с моря, воздуха и суши.
При осмотре места происшествия и катеров выяснилось, что кормовая часть одного торпедного катера проекта 183 разрушена взрывом самодельной мины с часовым механизмом. В дальнейшем наш специалист-майор Ким Чекушкин, разоружил одну из таких мин и был представлен к ордену "Красная Звезда".
Взрыв произошел сразу после подъема флага на катерах. Матросы в это время стояли в строю на берегу. Взрывом два матроса были тяжело ранены, корма катера разрушена, но он остался на плаву. Основной причиной этого происшествия явились недостатки и упущения в организации службы по охране катеров в ночное время. Предполагалось, что подводный пловец-диверсант в ночное время подплыл к крайнему катеру и на винты навесил взрывное устройство. Эмигдио Баес дал необходимые распоряжения по охране стоящих в Сигуанеа катеров и буксировке поврежденного катера в Гавану.
И еще один интересный факт, доложенный нам командиром дивизиона катеров. К казарме, где размещался личный состав дивизиона ОВРа и торпедных катеров, примыкали заросли кустарников, росших на берегу обширного болота. В одну из ночей матрос вышел на улицу по своим делам и больше не вернулся. В болоте были обнаружены следы крокодила, и поэтому было высказано, что матроса утащил в болото крокодил и там его съел.
Бухта Сигуанеа мне понравилась по ряду причин для деятельности флота, и я рекомендовал ее начальнику штаба флота для производства ракетных стрельб с береговых комплексов и ракетных катеров. Глубины в бухте были небольшими и в удалении от берега 10-15 миль не превышали 15-20 метров.
Времени на расследования ЧП у нас было мало и мы, решив необходимые вопросы, улетели в Гавану на небольшом чешском самолетике, вмещающем 6 пассажиров с багажом. Через 40 минут мы уже были в Гаване и направились в штаб флота.



59. Вопрос о численности кубинского флота

После возвращения из командировки меня пригласил к себе А. Дементьев и начал вести разговор о сокращении численности личного состава кубинского флота. Во время разговора от него несло спиртным, он был под солидным хмельком и утверждал, что на каждом из трех кубинских фрегатов экипаж составляет больше тысячи человек и поэтому его нужно сокращать. Мне пришлось долго ему доказывать, что на фрегате всего 185 матросов, старшин и офицеров, крайне необходимых для обслуживания оружия и механизмов и сократить их невозможно.
В целях сокращения численности флота я ему предложил несколько уменьшить численность обслуживающих подразделений, как на флоте, так и в других видах вооруженных сил и сказал, что конкретные предложения о сокращении численности флота поступят в Генеральный штаб.
Вопрос о численности возник потому, что правительство республики определило их численность в пределах 125 тысяч человек, а фактически в вооруженных силах Кубы находилось около 150 тысяч человек. Военно-морской флот Кубы и так имел маленькую численность, соответствующую существующему корабельному составу. В ближайшее время штаб флота дал предложения по сокращению численного состава, но эти сокращения были небольшими и находились в пределах 500-600 человек, т.е. составляли 5% от численности флота.



60. Американская торпеда

Мы, советские специалисты, работавшие на Кубе, всегда понимали, что где бы советский человек ни находился, он должен всегда помогать Родине. На одном из субботних докладов, которые в морской группе постоянно проводились до обеда, советник при минно-торпедном отделе Ким Чекушкин доложил, что кубинцы на побережье в районе Матансаса обнаружили изделие, похожее на торпеду. После осмотра они его доставили в военно-морское училище в Мариэль, но подробно разбирать и изучать его пока не собираются. Было принято решение поехать вместе с К. Чекушкиным в Мариэль, осмотреть это изделие и на месте уточнить, что собираются делать с ним кубинцы.
Прибыв в училище, мы с помощью Хорхе А. Каиньяса разыскали изделие, осмотрели и пришли к убеждению, что это малогабаритная американская торпеда МК-37, применяемая с корабельных вертолетов при атаке подводных лодок. Возникла идея переправить эту торпеду в СССР, чтобы советские специалисты ее внимательно изучили. Возвратившись в Гавану, я отправился к начальнику штаба флота с просьбой передать противолодочную торпеду в Советский Союз для дальнейшего изучения.
Выслушав меня, Эмигдио Баес согласился с моими доводами и дал команду начальнику Военно-морского училища Х. Каиньясу передать торпеду советским специалистам. После встречи с Эмигдио Баесом я направился к В. Ивашову, чтобы договориться об отправке торпеды в СССР. Он, как старый разведчик, был рад этому случаю и решил на ближайшем транспорте отправить торпеду в Союз, попросив меня упаковать ее в специальный ящик и написать адрес учреждения-получателя. Мне нужно было узнать адрес организации, и я обратился к А. Дементьеву с просьбой дать шифровку начальнику Главного Морского штаба адмиралу Зозуля. Шифровка ушла через посольство в Москву, мы ждали ответа в течение 2 суток, но так и не получили. Пришлось на ящике и в документах написать, что грузополучателем является Минно-торпедное управление ВМФ. Торпеда на транспорте была отправлена в Союз, но подтверждения об ее доставке я не получал. Только прибывший в 1964 году заместитель 28 исследовательского института ВМФ капитан 1 ранга Хурденко меня поблагодарил за присылку торпеды, так как она очень помогла при конструировании нашей подобной торпеды, имея оригинальные технические решения некоторых важных узлов и механизмов.



61. Детский городок и кинематографический комплекс

Мы все больше сходились в дружбе с Солдатовыми, которые после отпуска поселились в Гаване недалеко от нас. Мы встретились в клубе "Альмендарес",

1963-1964. Бассейн «Чайки», фото 1 1963-1964. Около бассейна «Чайка», фото 2 1963-1964. В бассейне «Чайки», фото 3

и они предложили в воскресный день поехать в район Пуэнтос Грандес, где в тенистых аллеях Парка де Полар расположился Детский городок. Этот уголок отдыха представлял собой маленький сказочный замок, построенный в средневековом стиле, с примыкающими к нему игровыми площадками, смотровыми башнями, интересными аттракционами и сложными тропинками. Парковка автомобилей расположилась на берегу речки Альмендарес, журчание которой доносилось до Детского городка.

1963. В парке Альмендарес

Наша детвора: Игорь и Сережа весело играли в этом сооружении, а мы их фотографировали на фоне сказочных крепостей, дворцов и башен. Вблизи располагался небольшой бар, где можно было выпить апельсинового сока или кока-колы и скушать бутерброд. Впоследствии мы неоднократно бывали там и наслаждались отдыхом в парке.

(Подробности о парке можно посмотреть здесь.
Местоположение Детского городка Парк-де-Полар.)

1963. Гавана. Детский городок, Парк-де-Полар, фото 1 1963. Гавана. Детский городок, Парк-де-Полар, фото 2 1963. Гавана. Детский городок, Парк-де-Полар, фото 3



1963. Гавана. Детский городок, Парк-де-Полар, фото 4
Слева направо: стоят Кузьмина Валентина, шофер Гонзалито, Солдатов Николай Данилович, Солдатова Людмила Яковлевна; сидят Игорь Кузьмин и Сергей Солдатов.

Другим интересным комплексом, который мне пришлось посетить, был кинематографический городок, построенный с большим размахом для съемки кинофильмов с прицелом на Голливуд. Западней Гаваны на площади в несколько гектаров были построены разнообразные дворцы, бунгало, хижины, дома, спортивные комплексы, театры, дороги и перекрестки, башни, фермы, минареты, моты. Пирамиды и мечети, католические храмы и пагоды, плавательные бассейны были очень красивые и нарядные. На прилегающих к зданиям территориях было много осветительных устройств и приборов. Все это создавало идеальные условия для кинематографистов. Но пока этот огромный комплекс, на который было потрачено миллионы песо, не использовался по простой причине - кинематограф Кубы был в зачаточном состоянии. Киноиндустрия больше занималась съемкой документальных фильмов.



62. Конец учебного года: плюсы и минусы кубинских ВМС

Наступил ноябрь, закончился учебный год. В соединениях и видах вооруженных сил началось подведение итогов боевой подготовки. В военно-морском флоте подведение итогов проходило путем завершающих учений и дальних походов, а также сборов офицерского состава.
Было приятно констатировать, что за истекший год кубинский флот значительно вырос как по количеству кораблей и боевых частей, так и по боевому мастерству матросов, старшин и офицеров. Корабли освоили стрельбы по морским, воздушным и береговым целям, научились нести дозорную службу, вести поиск подводных лодок, наносить торпедные удары, вести наблюдение за морем и осуществлять управление силами с помощью технических средств, отражать десант противника совместно с сухопутными войсками и авиацией. Офицеры постигли сущность современного морского боя и овладели тактическими приемами боевого использования кораблей и катеров. Продолжалась активная подготовка офицеров в военно-морском училище и матросов в учебных отрядах. Строились радиотехнические посты, создавались узлы связи, осваивался ремонт кораблей, оружия и технических средств, совершенствовались пункты базирования кораблей, их материально-техническое обеспечение, улучшалось навигационно-гидрографическое и метеорологическое обеспечение боевой деятельности флота. Активно шли работы по созданию пункта базирования ракетных и торпедных катеров в Кабаньясе.
Вновь было обращено внимание на развитие пункта базирования в Мариэле, так как правительство отказалось строить на полуострове Ангоста судостроительный завод. Следует отметить, что не все проблемы на флоте решались успешно, были и серьезные недостатки. К ним прежде всего следует отнести посадку МПК на мель, попытку к бегству трех матросов из Гаваны и диверсию на торпедных катерах. Кроме того, при строительстве причала в Кабаньясе произошла его просадка, что затянуло сроки его строительства. Мы, советские специалисты, в этих происшествиях в какой-то мере чувствовали и свою вину. Видимо, не смогли настроить кубинских офицеров на более организованную, ответственную и качественную службу. Занявшись учебой, мы упустили организационные вопросы, считая, что кубинцы их могут решить самостоятельно. Но это было не совсем правильно. Нам нужно было решать много больше вопросов, включая и организационные.



63. Подведение итогов года. Выступление Рауля Кастро.

К концу 1963 года кубинские вооруженные силы стали регулярными и боеспособными, их оружие было современным и эффективным.
В конце ноября руководство военно-морским флотом было приглашено в Генеральный штаб на подведение итогов боевой и оперативной подготовки, которое проводил Министр РВС Рауль Кастро Рус. На сборах выступил начальник Управления боевой подготовки Фернандо Боске, охарактеризовавший деятельность видов и родов вооруженных сил по боевой и оперативной подготовке.
В заключении сборов выступил Рауль Кастро, который дал оценку работы командующих видами вооруженных сил и поставил задачи на Новый, 1964 год. После окончания сборов Рауль Кастро дал обед. Прием был скромным, без спиртного. На обеде была подана закусочка из фруктов, по бутылке пива и вторые блюда, приготовленные из кур. Рауль Кастро поблагодарил советских военных специалистов за ту огромную помощь, которую они оказали в становлении кубинских вооруженных сил и укреплении их боеготовности. Вооруженные силы Кубы стали наиболее мощными среди государств Латинской Америки.



64. Передача торпедных катеров "Комсомолец" кубинским РВС

В начале ноября на Кубу стали прибывать теплоходы, которые доставили в Гавану двенадцать торпедных катеров проекта 123-К – "Комсомолец". Их выгрузили в Арсенале и когда сопровождающие лица привели их в готовность, то состоялся митинг личного состава флота, на котором присутствовали Роландо Диас Астараин, Василий Ивашов и советские советники. Вскоре после митинга катера были спущены на воду, приняты личным составом флота Кубы и опробованы в море.
Конец 1963 года. Церемония передачи кубинцам торпедных катеров типа «Комсомолец». Фото Конец 1963 года. Церемония передачи кубинцам торпедных катеров типа «Комсомолец». Фото 2 Конец 1963 года. Церемония передачи кубинцам торпедных катеров типа «Комсомолец». Фото 3

Конец 1963 года. Церемония передачи кубинцам торпедных катеров типа «Комсомолец». Фото 4 Конец 1963 года. Церемония передачи кубинцам торпедных катеров типа «Комсомолец». Фото 5

Роландо Астараин и Эмигдио Баес были в восторге от таких катеров, ведь их скорость достигала 52 узлов и они могли догнать любые катера гусанос, пытавшиеся нападать на прибрежные населенные пункты. Обстрелы и диверсии гусанос были направлены на сахарные заводы, суда в слабозащищенных портах, плантации сахарного тростника и другие военные и невоенные цели. Эффективность обстрелов была невысока, но моральный эффект был ощутимый и, конечно, увеличение в составе флота быстроходных сил положительно повлияло на охрану береговых объектов.



65. На сафре, уборке сахарного тростника

В ноябре заканчивался дождливый сезон, сахарный тростник созрел, его сахаристость поднялась до 10-12%. Некоторые провинции начали массовую уборку сахарного тростника. Первыми в республике стали убирать тростник в провинции Ориенте, затем эстафету сафры приняла провинция Камагуэй, а в конце ноября уборка началась и в провинции Гавана.
В знак солидарности мы, военные специалисты, решили в один из воскресных дней поехать на уборку сахарного тростника. Нас собралось около 80 человек, и кроме того с нами поехало 8-10 кубинцев. Вместе со мной поехал убирать тростник и Игорь, ему в это время было 10 с половиной лет, и он хотел испробовать свои силы на поприще мачетерос. Когда мы прибыли на плантацию и вышли из автобусов, нам выдали орудие труда - мачете. Бригадир из кубинцев нарезал каждому из нас небольшую делянку, на которой мы должны были рубить тростник. Кубинцы показали нам приемы рубки сахарного тростника.
Прежде чем срубить стебель, нужно двумя взмахами мачете очистить его от листьев. После этого мачетеро берется левой рукой за стебель, а правой его срубает у самого корня. Затем одним ударом мачете отрубается верхушка, а ствол в конечном итоге разрубается на две или три части в зависимости от величины. После показа и некоторой тренировке при учителях мы приступили к действиям. Эта работа физически очень напряженная и утомительная. Учитывая, что внутри посадки сахарного тростника нет ветра, стоит изнурительная жара и духота. Труд мачетерос – очень тяжелый, и надо быть физически сильным человеком, хорошо тренированным, чтобы в течении 4-6 месяцев изо дня в день рубить тростник. После того как разрубался ствол на части, нужно еще и сложить их аккуратно, чтобы подъезжающие на машине укладчики смогли быстро погрузить сахарный тростник на машину и доставить на сахарный завод.
Мы трудились целый день с перерывом на обед. Умение, сноровка и опыт дают высокую производительность труда, да и соревнование между нами и кубинцами влияло на результаты работы. Кубинцы в этом, на первый взгляд кажущемся простом деле, оказались полными победителями. Еще раз хотелось бы напомнить, что нас было 80 человек, а кубинцев - восемь, но результаты нашего труда по количеству были одинаковы. А еще нам помогал Игорь! Мы не привыкли работать в такую жару, все время нас мучила жажда, и мы бегали к автобусу, чтобы испить глоток воды. Иногда мы брали стебель сахарного тростника, немного зачищали, а точнее, удаляли твердые волокна с его середины, скручивали и выжимали сок, который пили. Это была коричневая сладковатая жидкость, которой мы не могли утолить жажду. Пот катился по всему телу, попадая в глаза и затрудняя нашу работу. Солнце нещадно посылало на нас свои жаркие лучи. Ветра не было.
За время рубки тростника мы очень устали, с большими усилиями добрались до ожидавших нас автобусов и возвратились домой, как вареные рыбы. После этой сафры у нас несколько дней болели все мышцы тела, пока не прошел восстановительный процесс. Мы отвыкли от физического труда, и незапланированная нагрузка повлияла на нас довольно сильно. Говорить, что кубинцы- бездельники, что они только играют на гитарах и танцуют румбу, - несправедливо и оскорбительно для всей нации.



66. Визит на Кубу начальника Главпура генерала армии А.А. Епишева

Незадолго до окончания 1963 года на Кубу с официальным визитом прибыл начальник главного политического управления Советской армии и ВМФ генерал армии Епишев. Делать ему на Кубе было нечего, поскольку к этому времени подавляющее большинство соединений было выведено с Кубы. Вместо интенсивной работы он отдыхал и развлекался, посещая наиболее интересные места. Он побывал в ночном клубе "Тропикана", пляжах Варадеро, в индейской деревне и крокодиловом питомнике. В один из дней Дементьев, пригласив меня в свой кабинет, сказал, что нужно организовать для Епишева морскую прогулку вдоль Гаваны на правительственной яхте "Марта". Я по этому поводу поговорил с командующим флотом, а последний - с Фиделем Кастро. В назначенный день на яхту прибыли Епишев, Дементьев и еще несколько сопровождающих лиц.

Епишев А.А. в гостях у советских специалистов, август 1963

Мы вышли из порта и направились в западном направлении вдоль Малекона. Гавана, прекрасная Гавана предстала перед нашими глазами отелями, высотными домами, прибрежными парками и набережными. Вид с моря на Гавану был поистине завораживающим. На первом плане – голубые воды Мексиканского залива, непосредственно примыкающие к Малекону. У уреза воды плескались небольшие волны, образуя букет брызг, взлетавших на набережную, по которой проносились разноцветные автомобили. Над морем кружились чайки.
Как-то в разговоре с Роландо Астараином и Эмигдио Баесом мы затронули вопрос о пропаганде и популяризации советского военно-морского флота. Я был согласен с мнением командования кубинского флота. И вот мне представился случай удовлетворить просьбу кубинцев. Я, испросив разрешение у Епишева обратиться к нему, попросил прислать на Кубу различные плакаты, альбомы, кинофильмы, фотографии и другие материалы, пропагандирующие наш военно-морской флот. Епишев, подозвав к себе одного из сопровождающих его клерков, отдал распоряжение об удовлетворении нашей просьбы и заверил меня, что все будет доставлено на Кубу. После этого разговора с Епишевым я пробыл на Кубе еще почти два года, но никаких обещанных материалов Куба не получила.



67. Прибытие на Кубу Николая Викторовича Подгорного

В конце года острота взаимоотношений между СССР и США несколько ослабла и на Кубу стали приезжать некоторые политики Советского Союза. Перед Новым, 1964 годом в Гавану прибыл Н.В. Подгорный, являвшийся кандидатом на пост Председателя Верховного Совета СССР. Он был выдвиженцем Н. Хрущева и некоторое время был Первым секретарем компартии Украины.
В честь прибытия высокого гостя на Кубу посол Александр Алексеев сделал большой прием в своей резиденции, расположенной в западной части Гаваны. Резиденция представляла собой большой дворец с тенистым садом с бассейном. Лужайки были с любовью ухожены, дорожки заасфальтированы, бассейн обложен диким камнем, деревья пострижены. Весь сад был хорошо освещен. На прием были приглашены дипломаты многих государств, аккредитованных на Кубе, руководство республики Куба, некоторые из советских специалистов и, конечно, работники советского посольства. Из морской группы были приглашены Солдатовы, Завьяловы и мы с Валентиной. Перед началом приема, когда съезжались приглашенные, Подгорный с Алексеевым стояли в фойе дворца и здоровались с каждым прибывшим за руку. Мы шутили после этого, что теперь не будем три дня мыть руки, поздоровавшись с такой важной особой.
Прием проходил в виде фуршета. Вина и закуски, которые официанты разносили по всему саду, были, в основном, приготовлены по русским рецептам: бутерброды с черной икрой и осетриной, с запеченным мясом и сосисками, с сырокопчеными колбасами и лососиной. Спиртное было разнообразным: водки и коньяки, красное и белое вино, настойки.
Несколько в стороне стоял стол, за который сели Фидель и Рауль Кастро, Дортикос с кубинской стороны и Подгорный, Алексеев, Басов, Титов, Дементьев - с советской. На приеме было весело, много разговоров, анекдотов, шуток. Из динамиков доносилась лирическая музыка. Тропический вечер, звезды на небосводе, большой бассейн, южная растительность, разодетые дамы и галантные мужчины придавали приему задушевность и теплоту. На приеме, по моей оценке, было человек 300. В конце приема подали черный кофе. После кофе мы разъехались по домам.



68. Новый, 1964 год. Прием у Освальдо Дортикоса

Закончился 1963 год. Начался новый, 1964 год. Взаимоотношения между США и СССР, между Востоком и Западом, между СССР и КНР требовали значительного улучшения. Экономическая блокада Кубы со стороны США и стран Запада продолжалась и приносила большие трудности в становлении экономики республики. В то же время усиливались экономические связи, торговля, научные и культурные связи между Кубой и социалистическими государствами. На Кубу прибыло некоторое количество советских специалистов и советников по различным отраслям экономики. Число военных специалистов достигло тысячи.
Вечером 1 января, президент Кубы Освальдо Дортикос сделал прием в своем дворце по случаю пятой годовщины победы революции. Я был приглашен на прием и прошел строго с соблюдением дипломатического этикета. К этому времени я пошил себе черный костюм в ателье, где шили себе дипломаты. Он обошелся примерно в 100 песо и сшит был превосходно.
На прием были приглашены все послы, аккредитованные в республике Куба, министры кубинского правительства и другие важные политики Кубы. На приеме я был без переводчика и мог понимать только общий настрой. Я пробыл на приеме немногим более часа. Скучая, бродил по огромному залу, прекрасно оснащенному сверкающими люстрами, мягкими диванами, небольшими столиками в углах зала. Освальдо Дортикос вышел из боковой двери, когда зал был заполнен приглашенными. Подняв в руке бокал, он поздравил всех присутствовавших с пятой годовщиной победы революции и сказал краткую речь, в которой изложил задачи, которые стоят перед народом в новом году. Говорил он спокойно, без шпаргалки. Одновременно он поздравил приглашенных с Новым годом.
Выслушав президента, оценив значение этого приема, я направился к выходу и уехал домой.



69. Иван Николаевич Шкадов

До Нового года все командование советской группы войск на Кубе убыло в Советский Союз, техника была передана кубинским вооруженным силам, а оставшиеся на Кубе отдельные части были подчинены старшему группы советских военных специалистов Алексею Дементьеву. В начале января его заменил генерал-лейтенант Иван Николаевич Шкадов. До назначения советником на Кубу он служил в Закарпатском военном округе в должности Заместителя командующего округом по боевой подготовке и жил во Львове. По опыту службы в войсках он танкист, окончил академию Генерального штаба. Дементьев представил нам Шкадова и через несколько дней убыл в Москву.
Вступив в должность, Иван Шкадов стал заслушивать старших специалистов видов и родов вооруженных сил. Я подготовился к докладу о состоянии дел в кубинском военно-морском флоте и о работе группы морских специалистов. Иван Шкадов внимательно, не перебивая, выслушал мой доклад, а затем в непринужденной беседе уточнил неясные для него вопросы. Беседа заняла около трех часов, в течение которых я изложил все наболевшие вопросы, дал характеристику командования кубинского военно-морского флота и советским специалистам, поставил перед Шкадовым нерешенные вопросы. В конце беседы Иван Шкадов изложил основные принципы своей работы и потребовал обратить внимание на командирскую учебу, боевую подготовку, а также на поведение и эффективность работы военных специалистов.
И. Шкадов был среднего роста, широкоплечий, с голубыми глазами и приветливым взглядом. Говорил он спокойно, грамотно и культурно. Во время первой встречи он произвел на меня хорошее впечатление. Своим поведением, отношением к людям, советами и обстоятельными решениями он завоевал симпатии и уважение всех специалистов, работников посольства и руководства кубинских вооруженных сил. И. Шкадов не был склонен к употреблению спиртного, умело строил взаимоотношения с подчиненными, решительно боролся с выпивохами и беспринципными людьми и через некоторое время сумел сколотить дружный, деловой и работоспособный коллектив. Шкадов вел себя просто, питался со всеми в общей столовой, не отделяя себя от других, был доступен для подчиненных, заботился о них. Мы с ним нашли полное взаимопонимание и вскоре группа военно-морских специалистов была отмечена как лучшая группа среди других специалистов как по результатам работы, так и по взаимоотношению с кубинцами. Иван Шкадов требовал от нас четкого и реального планирования своей работы на месяц и неделю, абсолютного их выполнения и своевременных докладов о состоянии дел в группе специалистов и на кубинском флоте. За хорошую и инициативную работу морской группы он дважды представлял меня к присвоению звания контр-адмирал. Взаимопонимание в работе, своевременный контроль, умелое руководство подчиненными, благоприятствовали успешной работе всех военных специалистов. И. Шкадов говорил, что главным направлением деятельности личного состава кубинских вооруженных сил является хорошо организованная и четко проведенная боевая подготовка, и мы стремились в полной мере помочь кубинскому военному руководству качественно решить эту проблему.
Во время очередной встречи, я доложил Ивану Шкадову о ходе разработки плана развития кубинского военно-морского флота на ближайшие годы. Он живо заинтересовался им, и мы обсудили принципиальные положения этого плана. Несколько подкорректировав его в соответствии с замечаниями И. Шкадова, я передал план развития военно-морского флота командованию кубинского ВМФ.



70. Строительство в Кабаньясе

Дела на флоте шли успешно: продолжалось строительство и реконструкция пунктов базирования в Кабаньясе, Сьенфуэгосе и Банесе. В Кабаньясе строилось жилье для личного состава, строились причалы, служебные помещения, дороги, склады, слипы и другие сооружения. Интересный эпизод произошел со строительством жилых домов для офицерского состава. Дело было так. В залив Кабаньяс, к построенным причалам уже перебазировались ракетные и торпедные катера. Поэтому офицеры остро нуждались в жилье. Сложилась такая ситуация, что катера базировались на новом месте, а квартиры офицеров находились в Гаване. Офицеры очень редко навещали свои семьи и по этой причине высказывали свои претензии. В том случае, когда офицеры уезжали в увольнение в Гавану, требовалось много времени, чтобы вызвать их на корабли, боевая готовность флотилии снижалась.
Роландо Астараин запросил у Рауля Кастро 80 одноквартирных домиков, чтобы построить их вблизи пункта базирования для поселения офицеров и старшин флотилии. Рауль Кастро выделил дома, но их строительство должно было быть осуществлено в две очереди. Теперь нужно было выбрать место для строительства жилого городка, и мы выехали в Кабаньяс на рекогносцировку.
Вблизи города Кабаньяса, на живописном берегу с песчаным пляжем еще до революции был построен небольшой кемпинг, включающий небольшой ресторан, около трех десятков одно- и двухкомнатных домиков с асфальтированными площадками для машин. В домиках был водопровод, канализация, электричество и небольшие кухоньки с электроплитами. После передислокации ракетных катеров в Кабаньяс в кемпинге разместились советские специалисты с семьями (28 семей). Они питались в ресторанчике, который был преобразован в столовую для этой группы специалистов, возглавляемую капитаном 2 ранга Анатолием Михайловичем Трошко.
Несколько ниже кемпинга находилась ровная площадка. Мы с Роландо Астараином в сопровождении двух кубинцев, проживавших в Кабаньясе, направились к ней. Площадка по своим размерам, близостью к пункту базирования вполне была пригодна для строительства поселка катерников, но кроме самой площадки для жителей нужна была вода, электроэнергия, телефон и канализация. Об этом я и напомнил Роландо Астараину. На мое замечание комфлотом сказал, что здесь все имеется, в том числе и заасфальтированные дороги. Столбы, которые выстроились на площади по линейке, говорил о том, что электроэнергия здесь будет. Водопровод уже был проложен. Один из сопровождающих нас кубинцев это нам продемонстрировал, открыв один из вентилей в подземном колодце. Было решено поселок устроить на данной площадке.
В течение 1964 года 80 сборных двух- и трехкомнатных домиков были собраны и проблема жилья для офицеров и старшин была, в основном, решена и этим самым была обеспечена высокая боевая готовность флотилии. Как мне рассказал Астараин, эта площадка еще до революции была полностью оборудована и подготовлена для продажи желающим построить здесь свои коттеджи. Но после революции желающих не нашлось.



71. Отдых в Кабаньясе

Мы с Валентиной и Игорем иногда ездили в мотель Кабаньяс к нашим специалистам для того, чтобы держать их в своем поле зрения и для того, чтобы отдохнуть, порыбачить и покупаться в заливе. Гонзалито был вполне согласен выехать на воскресный день в Кабаньяс. В мотель мы приезжали вечером в субботу, размещались в свободном домике и выходили на берег, где собирались семьи советских специалистов. Здесь проходили беседы на жизненные темы: о службе, о Кубе и ее людях, о Родине и международной политике. Часто задавались вопросы на бытовые темы и просьбы чаще бывать семьям специалистов в Гаване, чтобы посещать магазины, лечебные учреждения и культурные центры. Учитывая эти просьбы, я обратился к Шкадову с просьбой о выделении группе Трошко отдельного автобуса. Вскоре автобус был получен и настроение у личного состава группы и их семей значительно улучшилось.

1963. Отдых в Кабаньясе, фото 1 1963. Отдых в Кабаньясе, фото 2 1963. Отдых в Кабаньясе, фото 3

1963. Отдых в Кабаньясе, фото 4 1963. Отдых в Кабаньясе, фото 5

Утром в воскресенье мы просыпались рано, брали удочки и шли на берег залива, входили на пришвартованный к небольшому причалу разъездной катер, чтобы с его борта ловить рыбу. Вначале мы собирали раков-отшельников, вытаскивали их из раковин и складывали в баночку - они являлись хорошей наживкой для многих рыб. Затем на катере мы шли в облюбованное нами место. Оно было недалеко от берега, где глубины были больше, чем у причала. Чаще катер оставался у причала, и мы ловили рыбу с его борта. Солнце поднималось над горизонтом, мрак постепенно исчезал, изумрудная зелень с искрящимися капельками росы отражалась в лазурных водах залива.
В воде иногда проплывали небольшие черепахи, на песчаном дне ползали крабы и лангусты, стаи разноцветных рыб быстро проплывали у борта катера и напуганные нашей тенью быстро устремлялись на глубину. Важно, как орел в небе, не обращая на нас внимания, проплывал вблизи катера скат, медленно шевеля своими огромными плавниками. Морские ежи и разнообразной расцветки морские звезды сидели на прибрежных отмелях. Клев был в разгаре. Приходилось то и дело менять наживку на крючке и складывать пойманную рыбу в ведро. Рыба, в основном, была небольшого размера, но причудливых раскрасок. На крючок иногда попадалась рыба-еж, которая вытащенная из воды, раздувалась как шар и ощетинивалась своими шипами. Солнце уже подходило к зениту, клев замирал и мы возвращались к себе в домик с кондиционером, чтобы насладиться прохладой. Приняв душ и отдохнув, мы направлялись в столовую, где собирались все специалисты с семьями. Еда всегда была вкусной с острыми приправами и небольшим количеством вина, которое подавалось только к обеду в воскресные дни. Опустив 10 сентаво в автомат, можно было послушать современную музыку. Отдохнув после обеда и еще раз искупавшись на пляже, мы садились в машину и через 2 часа въезжали в Гавану. Гонзалито был также доволен воскресной поездкой.



72. Монтаж радиотехнических постов

Радиотехнические посты продолжали монтироваться. Мы вполне познакомились с группой специалистов-монтажников, которые прибыли из Ленинграда с электромонтажного предприятия во главе с начальником треста. Меркулов был уже в возрасте, уставшим от жизни человеком, дорабатывавшим до пенсии. Он много внимания уделял технике, но мало воспитанию инженеров и рабочих и их материальному обеспечению. Переводчиком в группе была Валерия Борц, Герой Советского Союза, одна из героинь Молодой Гвардии.
Она закончила институт иностранных языков и знала испанский. Ее поведение с монтажниками оставляло желать лучшего. Эта группа монтажников, в какой-то мере, подчинялась морской группе и прежде всего в партийном отношении. Поэтому нашему партбюро пришлось разбираться с поведением Валентины Борц и серьезно ее предупредить. После этого нам больше не пришлось рассматривать поведение ее и рабочих-монтажников, но резкого улучшения положения дел в этой группе не было. Мы понимали, что монтировать радиолокационную технику на постах, расположенных вдали от населенных пунктов, очень сложно. Нужно было доставить на посты в необходимом объеме технику, стройматериалы, палатки, продовольствие, воду. Но это ни в коем случае не разрешало вести себя вольно, а порой безнравственно. Большую заботу о монтажниках проявлял Василий Ивашов, который до сдачи объектов кубинцам был ответственен за сроки и качество работ.
Монтаж всех десяти постов занял около восьми месяцев, был произведен качественно и закончен к концу 1964 года. После окончания работ по монтажу и наладке аппаратуры, освоения этой техники личным составом и принятия постов наблюдения в состав военно-морского флота Кубы, обстановка на море стала значительно яснее, что позволяло вести более эффективную борьбу с нападением катеров гусанос на прибрежные города, селения и портовые сооружения. Десять радиотехнических постов, расположенных по периметру острова Куба, это большое достижение и подспорье для кубинского флота. В то же время на морском театре оставалось еще много белых пятен, которые требовали пристального внимания со стороны командования флота и военно-морских районов, так как вблизи на побережье располагались важные административные и промышленные объекты, населенные пункты.



73. Комиссия из Союза. О создании ремонтной базы на Кубе

Корабли, катера и другая современная боевая техника, принятая кубинцами от Советского Союза, требовали создания соответствующей ремонтной базы. Учитывая низкий уровень общеобразовательной и технической подготовки личного состава кубинских вооруженных сил, острота этой проблемы еще больше возрастала. Эта проблема была поставлена жизнью, и нужно было решать ее в сжатые сроки.
Для определения объема ремонтной базы, ее мощности и специализации по запросу И. Шкадова на Кубу прибыла комиссия под председательством заместителя начальника 10 Главного управления генерал-полковника Павла Кулешова. От военно-морского флота в комиссию входили по общим вопросам инженер-полковник В. Семенов, по минно-торпедной специальности капитан 1 ранга И. Хурденко и по ракетно-артиллерийской специальности капитан 1 ранга Н. Заставный. Комиссия осмотрела ремонтные предприятия, мастерские флота и военно-морских районов, определила объем текущего, среднего и капитального ремонтов в течение года различной боевой техники и выработала предложения по их развитию на ближайшие годы. Разработанные предложения определяли, сколько и какой техники, оборудования, приборов и материалов требуется, чтобы поддерживать в строю и одновременно ремонтировать всю сложнейшую технику, переданную кубинцам. Были также определены организационные формы ремонтных предприятий; то есть, их тип: или это лаборатория или это мастерская, или, наконец, это завод. Комиссия работала напряженно, творчески, привлекая к своей работе советских специалистов и кубинских офицеров. К работе комиссии подключился и я, посещая с ее членами арсенал, Сьенфуэгос, Банес и Кабаньяс.



74. Участие в работе комиссии. Переезды и перелеты

В связи с работой комиссии следует рассказать о некоторых эпизодах ее работы на Кубе. Мы с Астараином, Семеновым, Хурденко и Заставным прибыли на самолете в Ольгин, чтобы осмотреть пункт базирования кораблей в Банесе, определить возможности по ремонту кораблей и катеров, их оружия и технических средств. Члены комиссии были ознакомлены с возможностями базирования в бухтах Нипе, Пуэрто-Падре и Нуэвитасе.
В конце рабочего дня, когда зашло солнце мы прибыли на одну из государственных дач, расположенную на побережье Атлантического океана в районе Гибара. Здесь уже находился генерал Павел Кулешов и сопровождающие его лица, представители кубинского Генерального штаба. Недалеко от основного здания на лужайке горел костер, над которым на вертеле жарился целый поросенок. Вокруг костра были расставлены столы, сервированные для ужина. В небе ярко горели звезды, с моря слышался шум прибоя и легкий ветерок шевелил кроны деревьев. Пока мы после изнурительной жары приводили себя в порядок, поросенок был зажарен? и все расселись за столами. Ароматный запах от жареного поросенка усиливал аппетит. Темная ночь, яркий костер, замечательный ужин с пивом, интересная и живая беседа – все это настраивало на дружеский лад. Кубинцы, когда им что-то нужно было для дела, умели вкусно угостить, показать достопримечательности и экзотику и, тем самым, расположить человека к себе с тем, чтобы быстрее решить деловой вопрос в нужном для них направлении.
Всем членам комиссии понравился такой ужин и особенно поросенок с поджаристой, хрустящей на зубах шкуркой. После ужина мы улеглись спать, а рано утром на транспортном военном вертолете вылетели в Сантьяго-де-Куба, где нас ждал транспортный самолет. На вертолете я летел впервые и мне условия полета не понравились, т.к. было очень шумно, разговаривать практически было невозможно, и изматывала сильная тряска.
Из Сантьяго-де-Куба мы на самолете ИЛ-18 прилетели в гаванский аэропорт Ранчо Бойерос и направились на машине в штаб флота, чтобы разработать предложения по строительству и модернизации ремонтной базы с тем, чтобы представить их на рассмотрение Ивана Шкадова и Павла Кулешова.
В тот же вечер Семенов, Хурденко и Заставный прибыли к нам в гости. Валентина постаралась приготовить хороший ужин, и мы в интересной беседе лучше познакомились и договорились о продолжении совместной работы на ближайшие дни. Семенов Владимир Александрович оказался зятем легендарного генерала Карбышева, был интересным собеседником, кое-что рассказал о своей жизни и работе в качестве военно-морского атташе в Норвегии. В дальнейшем, после моего возвращения с Кубы, мы некоторое время с ним переписывались.
Закончив разработку предложений, мы их передали на рассмотрение членов комиссии и, когда они были одобрены, комиссия улетела в Москву.



75. Наступательная операция на островах Кайо-Сал

Время шло быстро, политическая обстановка в мире то несколько обострялась, то острота ее затухала. Такие события, как водяной кризис в Гуантанамо, обстрел сахарных заводов с моря, высадка диверсионных групп - заставляли изыскивать новые приемы и методы защиты побережья, используя новые пункты базирования кораблей, улучшать систему наблюдения и связи, повышать боеготовность сил и средств в определенных районах.
Диверсионные группы кубинских контрреволюционеров довольно часто производили налеты на побережье, и нужно было принять эффективные меры для борьбы с ними. Как стало известно, диверсионные группы контрас действовали как с территории США из районов Майями, Кайо-Вест, так и со спорной территории островов Кайо-Сал. Она включала в себя около тридцати мелких островов кораллового происхождения. На островах было много укрытых бухт, в которых базировались катера гусанос. Острова Кайо-Сал расположены примерно в пятидесяти милях к северу от порта Исабела-де-Сагуа.
Мы с Роландо Астараином и Эмигдио Баесом много думали о том, как исключить действия катеров контрас по береговым объектам Кубы.
Однажды, зайдя ко мне в кабинет, Роландо Астараин сообщил, что он в течение суток с группой вооруженных матросов и офицеров проводил активные действия на островах Кайо-Сал, уничтожил два катера противника, нескольких контрреволюционеров, разрушил склады и жилье, подорвал причалы для катеров и без потерь в личном составе возвратился в Гавану. Эту операцию он проводил по указанию Фиделя Кастро, готовя ее под большим секретом с привлечением авиации, быстроходных катеров и боевой группы.
Я был несколько удивлен, что эта акция была проведена без моего участия и даже без консультации со мной. Когда я об это сказал Роландо, то он ответил, что меня не привлекали к ней потому, что не хотели подвергать риску советских специалистов, ибо это дело чисто кубинское. Через несколько дней после этой акции американцы подняли в прессе и на радио большую шумиху и даже заявили дипломатический протест, обвиняя кубинцев в налете на суверенную территорию США. Однако кубинское руководство придерживалось другой позиции, так как считало эти острова суверенной территорией Кубы, о чем в своем ближайшем выступлении заявил Фидель Кастро. Пошумев некоторое время, американцы постепенно притихли.
К этому следует добавить, что после этой акции налеты контрас на кубинскую территорию на некоторое время прекратились и обстановка на северном направлении стала значительно спокойнее. Умело и скрытно организованная и внезапно проведенная операция показала, что наступательный метод борьбы является более эффективным, но требует более фундаментальной разведки. В то же время такие действия стали возможными при организации совместных действий авиации, быстроходных сил флота и небольших десантных групп, а также в результате роста профессиональной подготовки командного состава кубинского флота. Было отрадно сознавать, что советские морские специалисты за два года работы на Кубе оказали большую помощь в становлении сил флота, в их способности самостоятельно вести действия против гусанос.



76. Льготы для экипажей торпедных катеров

Несмотря на некоторое ослабление деятельности контрреволюционных сил, командование флотом продолжало готовить свои силы и средства для борьбы с ними, обратив свое внимание на боевые возможности торпедных катеров. Они часто выходили в море на отработку задач боевой подготовки и проведения торпедных стрельб, возвращаясь на базу уставшими. Перед кубинским руководством встал вопрос о том, какими средствами восстанавливать силы личного состава торпедных катеров. Роландо Астараин сказал мне, что у него ничего не получается с введением дополнительного пайка и денежного содержания личному составу торпедных катеров и что главным препятствием этому являются советские специалисты, работающими советниками в Генеральном штабе, тылу и финансовом управлении вооруженных сил. Я решил с этой проблемой обратиться к Ивану Шкадову, но и он не дал своего согласия на введение дополнительных льгот для катерников. Тогда, переговорив с Астараином, я решил "прокатить" на двух торпедных катерах проекта 123к в свежую погоду кубинских деятелей тыла и финансового управления и вместе с ними и их советских советников, с тем, чтобы они сами прочувствовали условия, в которых катерникам приходится выполнять задачи в море.
День для выхода в море оказался солнечным с небольшим северо-восточным ветерком и волнением моря. На двух торпедных катерах "Комсомолец" расположились кубинские офицеры. Пока приглашенные размещались на катерах, было много шуток и острот в адрес моряков, которые довольно быстро прекратились из-за сильного шума, соленых брызг и быстрого движения катеров. Для положительного решения вопроса оказалось достаточным двух часов морского похода. Мокрые от соленых брызг, оглушенные шумом работы дизелей и ветра, уставшие, мы возвратились в базу.
Иван Шкадов, которому я доложил о проведенном эксперименте, долго смеялся по этому поводу и дал свое согласие на введение дополнительных льгот для катерников, а в управлении министерства и генеральном штабе уже никто не возражал.



77. Визит в Главный госпиталь вооруженных сил Кубы

Я уже почти три года не был в отпуске. Пребывание в жарком и влажном климате, напряженная работа, частые поездки и наличие гипертонии отрицательно повлияли на состояние моего здоровья, и я решил обратиться к врачам за помощью. Астараин, с которым я поделился о своем здоровье, посоветовал мне поехать в Главный госпиталь к кардиологу, его хорошему знакомому и отличному специалисту. Главный госпиталь расположился в Гаване-Дель-Эсте. Он начал строиться еще до революции как госпиталь военно-морского флота. После революции его строительство было окончено, и он был переименован в Главный госпиталь вооруженных сил Кубы. Он имел современное оборудование, прекрасные кабинеты для врачей, обширные лаборатории и благоустроенные палаты для больных на 1-2 человек. Множество лифтов, центральное кондиционирование, поддержание микроклимата в палатах и кабинетах обеспечивали хорошие условия для работы врачей и лечения больных.
Прибыв в госпиталь с переводчиком, где принимает рекомендованный мне Астараином врач, я направился к нему в кабинет. Принял он меня незамедлительно, выслушал мои жалобы и после внимательного обследования направил меня в лаборатории, расположенные по соседству на анализ крови, рентген, кардиограмму, механокардиограмму и куда-то еще (не помню). Он мне сказал, что ему звонил Астараин с просьбой оказать всевозможную помощь для нормального состояния здоровья. Врач сам смотрел меня в рентгенкабинете. Ознакомившись со всеми анализами и кардиограммами, еще раз прослушав и простучав мою грудную клетку, задав вопросы о моем самочувствии, полистав какой-то справочник, врач объявил мне свой диагноз и дал необходимые рекомендации по лечению болезни. Мне понравился сам метод работы врача, который значительно сберегал время пациента, ускорял начало эффективного лечения, уменьшал затраты на лечение. На мой взгляд – это наиболее современный и эффективный метод лечения, напоминающий собой в миниатюре диагностический центр, о котором много говорил врач, а впоследствии министр здравоохранения СССР Евгений Чазов.
Мне врач сказал, что гипертония усилилась, имеется большое нервное напряжение и что мне нужен хороший и продолжительный отдых. Я поблагодарил врача, взял его рецепты и, распрощавшись, поехал домой, где мы на семейном совете решили, что нужно возвращаться на Родину и хорошенько отдохнуть. На следующее утро я пошел к Шкадову и напомнил, что мне пора заканчивать работу на Кубе и попросил его дать телеграмму в 10-е Главное управление с просьбой заменить меня в июле-августе месяце. И. Шкадов дал свое согласие на мою замену, понимая, что здоровье есть здоровье, и оно требует большого внимания.



78. Встреча с Сережей

Наступил июнь, мы получили сообщение о скором прибытии на Кубу сорока двух студентов-переводчиков, обучающихся испанскому языку в институтах Москвы, Ленинграда и Пятигорска. Среди них находился и мой старший сын Сережа. Мы с нетерпением его ожидали, так как я не видел его уже два года, а Валентина и Игорь - полтора.
Нам очень повезло, что в период нашего пребывания на Кубе Сергей прибыл к нам на годичную практику в группу военных специалистов. Мы его встретили 15 июня в аэропорту и помогли всем ребятам-переводчикам быстрее оформить документы и отправиться в Репарто Коли. В этот день стояла ясная солнечная погода, было не очень жарко, а на душе радостно, поскольку здесь в Гаване собралась вся наша небольшая семья. Валентина заранее приготовила торжественный обед, а я договорился, чтобы Сережа остался работать в Гаване переводчиком в тылу флота. В этот радостный день было много рассказано друг-другу, намечены планы на ближайшее время.
В июле исполнялось 2 года моего пребывания на Кубе и мы, т.е. Валентина, Игорь и я хотели вернуться в Советский Союз. Игорю нужно было продолжать учебу в 5 классе, а на Кубе второй ступени русской школы не было. Мне Иван Шкадов обещал, что отпустит меня, если будет соответствующая замена. Петр Тукан (из управления кадров) сообщил, что замена практически подобрана и кандидат на поездку проходит последние беседы в высших инстанциях военного и партийного аппарата.
Николай Солдатов и Анатолий Цветков, прибывшие на Кубу одновременно со мной, собирались домой, и Иван Шкадов был согласен с их убытием. Замены и Солдатову и Цветкову были подобраны и ожидали их возвращения в Москву, чтобы обговорить некоторые вопросы. Солдатовы и Цветковы были очень довольны, что они в назначенный срок возвращаются в Советский Союз, а мы с Валентиной переживали, что скоро разлучимся с Сережей, и он один останется на Кубе.
Подошло время и мы поблагодарили Н. Солдатова и А. Цветкова за их большую работу в качестве советников и с почестями проводили их домой.



79. Выпуск в военно-морском училище Мариэля

Закончилось обучение курсантов в военно-морском училище в Мариэле. Одни из них обучались в течение двух лет, а другие в течение трех лет. Это зависело от предшествующей школьной подготовки и от специальности гардемарина. На выпуск были приглашены Фидель и Рауль Кастро, представители Генштаба, руководители флота, советские советники и представители общественности. Приглашенные собрались у импровизированной трибуны, а выпускники училища стояли в строю в офицерской форме. Роландо Астараин выступил с непродолжительной приветственной речью, а начальник училища Хорхе Каиньяс зачитал приказ Министра РВС о производстве выпускников в офицеры флота. Им были вручены морские кортики и дипломы. Кортики были получены из Советского Союза по заявке ГКЭС, оформленной Василием Ивашовым.
В кратком выступлении Рауль Кастро поздравил новый отряд офицеров с выпуском из училища и пожелал им успешной службы. Состоялся парад. После него все участники были приглашены в курсантскую столовую на прощальный торжественный обед. На обеде пришлось выступить и мне. В небольшой речи, переводимой Педро Прадо, я от имени советских специалистов поздравил выпускников с окончанием училища и с производством в офицеры, рассказал о стремительном росте их флота, как в количественном, так и в качественном отношении и пожелал им достойно защищать на море интересы Республики Куба. Фидель на выпуске отсутствовал.
Было отрадно, что училище подготовило новый отряд морских офицеров, в которых очень нуждался военно-морской флот. При этом они готовились по нашим рекомендациям с учетом потребностей флота в новых специалистах для обслуживания ракетной, торпедной и противолодочной техники.
В обучении кубинцев в училище принимали участие и наши советские преподаватели по таким дисциплинам как связь, штурманское дело, устройство и эксплуатация корабельных энергетических установок, радиолокация и ракетное оружие. Выпуск прошел торжественно, без каких-либо эксцессов, и всем нам понравился. Отмечалась отличная строевая подготовка молодых офицеров. Выпускникам присваивались звания "младший лейтенант" и "лейтенант" в зависимости от сроков обучения и показателей в учебе. Распределение на корабли и в части планировалось после использования выпускниками положенного им отпуска.



80. Посещение пещеры Бельямар

Когда мы собрались вместе, то у нас появилось желание в один из воскресных дней поехать в провинцию Матансас и осмотреть пещеры Бельямар. Мы, переговорив с шофером Гонзалито, отправились к пещерам Бельямар. Подъехав к входу в пещеры, мы были несколько удивлены тем, что в этом районе не было не только гор, в которых, как правило, находятся пещеры, но даже и холмов. Вход в пещеры Бельямар находится недалеко от основной дороги Гавана - Матансас и мы, проехав несколько сот метров от нее в сторону, остановились у небольшого, ничем не привлекательного павильона, из которого начинается спуск в пещеры. Купив билеты и предъявив их контролеру, по наклонной галерее мы стали спускаться под землю. Спуск продолжался недолго. Вскоре мы вошли в большой подземный зал, вызвавший у нас восторженные эмоции, благодаря своим размерам, освещению, исходящему откуда-то снизу и подсветке сильных прожекторов с левой дальней стены. С верхнего свода свешивались огромные белые и желтоватые сталактиты, а внизу торчали сталагмиты. Их было очень много. Посреди них были проложены пешеходные дорожки.
Мы постепенно спускались вниз по широкой тропе; впереди шел гид, рассказывающий нам историю открытия пещер, их размеры, температуру воздуха. Он обращал наше внимание на самые интересные места, где наряду с искусственной подсветкой мы видели солнечные лучи, проникавшие с поверхности и освещавшие закоулки огромной пещеры. Сережа нам переводил основные моменты из рассказа экскурсовода, и мы сумели получить полное представление об уникальности пещер Бельямар. Мы прошли по маршруту метров 800-900, после чего начали возвращаться к выходу. И опять картины открывавшиеся перед нами были изумительной красоты и выглядели как-то по-особенному. В павильон мы возвратились уставшие, но очень довольные.
Утолив жажду чашечкой кофе и бутылочкой кока-колы, купив сувениры, мы отправились в Гавану по прибрежной дороге, наблюдая по пути море, всхолмленные участки местности, покрытые плантациями сахарного тростника, хенекена и небольшими перелесками.
Подъехав к небольшому лесному островку, Гонзалито остановил машину и показал нам деревья диких лимонов. Мы сорвали несколько десятков плодов, небольших по размерам, но с сильным ароматом и превосходным вкусом. Валентина впоследствии использовала их при приготовлении вторых блюд, поливая поджаренное мясо лимонным соком.



81. Морская охота в Санта-Крус-дель-Норте

Сережа нас агитировал чаще бывать на загородных пляжах, где можно хорошо загореть, искупаться в водах Мексиканского залива. Мы с ним согласились и сразу решили, что в ближайший выходной день отправимся в Санта-Крус-дель-Норте, чтобы поплавать в море, посмотреть подводный мир в районе коралловых рифов и наловить моллюсков и лангустов.
В наступившее воскресенье мы выполнили свои намерения. Солнце только согрело утреннюю землю, а мы уже мчались на машине по прибрежной дороге и вскоре прибыли на дикий пляж, расположенный под крутым мысом Санта-Крус-дель-Норте и закрытый от волн прибрежным рифом, удаленным от уреза воды метров на 100-120. Средняя высота поднимающейся над дном части рифа около полутора-двух метров, а ширина его примерно двадцать-тридцать метров. Как и другие рифы, он образован кораллами, среди которых во множестве встречаются раковины моллюсков, скелетные частицы мягких кораллов и другие организмы, имеющие твердые известковые скелеты. Весь этот обломочный материал спаян в монолитную массу.


1963-1964. В.А. Кузьмин, водитель Гонзалито, Игорь, В. Кузьмина, Долгушева
1963-1964. В.А. Кузьмин, водитель Гонзалито, Игорь, В. Кузьмина, Долгушева.


Риф – не сплошное образование, он состоит из разных по величине островков, отделенных друг от друга песчаными полями. Под каждым камнем, каждой глыбой на коралловом рифе можно найти разнообразных животных. Широко представлены на рифе ракообразные: лангусты, крабы, раки-отшельники и пр. Часто можно встретить осьминога, каракатицу и разнообразных рыб, вплоть до мурены, рыбы-ежа, барракуды. Поэтому мы с радостью направились в воду, чтобы собрать морские сувениры. Вскоре Сергей нашел несколько стромбусов и две зубатки. Потом, дома Валентина с помощью проволоки, подвешивая моллюсков за их ноги, освободила раковины, промыла их в пресной воде, и мы получили прекрасные сувениры.
Игорь пытался собирать раков-отшельников - отличную наживку для ловли рыб. Сергею удалось на прибрежном рифе руками поймать одного приличного лангуста длиной 35-40 см.
Получив массу впечатлений, вволю наплававшись, немного уставшие, мы вернулись в Гавану. Сварив шейку лангуста в соленой воде, мы отдали должное его вкусу.
С приездом Сережи, мы чаще стали бывать в центре Гаваны, чтобы осмотреть достопримечательности и магазины. Эти несколько недель мы счастливо жили всей семьей на Кубе. Как мало надо человеку, чтобы быть счастливым - любимая работа, дружная семья, хорошие материальные условия и заслуженный отдых.



82. Работа советником

Работа. Она может проходить в зависимости от условий с различным психологическим настроем. Работа советником командующего флотом на Кубе, прежде всего, позволяла раскрыть все свои творческие способности, так как действия советника не были скованны инструкциями, правилами, приказами, наставлениями и другими бюрократическими бумагами. Здесь нужно было думать, как решить возникающую проблему, а не соблюдать бюрократическую инструкцию; здесь нужно было изыскивать новые методы использования сил флота, а не применять готовые наставления; здесь нужно было творчески подходить к работе со специалистами страны пребывания, а не пользоваться готовыми методичками вышестоящих органов; и, наконец, здесь неоткуда было ждать приказов, решений, распоряжений, а требовалось самому принимать решения, соответствующие конкретной обстановке, и неукоснительно претворять их в жизнь.
На советника смотрели все кубинцы, не только служившие в ВМФ, но и в других видах вооруженных сил. Здесь наш советский человек представлял современную Россию, страну труда, новую эпоху в жизни человечества, новую цивилизацию. Поэтому советник должен работать творчески, инициативно, раскованно, самостоятельно и активно. Так мы и работали.
Работали днем и ночью, утром и вечером, не по принуждению, а по зову души. Советские морские специалисты пользовались заслуженным авторитетом. Поэтому результаты нашего труда оказали положительное влияние на становление и развитие кубинского военно-морского флота, сделавшего огромный прыжок в новое качественное состояние, состояние при котором в полной мере решались задачи по охране морских рубежей Республики Куба.



83. Парад ВМФ в Кабаньясе

Роландо Астараин давно планировал провести парад кораблей. Он хотел пригласить на него членов правительства, администрацию министерства Революционных вооруженных сил и советских специалистов. Этим парадом можно было продемонстрировать возросшую мощь флота, доложить о нуждах и заботах флота и попросить у Фиделя Кастро денежных и материальных средств на его развитие, как это было предусмотрено проектом плана развития военно-морского флота на ближайшие годы. Было решено проводить парад в Кабаньясе, где базировалась вновь созданная флотилия ракетных и торпедных катеров, которые должны были принять участие в параде. В плане была разработана диспозиция кораблей во время парада, порядок обхода кораблей Фиделем и Раулем Кастро, определены средства связи для трансляции парада и речи Фиделя Кастро, а также праздничный обед для участвующих в параде личного состава и приглашенных гостей. Весь этот план был доложен Раулю Кастро, который утвердил его без замечаний.
В параде приняли участие три фрегата, четыре МПК проекта 122б, четыре МПК проекта 201, двенадцать ракетных катеров, восемь торпедных катеров проекта 203, два водолазных бота и два торпедолова, которые были выстроены в две линии. Флагманским кораблем был назначен фрегат "Хосе Марти", с борта которого Фидель Кастро произнес свою речь и был проведен артиллерийский салют.
Фидель и Рауль Кастро, Иван Шкадов и сопровождающие их лица прибыли на базу в Кабаньяс в 9:45. Мы с Роландо Астараином и Эмигдио Баесом встретили их у въезда на базу и направились на причал, где стояла правительственная яхта "Марта". Фидель Кастро обошел строй кораблей и поздоровался с личным составом кораблей, выстроившимся на палубах. Затем Фидель поднялся на борт "Хосе Марти" и произнес речь, в которой дал историческую оценку действий военно-морского флота, рассказал о планах, которые осуществляет народ Кубы по развитию социализма в стране, поставил задачи перед вооруженными силами и военно-морским флотом и поздравил личный состав с днем военно-морского флота. После речи Фидель Кастро и сопровождавшие его лица спустились в кают-компанию фрегата и очень просто вместе с офицерами и матросами выпили по бутылке пива и закусили жареной курицей. Фидель Кастро некоторое время в непринужденной обстановке беседовал с личным составом корабля, отвечая на многочисленные вопросы. После беседы приглашенные гости сошли на берег и убыли в Гавану.



84. Усиление напряженности в связи с американо-вьетнамским инцидентом

Незаметно в напряженной работе прошла первая неделя августа, но я не получил сообщения о прибытии моей замены, хотя с помощью И. Шкадова я уже дважды запрашивал о сроках прибытия нового советника при командующем кубинским флотом. Наконец, пришла телеграмма, в которой сообщалось, что замена моя задерживается на неопределенное время. Поскольку так складывалась обстановка, мы решили поехать в отпуск, чтобы я смог в Москве в Управлении кадров ВМФ уточнить вопросы моей замены, а Валентину с Игорем доставить в Севастополь, где они останутся, и больше на Кубу не возвратятся. Мы наметили дату отлета на 8 августа и заказали билеты на самолет, но в это время янки начали войну во Вьетнаме, нанеся ракетно-бомбовые удары по якобы угрожавшим им ракетным и торпедным катерам вьетнамского флота. Обстановка в мире значительно обострилась и генерал И. Шкадов отложил мой полет на десять дней, чтобы за это время я совместно с кубинцами организовал рассредоточенную стоянку кораблей и катеров кубинского флота, лично проверил базирование сил флота и доложил ему о принятых мерах.
Мы с командующим флотом энергично занялись этой проблемой, рассредоточили торпедные и ракетные катера по новым районам, отличающимся от плановых, организовали их связь с командованием флота, их маскировку и материально-техническое обеспечение, лично убедились в эффективности принятых мер, посетив Кабаньяс и Сьенфуэгос. О выполнении задания я доложил Ивану Шкадову, после чего он разрешил мне вылететь в Советский Союз.
За себя я оставил Владимира Фадеева, который на время моего отпуска временно переселился в Гавану. К моменту моего отпуска на Кубу прибыли советники при штабе флота Н. Леваков по боевой подготовке и А. Завгородний по оперативным вопросам вместо Цветкова. Все же я решил оставить старшим В. Фадеева, который уже знал организацию кубинского флота, советских морских специалистов, методику работы, и я был уверен, что он правильно решит возникающие вопросы.



85. Отпуск. Перелет Гавана-Мурманск-Москва.

19 августа мы попрощались с Сережей, с провожавшими нас Астараином, Баесом и советскими специалистами, сели в самолет Ту-114, в назначенное время взлетели и отправились в Советский Союз, прожив два года на Кубе среди интересных людей, выполняя важную и ответственную работу.
Полет проходил спокойно. Самолет летел по маршруту: Гавана, южнее Флориды, восточнее Ньюфаундленда, между Канадой и Исландией, над островом Медвежий на Мурманск, где предполагалась посадка для дозаправки, а затем перелет в Москву.
В самолете пассажиров было человек 40-45 вместо обычных 180. Вместо пассажиров самолет брал дополнительное топливо. Покормили нас в самолете трижды. Кормили отлично, выдавая перед едой спиртные напитки по желанию - коньяк, водка, вино. Пассажирам выдавали черную и красную икру, копченую колбасу и другие деликатесы.
Полет до Мурманска занял 13 часов. Когда самолет сел на военном аэродроме, было раннее утро, температура воздуха не превышала 6-7 градусов тепла. В течение 40 минут мы, выйдя из самолета, находились вблизи импровизированного аэровокзала, в котором даже не было условий, чтобы пассажиры могли отдохнуть, пока шла заправка топливом. Мы оставались на открытом воздухе. Нам, правда, выдали теплые одеяла, в которые мы закутались, спасаясь от низкой температуры. Было только три часа утра, но было светло и можно было рассмотреть унылый пейзаж северной тундры, среди которой находился аэродром под название Ягельный с несколькими одноэтажными зданиями, построенными для аэродромных служб. Вскоре мы заправились, расселись в самолете, а затем приземлились в Шереметьево. После небольшого таможенного досмотра, мы сели в такси и направились в гостиницу ЦДСА, в которой нам П. Тукан из управления кадрами заказал номер.



86. Вопрос с заменой

Отдохнув после полета, я направился в 10 Главное Управление, чтобы доложить о своем прибытии, оформить документы на отпуск и уточнить в отношении замены. Отпускной билет мне выписали на 90 суток, а в отношении замены сказали, чтобы я решал этот вопрос в Управлении Кадров ВМФ, так как оно подбирает кандидатов, а "десятка" только их оформляет. Поговорив со Степановым Иваном Ивановичем, начальником отдела по загранкомандировкам и Петром Туканом, я пришел к выводу, что те кандидаты, которые предлагались Управлением Кадров ВМФ, были отставлены Главным Управлением Кадров и административным отделом ЦК партии от посылки на Кубу, как несоответствующие по ряду причин. Оказалось, что некоторые кандидаты в адмиральских званиях не могут быть посланы из-за низких моральных качеств, другие - в связи с работой в области мобилизации, а третьи – по нежеланию находиться в такой горячей точке политической жизни, которой является Куба.
Иван Степанов передал мне заверения начальника Управления Кадров ВМФ контр-адмирала Антонова в том, что замена будет подобрана не позднее марта 1965 года и пожелал мне хорошего отдыха в Крыму. Однако вместо замены в июле 1964 года меня сменили только в октябре 1965 года. Я и в настоящее время не могу принять за истину, что из огромного числа адмиралов в течение полутора лет не могли найти достойных людей для направления на Кубу советником командующего флотом - военно-морским атташе.



87. В Севастополе

В Москве мы прожили почти неделю, побывав в гостях у своих друзей, оформили во Внешпосылторге документы на получение оплаченных нами товаров и выехали в Севастополь. В течение отпуска получили автомобиль Волга ГАЗ-21, мебель, кое-какую бытовую технику, побывали в Ялте, ездили на море, в лес. Короче говоря, отдыхали.
В один из дней октября мне позвонил мой друг, Борис Чаадаев, служивший в разведке ЧФ, и сообщил, что сняли Никиту Хрущева, что меня сильно удивило, поскольку я считал, что первых секретарей у нас выносят с поста только ногами вперед.
Отпуск пролетел быстро. Наступил ноябрь, и нужно было возвращаться на Кубу. Грустно было уезжать из дома, покидать семью и ставший родным Севастополь. Я оформил документы на получение причитающегося мне денежного содержания через финансовую часть училища им. П.С. Нахимова, дал доверенности на получение товаров через Внешпосылторг и был готов к отъезду.



88. Севастополь – Москва - Ленинград

Выехали мы с Валентиной в Москву 8 ноября. Она решила меня проводить в Москве на самолет, отлетающий на Кубу. В Москве я решил долго не задерживаться, так как уже истекли три месяца моего отпуска, и мне платили только за "погоны". В 10 Управлении мне объявили, что добираться на Кубу я буду теплоходом, и что нужно ехать в Ленинград, от причалов торгового порта которого через 2 дня отходит теплоход "Михаил Калинин" в Гавану. Билеты я получил, распрощался с Валентиной на Ленинградском вокзале, сел в поезд и отправился в Ленинград. Прибыв утром в Ленинград, забежал к своим знакомым на Петроградской стороне, а вечером за два часа до отхода теплохода прибыл в морской порт. Оформив документы и пройдя таможенный осмотр, я поднялся на борт лайнера, чтобы через 14 суток сойти на берег в Гаване. На причале остались провожавшие меня друзья.



89. На теплоходе "Михаил Калинин"

Переход из Ленинграда в Гавану на комфортабельном теплоходе, можно сказать, явился продолжением отпуска, чем-то похожим на круиз. На теплоходе нас хорошо кормили и развлекали. Мы наблюдали седую Балтику, суровое Северное море, оживленные Ла-Манш и Па-де-Кале, бескрайние и безжизненные просторы северной Атлантики, экзотическое Саргассово море, живописные Бермудские и Багамские острова и призрачную Гавану.
1964. Осень. На Кубу на теплоходе 1964. Осень. На Кубу на теплоходе
После выхода из пролива Ла-Манш интенсивность плавания морских судов уменьшилась. Океан в это время года был, как правило, штормовым - огромные волны раскачивали наше довольно солидное судно. Многие пассажиры укачались и редко выходили из кают. Я расположился в одноместной каюте, и мне представилась возможность по своему желанию распоряжаться временем. Я много читал книг из судовой библиотеки, иногда играл в преферанс в музыкальном салоне, часто посещал кинозал. Все это, как и питание, входило в стоимость билета и с нас дополнительно денег не брали. Да их у нас просто не было, так как военнослужащим, в отличие от других пассажиров других министерств, инвалюта не выдавалась, и нам не на что было купить даже бутылку лимонада. Пассажиры, посланные в загранкомандировку другими министерствами, имели валюту и могли покупать в судовом баре вино, конфеты и прочее, а мы находились на положении бедных родственников. Вместе с десятком военных специалистов на теплоходе шли специалисты сельского хозяйства (трактористы, комбайнеры, механизаторы) и рыбной промышленности, чтобы помогать убирать урожай и ловить рыбу, им выдали валюту, и они не отказывали себе в некоторых удобствах.
Питание на теплоходе было очень хорошим. Часто подавалась к столу черная и красная икра, лососина, севрюга, копченые колбасы и другие деликатесы. Пища была вкусной и подавалась на стол, как в приличных ресторанах. Только качка судна иногда мешала приятно провести время за столом.



90. Вторая часть круиза и прибытие в Гавану

На подходе к Багамским островам погода изменилась к лучшему: стало тепло, тучи очистили небосвод, водная поверхность стала голубой, в море появились водоросли-саргассы, косяки рыб и дельфинов, стали попадаться встречные коммерческие суда и парусные яхты. Очень интересно наблюдать за летучими рыбами, которых, по-моему, существует два вида. Один из них имеет небольшие размеры и большие передние плавники, которые похожи на крылья стрекозы. Другой вид таких плавников не имеет, а выпрыгнув из воды, летит над ней, отталкиваясь хвостом от ее поверхности. Летучие рыбы пролетают расстояние в 50-100 метров и иногда могут залетать на низкобортные плавсредства.
Рассекая волны, наш теплоход приближался к Флоридскому проливу. Рядом с судном плыли дельфины, играя в попутной волне. Стаи летучих рыб поднимались у форштевня и, пролетев метров 100, ныряли в воду немного в стороне от курса судна. Стояла безветренная погода, волны лениво набегали на борт судна, немного раскачивая его с борта на борт. После сытного ужина все пассажиры вышли на палубу. Солнце быстро погружалось в воду. Сейчас его огромный оранжевый диск находился почти на уровне форштевня судна. Море было гладкое, и пурпурный отблеск заходящего солнца ровно ложился на него. Вода, палуба и даже воздух - все окрашивалось в причудливые тона, которых я раньше никогда не видел. Преобладали золотистый и фиолетовый цвета. Когда наступила полная темнота, насколько она может быть полной в сверкающем звездном свете тропической ночи, широкий водный простор оказался насыщен фосфорическим блеском, освещен розоватыми и голубоватыми отблесками, подобно тому ровному сиянию, которое бы источали неисчислимые сонмы светлячков. Это фосфорическое свечение становится столь ярким, что при нем можно читать как при свете дальнего северного сияния, словно океан, поглощавший в течение дня солнечные лучи, возвращает их ночью этими потоками света.
Пассажиры долго не уходили с палубы судна. Уже поздно, надо идти отдыхать. Завтра последний день пути и лайнер ошвартуется к причалу Гаванского порта. Целую ночь мы простояли на рейде Гаваны, наблюдая мириады звезд. Утром "Михаил Калинин" вошел в порт и ошвартовался. Меня встречали Владимир Фадеев, Сережа и Гонзалито. После несложных пограничных формальностей мы поехали на квартиру, где в мое отсутствие размещались Сергей и Фадеев. В течение дня Владимир Фадеев доложил о событиях, происшедших за эти три с половиной месяца, как на флоте, так и в группе специалистов, сообщил, что я представлен И. Шкадовым к званию контр-адмирал (в который уже раз!) и рассказал про житье-бытье на Кубе. Я информировал В. Фадеева о жизни в Советском Союзе, о разговорах в Главштабе и в "десятке", рассказал и о смене политического руководства в стране.
После ужина я пошел к И. Шкадову, доложил ему о вступлении в должность и о последних событиях в Советском Союзе. Он встретил меня радостно и ознакомил с задачами, которые предстояло решать советским специалистам в ближайшее время.
На календаре уже было 30 ноября, до конца года остался один месяц, но еще нужно было решить массу сложных вопросов, как с боевой готовностью кубинского флота, так и по работе советских специалистов. У одних советников заканчивался срок пребывания в командировке, у других - подходило время отпуска, у третьих только начался период их освоения функциональных обязанностей.



91. Сокращение численности флота на восточном направлении.

На следующий день, после прибытия на Кубу, я направился в штаб флота для встречи с командованием флота. Роландо Астараин встретил меня объятиями и продолжительной беседой о делах на флоте.
Предстояло несколько сократить численность флота, значительно уменьшив корабельный состав Восточного военно-морского района. Я не понимал, почему такое решение было принято руководством республики и вооруженных сил. До сих пор считалось, что восточное стратегическое направление является одним из важнейших из-за наличия в заливе Гуантанамо военно-морской базы США. Кроме того, на восточном побережье находятся отличные естественные бухты и заливы, которые могут использоваться для захода на отдых подводных лодок из Советского Союза и пополнения ими необходимых материально- технических запасов. Но решение было принято, что подтвердил и Иван Шкадов, поэтому его следовало выполнять.
После определенных консультаций было решено часть сил для несения патрульной службы оставить в Банесе, часть кораблей перебазировать в Сантьяго-де-Куба, а торпедные катера отправить в Гавану. В Банесе вместо штаба военно-морского района учредить управление дивизиона охраны водного района и подчинить его непосредственно командованию флота. В душе я был согласен с сокращением количества кораблей, базировавшихся на Банесе, так как условия плавания в горле этого залива были очень сложными, да и корабельные силы были более необходимы в районе Сантьяго. Но ослаблять силы флота на восточном стратегическом направлении, на мой взгляд, было явной ошибкой.



92. Жизнь в Гаване

Сережа вполне освоился в Гаване. Он продолжал обеспечивать переводами советских специалистов в тылу флота, получая хорошую практику для освоения испанского языка. Вечерами мы с ним вели задушевные беседы о жизни, смотрели телепередачи. К рождественскому празднику кубинцы подарили мне японский стереоприемник, большую корзинку сладостей и дефицитных продуктов, несколько бутылок вина и Бакарди.
Командующему флотом Роландо Астараину и начальнику штаба Эмигдио Баесу я подарил по наручным часам, а Гонзалито - электробритву. Они меня за это очень благодарили. Сережа купил себе небольшой ламповый приемник японского производства, который был очень избирательным и обеспечивал нам возможность слушать передачи большого количества радиостанций. Мы с Сережей продолжали жить в том же доме на 42-й улице, наслаждаясь покоем, прохладой, создаваемой кондиционерами, приличным питанием в столовой и возможностью посещать экскурсии, пляжи и парки.



93. Новый, 1965 год

Приближался Новый год. Нужно было решать, где и в каком составе его встречать. Посоветовавшись с Иваном Шкадовым и специалистами, мы пришли к мысли, что лучше всего это сделать в Русском клубе, на площадках которого накрыть столы и пригласить на празднование максимальное количество специалистов с тем, чтобы все они были на виду.
Для участия в празднике я пригласил в Гавану Фадеева, специалистов из Кабаньяса и всех специалистов с женами, проживавших в Гаване. Всего изъявило желание участвовать в празднике более сорока человек из морской группы.
Шкадов, организуя встречу Нового года, выделил каждой группе специалистов по видам вооруженных сил отдельный стол. Наш стол морских специалистов оказался самым многочисленным. Для обслуживания были приглашены кубинские официантки. Продукты приобрели через кубинскую службу снабжения.
Все собрались к назначенному времени в своих лучших нарядах. Во встрече Нового года принял участие, находившийся в это время на Кубе Маршал Советского Союза Крылов и сопровождающий его генерал Волошин.

Приезд маршала Крылова Николая Ивановича, январь-февраль 1963

Иван Шкадов первым произнес тост за уходящий 1964 год и кратко изложил все успехи, которые достигла наша Родина в прошедшем году. Маршал Крылов поздравил всех присутствующих с наступившим Новым годом и пожелал всем специалистам на Кубе успехов в их работе и хорошего здоровья. Раздалось хлопанье пробок шампанского.
В эти минуты все, казалось, забыли о повседневных заботах и делах. Мы поздравляли друг друга, провозглашали тосты за то, чтобы наступивший год был успешным для всего коллектива и каждого из нас. Все хотели быстрей возвратиться на Родину.
Шкадов подошел к нашей группе, поздравил с Новым годом и поблагодарил за успешную работу. К нам также подходили с поздравлениями представители от других столиков, ходили и мы к ним с поздравлениями.
Уже под утро стали расходиться участники торжества. Вскоре мы с Сережей отправились домой отдыхать, уставшие и довольные хорошо проведенным вечером.



94. Обстановка на Кубе и флоте в начале 1965 года

Международная обстановка начала 1965 года характеризовалась продолжением холодной войны, ухудшением отношений СССР с США и КНР, продолжением гонки вооружений, расширяющимися военными действиями США во Вьетнаме, продолжающейся экономической блокадой Кубы со стороны США и латиноамериканских государств. Военные и политические руководители США засылали на Кубу банды наемников для диверсий и убийств.
В то же время страны соцлагеря и ряд стран Западной Европы продолжали развивать с Кубой дипломатические и экономические связи. В 1965 году Куба имела дипломатические связи с 45 странами мира. Внутреннее положение в стране постепенно улучшалось. Строились промышленные предприятия, модернизировалась сахарная промышленность, развивался железнодорожный и автомобильный транспорт. Быстро развивалась промышленность по добыче и переработке морепродуктов, увеличивалось количество судов морского транспорта и самолетов гражданской авиации, улучшалось снабжение населения продовольствием и промтоварами. Быстрыми темпами строились электростанции, водохранилища, увеличивалось жилищное строительство. Народ Кубы с энтузиазмом работал по развитию экономики страны.
Ускоренными темпами совершенствовалась боевая выучка сухопутных войск, авиации, военно-морского флота. С началом нового года личный состав флота приступил к активной и напряженной боевой учебе, поставив своей целью в 1965 году провести не только торпедные и артиллерийские стрельбы, но и провести ракетные стрельбы с ракетных катеров и береговых ракетных дивизионов. Эта задача была новой для флота и требовала больших усилий личного состава этих соединений, а также служб обеспечения: тыла, гидрографии, связи, инженерной службы и т.п. Штаб флота, штабы соединений совместно с советскими специалистами составили подробные планы подготовки и проведения учений, боевых упражнений, стрельб, штурманских походов и несения патрульной службы. Особое внимание в годовых планах боевой подготовки обращалось на тактическую и огневую подготовку офицерского состава и умение проводить занятия и тренировки с личным составом боевых частей и боевых постов. Неоднократные проверки, которые проводил штаб флота, привлекая советских специалистов, показали успешную реализацию намеченных планов.



95. Визит Рауля Кастро в Сьенфуэгос

Мы с командующим флотом неоднократно посещали соединения и корабли, постоянно бывали в Кабаньясе, Сьенфуэгосе, Мариэле, Банесе, в арсенале и береговых ракетных дивизионах. Везде шла интенсивная боевая учеба личного состава. Находясь в Сьенфуэгосе с Астараином, мы получили сообщение, что через день в Сьенфуэгос прибудет Министр РВС Рауль Кастро, который намеревается посетить части флота и осмотреть пункт базирования Центрального военно-морского района. Я, как это было принято в СССР и особенно в военно-морском флоте, тут же предложил Астараину немедленно навести марафет в подразделениях и в частях. В нашем сознании уже давно вошла в привычку такая система приукрашивания дел.
Астараин ответил, что ничего такого делать не будет. Пусть министр увидит все, как есть на самом деле – все наши достижения и недостатки, положительные и отрицательные моменты, способности начальников в хозяйственных, организационных и специальных делах. "Для флота, - сказал Астараин, нужно сделать еще много, в том числе и для развития пункта базирования в районе Сьенфуэгоса. Астараин, показывая Раулю Кастро пункт базирования, намеревался просить у министра РВС дополнительные ассигнования и материалы, чтобы решить остро назревшие проблемы.
Рауль Кастро, прибыв в Сьенфуэгос, посетил штаб района, выслушал нужды, высказанные его командиром Хуаном Белисом и командующим флотом Роландо Астараином, приказал составить заявку на денежные суммы и материалы и сказал, что он удовлетворит эти запросы.
И слово свое сдержал. Мне понравилось такое отношение Рауля Кастро к нуждам флота. Следует отметить отношение старших начальников к проверкам соединений и частей. Командующий флотом, штаб флота и начальники управлений флота всегда помогали частям в повышении боеготовности, в улучшении боевой подготовки, своевременном и качественном ремонте кораблей и боевой техники и контролировали этот процесс. На мой взгляд, это очень правильный метод работы. Астараин и Рауль Кастро уехали в Санта-Клару, а я остался еще на два дня у Фадеевых, чтобы детально ознакомиться с состояние дел в военно-морском районе и немного отдохнуть от шумной Гаваны с ее собраниями, телефонными звонками, докладами и ответами на вопросы подчиненных.



96. Вечер в коттедже у Фадеева

Коттедж, в котором проживала семья Фадеевых, расположился на берегу залива Хагуа с живописным видом на море и далекие синие горы Эскамбрай. Вечером после трудового дня мы возвращались из штаба в коттедж. Шесть часов вечера. Солнце клонится к западу. Скользнув последними лучами по верхушкам пальм, оно скрылось за грядой небольших возвышенностей, несколько минут давая знать о себе загадочным лилово-розовым заревом, разлившимся по небу. Но вскоре, как это всегда бывает в тропиках, небо потемнело, а черные сумерки обволокли и залив и землю.
Мы рассаживаемся под развесистым деревом. Масса комаров, больших ночных бабочек, жуков кружит вокруг лампы. В лучах света на деревьях, то там, то тут можно рассмотреть ловких ящериц, бессовестно использующих изобретение Яблочкова-Эдисона, которое обеспечивает им сытный ужин. Со всех стен несется громкий треск цикад, в кустах слышится какая-то возня, а в заливе плещется крупная рыба. Звезды уже ярко горят на небосклоне. Мы ведем неторопливый разговор о делах, о семейных проблемах и будущей службе по возвращению в Советский Союз. Постепенно разговор переходит на предстоящую утром рыбалку.
Владимир Фадеев заблаговременно позаботился об удочках, наживке и месте лова рыбы. Недалеко от коттеджа имеется небольшой деревянный пирс, с которого очень удобно ловить рыбу. Приготовив все к рыбалке, мы поужинали и легли спать. Условия для отдыха в доме Фадеева были отличные - душ, кондиционеры, отдельная комната.



97. Рыбалка

Мы проснулись рано и, выпив по чашечке кофе и взяв с собой снасти и наживку, направились к выбранному для ловли месту. Было около пяти часов утра. На безоблачном небе плыл полумесяц, и светили мириады звезд. А по тихому, едва плещущемуся заливу также плыл полумесяц и мириады огней. Это в свете факелов ловили рыбу местные рыбаки. Фадеев сам не был любителем рыбной ловли и, проводив меня до причала, вернулся домой. Я размотал удочки, прикрепил наживку из раков-отшельников и креветок, забросил крючок в воду. Вскоре начались поклевки и, к моей радости, после подсечки появилась из воды первая трепещущаяся рыбка, похожая на черноморского ласкирика, только больших размеров.
Ровно в четверть седьмого солнце восходит над Карибским морем у берегов Кубы. Всего за минуту ярко-желтый сияющий диск поднимается над горизонтом и разрывает розовую дымку предутреннего неба.
Но нужно было внимательно смотреть на поплавок, который при поклевке быстро погружался, и требовалась мгновенная подсечка. Я увлекся рыбалкой и забыл, что наступило время завтрака. Я собрал удочки, вынул из воды кукан, на котором было полтора десятка рыбешек граммов по 200-250, и отправился на завтрак. В течение дня нам с Фадеевым предстояло еще много решить конкретных вопросов с кубинскими товарищами, изучить разработанные ими документы по взаимодействию с армией, ПВО и авиацией, проверить состояние дел на кораблях и ответить на возникшие у кубинцев конкретные вопросы. Под вечер я сел в машину, распрощался с гостеприимными Фадеевыми и отправился в Гавану, в которую прибыл поздно вечером.



98. Маршал авиации Савицкий и борьба с десантом гусанос, часть 1

Сережа, который открыл дверь, после обычных приветствий и вопросов о состоянии здоровья и дел, сообщил, что после ужина звонил Иван Шкадов и интересовался, где я нахожусь. Я отложил разговор со Шкадовым до утра и улегся спать после легкого ужина.
Утром я явился к Шкадову, доложил ему о результатах поездки в Сьенфуэгос и поинтересовался, зачем я ему понадобился. Он мне сообщил, что на Кубу прибыл маршал авиации Савицкий для отработки приемов бомбометания истребителей по быстродвижущимся морским целям, и что мне с помощью кубинцев нужно организовать буксировку морской мишени, по которой советские летчики-истребители сначала днем, а затем и ночью должны отрабатывать приемы бомбометания. Вместе с маршалом Савицким прилетели на Кубу летчики из авиационного центра Кубинка, расположенного в Подмосковье. Это были воздушные асы, которые должны были в сжатые сроки освоить новые тактические приемы по уничтожению быстроходных катеров гусанос вблизи кубинского побережья и принять непосредственное участие в боевых действиях. В дальнейшем, выработанной тактике борьбы с катерами, советские летчики должны обучить кубинских авиаторов, освоивших наши самолеты-истребители МИГ-15.
Тактика борьбы с катерами должна была выглядеть так. С обнаружением катеров контрас, если это происходило ночью, в воздух поднимался самолет ЛИ-2, для освещения района с помощью светящихся авиабомб, а после этого в район действий вылетают самолеты МИГ-15 и наносят бомбовый и пушечный удары по катерам.
Мы быстро подобрали мишень, которая создавала необходимый бурун, имитирующий след от быстроходного катера, выделили корабль-буксировщик (МПК проекта 201) и, разработав переговорную таблицу, в первую же ночь провели тренировку с летчиками. Получилась удачная тренировка. Радиотехнический пост "Мыс" обнаружил быстроходную цель, авиаторы, получив данные о цели, быстро подняли самолеты в воздух, осветили и атаковали цель. Мы провели несколько ночных и дневных тренировок, чтобы все летчики, прилетевшие с Савицким и кубинские летчики, подготовленные для ночных действий, отработали атаки по морской быстродвижущейся цели с подсветкой в ночных условиях. Результаты атак нельзя было назвать блестящими, но группа наблюдателей, находящихся на буксировщике, докладывала, что разрывы бомб происходили недалеко от мишени. Эти тренировки обнадеживали летчиков на проведение успешных действий против катеров гусанос.



99. Маршал авиации Савицкий и борьба с десантом гусанос, часть 2

Вскоре представилась реальная возможность проверить результативность выработанных приемов по уничтожению диверсионных групп.
Министерство внутренних дел Кубы арестовало несколько диверсантов, которые во время допросов рассказали, что они ожидают прибытия на Кубу еще одной, основной группы для совершения акций по уничтожению промышленных объектов и убийства руководителей кубинского государства.
Фидель Кастро решил сам возглавить операцию по захвату диверсионной группы. В район высадки к мысу Франсес, расположенному на юго-западе Кубы в провинции Пинар-дель-Рио, была передислоцирована радиолокационная станция "Мыс". Три торпедных катера с боевыми торпедами и четыре МПК находились в бухте Сигуанеа. На аэродром Пинар-дель-Рио перебазировались самолет ЛИ-2 и МИГ-15. Группой торпедных катеров и МПК командовал начальник штаба флота Эмигдио Баес, всеми морскими силами руководил Роландо Астараин. В этот район были переброшены пограничные части и воинские подразделения. Все сделано скрытно и под большим секретом. Знал об этой операции очень ограниченный круг лиц. Советские военные специалисты к этим действиям не привлекались, за исключением летчиков. Я также не был исключением из этого решения.
Действия сил по захвату диверсионной группы начались в полночь. В это время со стороны моря послышался шум работающих дизелей, и появились опознавательные сигналы. Радиолокационная станция своевременно обнаружила две морские цели: одну большую и одну маленькую, последняя медленно приближалась к большой цели, а большая медленно двигалась вдоль побережья. Погода стояла безветренная, но луна отсутствовала. Было очень темно. С берега ответили условленным сигналом, обозначающим, что для приема группы обстановка благоприятная.
Группа диверсантов высадилась на берег, но когда ее стали окружать пограничники, гусанос дали сигнал на катер и десантно-высадочное средство, что означало провал высадки и судам нужно срочно уходить. Фидель Кастро дал приказание самолетам вылететь на поиск и уничтожение кораблей и катеров гусанос в территориальных водах Кубы, а торпедным катерам атаковать десантно-высадочное судно и захватить высадочные катера.
Когда самолет ЛИ-2 прибыл в район действий и сбросил светящуюся бомбу, то обнаружил судно, следующее в западном направлении. Было приказано истребителям обстрелять судно с воздуха, а катерам атаковать его с моря. Самолеты МИГ-15 обстреляли судно, а торпедные катера сблизились с ним на дистанцию торпедного залпа, но поскольку судно находилось вне территориальных вод Кубы, а по размерам больше походило на рудовоз, чем на десантно-высадочное судно, то начальник штаба флота торпедную атаку отменил. Судно сопровождалось торпедными катерами до мыса Сан-Антонио, после чего торпедные катера возвратились на остров Пинос в бухту Сигуанеа на свою базу.



100. Маршал авиации Савицкий и борьба с десантом гусанос, часть 3

На следующий день в американских газетах появились сообщения, что кубинцы нарушают безопасность плавания в международных водах, атаковав рудовоз, следовавший из Ямайки в порт Хьюстон с бокситами. Газеты поместили на своих страницах фотографии повреждений, полученных от обстрела судна самолетами. Правительство США направило правительству Кубы ноту с требованием расследовать и наказать виновных данного происшествия. Расследование было произведено и руководство этой операции пришло к заключению, что в период высадки десантной группы, мористее ее района действий следовал рудовоз. В то же время десантно-высадочное судно (матка) получив сигнал о провале высадки, быстро подняло на борт катера и, проложив курс вплотную к кубинскому берегу, устремилось на запад, находясь в "мертвой" зоне наблюдения РЛС. Летчик ЛИ-2 осветил не судно-матку, а рудовоз и поэтому самолеты МИГ-15 его атаковали.
Маршал Савицкий пригласил меня к себе и дал задание путем опроса летчиков уточнить, по какому объекту они выходили в атаку. Я раздобыл справочник "Janes Fighting Ships", показал летчикам силуэты рудовоза и десантно-высадочного судна и попросил их указать атакованное ими судно. Летчики утвердительно показали на рудовоз, и я доложил об этом маршалу Савицкому, который был возмущен создавшейся ситуацией, выругался в адрес летчиков и через сутки улетел в Москву, чтобы не привлекать к себе внимание общественности, корреспондентов, а также разведчиков США.
Операция закончилась неудачно из-за плохой организации наблюдения и войсковой разведки за действиями противника, вследствие поспешных действий и слабого знания летчиками силуэтов корабельного состава флота США. Но даже эти действия кубинских вооруженных сил значительно снизили активность контрреволюционеров. Кубинцы, которым понравилась разработанная советскими специалистами техника борьбы с диверсионными силами, начали основательно и планомерно готовить свои силы для ее применения в службе по охране морских рубежей и в дальнейшем успешно ее применяли.
Оценивая действия моряков, следует отметить, что начальник штаба флота Эмигдио Баес поступил очень правильно, отменив приказ на атаку неопознанного судна, следовавшего вне территориальных вод Кубы, показав свою зрелость.
Итоги проведения этой операции все же показали эффективность действий сил флота, которые, обнаружив противника, смогли сопровождать его длительное время, находясь в готовности к использованию боевого оружия. Эта операция и действия в ней сил флота дала толчок к окончательному рассмотрению правительством плана развития военно-морского флота на ближайшие годы, разработанного советскими специалистами и представленного командованием флота на утверждение правительства.



101. Обсуждение плана развития флота

Обсуждение плана развития флота происходило на Главном Военном Совете республики, на котором докладывал Роландо Астараин. После обстоятельного доклада Астараина ему было задано много уточняющих вопросов, особенно по финансированию плана развития, классам, предлагаемых к закупкам, кораблей, калибра береговой артиллерии, системе наблюдения и связи, создания пунктов базирования и др. По результатам обсуждения было принято решение, которым утверждался данный план, но увеличивался срок его реализации до десяти лет и были определены ответственные за выполнение этого плана лица. Фидель также проголосовал за принятие этого плана. Видимо, на его решение повлияли успешные действия флота по охране побережья, результативные действия по уничтожению диверсионных группировок на островах Кайо-Сал и в районе Кабо Франсес, августовский 1964 года парад кораблей и активные действия командования флота. Мне было приятно сознавать, что разработанный под моим руководством план развития кубинского военно-морского флота был принят в качестве руководящего документа для практического осуществления при строительстве флота.



102. Смерть учителя

В начале апреля в кубинской прессе появилось сообщение, что в городе Санта-Клара от разрыва бомбы, сброшенной с пролетавшего самолета, был разрушен дом и убит учитель средней школы, живший в этом доме. Были организованы грандиозные похороны жертвы варварской бомбардировки, организованной, как сообщалось в печати, американцами с привлечением гусанос. Фидель Кастро выехал в Санта-Клару на похороны учителя и произнес пламенную речь, в которой назвал янки злейшими врагами Кубы, варварами и вандалами ХХ века, призвав население Кубы к бдительности, сплочению рядов для отпора контрреволюции, улучшению работы на предприятиях, заводах с целью усиления могущества революционной Кубы. Так была представлена народу гибель учителя. На самом деле все выглядело по-иному.
Наш старший специалист по ПВО, советник при командующем ПВО Кубы генерал-майор авиации Степан Карпач с группой советских специалистов расследовал это трагическое происшествие и доверительно рассказал мне следующее.
На одной из дежурных батарей, вооруженных 76-миллиметровыми орудиями, дислоцированной на окраине Санта-Клары, вахтенный расчета услышал звук летящего самолета. Что за самолет находился над городом, свой или чужой - данных на батарее не было. Вахтенный расчета доложил об этом командиру орудийного расчета и тот решил открыть огонь. Во время стрельбы орудие наводилось на звук самолета, который, как им показалось, летел слишком низко. Одним из снарядов они попали в дом, в котором проживал учитель, и от взрыва снаряда он погиб. В доме обнаружили только осколки от зенитного 76-миллиметрового снаряда, никаких признаков авиабомб не было. Но о фактическом состоянии дела население не знало, и Фидель Кастро этим воспользовался, чтобы еще больше настроить народ против контрас.
Из этого происшествия кубинские вооруженные силы извлекли урок, наладив систему оповещения о полетах самолетов и повысив ответственность руководителей видов вооруженных сил за их боеготовность. На флоте также было обращено внимание на систему наблюдения за обстановкой на море, на систему оповещения о морских целях и на работу командных пунктов в военно-морских районах и в штабе флота. С этой целью были созданы на командных пунктах группы обстановки, установлены планшеты для ее отображения, организованы группы и планшеты ПВО со средствами связи. С лицами, несущими оперативное дежурство, проводилась интенсивная учеба, тренировки по управлению силами, находящимися в море и несущими дежурство и дозорную службу. Все эти меры дали положительные результаты и исключили элементы внезапности.



103. Подготовка к стрельбам на острове Пинос

Работа советских морских специалистов проходила напряженно в связи с интенсивной боевой подготовкой. Береговые ракетчики готовились к проведению стрельб по морским целям, ракетные катера отрабатывали тактические приемы выхода в ракетную атаку, торпедные катера выполняли торпедные стрельбы, тыл флота готовил корабль - цель для обеспечения ракетных стрельб. Этой целью был выбран старый крейсер "Куба". Требовалось подготовить его к перебазированию на остров Пинос в бухту Сигуанеа. Напряженно трудились работники гидрографии, метеорологической службы, штабы флота и флотилии ракетных и торпедных катеров.
Подготовка к проведению стрельб вблизи остров Пинос велась скрытно в режиме радиомолчание; по вопросам проведения стрельб использовали только личное общение. Необходимо было достичь такого состояния секретности, чтобы к моменту проведения стрельб в районе их проведения не смогли появиться корабли и авиация флота США. Рейдовые бочки были доставлены в заданный район и заблаговременно расставлены в назначенных точках. Крейсер "Куба", теперь уже корабль-цель был отбуксирован в бухту Сигуанеа и установлен на двух бочках лагом к избранной директрисе стрельбы. Береговой ракетный дивизион был заранее передислоцирован на остров Пинос и активно готовился к стрельбам.
Аркадий Паутов со своими специалистами находился там же и руководил подготовкой дивизиона. К 10 апреля в бухту Сигуанеа были перебазированы три торпедных катера проекта 123К, два МПК (малых противолодочных корабля) для выполнения стрельб и охраны с моря района учений. Руководил подготовкой к стрельбам Анатолий Трошко со своими специалистами. Стрельбы намечались на 15 апреля, и мы с командующим флотом Роландо Астараином, начальником штаба флота Эмигдио Баесом и Педро Прадо прибыли на остров Пинос 11 апреля и расположились в отеле "Колон". Этот отель находился недалеко от берегового ракетного дивизиона и пункта базирования ракетных катеров в бухте Сигуанеа.



104. На острове Пинос, обстановка

Отель "Колон" был построен перед революцией на северном берегу бухты Сигуанеа, славящейся своим замечательным пляжем. Сам отель с жилым корпусом с отличными номерами, плавательным бассейном, раздевалками на берегу, подсобными помещениями и шикарным рестораном с изысканными блюдами представлял собой райский уголок. Этому способствовал и небольшой тенистый парк с зелеными лужайками для игры в гольф. Основатель этого отеля рассчитывал, что его будут посещать состоятельные бизнесмены из США, местные латифундисты и промышленники. Причал в Сигуанеа мог обеспечить стоянку яхт и катеров.
Правительство Фиделя Кастро, пришедшее к власти после революции, национализировало отель и передало его профсоюзам. Особенно интересно выглядел музыкальный салон отеля, в котором находилась картина, написанная по мотивам книги Р.Л. Стивенсона "Остров сокровищ". На ней была изображена выгрузка пиратами с двух корабельных ялов сокровищ, чтобы затем спрятать их в одной из пещер острова. Художник очень талантливо передал настроение пиратов. Одни пираты стояли у шлюпки с хитрым выражением и блеском в глазах, другие смотрели равнодушны, а третьи с алчными выражениями лиц смотрели на награбленное богатство. А главарь пиратов Билли Бонс с жестоким и властным жестом указывал пиратам, где надо закопать сокровища.
Питались мы в ресторане отеля, заказывая самые экзотические кубинские блюда. Это были суп из черепахи, шейки лангустов, отбивные из черепахи, крабы, залитые лимонным соком, лечон из молодого поросенка, устрицы с лимонным соком…



105. На острове Пинос, последние приготовления

Весь день мы проводили на батареях ракетного дивизиона, проверяя ход подготовки к ракетным стрельбах и на ракетных катерах, отрабатывая элементы ракетной атаки группы катеров. В один из дней мы с Эмигдио Баесом сходили на катере к кораблю-цели, чтобы убедиться в правильности его положения на бочках, еще раз замерить глубину под килем и осмотреть состояние корпуса, надстроек, сделать пару фотографий перед стрельбой.

1965-04-15. Крейсер «Куба», мишень для стрель на острове Пинос, фото 1 1965-04-15. Крейсер «Куба», мишень для стрель на острове Пинос, фото 2

После осмотра крейсера "Куба" мы подошли к небольшому катеру, с которого пловцы ловили лангустов и черепах. Я видел, как подстреленную черепаху карей весом около 70-80 кг. поднимали на катер. Матросам пришлось потрудиться, чтобы достать ее из воды. Глубина в этом районе была метров 6-7, и дно было отлично видно.
Возвратившись на берег мы сообщили о состоянии цели Астараину. Он сообщил, что стрельбы назначены на 15 апреля, т.е., через день. На остров Пинос были перебазированы части общевойсковых тактических ракет. В 10 часов утра начинал стрельбы по морской цели береговой ракетный дивизион, а в 12 часов начиналась атака ракетных катеров. Все шло согласно разработанному плану.



106. Стрельбы и их итоги

Около 9 часов на наблюдательный пункт берегового ракетного дивизиона прибыли Рауль Кастро, Иван Шкадов и высшие чины вооруженных сил. Командир бригады береговых ракет лейтенант Бланко доложил о готовности. Рауль Кастро и сопровождающие лица осмотрели боевые порядки дивизиона, побеседовали с личным составом боевых постов и дали разрешение начать подготовку к стрельбе. Последовали соответствующие команды. Ракета в инертном снаряжении была окончательно готова к работе. По готовности был дан залп, ракета сошла с направляющих и направилась к цели. Все внимательно следили за полетом ракеты в сторону крейсера. Ракета, как было установлено назначенными наблюдателями, приводнилась в метре от борта цели и весь удар обрушился на носовую часть крейсера. От удара было сорвано крепление крейсера к носовой бочке, и он под воздействием ветра развернулся на кормовом швартове. Рауль Кастро и Астараин поздравили командира батареи с отличной стрельбой, сказав, что армейская ракета упала в расстоянии четырехсот метров от цели.
Теперь предстояла атака ракетных катеров ракетами П-15. Нас немного беспокоила рабочая ширина цели, которая резко уменьшилась при ее развороте. Теперь она не превышала площади миделя и надстроек. Пришлось стрелять по корме крейсера. Можно было силами буксира снова поставить цель на носовую бочку, но это заняло бы много времени и нарушило план стрельбы. Отказавшись от затяжки стрельбы, мы дали команду Ан. Трошко провести маневрирование и атаку по корме крейсера. У нас была уверенность в благоприятном исходе, так как при подготовке ракет к стрельбе мы, советские специалисты непосредственно участвовали в ней. Филатов читал инструкцию, которой определялось практическое выполнение действий, а боевые расчеты на наших глазах проводили все действия в соответствии с инструкцией.

1965-04-15. Две ракеты П-15 на кубинском ракетном катере, подготовка к стрельбам на острове Пинос. 1965-04-15. Вид на крейсер-мишень со «смотровой площадки», где находилась представительная комиссия во главе с Раулем Кастро.

Произведя тактический маневр сближения с целью, ракетные катера легли на боевой курс. По приказу командира флотилии головной катер произвел пуск ракеты и начал послезалповое маневрирование на отрыв от цели. Ракета быстро приближалась к цели. Над крейсером "Куба" поднялся большой столб черного дым (головка ракеты была в боевом снаряжении), сопровождавшийся звуковым эффектом.
Мы наблюдали с командного пункта в бинокли весь процесс атаки и момент попадания. Затем пришли к единому мнению, что после попадания ракеты крейсер несколько осел, коснулся грунта. Чтобы удостовериться в попадании Рауль Кастро, Роландо Астараин и Иван Шкадов направились к крейсеру на торпедном катере. Мы с Эмигдио Баесом также направились к крейсеру на другом торпедном катере. Всем было интересно посмотреть на результат и эффективность ракетных стрельб военных моряков.
Все прошло блестяще. От двух попаданий ракет крейсер сел на грунт, над водой осталось около метра надводного борта. От попадания ракеты П-15 с боевой частью в корму крейсера были нарушены все поперечные переборки от кормы до носа, так, что можно было ездить по нижней палубе на паровозе. Все были очень довольны результатом, поздравляли друг друга с успехом. Меня поблагодарили за успешные ракетные стрельбы Рауль Кастро и Иван Шкадов, сказав, что боевая готовность флота, благодаря успешной деятельности советских специалистов находится на высоком уровне и отвечает требованиям, предъявляемым Фиделем Кастро к организации обороны республики.
Успешные ракетные стрельбы еще раз доказали, что советское оружие, поставленное кубинцам, обладает высокой эффективностью, большой надежностью и является вполне современным. Мы были очень довольны таким результатом. Он еще выше поднял авторитет морской группы в лице кубинцев и других военных специалистов, работающих на Кубе.
Американцы на следующий день поняли, что кубинцы провели ракетные стрельбы и для уточнения их характера выслали разведывательные самолеты, а через день в этом районе появились и надводные корабли.
Но ракетные стрельбы были проведены внезапно для американцев и они не смогли разведать частоты работы радиолокационных станций и головок самонаведения. Иван Шкадов в своих дальнейших выступлениях перед советскими советниками неоднократно приводил в пример ракетные стрельбы, подготовленные морскими специалистами, и благодарил нас за правильную работу с кубинскими товарищами.



107. Неполученное звание "контр-адмирал".

Вскоре после выполнения ракетных стрельб на Кубу прибыли руководители Главного управления генерал-полковник Воронцов и генерал-лейтенант Филяшкин. Они заслушали доклады старших специалистов при видах вооруженных сил, в том числе и мой доклад о работе морской группы и о состоянии кубинского военно-морского флота. Я докладывал после Степана Карпача, доклад которого не был хорошо продуман, и Воронцов остался им недоволен. Мне было что доложить. Итоги ракетных стрельб и высокая их оценка командованием кубинских РВС убедили Воронцова в отличном результате работы морской группы. Воронцов задал мне только один вопрос: почему я не доложил ему о состоянии подводных и военно-воздушных сил кубинского флота? Я был очень удивлен, что первый заместитель начальника «десятки», собираясь в командировку на Кубу, не удосужился вникнуть в организацию кубинских РВС и узнать, хотя бы в общих чертах, состав революционного ВМФ кубинского государства. Я ему ответил очень тактично, чтобы не подорвать его авторитета и не сыграть на его самолюбии. Он понял этот казус и в дальнейшем относился ко мне с уважением.
В одной из бесед Воронцов поздравил меня с присвоением звания контр-адмирала, объяснив, что моя кандидатура прошла все инстанции и осталось только юридически утвердить весь список, представленных к присвоению генеральских и адмиральских званий Председателю Совета Министров СССР А. Косыгину. Это, как сказал Воронцов, формальный акт. На его поздравления я ответил, что поздравлять меня рано - надо подождать приказа. Когда приказ был обнародован, то меня в нем не оказалось, так же как и многих других кандидатов, представленных к высшим званиям. Петр Тукан объяснил мне, что во время доклада постановления председателя высшей аттестационной комиссии А. Косыгину, этот председатель заметил, что много военных представлено к званию Маршал Советского Союза, а начальника Генерального штаба выбрать не из кого. Необходимо пересмотреть представленный список и сократить его в два раза. Членом Высшей аттестационной комиссии от военно-морского флота был адмирал Касатонов, который меня не знал, деятельность мою на Кубе не представлял и он вычеркнул мою фамилию из списков, как и ряд других кандидатов. Так было покончено со всеми моими представлениями к высшему званию.
С Воронцовым и Филяшкиным мы посетили флотилию ракетных и торпедных катеров в Кабаньясе и Центральный военно-морской район в Сьенфуэгосе. Им очень понравились эти соединения, и они поблагодарили всех морских специалистов за проделанную работу на Кубе.



108. Сокращение численности советских военных специалистов

Фадеев и ряд других специалистов, срок пребывания которых на Кубе закончился, убыли в Советский Союз. Мы постепенно стали сокращать количество советских военно-морских специалистов, надобность в которых уже отпала. Юрия Ляпунова перевели в Гавану, и он был назначен советником при командире Западного военно-морского района. Такой перевод был осуществлен по настойчивой просьбе замполита Кравца, который стремился привлечь к работе на общественных началах в качества женорга Татьяну Ляпунову. Татьяна любила эту работу, а еще больше ей нравилось жить в Гаване, а не провинциальном захолустном Банесе.
Хотелось бы здесь отметить большую человечность, которую на Кубе проявила чета Чекушкиных. Светлана Васильевна была врачом и часто приходила на помощь нашим специалистам, их женам и детям, которые иногда болели. В любое время суток она приходила к больным, выслушивала их, ставила диагнозы и давала рекомендации по лечению. В позднее время ее всегда сопровождал Ким Чекушкин. Мне представлялось, что Светлана была врачом по призванию, и многие специалисты на Кубе были ей признательны и благодарны.



109. Взаимоотношения СССР, Кубы и Китая

Приближалась годовщина создания Народно-революционной армии Китайской Народной республики, с которой каждый день осложнялись наши политические, экономические и культурные отношения. Трудно было понять: какие причины повлияли на эти отношения? Первые теневые моменты в отношениях появились еще в период правления Никиты Хрущева, особенно после того, как был развенчан культ Сталина.
Дальнейшие столкновения происходили на почве нераспространения ядерного оружия. Китайцы просили у нас технологию производства ядерного оружия, а мы, связанные международным договором, противились этому.
Китайцы обвиняли нас в оппортунизме и обуржуазивании, гегемонизме и имперских амбициях, а мы обвиняли их в неправильных методах строительства социализма путем создания деревенских коммун, «большого скачка» в промышленности и культурной революции. Мы подходили к этим проблемам догматически, а они изобрели свой китайский метод построения коммунизма. Шла неразумная борьба за гегемонизм в коммунистическом движении, вначале между Н. Хрущевым и Мао-Цзэдуном, а затем – между Л. Брежневым и председателем Мао.
Западные политики были рады такому расколу и старались осложнить наши взаимоотношения. В конечном итоге, связи между СССР и Китаем были заморожены. Выиграли от этого империалисты, коммунисты проиграли. Коммунистическое движение ослабло, в нем появились различные негативные процессы, искажавшие суть коммунизма и методы его построения. Появились сепаратистские тенденции и локальные союзы, направленные на обособленность, как в теории, так и в практике построения социализма. Кубинцы хотели воспользоваться этими обстоятельствами и долгое время не решались принять определенную сторону. Они действовали по поговорке: «Ласковое теля двух маток сосет» и получали определенные выгоды как от дружбы с Советским Союзом, так и от дружбы с Китаем.



110. Торжественное заседание, посвященное очередной годовщине Китайской армии

В этой связи кубинцы решили отметить очередную годовщину создания НОАК (Народно-освободительная армия Китая) и провели торжественно заседание, на которое пригласили и нас, советских военспецов и работников посольства СССР. Иван Шкадов выделил для участия в заседании нескольких военных специалистов, в том числе и от морской группы Филлиповича и меня. На собрании с докладом выступил военный атташе КНР, который говорил много и темпераментно. Что он говорил, нам было непонятно, но когда он провозглашал здравицу в честь Мао-Цзэдуна, то весь зал встал и приветствовал ее аплодисментами. Наш посол А. Алексеев в это время продолжал сидеть. Глядя на него, мы также остались сидеть на своих местах, держа руки в карманах. Это было довольно странное поведение, так как еще совсем недавно, 6-8 лет назад наши народы и руководители с радостью встречались, лобзали друг друга и рассыпались в любезностях, провозглашая вечную дружбу китайского и советского народов. После торжественного собрания кубинцы дали хороший концерт.



111. Собрание, посвященное Дню победы

Прошло несколько дней, и кубинские товарищи провели торжественное собрание, посвященное Дню Победы советского народа и союзников над немецко-фашистскими ордами в 1945 году. На собрании выступил с докладом Рауль Кастро, который очень ярко, четким военным языком, рассказал об итогах Второй мировой войны, о победе над силами реакции, над фашизмом и доложил о большом вкладе советского народа. Рауль Кастро заявил в выступлении, что Советский Союз во Второй мировой войне потерял 30 миллионов человек. Эту цифру я слышал впервые, так как в нашей советской печати, в докладах, на лекциях и официальных сообщениях приводилась цифра потерь Советского Союза в размере 20 миллионов человек.
После доклада Рауля Кастро выступили посол А. Алексеев и генерал Иван Шкадов, провозгласившие здравицу в честь Советской Армии и Советского правительства.
Весь зал стоя приветствовал эти слова, весь, кроме представителей китайского посольства, которые продолжали сидеть на своих местах, держа руки в карманах.
После торжественной части состоялся концерт кубинских профессиональных артистов, который прошел с большим блеском.



112. Поучительная история с В. Осинцевым

Проходили дни, недели, и месяцы, а замена мне не прибывала. Петр Тукан сообщал, что кандидаты подобраны, и они проходят проверку. Уже многие советники возвратились в Советский Союз, и на их место прибыли новые, которых нужно было обучать и вводить в курс дела.
Специалист, который прибывает для работы, практически ничего не знает о методах работы с местными специалистами, не может решать самостоятельно и инициативно. В нашей армии офицеры приучены к службе и работе по принуждению. Устав, приказы и постоянный контроль заставляют работать военного человека.
При нахождении в командировке за рубежом некому контролировать деятельность и поведение специалистов, они должны работать без понуканий и устрашений. С момента прибытия за рубеж проходит 3-4 месяца, пока офицер свыкнется с мыслью, что нужно работать самостоятельно и выполнять свои обязанности инициативно. Не все специалисты быстро осваивают формы и методы деятельности работы с местными специалистами, поэтому приходится им срочно учиться новым методам работы, а иногда прибегать и к принуждению. Бывает трудно разобраться кто плохо работает - советский советник или кубинский офицер. Бывают случаи, когда неопытный советник жалуется на кубинских специалистов, что они не принимают его рекомендаций, действуют по-своему и поэтому дела идут неважно, что приводит к низким результатам и даже к происшествиям. В некоторых случаях кубинцы жалуются на безынициативность советника, его некомпетентность, слабое участие в решении задач соединения. Так было с В. Осинцевым, который вместо того, чтобы активно работать в деле совершенствования средств связи, увлекся осведомительством (шпионажем) за кубинскими и даже советскими специалистами, рыбалкой и коммерческой деятельностью. Кубинцы про него говорили, что Осинцев имеет две длинные руки (они действительно были длинные), одной в какой-то мере помогает кубинцам, а другой в полной мере занимается рыбной ловлей.
В. Осинцев был резидентом Особого отдела на Кубе Михаила Круглова и активным осведомителем о поведении специалистов морской группы. Я прожил большую жизнь, много лет прослужил в различных должностях и до сих пор не могу понять, почему некоторые деятели находят удовлетворение, а может и наслаждение доносить на окружающих их людей, если даже их об этом не просят. Я изыскивал случай, чтобы В. Осинцева отправить досрочно в СССР, так как пребывание его на Кубе разрушало коллектив морской группы, вселяло недоверие между ее работниками, вызывало отчужденность, а может быть и боязнь, сковывало инициативу людей в работе и в общении с кубинцами. В то же время к М. Круглову люди относились спокойно, правильно понимали его обязанности.
По истечении года пребывания на Кубе В. Осинцев уехал с женой Маргаритой в отпуск в Советский Союз, взяв доверенность у одного из наших специалистов на покупку за его валюту некоторых товаров через Внешпосылторг и передачи этих товаров его родителям. Товары он купил, но родителям советника не передал, присвоив их себе. Когда советник возвратился в Советский Союз, он в Москве встретился с Осинцевым и попросил его вернуть купленные товары или валюту. Осинцев понимал, что совершил тяжкий поступок и предложил вернуть ему не валюту, а советские рубли по государственному, а не рыночному курсу. Тогда специалист пошел в «десятку» и рассказал генералу Филяшкину о художествах Осинцева. Сам Филяшкин не принял мер, а дал Ив. Шкадову телеграмму о поведении Осинцева и предлагал Шкадову с возвращением на Кубу Осинцева разобраться с его делишками, принять необходимые меры и сообщить в Москву результаты расследования.
После возвращения на Кубу Осинцева, секретарь партбюро морской группы Владимир Филлипович совместно с секретарем парткома военных специалистов Н. Пономаренко расследовали обстоятельства денежной аферы Осинцева и пришли к заключению о необходимости привлечения его к строгой партийной и административной ответственности. Собравшись на партийное собрание, коммунисты резко осудили поведение В. Осинцева и объявили ему строгий выговор с предупреждением и занесением в учетную карточку. После доклада Ив. Шкадову результатов расследования и обсуждения Осинцева на собрании, им было принято решение о досрочном откомандировании его в Советский Союз с соответствующей характеристикой. Характеристика была написана и я ее зачитал В. Осинцеву, одновременно объявил решение генерала Шкадова. В. Осинцев пытался упрашивать меня, Ив. Шкадова, Филлиповича и Пономаренко не отправлять его в Советский Союз, но мы все остались непреклонны и через два дня он убыл в Советский Союз.
После того как я вернулся в Советский Союз, В. Осинцев обратился ко мне с просьбой изменить написанную ранее характеристику, но я на это не пошел и в письме ответил ему отказом.



113. Поучительная история с Р. Касагоновым

Другой поучительный случай с досрочным откомандированием произошел со старшим лейтенантом Робертом Касагоновым (имена изменены), специалистом по ракетному топливу. Он был холостяком, жил в общежитии и вел себя вполне нормально: уважал старших, работал инициативно, специальность знал хорошо. Его отец был адмиралом, дал Роберту хорошее домашнее воспитание и посоветовал стать офицером военно-морского флота. Успешно закончив Черноморское высшее военно-морское училище, Роберт служил в частях флота и во время пребывания советских войск на Кубе попал в Гавану.
Роберт был красивым молодым человеком. Высокий ростом, брюнет с голубыми глазами и черными усиками, он привлекал взгляды молодых женщин. В свободное время он много читал, играл в шахматы, на пианино, был всесторонне развитым. Однако в амурных делах не обладал достаточным опытом. В штабе группы военных специалистов работала машинисткой-секретчицей София, похожая на крокодила, старая дева без перспективы выйти замуж. Она была старше Роберта лет на 7-8, пыталась воспользоваться неопытностью Гарольда в житейских делах, окрутить его и женить на себе. Для этого, в день своего рождения, она пригласила к себе в гости некоторых своих знакомых, в том числе и Роберта, подпоила его основательно и уложила спать в своей комнате. Прошло несколько месяцев, и она оказалась в интересном положении. Когда стала заметна беременность, она обратилась к замполиту группы советских специалистов Кравцу и объявила, что отцом будущего ребенка является Роберт и попросила оказать на него давление, чтобы он женился на ней.
Иван Шкадов, вызвав меня к себе, рассказал о данном происшествии и спросил совета, как правильно поступить. Я быстро ему ответил, что Роберта следует отправить в Советский Союз, разъединить эту пару, и тем самым способствовать затуханию этого конфликта. Присутствовавший здесь Кравец настаивал на женитьбе Роберта и Софии. Такое решение было противоестественным, и я предложил Кравцу пригласить этих возмутителей спокойствия к себе, поставить их рядом, сравнить их между собой и тогда что-нибудь решить. Кравец стал меня поучать, что мое отношение к этому происшествию неправильное, я не понимаю существа советской семьи и морали, и что можно создать крепкую семью. В конце разговора Ив. Шкадов принял мою точку зрения и решил с ближайшим самолетом (а он уходил через сутки) отправить досрочно Роберта в Москву.
Но дело Роберта на этом не закончилось, т.к. София настояла на том, чтобы ее в связи с большим сроком беременности, также досрочно откомандировали в Москву. Финалом этой истории явилось то, что София, настаивая на браке с Робертом, в конце концов, вынудила его дать отступную. Это ему стоило всех валютных сбережений, заработанных на Кубе. София за эти деньги приобрела кооперативную квартиру, обставила ее и хорошо устроила свою жизнь.



114. И еще одна поучительная история

Из морской группы кроме Петькова, Осинцева, Касагонова досрочно был откомандирован и четвертый специалист, советник на флотилии ракетных катеров капитан-лейтенант Мулин (фамилия изменена). Пока он находился на Кубе, его жена, проживавшая в Севастополе, врач, нашла себе другого мужа, бросила свекрови ребенка и уехала жить в Киев. На этой почве Мулин стал увлекаться спиртным и в нетрезвом виде, сев за руль газика, съехал с дороги в кювет и перевернулся. Травмы были небольшие, Учитывая его семейное положение и увлечение спиртным, было решено досрочно отправить его в Советский Союз как специалиста, надобность в котором отпала. С ближайшим самолетом он улетел в СССР решать свои семейные проблемы.



115. Обстановка в Кабаньясе

Кабаньяс, эту жемчужину западной Кубы и место базирования ракетных и торпедных катеров, мне приходилось посещать довольно часто. Вначале это было связано с поиском возможности строительства пункта базирования кораблей и размещения группы советников при флотилии. Затем нужно было осуществлять контроль за ходом строительства пункта базирования и деятельностью специалистов, и, наконец, этот район был неплохим местом отдыха, в котором можно было искупаться в море, порыбачить, побывать на берегу Мексиканского залива.
Группой специалистов, обеспечивающих флотилию катеров, руководил Анатолий Трошко, с которым я был знаком еще по службе в Балтийской военно-морской базе. В тот период он был офицером по боевой подготовке штаба бригады торпедных катеров. На Кубу, в состав группы Советских войск, он прибыл командиром дивизиона ракетных катеров. После передачи катеров в состав кубинского флота остался служить на Кубе в качестве советника при командире флотилии. Супруга его, Тамара Григорьевна приехала чуть позже. Тамара в Союзе была преподавательницей английского языка в средней школе. Она была женщиной уравновешенной, умной и сумела завоевать авторитет среди жен специалистов и организовать спаянный коллектив без склок и распрей. Это прямо сказалось на взаимоотношениях между офицерами и обеспечило высокие результаты деятельности специалистов. Помимо работы на общественных началах женоргом, она контролировала качество питания и санитарное состояние городка, в котором жили специалисты. Всегда спокойная она смогла найти подход, как к семьям специалистов, так и к кубинскому обслуживающему персоналу. В течение двух лет пребывания на Кубе она в совершенстве изучила испанский язык и по возвращению в Советский Союз защитила диплом на звание переводчика испанского языка.
Анатолий Трошко был человеком других способностей, в работе требовал постоянного контроля и направления его деятельности на решение стоящих перед группой специалистов задач. Еще в Балтийске, при планировании боевой подготовки он не всегда был компетентен в делах бригады и ее дивизионов.



116. Выходной в Кабаньясе

Несколько раз в воскресные дни мы с Сережей, а после его убытия в Советский Союз я один - ездил отдыхать в Кабаньяс, главным образом, чтобы порыбачить, поплавать в заливе и лишний раз проверить, как семьи специалистов проводят свое свободное время.
Помимо отдыха непосредственно в Кабаньясе, специалисты группы Трошко выезжали на побережье Мексиканского залива на пляж Ороско, вблизи берега, которого находился коралловый риф, изобилующий разнообразными рыбами, моллюсками, крабами, лангустами и пр. Мы с Сережей в одно воскресенье также присоединились к нашим специалистам.
Выехав из кемпинга, мы направились в Ороско по хорошей асфальтированной дороге, проложенной через настоящие тропические джунгли. Девственный влажный лес, деревья которого переплетены лианами, начинался прямо у обочины дороги. Кроны деревьев смыкались над дорогой, закрывая ее от палящего солнца. В лесу кричали птицы, летали бабочки, а через дорогу переползали огромные улитки. Небольшой ручей журчал по водостоку. Вскоре мы выехали из леса. Поднявшись на небольшие возвышенности, мы увидели песчаный пляж и голубое море, простиравшееся до самого горизонта. Все вышли из автобуса и стали сооружать палатку, собирать дрова для костра, готовить посуду для ухи. Мужчины, в том числе и Сережа, надев ласты и маски, взяв подводные ружья и сетки для рыбы, поплыли на коралловый риф.

1965. На пляже Ороско, фото 1 1965. На пляже Ороско, фото 2

1965. На пляже Ороско, фото 3 1965. На пляже Ороско, фото 4

Пока оставшиеся на пляже благоустраивали свой отдых, играли в волейбол и купались, наши подводные пловцы успешно охотились на прибрежном рифе. Охота продолжалась часа два - два с половиной. Настреляв рыбы, собрав раковин и лангустов, наши охотники радостные и уставшие возвратились на берег и, отдав добычу поварам, растянулись на песке. Сереже удалось подстрелить две большие рыбины и поймать четырех лангустов. Обед был приготовлен на славу - наваристая уха, шейки лангустов, легкое вино и фрукты были очень вкусными. Позагорав, отдохнув в тени пальм и вволю накупавшись, мы под вечер вернулись в Кабаньяс.
Полноценный отдых всегда заряжал человека на производительную и напряженную работу, а ее всегда было предостаточно. Нахождение среди коллектива дает возможность объективно оценить человека, познать его деловые, культурные качества, определить направление последующей работы в этом коллективе. Я всегда старался посещать подчиненные мне группы специалистов, беседовать с ними, выявлять их способности и в связи с этим давать соответствующие задания на предстоящую работу. Группа Трошко меня не беспокоила, этот коллектив был здоровым и работоспособным.
Поездки в другие группы требовали не только одного выходного дня, но и дополнительно одного-двух рабочих дней, поэтому посещение Банеса и Сьенфуэгоса были периодическими, когда они требовались важными служебными обстоятельствами.



117. Создание на Кубе коммунистической партии

На Кубе 1965 год был периодом активного организационного и идеологического создания коммунистической партии. Он начался значительно раньше и продолжался в последующие годы. Но 1965 год был наиболее интенсивным. Фидель Кастро после шестилетнего периода единоличного правления пришел к убеждению, что управлять государством, при этом строить социалистическое общество, невозможно без партии, членами которой должны быть наиболее сознательные, передовые и преданные идеалам кубинской революции люди. Он не торопился с созданием партии, ибо понимал, что нужно подобрать достойных и преданных людей. Создание партии происходило в несколько этапов.
На первом этапе было образовано национальное руководство единой партии социалистической революции в составе 24 человек, которое занималось организационным оформлением партии. Затем было принято решение об образовании секретариата национального руководства партии и о создании по всем направлениям коллективных органов- комиссий, способных более квалифицированно решать вопросы партийной и государственной деятельности.
Вслед за национальным руководством была проведена реорганизация провинциальных и местных партийных органов, а затем началась реорганизация и чистка низовых партийных ячеек, т.е. фактически начался новый процесс - создание партии снизу путем отбора лиц, из которых затем формировались ячейки партии. Сначала на общих собраниях рабочих и служащих предприятий избирались передовые рабочие, служащие, крестьяне, воины, а затем путем отбора определялись члены и кандидаты партии и формировались первичные ячейки партии. Этот процесс был медленным. На общих собраниях присутствовали, как правило, члены секретариата и национального руководства партии.



118. Новый командующий флотом Айдее Сантамария Куадрадо

При проведении работы по формированию партийных организаций на флоте было много неожиданностей. Так, командующий флотом Роландо Астараин и начальник штаба флота Эмигдио Баес были избраны только кандидатами партии. Первый командир Восточного военно-морского района, а затем начальник связи флота капитан 3 ранга Игнарра был разоблачен как контрреволюционер, принимавший участие в борьбе с повстанческой армией Фиделя. Многие начальники отделов штаба флота, тыла и штабов военно-морских районов не были избраны даже в кандидаты партии. Видимо потому, что они до революции были офицерами Батистовской армии и флота и вели себя не всегда прогрессивно. Хуан Белис, Контрерас и, а также Куэрбо были избраны членами партии.
В начале июня 1965 года в Алжире произошел переворот и вместо Героя Советского Союза, председателя революционной партии Алжира Бен Беллы к власти пришел Хуари Бумедьен, который сослал часть партийного и государственного руководства, в том числе и Бен Беллу в отдаленные оазисы под строгий присмотр и охрану полиции.
Фидель Кастро и его соратники извлекли из алжирских событий важный урок и спешили заменить и освободить от занимаемых постов многих руководителей государственных предпрятий, учреждений, офицеров армии и флота на более надежных и преданных себе людей. Роландо Астараина назначили в Генеральный штаб начальником управления по связи РВС с промышленностью. Командующим флотом стал Альдо Сантамария Куадрадо. До назначения на должность командующего флотом Сантамария был начальником бронетанковых войск в Генеральном штабе и с военно-морским флотом никогда в своей деятельности не сталкивался, но был надежным другом Фиделя Кастро, с которым встретился еще до революции. Альдо Сантамария Куадрадо являлся членом национального руководства единой партии социалистической революции, но не был военным моряком и военно-морского дела не знал. Мы с ним встретились спустя две недели после того, как он сел в кресло командующего флотом и до моего отъезда встречались редко. Он больше отсиживался в своем кабинете, редко посещал соединения и части, был малоразговорчивым и малоинициативным человеком, однако имел высокое мнение о своей персоне.



119. Изменения на флоте в связи с новым командующим

После прихода Сантамарии к руководству военно-морским флотом произошли большие перемещения в руководящем составе штаба флота, штабов соединений и частей. На флот прибыл командный состав в основном из сухопутных войск, что привело к резкому сокращению активности флота, увеличению происшествий и снижению роли советнического аппарата. Это и естественно. Когда человек не знает существа дела, не знаком с той отраслью, которой он вынужден управлять, не прошел теоретической и практической школы в данном виде вооруженных сил, то он будет бояться появляться на объектах, кораблях и в частях, бояться отдавать приказы и распоряжения. Он не может обучать подчиненных, контролировать их деятельность. Кому такой начальник нужен? Что можно от него ожидать?
Дав свое согласие на назначение командующим флотом, Сантамария исходил не из принципов делового решения важных проблем, а видимо, из конъюнктурных, честолюбивых выгод. Здесь он себя показал не как принципиальный государственный деятель, а как угодник и приспособленец. Военно-морской флот Кубы от такого назначения ничего не выиграл, а только проиграл.
Более положительным руководителем являлся первый заместитель командующего флотом (такая должность была введена) майор Суньол. Он также не был моряком и до назначения был военным атташе в Советском Союзе. Суньол часто обращался за советами к советским специалистам, работал более активно, чем Сантамария, а также поддерживал деловые контакты с начальником штаба флота Эмигдио Баесом.
На кубинском флоте были заменены многие начальники отделов штаба флота, командиры военно-морских районов и их начальники штабов, начальник военно-морского училища и некоторые командиры соединений.
Одновременно с заменой ответственных командиров соединений произошли изменения в организационной структуре флота. Созданы флотилия ракетных катеров и отдельно от нее флотилия торпедных катеров, которые продолжали базироваться на прежнем месте в Кабаньясе, создана флотилия противолодочных кораблей с базированием на Мариэль. Если командовать флотилией ракетных катеров остался капитан 3 ранга Исидоро Контрерас Перес, то командирами Флотилий торпедных катеров и противолодочных кораблей были назначены сухопутные офицеры Майор Понса и капитан Куси, которые явно не были подготовлены к командованию морскими соединениями.
В дальнейшем, уже после моего убытия в Советский Союз, командиром флотилии ПЛО был назначен Эмигдио Баес, который ушел с должности начальника штаба флота, а командиром флотилии торпедных катеров был назначен способный моряк капитан-лейтенант Хуан Белис, который ранее был начальником учебного отдела военно-морского училища в Мариэле.



120. Судьба отстраненных от своих должностей

Все освобожденные от должностей офицеры Отеро, Фернадо-дель-Рио, Аркос, Мирандо, Кинтеро, Карминато, Монтегю, Суарес-Море, Супервей, Бермудес и др. (всего в вооруженных силах их набралось около 300 человек) были объединены в батальон трудового перевоспитания и направлены на физические работы в провинцию Ориенте. Жалко было труда советских военных советников, которые помогли этим людям стать настоящими военными и военно-морскими специалистами, но не использовались по назначению. Это напоминало китайскую систему трудового воспитания.
Естественно, мы не имели право вмешиваться в дела по расстановке кадров, особенно связанные с политической системой правления, иначе бы это стало вмешательством во внутренние дела кубинцев. Однако, на мой взгляд, эти кадровые решения говорили о несколько поспешном решении Фиделя Кастро после алжирского переворота. Они не способствовали укреплению вооруженных сил.



121. Взаимоотношения Фиделя и Рауля

В этот период несколько обострились отношения между Фиделем и Раулем Кастро. Последний, на мой взгляд, занимал более взвешенную позицию. Рауль Кастро после этих решений устранился от дел Министра РВС и был направлен на учебу на высшие курсы офицерского состава. Эти курсы являлись учебным заведением, в котором учились офицеры высшего звена. Преподавал на курсах преподавательский состав из Советского Союза, главным образом из академии им. Фрунзе.
Во время учебы на должность Министра РВС никто не назначался, и де-юре на ней был Рауль Кастро. Видимо, Фидель Кастро решил проучить своего строптивого младшего брата. Некоторые трения и обострения между братьями, как мне рассказывал в 1970 году Иван Шкадов, бывали неоднократно, но все же они находили между собой взаимопонимание.



122. Вопрос с продление командировки

В одной из бесед с Сантамарией Куадрадо я сказал, что срок моего пребывания на Кубе заканчивается в июле. В связи с этим я собираюсь распрощаться с гостеприимной Кубой и кубинскими товарищами и возвратиться на родину. Он сначала это сообщение воспринял равнодушно. Но через некоторое время, зайдя ко мне в кабинет, предложил остаться еще на один год. Я ему ответил, что очень устал жить в таком климате, один, без семьи. К тому же, незаменимых людей нет, в Москве вместо меня уже почти подготовили замену в лице опытного адмирала. Разговор, как мне казалось, был закончен, но через две недели Сантамария, уже от имени Рауля Кастро, попросил меня остаться на Кубе советником еще на год. Он разъяснил свою позицию и предлагал съездить в отпуск, отдохнуть или остаться здесь на некоторое время без отпуска. Шкадов в это дело не вмешивался.
Я понимал положение Сантамарии, но и на предложение Рауля Кастро ответил отказом. Затем я доложил об этом Ивану Шкадову, убеждая его, чтобы он в беседе с Раулем Кастро объяснил, что невозможно ставить вопрос о продолжении моей командировки, поскольку в ЦК партии уже вместо меня подобран контр-адмирал Гаркуша, который в скором времени должен прибыть на Кубу. Но Рауль Кастро и в третий раз предложил мне работу в качестве советника при командующем кубинским флотом, но я и в этот раз ответил отказом.
Я устал работать на Кубе вдали от семьи. Здоровье мое было не всегда хорошим. Сережа улетал в Советский Союз 15 июня, пробыв на Кубе ровно год. Сменился весь состав советников, с которыми я начинал работу и, кроме того, мне не присвоили звание контр-адмирала, которого, как говорили мои большие и малые начальники, я вполне заслуживал. Поэтому я отказался от всех предложений и решил уехать с Кубы домой, чтобы больше не подрывать свое здоровье тяжелыми условиями работы, а спокойно дослуживать до пятидесятилетнего возраста. Оставалось мне служить в Вооруженных Силах около пяти лет, и следовало где-то устроиться на постоянное жительство.



123. Сережа возвращается в Советский Союз

Сережа, как и все студенты, прибывшие на годичную практику на Кубу, собирался улетать в Советский Союз. Было очень жалко расставаться с родным человеком и оставаться на Кубе опять одному. В один из дней мы с Сережей поехали по магазинам. Он купил себе сувениры, различные монеты, черепаховое колье, несколько словарей, изданных на русском языке, и кое-что по мелочи. В оставшиеся до полета дни мы оформили документы, упаковали вещи и сувениры. Я упаковал некоторые свои вещи, которые Сережа должен был передать в Севастополь. Всего можно было взять в багаж 36 килограммов, и мы полностью использовали эту возможность. Билеты были на руках и 15 июня, погрузив в машину багаж, мы отправились в аэропорт Ранчо Бойерос. Туда на автобусах были доставлены и другие студенты, помогавшие военным специалистам. Мы распрощались с Сережей, и в 8 часов утра самолет взял курс на Москву.
На душе было тяжко и пусто. Я остался один. Письма от Валентины приходили нечасто, несколько тревожные, т.к. она приболела, была занята домашними делами, контролем за учебой Игоря и его воспитанием и, конечно, переживала за близких ей людей. Как потом она сообщила, что в феврале 1965 года у нее произошел инсульт, была парализована правая часть, и она в течение трех недель пролежала в постели, а потом лечилась в районной поликлинике. Но это я узнал только после возвращения домой, а пока шла напряженная работа как с кубинцами, так и с советскими специалистами.



124. Работа в новых условиях

Работа и взаимоотношения с новым командованием флота несколько осложнилась. Появилось больше официальности, исчезла простота, которая была Роландо Астараине. Светлым пятном являлась работа с Эмигдио Баесом, который всегда приветливо встречал, обстоятельно обсуждал проблемы и с пониманием дела решал предложенные вопросы. Иван Шкадов во время моего очередного доклада о выполнении плана работ за неделю попросил меня разузнать у кубинцев, что они привезли на транспорте, который вместе с курсантами училища побывал в Китае. Я вначале задумался, как мне выполнить это поручение, какой дипломатический прием применить и с кем начать разговор. Потом решил обратиться к Эмигдио Баесу и просто спросить у него, что привезли они из Китая. Баес прямо ответил, что в трюмах, загруженных рисом, были также крупнокалиберные пулеметы и стрелковое оружие. Все стало ясно, и я доложил об этом Шкадову.
Мои поездки на соединения несколько сократились, так как Эмигдио Баес был перегружен работой, Суньол больше бывал в Генеральном штабе, а Сантамария Куадрадо постоянно находился в своем кабинете или выезжал в Генеральный штаб. Я стал больше уделять внимания работе с советскими специалистами, делясь с ними опытом, давал рекомендации по работе в частях и по взаимоотношениям с кубинцами. В частях флота наши взаимоотношения, в основном, остались благоприятными, не осложнялись, поэтому я заставлял старших групп специалистов подробнее планировать свою работу в частях, больше уделять внимания качеству выполнения боевых упражнений, надежности наблюдения за морской обстановкой и высокой готовности дежурных средств.
Много времени в последнее время стала отнимать партийно-политическая работа. Нужно было проводить собрания, заседания партийных бюро, посещать собрания в партийных группах, бывать на партактивах в посольстве и в группе советских военных специалистов. Все нужно, нужно, а времени в сутках все те же 24 часа и ни минуты больше. Кроме того, нужно было проводить политическую учебу офицеров, семинары и докладывать о состоянии дел и политико-моральном состоянии не только Ивану Шкадову, но и его замполиту Кравцу, начальнику штаба группы Красуцкому и даже секретарю парткома Пономаренко. Бюрократический аппарат в группе советских военных специалистов разрастался, начал активно действовать, а я так и оставался в одном лице, руководя большой группой морских специалистов. Работать стало сложнее и тяжелее. Много нужно было писать отчетов, заявок и донесений в 10 Главное управление и ГКЭC, а также все больше времени пришлось уделять и работе в качестве военно-морского атташе.



125. День ВМФ и День рыбака

Пришел июль, в котором два морских праздника - День рыбака и День военно-морского флота. День военно-морского флота мы отметили скромно, в основном, в семьях или небольших компаниях. Я встречал его в семействе Бачевых, где были также и Чекушкины. Накануне вечером меня пригласил в гости Василий Ивашов, с которым мы отметили этот праздник. На вечере у Ивашовых присутствовали председатель и руководящие работники ГКЭС. По-моему, здесь у Ивашова состоялись переговоры о том, что он уволится из рядов Вооруженных сил и перейдет на службу начальником Управления кадров Комитета по экономическим связям.
День рыбака, на который советские рыбаки, находившиеся на Кубе, пригласили и военных специалистов, отмечался на вилле в пригороде Гаваны, где под открытым небом был накрыт праздничный стол. Приглашенных было человек 80-100. От военных специалистов были делегированы Степан Карпач, замполит Кравец и я. Шкадов, направляя нас на праздник, пригласил меня к себе и объявил, чтобы я был старшим в группе, что мне нужно выступить и поздравить рыбаков с их профессиональным праздником, и чтобы был порядок.
Прибыв на праздничный обед, мы сели на почетное место рядом с главным руководителем рыбаков на Кубе. Обед начался вступительным словом этого босса, который коротко изложил этапы развития рыболовного флота Советского Союза, рассказал о помощи, которую оказывают рыбаки страны Советов кубинцам в деле развития рыбной промышленности Республики Куба. После босса с поздравлениями советским рыбакам выступил глава кубинской делегации, а за ним от имени военных специалистов произнес тост я.



126. Август 1965 года

Прошел август. Было жарко и душно. Шли частые дожди с грозами, иногда надвигались циклоны, выливая огромную массу воды на Кубу. Дела шли успешно, хотя и не так активно, как этого бы хотелось. Причина заключалась в организационных и кадровых изменениях, произошедших в кубинском флоте. Специалисты работали в соединениях и в частях, наставляя новых командиров частей на путь интенсивной деятельности в боевой подготовке и боеготовности. Потребность в некоторых советниках отпадала. Мы их отправляли в Советский Союз. Состав группы несколько сократился. Мне дали нового переводчика Павла Наумова, который в течении двух лет обучался испанскому языку в институте военных переводчиков и был недостаточно подготовлен к работе за рубежом. Карлос Рикардо перешел работать в переводное бюро при штабе группы и собирался в скором времени возвратиться в Советский Союз. Педро Прадо (Хуан Ломело) продолжал работать в штабе флота, часто заходил к нам, советским специалистам, и выражал свое отрицательное мнение по поводу морских познаний и командных навыков Сантамарии Куадрадо.



127. Прибытие сменщика

В десятых числах сентября я получил информацию, что 19 сентября прибудет на Кубу мой сменщик контр-адмирал Лев Гаркуша, который до командировки командовал Иоканьгской ВМБ на Северном флоте. По опыту службы он был катерником. Это известие меня обрадовало и я стал активно собираться домой, съездил по магазинам, накупил картонных коробок , в которые хотел упаковать кубинские сувениры.
19 сентября я отправился в аэропорт Ранчо Бойерос, чтобы встретить прилетавшего Гаркушу. Самолет прибыл точно по расписанию. Подождав некоторое время, требующееся для выполнения формальностей на границе, я встретил Гаркушу с супругой, посадил их в машину и повез в Касабланку, рассказывая по пути о Гаване, ее достопримечательностях. Шкадов в этот период находился в Советском Союзе, и мы пошли к генералу Егорову, замещавшему Шкадова. Ему я и представил нового военно-морского атташе и советника при командующем флотом. Егоров попросил меня я в течение пяти суток подробно ознакомить Гаркушу с положением дел в кубинском флоте и морской группе советских специалистов, изложить ему подробно обязанности советника при командующем флотом, дать характеристику администрации кубинского флота и советским специалистам и представить Гаркушу командующему флотом, специалистам морской группы и послу. Я тщательнейшим образом выполнил это распоряжение и ответил на все вопросы, возникшие у Гаркуши.



128. Проводы

На 25 сентября я заказал билет на самолет и оповестил об этом кубинцев и генерала Егорова. Кубинцы объявили, что мои проводы состоятся в банкетном зале Дома офицеров 22 сентября.
Проводы прошли очень торжественно и волнительно. На них присутствовали Роландо Астараин от министерства РВС, Суньол, Эмигдио Баес, генерал Егоров, Педро Прадо, революционный инструктор флота Касас, Гаркуша, Ивашов, Завгородний и другие. На этом вечере мне вручили подарки и почетную грамоту министра РВС Кубы с благодарностью за интернациональную помощь, которую я оказывал кубинскому военно-морскому флоту.

1965-09-24. Обложка грамоты Кузьмина В.А.

1965-09-24. Грамота, левая половина 1965-09-24. Грамота, правая половина

Тостов было много. Первым выступил Роландо Астараин. От имени Министра РВС он поблагодарил меня за большую работу в деле становления кубинского ВМФ, хорошее взаимопонимание в работе, активное участие в подготовке плана развития флота и проявленную настойчивость в его осуществлении. От имени командования кубинского флота выступил Эмигдио Баес, который говорил коротко, но каждое его слово было объемным и содержательным. Мне ярко запомнилось только одно его выражение. Он сказал, что мы выполняли советы Владимира процентов на 80-90, оговаривая такое выполнение предложений своими национальными особенностями. Но если бы мы выполняли рекомендации Владимира полностью, то флот от этого значительно выиграл. От командования группы военных специалистов выступил М. Егоров, который поблагодарил меня за огромную работу, проделанную на Кубе, и пожелал успехов в дальнейшей службе на Родине.
Вечер закончился. Было жалко расставаться с друзьями, с которыми проработал более трех лет. В работе было много интересных, острых и волнительных эпизодов, как с кубинцами, так и с советскими специалистами, которые запомнились на всю жизнь.



129. Прощание

Раннее утро 25 сентября. Природа еще спала, но я уже встал, умылся и начал собираться в дорогу. Позвонив дежурным по группе военных специалистов и по морской группе, я распрощался с ними, вышел на улицу, вдохнул полной грудью влажный воздух Карибского моря, сел в машину и направился в аэропорт. Начало светать, роса блестела на траве и деревьях, предвещая хорошую погоду. Мы вовремя прибыли в аэропорт, где собрались желавшие меня проводить кубинцы и советские специалисты. Самолет был готов к вылету, но вылет был перенесен из-за плохой погоды и тумана в Мурманске и Москве. Улетел я утром 26 сентября.
Удобно устроившись в самолетном кресле, я смотрел в иллюминатор на удаляющийся берег Кубы. Не было видно той самой черточки, где кончается море и начинается небо. Сплошная голубая масса прерывалась только высокими шапками облаков, издали походившими на заснеженные вершины гор. Земля с правильными квадратами плантаций сахарного тростника, лентами асфальтированных дорог, с красными крышами домов и серыми крышами крестьянских хижин, ярко желтой линией пляжей и отдельными посадками пальм неумолимо уходила вниз. Постепенно исчезал контраст между бирюзовыми отмелями и синим глубоководьем, но еще долго была видна белая нить прибоя.
День пролетел быстро, поскольку мы летели навстречу вращению Земли. Это был мой второй полет по маршруту Гавана-Москва. Попутный ветер помог нашему самолету, и через 15 часов мы приземлились в Москве в аэропорту Шереметьево без промежуточной посадки в Мурманске.
Была глубокая ночь новых суток 27 сентября. Пограничники и таможенники вяло и без особого внимания оформляли и проводили осмотр вещей. У меня они вещи фактически не проверяли. После окончания досмотра, я взял вещи и вышел на привокзальную площадь. Убедившись, что меня никто не встречает, я сел в такси и направился в гостиницу ЦДСА, где должна была жить Валентина. Я сообщил ей телеграммой дату и время прибытия в Москву. Когда я выходил из такси у гостиницы, то из ее дверей выходили Валентина и Сережа, они собирались ехать в Шереметьево встречать меня.



130. Заключение

Что можно сказать в заключение о результате деятельности, или точнее, о результатах моей службы на Кубе в течение трех с лишним лет?
Прежде всего, следует отметить, что в течение этого периода кубинский военно-морской флот стал действительно военным, кадровым флотом, успешно решавшим задачи по охране и обороне Республики Куба с моря. Он пополнился новыми кораблями и катерами, береговыми ракетными частями, средствами технического наблюдения и связи, пунктами базирования, ремонтной базой. Штабы и органы управления стали способны самостоятельно и во взаимодействии с другими видами вооруженных сил планировать и проводить боевые действия и операции по поддержанию благоприятного оперативного режима по охране побережья. Штабы и управления флота и соединений овладели методами планирования и проведения эффективной боевой и оперативной подготовки, научились выполнять ракетные, торпедные и артиллерийские стрельбы, вести поиск подводных лодок, нести дозорную службу и наблюдение на подходах к побережью. Военно-морское училище успешно осуществляло подготовку морских офицеров, как для военно-морского флота, так и для торгового флота.
Во-вторых, следует отметить, что работа проводилась в трудных условиях. Сложная политическая обстановка, наполненная разными политическими событиями, такими как Карибский кризис и вывод советских войск с территории Республики Куба и, как следствие, некоторое осложнение во взаимоотношения между кубинскими и советскими руководителями высшего звена; введение администрацией США и другими латиноамериканскими странами блокады против Кубы, приведшей к трудностям в снабжении промышленности и сельского хозяйства топливом, продовольствием и промышленными товарами; постоянные диверсии, попытки угонов катеров и самолетов контрреволюционными группами; саботаж отдельных социальных групп внутри государства; водяной кризис в Гуантанамо.
Тяжелые климатические условия: жаркий и влажный климат, частые дожди, циклоны - влияли на состояние здоровья. Более половины срока я был вынужден жить без семьи. Сложности с продовольственными и промышленными товарами требовали уделять им постоянное внимание. Трудности были также с учебой Игоря, в связи с тем, что полноценного обучения по всем предметам достигнуто не было. Трудности в работе возникали также вследствие слабого знания традиций, языка и обычаев кубинцев и, безусловно, из-за отсутствия исчерпывающей информации о состоянии внутренних и внешнеполитических дел. Неполная информация не всегда позволяла принимать решения, соответствующие действительной обстановке. Мы для кубинцев оставались иностранцами.
К отрицательным моментам, осложнявшим нашу работу, следует отнести и частую смену специалистов, которые, как правило, находились на Кубе один год, а семейные два года. За время моего пребывания на Кубе число специалистов выросло с трех до ста десяти человек. И такое количество усложняло управление их деятельностью. Советники, за редким исключением, подбирались Управлением кадров ВМФ грамотные и дисциплинированные, способные действовать самостоятельно, без подсказки и нажима сверху.
Первые полтора года моего пребывания, когда Главным военным советником был Алексей Дементьев, работать было сложно по той причине, что он не всегда разбирался в обстановке, часто действовал на авось, мало заботился о подчиненных, часто злоупотреблял алкоголем.
Вторые полтора года, когда главным военным советником был назначен Иван Шкадов, работать стало значительно проще, интереснее и результаты работы стали значительно выше, несмотря на то, что требовательность со стороны Ивана Шкадова была строже, но зато и разумнее.
Большую помощь в работе оказывали специалисты ГКЭС Николай Ремизов и Василий Ивашов, которые всегда откликались на просьбы, предложения и разъяснения. Некоторую помощь в работе оказывали Георгий Абашвили, Сергей Николаев и Александр Корнеев, находившиеся в составе группы советских войск на Кубе в 1962-1963 гг. С ними мы успешно взаимодействовали, находя общий язык при решении сложных вопросов по укреплению обороноспособности кубинского военно-морского флота.
Работал я на Кубе с большим интересом, желанием и вдохновением. Главное состояло в том, что эта работа для меня была новой, объемной, интересной, позволяла творить, она не была связана жесткими приказами, инструкциями, уставами и другими бюрократическими документами. У меня было достаточно времени, чтобы глубоко поразмыслить над происходящими событиями, выбрать наилучший вариант решения и совета. Приходилось самостоятельно разрабатывать самые сложные документы, такие как оперативные планы и план развития военно-морского флота, внося все знания и весь опыт, приобретенные всей предыдущей службой с учетом национальных особенностей кубинцев.
Я благодарен своим подчиненным, морским специалистам и в первую очередь Николаю Солдатову, Владимиру Фадееву, Анатолию Трошко, Аркадию Паутову, Владимиру Филипповичу, Анатолию Борисову, Михаилу Завьялову и другим, а также работникам ГКЭС и другим советским военным специалистам, с которыми я совместно трудился или взаимодействовал за ту помощь, которую они оказывали мне в такой сложной и интересной работе. Особенно приятно вспоминается работа с большим военным специалистом, способным генералом Иваном Николаевичем Шкадовым, который по-отечески, с вниманием и с высокой требовательностью относился ко мне и помогал в практической работе.
Работа на Кубе обогатила меня и интеллектуально, и практически. Я стал смотреть на события более широко и глубоко, более обстоятельно; пытался найти такой вариант решения, который в большей степени соответствовал обстановке, добиваясь его понимания теми специалистами, которым он предназначался. Работа на Кубе обогатила меня новым опытом и знаниями. Люди, с которыми мне пришлось работать, были прекрасными, хотя и среди них были исключения. Командование кубинским флотом Роландо Диас Астараин, Эмигдио Баес Виго, Хосе Фернандес Куэрво, Тырсо Виргос Гарсия и их испанский советник Педро Прадо были способными офицерами флота, быстро воспринимали рекомендуемые им советы и претворяли их в жизнь. У меня с ними сложились добрые, хорошие и сердечные взаимоотношения, способствующие общему делу развития флота.
Большую помощь мне оказали переводчики Пабло Перейро, Карлос Рикардо, Рей Карло, которые способствовали деловым взаимоотношениям с кубинцами.
Особую признательность хочу выразить работнику Министерства внутренних дел, шоферу Гонзалито, который всегда с большой ответственностью и вниманием обеспечивал мою безопасность и передвижение в интересах дела.
Работа на Кубе, выполнение интернационального долга в течение трех с лишним лет, останется в моей памяти до конца жизни ярким впечатлением.
Здесь я был человеком, необходимым военным специалистом, воином-моряком в полном понимании этих высоких слов.

Орден «Великая Отечественая война» Кузьмина В.А. Орден Красного знамени Кузьмина В.А. Орден «Адмирал Нахимов» Кузьмина В.А.

Медали и ордена Кузьмина В.А.

2 комментария

  • Гаврилов Михаил:

    Публикация приурочена к Дню Победы!

  • Анатолий Дмитриев:

    Спасибо Кузьмину В.А. и его товарищам за добросовестный труд на благо Республики Куба, помощь в создании в 1962-65гг боеспособных кубинских Военно-морских сил.
    Очень жаль, что практически нет информации о подобной работе в организации деятельности войск ПВО Кубы.
    Желаю достойной жизни народам, защитникам РК и РФ.
    Участник ВСО "Анадырь", рядовой 16 зрп 12 дПВО ГСВК Анатолий Дмитриев, 9 мая 2019

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *